Take&Give

      "Мне не нравится дождь", — сначала думаю я, когда Хлоя совсем не обращает на меня никакого внимания. Дождь продолжает капать, пока она говорит мне:       – Потерпи.       "Я ненавижу дождь", — снова думаю я, когда эти капли стекают с моих щёк, а мой костюм промокает уже до нитки.       "Мне не нравится Деккер",— это я уже знал, так давно, что кажется это переросло в нечто большее, чем все это.       "Я ненавижу Деккер", с уверенностью заявляю я, когда хватаю её и тащу за собой в машину.       – Какого чëрта! Люцифер? — я смотрю на неё жадным взглядом, да, точно так - я в бешенстве. Мы все ещё не говорили с ней о нашем поцелуе. Предпочли игнорировать это, хотя наверное это я так решил, она же просто начала бояться остаться со мной наедине. Что ж, её право - предполагаю я, наивно хлопая ресницами.       — Этот дождь, — указываю пальцем вверх, – заебал меня. Нет, я не нахожу нужным быть при детективе наивно милым, я выражался так, как мог. Она могла только принять это или тупо игнорировать. Она только закатывает глазах и через минуту уже пытается открыть дверь.       – У меня работа, Морнингстар. Никогда не нравилось, когда она называла меня по фамилии. Я тянусь к её руке, чтобы она не попыталась повторить свою попытку.       – Честно? Мне плевать, — я был безразличен, она же нет.       — Работа, Люцифер. Так то лучше, но...       – Нет. Тогда я поворачиваю ключ зажигания, отпускаю сцепление и мы едем.       — Куда? — сразу же спрашивает Хлоя, когда видит, как мы отдаляемся от дома, где всë ещё стоят очевидцы.       — Подальше отсюда.

***

И, разумеется, когда мы приезжаем к океану, Хлоя все ещё смотрит на меня недовольным взглядом, наверное, пора ей выдать за это оскар. Но я был рад - дождь закончился.       — Мне нужно вернуться, – она не говорит "нам", потому что мы не были командой, а мне все равно. Я просто играю свою роль, беру то, что я хочу. Сейчас я хочу смотреть на океан, который бьётся о скалы, и чувствовать тёплый калифорнийский ветер.       — Сваливай. Наверное, это грубо с моей стороны, но если бы она даже попыталась сделать это, я бы не позволил. Мои слова играют против меня. И когда она решает вызвать Убер, я выкидываю её телефон.       – Это уже перебор, – она ударяет меня в спину кулаком. Больно, но терпимо.       – Успокойся, я куплю тебе новый.       – Какой же ты ублюдок.       – Спасибо, не ты первая и не ты последняя, кто мне этот говорит, – смотрю на неё пять секунд, а потом усмехнувшимь перевожу свой взгляд на горизонт. Она встаëт со мной рядом.       – Почему ты привёз нас именно сюда? Вопрос был прост, но я не знал, почему я привез нас именно сюда. Тут было тихо и мне это нравится. Казалось, что если останусь там ещё на пять минут, я бы сошёл с ума, в какой-то момент мне было просто это необходимо. Детектив продолжает маячить перед моими глазами, потому что я не отвечаю и вовсе не реагирую.       – Мне нужно было подышать, хорошо? Она кивает головой, а потом кладёт свою ладонь на моё плечо.       – Тогда, тебе наверное не стоило это делать так резко... – предполагает она, но разве мог бы я иначе, я в этом не уверен. Это в духе моей дьявольской личности и не более. Она наконец-то замолчала. В этом были конечно свои минусы и на самом деле мне нравился её голос. Требовательный, и она словно всегда знала, чего хотела, и шла к этому, просто не оглядываясь. Всего за несколько дней я смог принять тот факт, что отец мог отправить меня к ещё более надоедливому или тупому болвану, Деккер даже в каком-то смысле нравилась мне, просто иногда включала зануду и это убивало к ней всякий интерес или просто я не могу понять её.       – На самом деле тут красиво.       – Да, — отвечаю я, смотря на детектива. Кажется, я понимаю, почему отец послал меня именно к ней. Мы были схожи точно так же, как и в том, что мы абсолютно разные. Правильней сказать, мы приходили в конечном итоге к одному выводу. Только поэтому мы продолжим ненавидеть друг дргуга. Такие люди не идут руку об руку, объясняя это тем, что это трудно. Я явно не искал трудностей. Беру её за руку и тащу снова к машине.       — Ты не имеешь право так обращаться со мной.       – Мне. Плевать. Хорошо. – Отчётливо для неё я пояснил свою позицию. Она ударяет меня, а потом скалится от боли.       — Ублюдок. Ты ублюдок! – кричит она.       – Почему ты так противишься этому, детектив? – мне было и правда любопытно. Она все ещё дёргает рукой, видимо, ей действительно больно, а потом обращает свой взгляд на меня.       — Ты мне не нравишься и этого достачно, но какой-то мудак угрожает мне, и потом ты заявляешь мне о том, что защитишь меня, но Люцифер... — она останавливается на половине своей речи, прежде чем выпрямиться и снова обратить свой взгляд на меня. Она молчит.       — Что? – это пауза выносила меня, как и сама она.       — Защити меня от себя, – а потом она шагает мимо меня, как-будто все это было просто минутой забавы. Она все ещё хочет отправиться и допросить этих никчемных людей, на которых мне все ещё плевать, и поэтому я опережаю её и прошу сесть в машину. Ей приходится повиноваться мне, потому что глубоко в самих себе и она, и я верим, что я не причиню ей боли. В машине мы едем в тишине, хотя бы потому что нам обоим просто это необходимо. Я не кидаю едкие предложения, а она не ест мой мозг в ответ. Мы оба в выигрыше. И почему же мы не можем так поступать чаще.       "Безразличие это пустота, которая съедает", — думаю я, когда мельком смотрю на детектива. Я не могу знать наверняка - безразличен ли я ей. Просто Дьявол, который свалился на неё из ниоткуда пару месяцев назад, вот кто я. Мы не друзья, не напарники. Она моя сделка, я её...       "Кто я?", — тот вопрос, который так однозначно мелькнул в моей голове. У этого вопроса нет ответа. У меня его нет. У детектива есть. Выйдя из машины, детектив возвращается к людям, начиная слушать и что-то записывать в свой блокнот.       "Будто это интересно ", — закатываю я глаза, оставаясь в машине. Дождь все ещё идёт, поэтому я предпочитаю оставаться сухим, а ей плевать. Хотя, это даже отчасти смешно - я бесмертный дьявол, который в принципе не может заболеть, который решил остаться в автомобиле, и она - смертная, которая точно что-то подхватит, если продолжит стоять и мокнуть под этим проливным дождём. Снова усмехаюсь и закрываю глаза. Улыбаюсь, потому что она может и не глупая, но почему-то так неловко улыбается, когда какой-то из её коллег шутит.       "Над моими шутками она так не смеётся", — думаю я, когда она на самом деле на каждую мою шутку смотрит на меня, как на идиота, а потом мотает головой и уходит. Первое время для неё я пытался казаться милым - она и этого не оценила, схватив меня в нашу вторую встречу за горло и угрожающе посмотрев, сказала:       — Ещё один такой фокус и останешься без яиц. Еë пальцы были такими сильными, а хватка заставила меня перестать дышать вовсе. Её холодный нрав заставил меня и вовсе задохнуться. Потом она меня отпустила, дав мне шанс отдышаться.       – Сучка, – прошипел я, ухмыльнувшись. С этого момента, я понял, что у нас ничего не выйдет.

