Шрамы на именах

Эндрю Доу. Именно это имя начало тускло проявляться на руке Натаниэля. Сегодня Натаниэлю исполняется семь лет. Он ждал этого дня. Минуту назад наступило девятнадцатое января. Натаниэль готовился к этому, также как и его мать, стоящая сейчас перед ним на коленях, с аптечкой у ног. –Абрам, – ласково начала Мэри, – я знаю, что тебе всегда хотелось повстречать своего соулмейта, но это нужно сделать, чтобы спасти и его, и тебя. –Я понимаю, мама, – грустно ответил Натаниэль. –Давай сюда руку, – сказала Мэри, протягивая руку и ожидая, когда Натаниэль ей доверится. –Можно.... – неуверенно начал Натаниэль дрожащим голосом, – я сам... Мэри только кивнула, передавая сыну нож. –Нужно ещё чуть-чуть подождать, пока жар не станет сильнее, да? – спросил Натаниэль. –Ещё недостаточно обжигает? – удивлённо прошептала Мэри. –Угу, – кивнул Натаниэль и совсем не слышно добавил: – интересно, а он тоже так поступит? Мэри нервно посмотрела на наручные часы. Натаниэль заметил, что у неё тоже был шрам на том месте, где должна быть метка с именем соулмейта. –Абрам, стоит поспешить, пока твой отец не вспомнил про твой день рождения. –Угу. Нил в последний раз посмотрел на имя своего соулмейта, хорошенько его запоминая, и осторожно подвёл нож к правому запястью, которое будто заживо сгорало. Он аккуратно, как только мог, провёл ровную линию, перечёркивая имя своего соулмейта вдоль букв. Потекла тонкая струйка крови. –Абрам, нужно глубже... Я всё ещё вижу его имя, – настороженно, ещё более нервно, прошептала Мэри. Натаниэль кивнул и сделал более глубокий порез, стараясь оставить ровную полосу поперёк запястья. Кровь хлынула. Натаниэль даже не дрогнул. Он уже привык. Пускай это и был первый опыт в нанесении самому себе боли и шрамов, но это его не волновало. Он лишь надеялся, что это спасёт его соулмейта от людей отца, что он будет в безопасности, и когда-нибудь они встретятся.... Он надеялся, что суеверие о том, что именно таким образом соулмейт отказывается от своей второй половинки, брехня. Мэри, сначала удостоверившись, что имени больше не видно, кивнула и начала обрабатывать порез. Теперь на запястье Натаниэля была тугая повязка. Он долго ходил с повязкой. Утром, на обязательном завтраке с семьёй, его отец лишь усмехнулся над тем, что они натворили, пока он был на работе. Когда прошло достаточно времени и шрам затянулся, пришло время снять бинты... Натаниэль старался не выдать того, как сильно удивлён... Ведь он до сих пор видел имя своего соулмейта...

***

Эндрю Миньярд. Это имя появилось неожиданно. Точнее не появилось, а лишь немного изменилось. Видимо его соулмейт сменил фамилию. Алекс сидел в классе, на уроке истории, когда запястье обдало нестерпимой болью. Учитель заметил исказившееся от боли лицо ученика. –Алекс, с тобой всё в порядке? – спросил учитель, подходя к его парте. –У меня запястье горит...– Алекс должен быть робким мальчиком, поэтому он, притворно стыдясь, опустил голову к парте. –Родился твой соулмейт? Такое часто бывает, когда имя появляется гораздо позже семи лет. Семь — это просто возраст, когда человек уже сформирован как личность и может понять свою родственную душу. Видимо твоему соулмейту сегодня исполнилось семь. Поздравляю. А теперь тебе лучше пойти к медсестре или сообщить маме и пойти домой. Чем позднее появляется имя соулмейта, тем больнее оно проявляется, – сказал учитель, возвращаясь к доске и продолжая рассказывать тему урока. «Нет, никому нельзя знать, что имя соулмейта изменилось. Такое вообще бывает?! Учитель только что сказал, что порой родственная душа может родится гораздо позже, но изменится она может?! Я раньше не уделял этой теме много внимания, но при маме это будет сделать тяжело», —размышлял Алекс, пока собирал портфель. Он прошёл мимо учителя, попрощался и пустился в бег. Бег его успокаивал. «Я уже давно обуздал своё желание найти соулмейта. Но что теперь? Это желание вспыхнуло с новой силой! Как быть? Имя изменилось... Видно ли теперь оно остальным?» Алекс ускорился. Бег прогнал всё его мысли. Он не заметил, как кто-то за ним следил. В тот день школа, в которой он на этот момент учился, подверглась теракту, и Алекс и его мама бежали дальше. Но они не смогли укрыться достаточно далеко. Люди его отца долго наступали им на пятки. Их, наконец, поймали. Пляж. Солнце только начало заходить за горизонт. На переднем пассажирском сидении труп женщины, что ещё мгновение назад цеплялась за жизнь и вытягивала из сына обещания. «Не оставаться на одном месте дольше двух недель.Постоянно менять облик. Не привязываться ни к кому.» Парень, не сумев вытащить мать из машины, вытащил свою сумку и поджег машину. Машина горела долго. Смрад от горящего трупа плотно засел в памяти парня. Шум прибоя. Запах дыма. Жёлтый отблеск на море от спрятавшегося за горизонтом солнца. Парень долго сидел неподалёку. Он старался запомнить каждую секунду.... Огонь стал стихать. Парень подошёл ближе. Убедившись, что огонь не достанет до него, он аккуратно собрал кости женщины и закопал их, как можно глубже, в песок. Он вытащил из сумки телефон и выкинул его в море. Парень шёл. Теперь он один. Мэри умерла... Натаниэль остался один... Один...

***

Нил добрался до Милпорта и вступил в команду по экси, — самое неразумное решение. Мать постоянно лупила его, замечая его горящий взгляд, когда они проходили мимо людей, болтающих об экси. Ему не часто удавалось посмотреть новости экси, и он старался выглядеть новичком, только недавно заинтересовавшегося спортом. Как же он был удивлён, увидев имя своего соулмейта в экси-новостях.

***

Нил стоял на трибунах, с дымящейся сигаретой у лица. Он спокойно вдыхал дым, смотря на то, как экси-поле снова становится полем для футбола. В следующую минуту он уже говорит с Эрнандесом... а затем и с Ваймаком, тренером Лисов. Тех лисов, в которых играет его соулмейт. Он предложил ему контракт на обучение и игру за команду отбросов. Нил испуганно сорвался с места, даже не дослушав. Он просто бежал. Он не хотел, чтобы его соулмейт попал под прицел отца и его людей. Нил был сильно удивлён, увидев своего соулмейта по телевизору и узнав, что Кевин хотел завербовать его в Вороны, но получил отказ. И сейчас, когда его тренер дал ему возможность попасть к Лисам, к его соулмейту... Но мысль была прервана, когда Нил получил от своего соулмейта клюшкой поддых.