Любовь с привкусом ромашек

Скоротав время над чтением интересной книги, я не заметила, как наступил вечер. Безвылазно проведя весь день в своей комнате, уткнувшись в книгу об основах маневрирования, я безумно захотела пройтись по окрестностям штаба. Подошла ближе к окну, чтобы разглядеть источник шума, что уже несколько часов изрядно отвлекал от моего занятия. Естественно, это были военные, которые улучшали свою физическую подготовку. В центре стоял капрал Ривай и громко раздавал приказы своим подчиненным. На это было занятно смотреть. По моим догадкам эта пытка уже подходила к концу. Разведчики были вымотаны до изнеможения. Спустившись на улицу и прихватив с собой все ту же книгу, я присела в затененное местечко под старым дубом. Как я и предполагала, военные уже заканчивали свою тренировку, и многие из них потихоньку уходили в штаб. Остались лишь те, кто решил свободное время провести на свежем воздухе. Было безмерно интересно наблюдать за новыми людьми в несвойственной для меня, но рутинной для них, обстановке. Из моих размышлений меня вытащил капрал. Как он вообще оказался рядом со мной? Да еще и так резко. — Что ты тут забыла? — он посмотрел на меня сверху вниз, будто возвышаясь над моей натурой. — Я вышла прогуляться, не хотела вас отвлекать своим присутствием. Что-то не так, капрал? — Ты отвлекаешь не меня, а моих солдат, — он повернулся в сторону разведчиков, которые наблюдали за нами, но как только Ривай взглянул на них, они сразу же перевели взгляд. — Извините, но я не виновата, что ваши солдаты отвлекаются на «тупую аристократку». — я встала и уже хотела направиться обратно в штаб, но меня остановила рука Ривая. — Ты хоть представляешь, с кем разговариваешь? — со злостью в глазах прорычал капрал. — А вы? — я легонько убрала его руку. Мне не нужен ответ на мой вопрос. Он сам не понимал, с кем разговаривает. Я лишь вернула его утреннюю любезность. Вдалеке мой взгляд приметил Эрвина. Надеясь, что он заметит, я помахала ему. Нужно было выбираться из накалившейся обстановки. К тому же я ждала Смита весь сегодняшний день. Он заметил мое шаткое положение в небольшой перепалке с капралом, хоть и не мог слышать всех деталей. Его крупная фигура поспешила к нам. — Ривай, — обратился вежливо командор к капралу. Неужели он ещё здесь? — оставь нас, — Ривай, ничего не ответив, быстро удалился, оставляя нас наедине. — Он тебя не спугнул? — Эрвин взял меня под руку, и мы тихонько начали идти вдоль деревьев, которые тянулись длинной линией, составляя аллею. — Всего лишь сказал, что на меня отвлекаются военные, — ничего не таяв, рассказала я. — Они привыкнут к тебе. Может с кем-нибудь и поладишь. — Мне хватает твоего общества, — это было сказано мной так искренно, как только я могла. Мы направлялись к конюшне, которая была примечена еще в день моего приезда. — Не думаю, что тебе будет интересно общаться только со мной. — Пока я тебя не раскушу, мне будет с тобой интересно, — я легонько толкнула его пальцем в грудь. От этого действия Эрвин немного улыбнулся. Он выглядел уставшим, хоть и всеми силами пытался скрыть это. Тщетно. — Я совсем не против твоей компании. Остаток дороги прошел в тишине. Она была так уютна, будто я находилась дома. Одна. Но сейчас меня окружает мир, который мне неизвестен. И это было по меньшей мере интригующе. Когда мы дошли до конюшни, все посторонние мысли вылетели из моей головы. Я оказалась в своем мире, до боли знакомом и родном. В том мире, где я была сильна. Где не нужно было обращаться со мной, как с ребенком или, еще хуже, как с бесполезной девицей. Я уже знала, как вести себя с лошадьми. И была довольно сильна в своем знании и умении. Увидев черного величественного жеребца, я подошла к нему и погладила по шелковистой гриве, давая ему понять: опасности нет. Обойдя его с левой стороны, я взяла повод в руку, а правой ладонью ухватилась за задний край седла. Левую ногу поставила в стремя, правой сделала стремительный и достаточно сильный толчок и резко поднялась. Правую ногу перенесла на противоположную сторону, мягко приземлилась в седло, а ногу поставила в стремя. В это время Эрвин лишь