Со вкусом корицы

В Хогвартсе стояла тишина, на дворе царила ночь, все студенты спали. Одна только Гермиона потеряла всякий сон. Её мучали мысли о том, что было дальше, ей хотелось увидеть продолжение воспоминаний Макгонагалл. Неужели Помфри и Минерва все ещё любят друг друга? Почему не предпочтут счастье своей работе? Гермиона и подумать не могла, что Помфри была такой красавицей, хотя она и сейчас выглядит достойно. Этот образ отпечатался в её памяти, и Грейнджер очень понимала Минерву. Такая стройная, голубоглазая красавица, как Поппи, с выточенной фигуркой и нежными чертами лица, не могла никого оставить равнодушным. Она предана своему делу, способна на сочувствие, активная и явно душа компании. Дошло до того, что Гермиона прямо в пижаме пошла в кабинет директора. Настолько сильно ей стало любопытно. Она и сама не понимала природу своей одержимости. Дверь открыл Дамблдор, он также не спал. Старик удивленно окинул взглядом растрепанную зазнайку в пижаме. — Ам…мисс Грейнджер… что вы делаете в такое позднее время, да ещё и в таком виде? — нашёл смелости спросить Дамблдор. — Простите, профессор, но мне не даёт спать кое-что…это связано с омутом памяти. — ответила Грейнджер. — Час ночи…- добавил Дамблдор, но его перебила Гермиона. — Я правда хочу знать. — сказала она. — Заходите, если вас увидят у меня в таком виде, то поймут неправильно. — предупреждал Альбус.  — А вы тоже не спите. Что вас мучает? — спрашивала Гермиона. — Маглы называют это…как же… Спойлер. Ты должна всё увидеть сама…на самом деле не самая весёлая история… — ответил Дамблдор. — Меня одолевает грусть… Профессор сел на стул и глубоко задумался. — Настолько все плохо? — спрашивала Грейнджер. Гермиона нахмурила лоб и свои брови, как она всегда делала, когда что-то не устраивало её в ответе другого студента. — Не заставляйте меня рассказывать. — ответил Альбус. Гермиона подошла к Омуту, потрогала его. — Мы смотрим чужие воспоминаниям…очень личные. Это как-то неправильно. — сказала Герми. — Минерва хотела, чтобы я это увидел, а про вас она ничего не сказала. — с улыбкой ответил Альбус. — Всё только на вашей совести. — Значит я должна ей рассказать, что я тоже всё видела. — ответила Зазнайка. — Что? Не вздумайте, Мисс Грейнджер! — запереживал Дамблдор. — Иначе больше нам воспоминаний не видать. — Возможно, как лучшей ученице, она мне разрешит тоже посмотреть. Я же не собираюсь напрямую у неё спрашивать. — заявила Гермиона. Она была очень умна, и могла манипулировать другими людьми. Девушка направилась к себе в спальню, чтобы завтра утром навестить Макгонагалл. Утром Грейнджер направилась к своему декану. — Да, Мисс Грейнджер. — начала Минерва. Гермиона села на стул, поправила свою юбку. — Профессор, мы никогда не общались с вами в неформальной обстановке. — произнесла Грейнджер. Макгонагалл посмотрела на неё исподлобья. — Не понимаю, Грейнджер, к чему всё это. — ответила серьёзно Минерва. — Вы столько лет преподаёте Трансфигурацию, цените меня, как лучшую ученицу. — продолжала Гермиона. — Безусловно, вы лучшая не только на факультете, но и во всей школе. — подметила с улыбкой Макгонагалл. — Но все же, в истории школы были девушки, которые учились ещё лучше. Одной зубрежки мало, нужно больше практики. — Вот, я бы и хотела практиковаться. — ответила Грейнджер. — Но вообще…я сюда пришла не за этим. — Не тяните, у меня не так много времени. — сухо ответила Минерва. — Не знаю даже с чего начать… Многие бы осудили меня за такие разговоры, но вы…я знаю, вы меня выслушаете. — продолжала Гермиона, всё шло по плану. Макгонагалл нахмурилась. — Я…я страдаю от неразделенной любви, но это так сложно… Я люблю Джинни Уизли. — призналась Грейнджер. Гермиона заметила, как выражение