Со вкусом корицы

Воспоминания Макгонагалл резко прервал Дамблдор. Мгновение показалось ей вечностью. — Минерва, с вами всё хорошо? — спросил Альбус. — Да, я просто придалась воспоминаниям. — ответила Минерва. — Это слишком личное? — с интересом спросил Дамблдор, поправляя свою мантию. — Думаю, для вас это не секрет. Вы и тогда видели меня насквозь. — ответила Макгонагалл. — Вы говорите загадками, Минерва. Я уже слишком стар, чтобы помнить всё. — с улыбкой произнес Профессор. — Смею предположить, что речь идёт о вашей давней любви. Конкретно о Мадам Помфри. — Альбус, не так громко. — забыв, что студентов все равно здесь нет, произнесла Минерва. — Вы ведь так и любите её? — спрашивал Альбус. — Вы слишком любопытны, Профессор. — строго произнесла Макгонагалл. Её тона боялись практически все студенты Хогвартса, и даже по телу Дамблдора пробежал холодок. — Очень интересная история, связанная с вами. Я правда не знаю, почему вы с ней расстались. — продолжал Дамблдор. — Это вовсе не так, Альбус. Если вы этого не видите, это не значит, что этого нет. — разошлась Минерва. — Признаю, я сегодня излишне любопытен. — извинился таким образом Альбус. — Не стоит мне знать больше, чем вы позволяете. — Скоро сюда вновь придут студенты. Я не хочу, чтобы поползли сплетни обо мне. — ответила Макгонагалл. — Всё, что вы хотите узнать, вот в этой пробирке. Она дала Альбусу пробирку со своими воспоминаниями. Дамблдор остался в парке. Он задумчиво глядел ей вслед. — И все же, что ты скрываешь, Минерва? — шёпотом произнес Альбус, глядя на пробирку. Совесть была куда сильнее любопытства, и Дамблдор так за несколько дней и не осмелился посмотреть воспоминания Макгонагалл. Уже и студенты прибыли в Хогвартс. Альбус ходил по своему кабинету, мучаясь от того, что никак не может переступить через свои принципы. Но его раздумья прервала Макгонагалл. Она постучалась в дверь. — Минерва? — удивился Альбус. — Я пришла попить чай…с лимонными дольками, как вы любите. — улыбаясь, произнесла Макгонагалл. Они сели за стол, Минерва не прикасаясь к чайнику, при помощи магии, заварила чай, а Альбус открыл пакетик с лимонными дольками. — Если вы смотрели мои воспоминания, то знаете, что мне нравится. — начала Макгонагалл. — Я не смотрел ничего. — ответил Дамблдор. — Что так? Никогда не открывали конверт с чужими письмами? — спросила Минерва. Тут Дамблдор вспомнил, что когда-то давно открыл конверт с такими письмами, которые как раз и принадлежали Макгонагалл. В них она писала стихи, посвящённые Поппи. — Простите меня, Минерва… — произнес Альбус. — То есть в вас вдруг заиграла совесть. — фыркнув, произнесла Макгонагалл. — Хорошо, я обязательно посмотрю, но только с вашего позволения, Профессор. — ответил Альбус. Минерва взяла лимонную дольку в сахаре. Дамблдору очень нравилось данное угощение и запах лимона также, как и Макгонагалл нравился запах корицы. — Вам сложно об этом говорить. — предположил Дамблдор. — Да…поэтому…просто посмотрите. — ответила Минерва. Они молча сидели и пили чай. Не так Макгонагалл планировала провести вечер, она хотела обсудить увиденное Дамблдором воспоминание. Это неловкое молчание нарушил Профессор Снегг. — Профессор…я не вовремя? — произнес протяжно Снегг. — Минерва, это срочно, простите. — сказал Дамблдор. — В следующий раз, Профессор. — ответила она и поднялась со стула. — Доброй ночи. Оба посмотрели вслед Макгонагалл, дожидаясь пока уйдёт. — Надеюсь, это веский повод меня тревожить, Северус. — строго произнес Дамблдор. — Это касается крестражей. Вы должны это увидеть. — прошипел Снегг. Они покинули кабинет так спешно, что забыли даже закрыть за собой дверь. В этот же момент в кабинет директора направлялась самая большая зазнайка в школе, с очередной претензией. Она часто ходила к директору, так как была старостой факультета Гриффиндор, и единственная из старост, кто реально что-то делал. — Ам… Профессор? — увидев открытую дверь в кабинете, произнес Гермиона. Она осторожно вошла в кабинет, думая, что Профессор сидит там. — Профессор… — ещё раз повторила она. На столике, где стоял омут памяти