подал мне руку, желая помочь забраться на лошадь. У него на лице застыл ошарашенный взгляд, будто он увидел нечто ужасающее. — Всё хорошо? — я улыбнулась, смотря на него. — Откуда ты знаешь, как это делается, и почему ты так легко запрыгнула на лошадь? — он всё еще стоял на земле и смотрел на меня. — Если ты меня догонишь, то всё расскажу. Через некоторое время моей быстрой езды Эрвин всё же догнал меня. В моей голове не было определённого маршрута, так как я не знала окрестности штаба, и, дабы избежать лишних глаз, пришлось выехать за приделы. А там расстилались величественные и необузданные просторы природы. Один лишь взгляд, один глоток воздуха… Мне хотелось просто кричать что есть мочи, со всей силы моих легких. Но шелест листьев и пение птиц — умиротворение, что, казалось, поселилось на этих просторах, останавливало меня. «Не дай разрушиться этому моменту». — А теперь рассказывай, — Эрвин вывел меня из моих мыслей. Я поведала ему о девушке Гвен из военной полиции, которая заходила с обходом, когда у неё была служба. Смит же, в свою очередь, с интересом слушал мой рассказ, но не показывал каких-либо эмоций. В это время меня переполняли чувства, что таились внутри слишком долго. Мне казалось, что Эрвин — тот человек, которому я могу доверить свои самые сокровенные мысли и воспоминания. Слишком долго у меня не было друга, с которым я могла бы так поговорить, казалось, ни о чем и обо всем сразу. Этот разговор был похож на мой с Митчеллом. И Эрвин был вторым человеком, которому я могла полностью довериться, исходя из его доброжелательности и интересу к моей личности. Хоть и знакомы мы не так давно, но мной буквально овладевало чувство… Родства?.. Да, пожалуй. Родство взглядов, восприятия этого мира. — То есть вы с Гвен подруги? — сделал вывод командор. — Не знаю, скорее всего. У меня никогда не было друзей, помимо Митчелла. — Он достаточно интересный парень, — начал Эрвин. — Мы с ним пообщались лично, когда я приезжал к вам на приём. Митчелл мне показался более скрытным и характерным, чем Вилсон. Второй же более углублён в свою работу. — Ты определенно прав. — Расскажешь мне побольше о своей семье? — Думаю, за чашечкой чая я обязательно выложу тебе все. Не сразу заметив смену дня и ночи, когда солнце уже скрывалось за горизонт, оставляя последние лучи на нашем пути, мы были вынуждены вернуться в штаб. Эрвин сказал, что через несколько дней в связи с огромной кучей бумажной работы, он покажет, как маневрировать и расскажет все основы этого сложного дела.

***

Дни проходили очень гладко. Я не выходила особо из своей комнаты, чтобы не попадаться на глаза солдатам. Единственным моим утешением были книги. И уж так сильно мне понравился тот дуб, отбрасываемая им тень и расстилающаяся молодая трава, что я не могла себе отказать в том, чтобы посидеть там хоть пару часов в день. Правда, мне всегда приходилось подгадывать время, когда тренировки подходили к концу у разведчиков. Но капрал Ривай всё равно нервно поглядывал в мою сторону, когда я попадалась ему на глаза. Перепалок у нас больше не было, так же, как и разговоров. Да и вообще не особо кто хотел подходить ко мне и заводить разговор. На завтрашний день для меня была организована Эрвином тренировка по маневрированию. Я с нетерпением ждала этого. И вновь в привычное время я сидела под тем дубом. В какой-то момент я так сильно задумалась, что совсем перестала понимать суть строк. Издали ко мне начала приближаться женская фигура, заметив ее краем глаза, я сложила книгу. Не хотелось быть застигнутой врасплох. Когда силуэт начал приобретать характерные черты, я поняла, что это была Ханджи. — Всё читаешь? — с интересом проговорила она. — У меня дома не было таких книг, как у вас, — начала я. — А математические теоремы мне изрядно наскучили. — Ты увлекаешься математическими расчётами? — девушка была явно удивлена моим ответом. — Всё благодаря учителям и брату. — Поняла, — Ханджи присела рядом со мной и облокотилась спиной о дерево. — У меня сегодня выходной, и я иду на рынок, тебе что-то взять? — она смотрела вдаль на солдат, которые убирались после тренировки. — А можно