лица Макгонагалл резко изменилось, её зрачки расширились. — А…п… Почему вы ко мне решили обратиться? — даже растерялась Минерва. — Вы мой декан. Я думала, что вы знаете, как мне лучше поступить. — отвечала зазнайка. — Не вижу причин скрывать это от Уизли. — ответила Макгонагалл. — Знаете…у меня…у меня в молодости была похожая ситуация. Думаю, что вам можно довериться, Мисс Грейнджер. — Можете просто называть меня Гермионой. — добавила улыбаясь Герми. — Давайте соблюдать субординацию. — опять стала серьёзной Макгонагалл. Улыбка с лица Гермионы тут же исчезла. — Я сразу раскусила вас, Мисс Грейнджер. — добавила Макгонагалл. — Что вы имеете ввиду? — спрашивала Гермиона. — Признайтесь, вы видели мои воспоминания. Я вижу по вашим глазам, что вам хочется узнать, что было дальше. — произнесла спокойно Минерва. — Да, это интересно, несомненно. Однако, тут будто замешана магия, я излишне любопытна. — нахмурив лоб, произнесла Гермиона. — У Профессора Дамблдора есть всё необходимое. А моя история и так даст вам ответы на ваши вопросы. — ответила Макгонагалл. — И не забывайте о своих обязанностях старосты, пожалуйста. Довольная Гермиона быстро пошла к Дамблдору. Старик стоял возле своей птицы Феникс по имени Фоукс. — Как успехи? — спрашивал Дамблдор. — Мне удалось, но она видела меня насквозь. — ответила Грейнджер. — Минерва за годы проведённые в школе стала очень проницательной и её практически невозможно обмануть. — признался Альбус. — Тогда не буду затягивать, хочу увидеть всё своими глазами. — произнесла торопливо Гермиона. Она погрузилась в омут памяти, а её сознание мгновенно перенеслось в воспоминания. Вокруг начали образовываться стены, затем столики, а потом люди. Гермиона узнала это место, это был бар в Хогсдмиде. Минерва все же смогла пойти на свидание с Поппи. Они сидели и пили сливочное пиво, весело общаясь. Макгонагалл заплела волосы в хвост, на сей раз на обеих девушках была школьная форма. Поппи все также ходила с распущенными золотистыми волосами, только с правого бока сделала себе маленькую косичку, что ещё больше нравилось Минерве. — У тебя…вот тут пенка. — произнесла Макгонагалл и стёрла с носика Поппи пенку. Помфри улыбнулась. — А почему Мэй с нами не пошла, она ведь так хотела? — спросила вдруг Поппи. — Она что-то плохо себя чувствует. — ответила Минерва. — Бедняжка. — добавила Поппи. — Минерва, а чем ты любишь заниматься? Ну кроме учёбы, просто ты постоянно что-то учишь. — Меня интересует живопись, люблю пейзажи, смотрю на ночное небо. Однако, главное моё хобби это Квиддич. — ответила с гордостью Минерва. — Да, я видела, как ты играешь. — улыбаясь, произнесла Поппи. — Ты…ты видела мою игру? — радостно произнесла Макгонагалл. — Конечно, я сидела на трибуне. Тогда мы не были знакомы. У тебя талант. — ответила золотоволосая красавица. У Минервы всё будто сжалось в груди, она не могла скрывать то, что чувствует к Поппи. Помфри видела, как Макгонагалл смотрит на неё, это совсем не было похоже на то, как смотрит на тебя твоя подруга. — Минерва… — смущённо произнесла Помфри. — Что? — переспросила Макгонагалл. — Не знаю…ты иногда так…так смотришь на меня… — запинаясь, сказала золотоволосая красотка. Её щёчки покраснели. Макгонагалл положила свою на руку Поппи. Такой нежности Минерва ещё не ощущала, ручка была такой тёплой, в отличие от её холодных рук. — Ах…ты такая холодная. — заметила Помфри. — У тебя точно нарушено кровоснабжение. — Прости. — ответила Макгонагалл и резко убрала руку. — Нет, я…я не хотела, чтобы ты… — ответила Поппи. Затем неловкая пауза, девушки обе молчали и выглядели смущёнными. — Уже так поздно, а мне ещё Мэй нужно навестить. — нарушила эту тишину Минерва. — Давай я тебя провожу. — предложила