Донкихот

— Если ты смотришь эту запись, то это значит, что мы с твоей мамой уже давно мертвы и наш план не сработал. Не знаю, сколько прошло времени с того момента, но могу предположить, что не меньше пяти лет. — на заднем фоне слышаться один детский и один женский голоса. — Да, сынок, тебе сейчас всего четыре года. — Ричард, нам пора уходить. — на экране появилась ещё одно действующее лицо — женщина, которой не дашь больше двадцати пяти лет с тёмно-коричневыми волосами. Это была моя мама. — Дай мне ещё пять минут, Мэри. — ответил ей Ричард. — Хорошо, я тогда пойду к Питеру. — сказала Мэри и на экране вновь остался один мужчина. — Так вот, скорее всего, мы с твоей мамой уже мертвы, и эта запись попала к тебе как раз из-за этого события. Могу представить твои чувства в данный момент. У тебя наверняка много вопросов, однако это лишь запись, и я могу ответить лишь на те, которые сам могу предполагать. В тот момент на моём лице уже были видны капли слёз, стекающие по щекам. — Первый — это вопрос о том, почему мы погибли. — тем временем продолжал говорить отец. — Знаешь, Питер… Я и Мэри не были такими законопослушными людьми, какими казались. Нам пришлось совершить некоторые противозаконные действия, чтобы… Ещё раз прости нас с мамой за это. Так было надо. Для меня, Мэри и… тебя, сынок. Первый раз услышав эту фразу, в моей голове сразу возникла куча мыслей. — Существует такая организация, которая тайно следит за всей Америкой и быстро реагирует на все угрозы. Её полное название — это Стратегическая Интервенционная Тактико-Оперативная Логистическая Служба. Если коротко, то просто Щит. Как ты, наверное, уже догадался, я и Мэри состоим в этой организации, но не на роли простых агентов, которые занимаются шпионажем. Нет, мы учёные, Питер. А учёные занимаются наукой. Мне и твоей маме выдали самую высокую должность на этом поприще. Мы вдвоём главы Научного отдела Щита. Естественно, что после таких слов в моей голове, словно бомба взорвалась. Подумать только, мои родители работали на правительственную организацию. Не каждый ребёнок сможет спокойно принять этот факт. — Однако не всё так радужно, как ты мог подумать. Проработав несколько лет на Щит, мы с твоей мамой узнали страшную тайну, скрытую за этой организацией. За ширмой Щита пряталась… Гидра. Оказалось, что во время второй мировой войны её не уничтожили и та решила спрятаться там, где её никогда не станут искать. В стане своего врага. Всё это время она восстанавливалась и наращивала мощь. Про Гидру я тогда знал из истории. Что от неё смогли избавиться благодаря Капитану Америке, герою войны и суперсолдату, созданному с целью покончить со всеми злодеяниями нацистов. — Гидра сама вышла на нас с целью завербовать в свою организацию и мы не смогли ей отказать, ведь те угрожали убить всех, с кем у нас существуют близкие отношения, и нас самих. На собственные жизни нам было плевать, но… мы не могли позволить им причинить вред тому, кто только появился в нашей жизни. Тебе, мой мальчик. — с теплотой во взгляде повернулся тот в сторону детского голоса. А я… а я молчал. Внутри меня всколыхнулось что-то неизведанное, что-то опасное. Сны, преследовавшие меня с того момента, как я себя помнил, с небывалой чёткостью проносились в моей голове. Однако не так, как после укуса паука. Нет, чётко запомнились мне тогда лишь образы того, как пират терял близких ему людей. — Спросишь, почему я всё это сейчас говорю и тем более записываю? — печаль в голосе мужчины стала более заметна. — Просто я понимаю, что рано или поздно тебе придётся с этим столкнуться, — безысходность была видна на его лице. — И лучше ты будешь к этому готов, чем… — тут он вздохнул. — В общем, чтобы ты знал всю правду и был готов к тому, что тебя ждёт. Очень сильный шаг с его стороны. Большая часть родителей пожелала бы, чтобы их дети никогда не были бы связаны с чем-то таким. Они хотели, чтобы они провели своё детство в блаженном неведении. — Ты не представляешь, как тяжело мне далось это решение. Как представлю тебя, выслушивающего все эти шокирующие новости, так меня начинают одолевать муки совести. Ты этого не заслуживаешь, Питер, — предательская слеза скатилась по его лицу. — Но решение уже принято, и твоя мама с ним согласилась, — потом Ричард усмехнулся. — Ну, как согласилась… сначала она была категорически против этого и мне потребовалось время, чтобы убедить её в этом. Много времени… Да, тётя Мэй рассказывала мне о том, что Мэри была очень упёртой. Только мой отец мог её как-то склонить к своей точке зрения. — Ладно, времени у меня мало, поэтому, пожалуй, перестану предаваться лишним в данный момент воспоминаниям. — помотал мужчина головой. — Гидра держала нас с Мэри на крючке, из-за чего наши телодвижения были ограничены, однако нам всё же удалось найти лазейку и сегодня мы собираемся ею воспользоваться. Мы специально подставились агентам Щита, чтобы в нас стали подозревать шпионов другой организации. Умный ход с их стороны. Вот только очень рискованный. Да, члены Гидры будут считать, что мои родители не предавали их, потому что Щит сам стал подозревать в них предателей, но это ещё не значит, что те будут в безопасности. И следующие события только доказали это. — Скоро за нами должны прийти, — отец посмотрел на часы. — и отвезти на базу, где должны допросить. И в правдивости этого допросы все будут уверены, так как благодаря созданному нами наркотику, мы не сможем увиливать от ответа. «Сыворотка правды», как назвали её некоторые в руководстве Щита. Тут я поставил запись на паузу и на всякий случай решил сходить за звукозаписывающим устройством, потому что приближается момент, когда оно может понадобиться. — Вот только, как я сказал ещё в самом начале, всё оказалось бесполезным, ведь в данный момент ты всё-таки смотришь эту запись. — он вновь взглянул на свои часы. — Произошедшее должно быть очень сильно отразилось на тебе, и я могу лишь пожелать тебе быть сильным, сынок. Никогда не сдавайся и иди к своей цели до конца, какой бы трудной она не была. Поэтому следовать моим следующим словам или нет зависит только от тебя. Именно на этом моменте включаю звукозапись. — Во-первых, не говори об этой записи никому и ни при каких обстоятельствах, даже тем, кто очень близок к тебе. Последним особенно, так как из-за этого их жизни окажутся под угрозой. Во-вторых, заочно не доверяй всем людям из правительственных органов. Исключениями являются лишь несколько человек: Николас Фьюри, Мария Хилл и Филипп Колсон. Только в этих троих я уверен.