пойти с вами? — я повернулась к ней. — Давай без формальностей, — девушка улыбнулась. — Иначе ты здесь вообще друзей не найдешь, если будешь ко всем обращаться на «вы». А так да, конечно можно пойти. — Не думаю, что я хоть кому-то тут понравлюсь. — Не смеши меня, очень много разведчиков говорят о тебе. — Правда? — спросила, не понимая, нравится мне это или нет. Я привыкла к пристальному вниманию с детства, но мне бы и правда хотелось, чтобы у меня появились, как говорила мать, «ненужные знакомства». — Конечно! Не каждый же день приезжает симпатичная девушка, которая никак не относится к Разведкорпусу, — я рассмеялась. — А теперь пошли за деньгами и на рынок. Мы с Ханджи, поднявшись с такой уютной полянки, проследовали в штаб. Она пошла забрать деньги и некоторые вещи, а я, проследовав в свою комнату, решила переодеться. Надев лёгкую куртку пыльно-синего цвета, я посмотрела в шкафу на два висящих на вешалке платья. Закрыв дверцу, я поняла, что ещё не успела соскучиться по пышным платьям и прислуге. Было достаточно увлекательно впервые прибирать комнату, но что меня действительно удивило — хоть и медленно, но я все сделала отлично. Выходя из комнаты, я заметила краем глаза, проходящего мимо Ривая. Он направлялся в кабинет Эрвина, который располагался неподалёку от моей комнаты. Открывая дверь, капрал обратил на меня внимание и лишь зло бросил взгляд, хлопнув дверью. Бестактный мужчина, который думает только о себе. Но тут что-то тронуло меня за плечо, и я резко повернулась. Это была всего лишь Ханджи. — Я не хотела тебя напугать, — она сказала это с улыбкой, видно, ее это позабавило. — Я просто немного задумалась. — Хм, — девушка сделала задумчивое выражение лица. — Ривай проходил передо мной, он тебе в мысли запал? — Ривай выглядит очень устрашающе, поэтому в мыслях у меня его точно нет. — Он капитан элитного отряда, ему нужно быть устрашающим. — Значит, под маской устрашающего капитана скрывается милый белый кролик? — Викки, — Ханджи не на шутку рассмеялась. — Самое главное — ему об этом не скажи, а то иначе тебе не жить. После тридцати минут в повозке мы оказались на большом рынке. Огромное изобилие всего, что только можно представить. Овощи, фрукты, одежда, различные инструменты и не совсем понятные для меня изделия из дерева и железа. В воздухе ощущался неясный для меня запах. Гул заполнял все пространство. Казалось, что это место имеет собственную атмосферу и систему. Как настоящий живой организм, где все подчинено одному действу — продать товар по лучшей цене. Меня охватил новый мир. Сделай неверный шаг — и ты пропал, погряз в этой пучине. Но Ханджи, казалось, совсем не видела препятствий, она влилась в этот бурный поток и чувствовала себя в нем как рыба в воде. Девушка бегала от одной палатки к другой, она прекрасно ориентировалась здесь, чего не скажешь обо мне. Это был мой первый поход на рынок, и я благополучно пыталась хотя бы не отстать от неё. Потеряться здесь мне совсем не хотелось. Ханджи торговалась и покупала самое лучшее, сверяя цены у разных продавцов. Мы подошли к фруктовому отделу. — Можно мне один килограмм яблок, — она восторженно на меня посмотрела, будто сделала что-то невероятное. Я осмотрела весь прилавок, и мой взгляд зацепился за клубнику. Как же давно в моем рационе не было чего-то подобного. — Три килограмма клубники пожалуйста, — Ханджи на меня посмотрела, будто я одна убила пятнадцатиметрового титана прямо сейчас. Без оружия. — Это же безумно дорого, учитывая, что сейчас только весна. — Можно тогда четыре килограмма, — я поправила куртку и посмотрела на неё. — Значит, один килограмм тебе, прими это как подарок в знак нашего знакомства. — Спасибо, — девушка немного замялась. — У вас маленькие зарплаты? — мы отходили от прилавка уже с пакетами фруктов. — С урезанием финансирования стали меньше, поэтому довольствоваться клубникой я не могу себе позволить. — Это достаточно грустно, — меня озарила мысль, словно молния грозовое небо. — Ханджи, а на рынке продают соль? — я взглянула не неё — изумление проскочило в ее глазах. — Ты меня не перестаёшь удивлять. Зачем она тебе? — Я подумала, а