Помфри. Макгонагалл кивнула. Она все ещё не могла забыть это прикосновение полное нежности. Девушки взяли себе по сахарной вате и направились в Хогвартс. — Смотри…дальше нам не пройти. — показывая пальцем на грудь мусора, произнесла Поппи. — Какой-то идиот завалил весь проход. — произнесла Минерва. — Смотри и учись, Поппи. Макгонагалл была очень сильна в Трансфигурации. Она подняла эту груду мусора в воздух, всё это летало в воздухе, образуя новые фигуры, они будто танцевали. — Это невероятно… — восхищенно произнесла Помфри. Затем танец прекратился и мусор начал собираться в нечто совсем другое. Сначала появился силуэт одной птицы, а затем их набралась целая стая, пока все они не превратились в голубей. Голуби полетели кто куда, одни забрались на крышу, другие сели на асфальтированную дорогу. Поппи завороженно наблюдала за этим и восхищалась мастерством Макгонагалл. — Это так весело! — крикнула радостно золотовласка и прыгнула в объятия своей подруги. Минерва с удовольствием приняла эти объятия. Она чуть крепче обняла Поппи, зарылась лицом в её волосы, от них прекрасно пахло, чем-то таким свежим, У Минарвы даже никаких ассоциаций с этим не было. Поппи, видимо, тоже была напротив обнимашек. Она обвила руками шею Минервы, позволяя той себя обнимать. — Так чудесно…обниматься с лучшей подругой. — произнесла Помфри. — Ты действительно так считаешь? — спросила Минерва. — Да, ты очень хорошая. — ответила Поппи. Руки Макгонагалл плавно скользили по спинке золотовласой девушки. — Минерва, что ты делаешь? — спрашивала Помфри. — Прости, если что-то делаю не так… — ответила Макгонагалл. — Просто…подними руки чуть повыше. — смущённо ответила Поппи. Минерва немного увлеклась, случайно коснулась её попки. Наконец Макгонагалл её отпустила. — Что это было? — спросила Поппи. — Это не очень похоже на дружеские объятия. Минерва смущённо опустила взгляд. — Ладно, нам пора идти, темнеет уже. — сказала Поппи. Кажется, она не скоро забудет это объятие. Всю дорогу девушки молчали, Макгонагалл винила себя за то, что не смогла сдержаться, а Поппи была в замешательство. Она просто не понимала, что это могло значить. — Хорошо провели время…до завтра, Минерва. — произнесла Помфри. Минерва пошла к себе в комнату, Мэй уже спала, но у неё был жар. Макгонагалл намочила тряпку и приложила к голове Мэй, отчего та тут же проснулась. — Эй, как ты? — с заботой спросила Минерва. — Ты прямо как моя мама… — ответила рыженькая девушка. — Не брошу же я тебя. — добавила Макгонагалл. — И всё же, мне нужен специалист, болезнь прогрессирует. — призналась Мэй. — Так плохо? — испуганно произнесла Минерва. — Поппи хорошо разбирается в медицине, может она поможет. — Неплохая идея, в Больничное Крыло я боюсь идти, не хочу, чтобы отстранили от учёбы. — ответила подруга. — Кстати, как прошёл твой вечер. — Замечательно. Это было замечательно, я обняла её, это потрясающе. Я думаю, что она тоже что-то почувствовала. — радостно ответила Макгонагалл. — Рада за тебя, подружка. — с улыбкой сказала Мэй. — Надеюсь, однажды я поцелую её. — добавила Минерва. — Не опережай события. — сказала подруга. — Ладно, а теперь тебе надо спать. Спокойной ночи. — ответила Макгонагалл и поцеловала подругу в щёчку. Сама же Минерва не могла уснуть, она думала только о Помфри, прокручивая в голове весь этот день. Утром Минерва проснулась и разбудила Мэй. — Как себя чувствуешь? — спросила Макгонагалл. — Пока не понимаю, но спала я хорошо. — ответила подруга. — Сегодня поговорю с Поппи, она точно поможет тебе. — ответила, одеваясь Макгонагалл. Минерва тоже выглядела не хуже Поппи, имела стройные ножки и идеальную осанку. После вчерашнего дня Макгонагалл была заряжена на новый день. Она мечтала вновь обнять Поппи