стояла пробирка. Гермионе стало очень любопытно, кому могли принадлежать эти воспоминания. Об омуте памяти зазнайка конечно же слышала. Грейнджер постаралась закрыть за собой дверь. — Что ты творишь, Грейнджер? — спрашивала она сама себя. Любопытство взяло верх над ней и она опустошила пробирку, вылив её содержимое в омут. — Фух… — выдохнула она и погрузилась головой в омут памяти. Гермиона увидела перед собой комнату, в точности такую же, где спали девчонки с Гриффиндора. В комнате стояла рыженькая девушка, вторая девушка казалась ей до боли знакомой. — Мэй, что мне туда одеть? — спрашивала Минерва у подруги. — Ну понятно, что не платье. — ответила подружка. — Одень на себя что-нибудь простое: джинсы и майку. Туда только так и ходят. Ты же не на свидание идёшь. Минерва вся светилась от счастья, а подруга была без настроения. Не нравилась ей вся эта затея. — Ты уверена, что стоит именно сегодня туда идти? — спросила Мэй. — Я ждала этого дня уже пару лет. Сегодня ты помогла мне познакомиться с ней…я не должна упускать шанс. — ответила Макгонагалл. Гермиона к тому времени уже поняла, что перед ней молодая Профессор Макгонагалл и её подруга. Действие перенеслось сразу в Хогсдмид, в местом кафе или баре собирались студенты и пили сливочное пиво, покупали сладости и впервые целовались. Минерва искала взглядом Поппи. За одним из столиков сидел знакомый ей парень из компании Поппи, звали его Джимм. Он сидел за одним столом с Роуз. — Р…Роуз, ты не видела Поппи? — спросила осмелевшая Макгонагалл. — Не знаю. А она должна была прийти? — спросила Роуз. — Да… — ответила Минерва. — Ам…ты не могла бы оставить нас наедине? Мы тут вообще-то на свидание пришли. — добавила Роуз. Макгонагалл кивнула и пошла искать Поппи, все ещё надеясь её найти. — Она не пришла… — произнес Минерва. — Нет…она не могла так поступить…значит что-то случилось. Макгонагалл покинула Хогсмид и вернулась в школу. Она искала Поппи, но её будто след простыл. — Кого-то потеряла? — спросил Профессор Дамблдор. Тогда он вёл ЗОТИ и был куда моложе, чем сейчас. Альбус и одет был иначе, лёгкая белая рубашка и кофейного цвета жилет с серебристым галстуком. Такого же цвета брюки сидели на нем идеально, подчеркивая фигуру этого мужчины. Гермиона заметила также, что и той длинной бороды у нынешнего Дамблдора нет, а лишь аккуратновыстреженная борода и усы. Мужчина начинал стареть уже и в эти годы, на висках имелись следы седины, так и на бороде имелись отдельные седые участки. — Да… Профессор… — ответила Минерва. — Не ту ли девушку, что пошла сегодня в тёмный лес? — спросил Альбус. — Не знаю…её зовут Поппи… — ответила Минерва. — Пойдём, я проведу тебя к ней. — ответил Дамблдор. Они шли по длинному пыльному коридору. Свет, что частично проникал с улицы, только усиливал ощущение, что здесь огромное количество пыли. В голове у Макгонагалл не укладывалось, как Поппи пошла в тёмный лес, а главное зачем ей это. Больше всего юную девушку волновало то, почему Поппи с ней так поступила. Наконец они добрались до того самого места, где сидела золотоволосая красавица и натирала серебряные кубки в качестве своего наказания. — Поппи… — окликнула её Минерва. — Минерва? — удивленно произнесла Поппи. Альбус оставил девушек наедине. У Макгонагалл наворачивались слезы. — Я…я все объясню, Минерва. — начала Помфри. — Хотела бы я знать, что ты делала в этом чёртовом лесу. — сквозь зубы произнесла Макгонагалл. — Минерва, послушай. У меня есть дар, он же и моё проклятие. — ответила Поппи. — Я всегда помогаю людям, лечу их. Ребята со Слизерина сегодня пошли в лес, нашли проклятый артефакт… Винс попал в беду…я не могла пройти мимо, когда его друзья вернулись и звали на помощь. Мне очень жаль…но если между дружбой и моим призванием у меня будет выбор, я выберу медицину. Я поклялась помогать всем и каждому. Минерва тут же остыла, её гнев тут же куда-то ушёл. Она восхищенно смотрела на Поппи. — Так значит…ты всё-таки считаешь меня подругой? — спросила с надеждой Минерва. — Конечно. — улыбаясь, ответила Помфри. Макгонагалл подошла ближе, желая обнять стройную