может быть купить её, чтобы у каждого на столе стояла хотя бы одна плошка, ведь это намного лучше, чем есть пресную пищу. А так каждый может посолить в меру, — она немного замялась, но всё же ответила. — Не думаю, что у тебя хватит денег после покупки клубники. Я достала из двух карманов три мешочка с золотыми монетами и показала их Ханджи. — Столько хватит? — Думаю, да. Но, может, ты потратишь их на более нужные тебе вещи? — мне кажется, или это похоже на заботу? — У меня есть еще, а если уж и понадобиться, то мне не составит труда написать брату. Поэтому на этот счёт не переживай, — девушка лишь пожала плечами, и мы пошли искать нужную лавку. Мы продвинулись к палатке, на прилавке которой располагались различные специи и пряности. В нос ударил стойкий запах чего-то пряного. К сожалению, я не смогла понять, что именно имело такой аромат. Очень интересный запах. Я не встречала раньше ничего подобного. «В следующий раз, — подумала я, — стоит обязательно расспросить торговца». А на сегодня у меня есть своя маленькая миссия. Поэтому, не задумываясь ни о чем, мы купили один огромный мешок соли. Было забавно его тащить, учитывая, что я явно слабее Ханджи. Всё-таки она солдат, а я лишь обычная девушка из «золотой семьи», не имеющая ни природной силы, ни должной физической подготовки. К вечеру мы добрались до штаба. На улице стояла довольно прохладная погода, и это не удивительно? учитывая время года. Хотя воздух был пронизан легкостью и свежестью, предвкушая смену сезона. Холодок просачивался через мою куртку, охлаждая горячее тело. Мы договорились с Ханджи встать раньше остальных и всё подготовить. Ей понравился мой план, и она с радостью согласилась на эту маленькую проделку. Пусть солнце уже давно сменилось ярким полумесяцем, а все пространство кануло в ночную тьму, мне совсем не спалось. Я решила пойти к Эрвину. Может, ему тоже, как и мне, не спится в это время? Но заявляться к нему по среди ночи с пустыми руками и полной головой разных мыслей было бы некрасиво. Я спустилась в столовую и вымыла небольшую тарелку недавно купленных ягод. Надеюсь, что он всё еще не спит. Приближаясь к кабинету Смита, я увидела, что там горит тусклый свет. Не могу сказать, что не пришла в восторг. Я постучалась несколько раз и после пары утопающих в тишине слов открыла несчастно скрипучую дверь. Как оказалось, он был в кабинете не один. Неужели нам никогда не удастся побыть наедине? Командор улыбнулся, увидев меня, а капитан Ривай лишь отвернулся к бумагам, которые были у него в руках. — Клубники не хотите? — воодушевляюще сказала я. — Где ты её достала? — приподнимая бровь, спросил Смит. — Мы с Ханджи сегодня ходили на рынок, это было довольно увлекательно. — Хорошо, — начал командор. — Но в следующий раз предупреди меня, что уходишь с Ханджи, — он подошёл ко мне и взял одну ягоду. — Сегодня я не смогу поговорить с тобой, но большое спасибо, что угостила. — Ничего страшного, Эрвин, — я поставила тарелку на столик около диванчика и постаралась как можно быстрее и незаметнее удалиться из кабинета. Закрыв дверь, я облокотилась на нее спиной, вскинув голову наверх. Мне так хотелось провести этот вечер с ним, но он же с самого начала говорил, что занят. Его глаза так манили и притягивали меня, что на душе становилось тепло. — Почему она называет тебя по имени? — донеслось тихо с кабинета. Я не хотела подслушивать их разговор, но любопытство взяло надо мной верх. — А как ей ещё меня называть? Не командором же, — Эрвин немного рассмеялся. — Она лишь балласт, который тянет тебя на дно, — всё также без эмоционально проговорил капитан. — Ты ошибаешься, Ривай. Будь спокойнее и рассудительнее к ней. Я отошла от двери и тихо проследовала в свою комнату неподалеку. Возможно, сейчас мне удастся уснуть? Сон совсем не шел, все мысли были переполнены тем диалогом, что никак не предназначался для моих ушей. Отчего эта жестокость? Ведь ненавидеть человека без особой на то причины слишком по-детски. Неужели я ему мешаю одним своим присутствием? Неужели его так воротит от меня, если я просто сижу на улице в двадцати метрах от него и спокойно читаю книгу?