или просто посмотреть на её улыбку. — Ты не собрала учебники. — заметила Мэй. — Да, точно…все забыла. — ответила Макгонагалл. — Только о ней и думаешь. — улыбаясь, произнесла подруга. Вместе они собрались и пошли на занятия, и так уже опаздывали. Здесь действие переносится уже в другое место. Поппи сидела возле кровати Мэй, а рядом сидела Макгонагалл. — Не знаю, Минерва, самолечение это не лучший вариант. Ей нужно в Больничное Крыло. — произнесла Поппи. — Ты права, но мы хотя бы попытались. — ответила Минерва. — Из тебя получится хорошая медсестра. — добавила Мэй. — Это моё призвание. А теперь тебе нужно подняться. Мы пойдём в Больничное Крыло. — ответила Поппи. Девушки помогли подруге подняться. Она ослабла буквально за эти пару дней, Минерва боялась за свою подругу. — Мэй, ты только держись…ладно? — произнесла Минерва. — Все будет нормально, Нерва. — ответила девушка. — Она тебя так называет? — улыбаясь, произнесла Помфри. — Забавно. Девушку положили в Больничное Крыло. Макгонагалл и Помфри навещали её каждый день. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Минерва. — Плохо. Они не знают, что со мной. Скорее всего меня сегодня отправят в Госпиталь, к маглам. — ответила Мэй. Макгонагалл сильно переживала, а Поппи выглядела так, будто что-то знала. — Значит… Маглы лучше знают… что с тобой. — успокаивала себя и подругу Макгонагалл. Девушки вышли из палаты. Минерву всю трясло. — Минерва… — начала Поппи. — Да, Поппи. — ответила Макгонагалл. — Я очень хочу, чтобы Мэй поправилась…но когда наша медицина не может справиться, это не совсем хороший диагноз… — продолжала Помфри. — Как правило, такие болезни не лечатся. — С ней же все было хорошо, она всегда была такой активной. — с надеждой произнесла Минерва. — У неё столько энергии. — Мы должны…быть готовыми ко всему. — с трудом произнесла Поппи. Она знала, что Мэй уже никак не помочь, нужно было только как-то поддержать Минерву. У Мэй выявили рак. Девушки приехали к ней в Госпиталь, чтобы навестить. — Мэй… — произнесла Макгонагалл, увидев свою подругу в таком ужасном виде. Подруга лежала в кровати, у неё не было тех самых рыжих волос, её голова сейчас абсолютно лысая. — Не идёт мне такая причёска? — шутила Мэй. — Мэй, ты даже в такой ситуации не теряешь своего остроумия. — подметила с улыбкой Поппи. Минерва держала Мэй за руку. В палате все выглядело довольно жутко, не так, как в Больничном Крыле. Свет совсем чуть-чуть пробивался из окна в палату. Синезеленые стены добавляли мрачности этому месту. Мэй лежала на весьма удобной кровати, подключенная к некому аппарату жизнеобеспечения. — Ты такая холодная. — заметила Макгонагалл. — Ничего…мы ещё собиремся все вместе. Я вам обещаю. — ответила Мэй. — Ну что вы скисли? Я умирать не собираюсь. Минерва заплакала. — Нерва, ну хватит. — продолжала Мэй. — Не хочу, чтобы мой последний день прошёл вот так. Поппи обняла Минерву. — Сделай, что просит тебя твоя подруга. — сказала золотовласка. Минерва вытерла слезы и улыбнулась Мэй. — Вот так. — сказала Мэй. — Прекрасно выглядите. — Я все ещё не теряю надежды. — ответила Макгонагалл. — Я не сдамся, Минерва. Кое-что я точно поняла. Маглы не такие уж и олухи. — ответила подруга. Вскоре девушки вышли из палаты. — Как она? Она умрёт? — спросила Минерва у врача. — На самом деле, ваша подруга идёт на поправку. Ей очень повезло, что у неё такие друзья, иначе бы её уже не было в живых. — ответил врач. Минерва заплакала, но на этот раз уже от счастья. — Значит она будет жить? — не верила своим ушам Макгонагалл. — Обычно врачи просто успокаивают своих клиентов. Скажите нам правду. — сказала Поппи. — Это и есть правда. — улыбаясь, ответил врач. Девушки немного успокоились. Они с нетерпением ждали Мэй.