светловолосую девушку. Она неуклюже положила руки ей на талию. — Минерва? — удивленно спросила Поппи. — Д…дружеские объятия. — ответила Макгонагалл. — Да…но не за талию же…мы же не танцевать собираемся. — слегка смущённо произнесла золотоволосая красотка. Минерва положила голову на её плечо и крепко обняла. Это был лучший момент в её жизни, девушка ощутила аромат, который исходил от Поппи. Прекрасный запах корицы, тот самый, что так обожает Минерва. Поппи ещё никто так не обнимал, и она чувствовала себя немного неловко. — Ам…не думала, что ты так растрогаешься… — сказала наконец Помфри. — От тебя так…вкусно пахнет…- вслух произнесла Макгонагалл. — Надо же…да я вроде вспотела, натирая эти кубки, не знаю, как от меня может хорошо пахнуть. — с улыбкой ответила Поппи. Лёгкий запах пота не отталкивал Макгонагалл, да и его практически заглушал приятный пряный запах корицы. Так что, Минерва не была согласна с Поппи. Эти объятия могли бы длиться вечно, но Минерве пришлось отпустить свою новую подружку. — Я могла бы помочь тебе с этими кубками. Ясно же, что наказали тебя ни за что. — сказала Макгонагалл. Поппи улыбнулась, и они начали вместе начищать серебряные кубки. Дамблдор уже тогда подметил, что Поппи имеет для Макгонагалл значение, но пока он не понимал, что это не просто дружба. На следующий день он пригласил к себе Минерву. — Да, Профессор. Вы звали меня? — начала Минерва. — Не стесняйся, присаживайся. Возьми лимонную дольку, если хочешь. — предложил Дамблдор. — Спасибо… Профессор. — скромно ответила Макгонагалл. — Я позвал тебя, чтобы предложить тебе кое-что. Ты ведь скоро заканчиваешь школу. Ты не думала насчёт своей профессии? — спрашивал Дамблдор. — Я…конечно…я хотела преподавать Трансфигурацию, так как сама являюсь анимагом. — ответила Минерва. — Я предлагаю тебе должность в нашей школе. — продолжал Дамблдор. Прежде, чем он закончил его отвлек другой Профессор. — Подожди меня тут, я буквально на минуту. — сказал Альбус и перевернул песочные часы, стоящие у него на столе. Дамблдор не шутит, ровно минута была отчитана. Но Минерве не сиделось на месте и она решила посмотреть, что за зеркало стоит в этой комнате. — Зеркало Желаний. — прочла надпись Минерва. — Любопытно, да? — спросил Дамблдор. — Нет…зачем вам такое большое зеркало? — спросила Макгонагалл. — Это Зеркало показывает наши самые скрытые желания. — ответил Альбус. — И что же вы в нем видите? — поинтересовалась Минерва. Дамблдор улыбнулся, подошёл к зеркалу. — Носки… — ответил он. — Бросьте…вы серьёзно? — не понимала Макгонагалл. Альбус лишь развёл плечами, обманул он Макгонагалл. — Ну а ты, что видишь? — спросил Альбус. Минерва посмотрела на себя в зеркало. Перед прорисовывался силуэт, силуэт хрупкой девушки, с длинными волосами, развивающимися на ветру, длинными ногами и прекрасной шейкой. Затем силуэт начал принимать знакомые очертания, а волосы стали золотистого цвета. Появилась полная картинка, а на ней Поппи. Девушка стояла в обнимку с Макгонагалл, обе счастливые, улыбались. От таких фантазий, нарисованных зеркалом, у Макгонагалл проступил пот на лице, девушка поджала ноги. — С тобой все в порядке? — переживал Альбус. — А? Да…да-да…просто отлично! Это зеркало такие чудеса творит. — ответила Макгонагалл. — Но долго в него смотреть нельзя, можно сойти с ума. — добавил Дамблдор. — Так и что же ты увидела? — Это слишком личное…вам не понять. — ответила скромно Макгонагалл. Альбус улыбнулся в ответ. — Твоё право. — ответил он. Гермиона вынурнула из пучины этих воспоминаний, ей нужно было отдохнуть. В кабинет зашёл нынешний Дамблдор. — Мисс Грейнджер? — удивился директор. — Простите…я…я посмотрела, что в этом…этой пробирке. — запаниковала зазнайка. — Это не должен был видеть никто. — ответил Альбус. — Уверяю вас, там ничего такого нет. — сказала Гермиона. — Неважно, Макгонагалл ни слова. Я должен сам это увидеть. — ответил Дамблдор. Гермиона вскоре покинула кабинет. Она все ещё думала над тем, что увидела. Это потрясло её до глубины души. Такая строгая преподавательница, как Макгонагалл испытывает поистине чистую