***

Что-то было в моих волосах. В полусонном состоянии сложно определить, что это или кто. Пришлось открыть глаза, хоть это действие и не далось мне с первых секунд. Мир расплывался, но я смогла ухватиться за фигуру, сидячую рядом. После нескольких попыток сфокусировать взгляд на меня нахлынуло облегчение. Это была Ханджи. Ей следовало разбудить меня к назначенному времени, как мы и договаривались. Но свет… Было слишком светло для раннего утра. Я взглянула в окно, и солнце уже возвышалось над соседними корпусами замка. Проспала… Но почему меня не разбудили? Девушка заметила мой пристальный взгляд. — Я пришла в пять утра к тебе, а ты так сладко спала, что у меня рука не поднялась тебя разбудить. — Надо было будить, я бы помогла тебе, — закутываясь в одеяло прошептала я. — Не переживай, я никому не сказала о твоём «маленьком» подарке, поэтому все думают на Эрвина. — И славно, я не хотела, чтобы все знали, что это я. — А зря. Может и познакомилась бы с кем-то помимо нас. — Времени ещё много, может, и познакомлюсь. Вон, даже взять тебя, — я приняла положения сидя. — Мы отлично поладили, а большего мне и не надо. — Глупенькая, ты жизни еще не видела. Друзья всегда тебе могут помочь. — Ты права, что я еще ничего не видела, но, пожалуй, не соглашусь, что я глупенькая, — я наигранно отвернулась от неё. Ханджи тихо рассмеялась. — Давай собирайся, иначе на обед опоздаешь, — девушка встала и пошла в сторону двери, но я должна была ещё кое-что спросить. — Как думаешь, Эрвин догадается, что это я? — На самом деле я думаю, что и Эрвин, и Ривай уже сообразили, поэтому не беспокойся на этот счёт. — Что-то мне теперь страшно к ним идти. Особенно, если Ривай опять начнёт на меня орать. — Не слушай Ривая, а Эрвин точно не будет бузить, не переживай. — Бузить? — я непроизвольно рассмеялась. Какие интересные слова используют люди в этом месте. — Ах… Ну да, привыкай к нашей манере речи. Ты как никак теперь одна из нас, — она подмигнула мне, покидая комнату. Я не спеша собралась, надевая чёрную блузку с открытыми плечами и достаточно пышными рукавами и уже привычные белые брюки. Пройдя путь к столовой, который мне уже запомнился, я почти никого не встретила. Неужели все уже пришли на обед? Когда я распахнула дверь, ведущую в столовую, практически каждый присутствующий посчитал своей обязанностью покоситься на меня. Что на них нашло? Я спокойно прошла к столу командующих, где меня уже ждала моя порция. — Доброе утро, — более жизнерадостно сказала я и присела на уже обычное место рядом с Ханджи. — Уже полдень, — отметил Эрвин. — Прекрасно выглядишь, — Смит указал вилкой на мою блузку. — Спасибо, — я уже хотела приступить к еде, но мою руку взяла девушка. — Что это за ткань такая интересная? — она пристально всматривалась несколько минут. Казалось, ее интересует все в этом мире. — Брат привез откуда-то, я уже не помню, — я взглянула на Ривая, и это стало моей фатальной ошибкой. Он смотрел на меня в упор, от чего пошёл мерзкий холодок по спине. От его взгляда все живое во мне превратилось в мрак. Я отвернулась и принялась за еду, стараясь унять это гнетущее чувство. — Как думаешь, Ривай, — обратился Эрвин к капралу, прищуря взгляд. — Я научу Викки за месяц маневрировать с нуля? — Думаю, ей и полугода будет мало, учитывая, какая она бестолковая, раз припёрлась в таком виде в столовую, — процедил Ривай. — А тебя разве должно волновать то, как я одеваюсь? — мне надоело, что ко мне относятся, как к куску дерьма, поливая грязью. — Меня совершенно не волнует ничего о тебе, идиотка. — Эрвин, месяц слишком долго. Я смогу лучше, давай за две недели? — я не отрывала взгляд от Ривая, который так же смотрел злобными глазами на меня. Я только сейчас заметила, что цвет у них, словно грозовые тучи, которые вот-вот озаряться яркой молнией. — Ты не сможешь, — вытянул из этих гляделок меня Эрвин. — Давай поспорим, — я протянула ему руку. — На что? — с интересом спросил Смит. — На желание. — Ты не понимаешь, на что подписываешься, — командор пожал мою руку, и Ханджи разбила наши ладони. — Только… — Смит немного призадумался, будто обдумывал какой-то план. — Обучать будет тебя Ривай, у него как раз бумажная волокита закончилась. Эти слова отразились эхом в ушах. Он меня убьёт. Рано или поздно, но он это сделает. Ненавижу тебя, капрал Ривай.