***

Утрение завтраки, делал я их на ура. Обычно голышом под музыку. Поп-музыку нулевых, было это как-то по особенному. Гостей этим утром я не ждал, детектив "вкусного" шоу тоже не ждала. Оба получили неожиданный сюрприз, так что мы должны вроде как быть оба в выигрыше, так почему же она отворачивается и только я улыбаюсь, как идиот. Голый идиот.       – Всё, что естественно, то прекрасно, детектив, – произношу я, заворачиваясь в свой шёлковый халат. Она все ещё машет руками и что-то произносит, но я не вникаю, заранее зная, что она ругает меня за то, что хожу по своему дому нагим. Наверное, ключевым там должно быть "по своему", но ей по всей видимости плевать. Мне тоже. Так к чему это мы?       – И вообще, нам уже пора, — она не забывает махать своей маленькой ручëнкой, делая акцент на серьёзности. Но, о мой папочка, она же не серьёзно? Казаться серьёзной после того, в какую якобы неловкую ситуацию я еë ввел... Она чокнутая.       – Да, — отвечаю я, ухмыльнувшись ей в ответ.       — Да...

***

Когда мы в машине - она предпочитает ловить тишину. Когда я задаю ей вопрос - она машет головой. Меня бесит еë игра, и тогда я достаю сигарету и поджигаю еë. Смотрю на неë из-за угла и вижу еë не одобряющий взгляд.       – Да, давай, оштрафуй меня ещë за это, — едко говорю я, и она снова молчит, — это ты вытащила меня на очередное "важное", — еще один вздох, прежде, чем добавить, – задание...       – Тебя никто не просил наниматься ко мне в консультанты.       – Отец.       – Мне плевать на твоего отца! – не выдержав, произносит Деккер. И на какую-то долю секунду меня слишком заводят еë слова.       — Хоть в чем-то я соглашусь с тобой, — я нажимаю на тормоза, – это сложно.       — Мы на дороге, Люцифер... — предупреждает она, но мне плевать.       — Я не спал сутки, потому что я боюсь, — мой взгляд останавливается на ней, — не сдержать слово, которое, блять...– сзади кто-то сигналит и это бесит, – мое чёртово существование зависит от тебя... Меня это бесит и ты бесишь...       — Люцифер...       — Просто вдумайся, я князь ада... Мне всегда было плевать на отца, но сейчас... – я начинаю смеяться...       – Люци...       — Выходи из машины, — я любезно выключаю блокировку дверей, – у меня другие планы.

***

      – Так, ты сейчас серьёзно? В Лос-Анджелесе сейчас около шести вечера. Элла, свесив ноги с рабочего стола, поедает пудинг.       — Абсолютно, — Хлоя сияла.       — То есть он поставил точку, решив так уйти...       – Фактически ушла я, но да... Все верно, и знаешь, – посмотрев на Эллу с азартом, она произносит, — я надеюсь больше никогда не увидеть этого мудака.       — Про какого мудака вы говорите? — любезно спрашивает мужчина со светлыми волосами. Взгляд двух девушек сразу же переключается на незнакомца.       – А Вы собственно...       – Энтони, можно просто Тони, — он не перестаёт улыбаться, – я... Я ваш новый консультант.