любовь. Грейнджер не волновало, что Минерва была влюблена в представительницу её же пола. Зазнайка узнала в ней себя. Гермиона также мучается от неразделенной к Джинни Уизли. Рыжеволосая красавица начала нравится ей не так давно, у Грейнджер есть явное различие с Макгонагалл, зазнайка замечала, что ей в равной степени нравятся и парни, и девушки. Но в плане любви даже Трелони предсказывала, что Гермиона сухая и не способна на любовь. Трелони ошибалась. На следующий день Макгонагалл вновь пришла к Дамблдору. На сей раз он открыл дверь намного быстрее и уже ожидал её у себя. — Добрый день, Альбус. — поприветствовала его Минерва. — Присаживайтесь. — ответил Альбус. Макгонагалл заметила на столе те самые пирожные с корицей, что она ела с Поппи. — Вы посмотрели. — сказала Макгонагалл. — Да, трогательно, очень трогательно. Однако, это не все воспоминания, а лишь часть. — ответил Дамблдор. — Сегодня будет вам добавка. — улыбаясь, произнесла Макгонагалл и взяла пирожное. — Вы испытываете такую страсть к этому запаху. — заметил Альбус. — У всех есть ассоциации с определёнными хорошими или плохими запахами. Запах корицы напоминает мне о Поппи. А все, что мне о ней напоминает, я очень и очень люблю. — призналась Макгонагалл. — Удивительно! — произнес Дамблдор, попивая чай с лимонными дольками. — Такую же страсть вы испытываете к лимонам. Неужели у вас есть схожая история? — добавила Минерва. — Это другое! — ответил Альбус. — Да-да, сейчас речь идёт конкретно обо мне. Мне очень интересно стало участвовать в этой игре, где вы все больше узнаете меня. — ответила Макгонагалл. — Я выходит совсем не знал тебя. — ответил Дамблдор. — Вот…это второе воспоминание. — протянула Минерва вторую пробирку. — Вы очень любопытный человек, Альбус. Вы смотрите то, что другим я бы не доверила. Альбус покраснел, ему стало стыдно, ведь Грейнджер тоже видела воспоминания. Однако, за зазнайку не стоило переживать, Гермиона умела хранить тайны. Зазнайка сидела в библиотеке, думала и размышляла об увиденном. Она хотела понять, чем могло бы пахнуть от Джинни, последний раз, когда она обнимала её, то от рыжей красотки пахло потом и резиной, потому что это происходило после Квиддича. Но это всё не то. Гермиона вспоминала ещё кое-что, тогда от Джинни пахло свежескошенной травой. — Ну конечно! — вслух воскликнула Гермиона. Так как Джинни жила в открытом поле, именно там находилась Нора, то и запах скошенной травы постоянно преследовал её. Гермиона обожала этот запах, он её успокаивал. Выходит, что девушки не так часто и обнимались, чтобы Гермиона могла уверенно сказать, как пахнет Джинни. Грейнджер решила последовать примеру Макгонагалл и перестала бояться, она стала себя вести смелее с Джинни. Однако, все куда сложнее, ведь Уизли постоянно в компании парней, а с этим она не знала, как справиться. *** Макгонагалл пошла в Больничное Крыло, чтобы проведать Поппи. В ночное время их вряд-ли кто-то увидит. Помфри ещё не спала, что-то читала, сидя за столом. — Минерва. — произнесла с добротою женщина. Макгонагалл села рядом и прикоснулась к рукам Поппи. Обе женщины уже были пожилыми, они начали замечать, как стареют, но любовь так и не угасла. — Твои руки не утратили своей нежности. — произнесла Макгонагалл. — Брось, твои тоже очень нежные. — ответила Помфри. — Как бы я хотела покинуть Хогвартс вместе с тобой. — произнесла Минерва. — Мы уже многое пережили здесь. Зачем нам покидать свой дом? — не понимала Поппи. — Чтобы не прятаться больше, завести семью, усыновить кого-нибудь. — ответила Макгонагалл. — Пока мы ещё не старые, мы могли бы пожить не только для себя. — Давай хотя бы этот год переживём. Грядёт что-то страшное, и мы должны будем постоять за Хогвартс. — ответила Поппи. — Многим потребуется помощь, в частности моя. — Вот…так всегда…между мной и профессией, ты выбираешь профессию. — сухо ответила Макгонагалл. — Давай не будем ругаться и проведём драгоценные минуты вместе. — ответила Помфри. Она налила себе и Макгонагалл чаю и поставила на стол пирожные. — Ты умеешь мною манипулировать. — улыбаясь, ответила Минерва.