С иголок на циновку или мягкую постель?

***

— Этот верующий в чем-то провинился? Гэгэ ни разу не поцеловал меня за это утро… «верующий» Неужели во всех трёх мирах остался хоть один его последователь? В это было сложно поверить, но в груди что-то радостно защемило и принц попытался подавить наверняка глупую улыбку и неуместный румянец. Этот незнакомец его последователь. Но почему он должен его целовать? Неужели они всегда это делают? Немыслимо. На его костлявом пальце красовалась такая же красная нить, что и на пальце Се Ляня. Они связаны узами — очевидно. Но как же его обеты? Мусорный бог слегка смутился про себя — хорошо, может он и нарушил множество из них во время долгих скитаний, но обет целомудрия никогда не нарушал! Весенние игры для наследного принца были бессмысленными, ведь он давным давно окрестил себя бессильным. Чары женщин были абсолютно бессильны против Се Ляня. Но перед ним мужчина. Не имеющий ничего общего с женщинами, от которых так яростно защищал его советник. А ведь Се Лянь просил научить его противостоять чарам мужчин. Однако советник его не послушал, сказал, что это совсем не обязательно. И к чему это привело? Вот! Он лежит в одной постели с мужчиной! И принц почему-то не против! Се Лянь искренне пытался возмущаться, но все попытки не возымели толка. Мужчина в красных одеждах смотрел на него так искренне и лукаво одновременно, что по коже Се Ляня пошли мурашки от такой противоречивости. Было видно, что он расстроен, но эта эмоция была скрыта под пеленой озорства и беспутства. Это определенно не человек. У людей не может быть столь сильной притягательной ауры. Принц невольно напрягся, пытаясь понять — кто же перед ним. Мужчина подполз ближе к Се Ляню и уложил на его колени голову. Се Лянь не ожидал этого, но рука без ведома хозяина инстинктивно стала гладить и перебирать волосы. Это не была магия подчинения, все дело в простой привычке, странно. Это так необычно… Значит принц точно знал его, раз тело все еще помнит ласку и близость. — Гэгэ, прости. Мужчина будто уменьшился в пару раз и уткнулся в нижние одежды небожителя. Вид был довольно волнительный сердцу. Се Лянь не понимал, за что он просит прощения и попытался это выяснить: — За что Сань Лан извиняется? Мужчина сильнее вжался в одежду и обвил талию Се Ляня руками. — Гэгэ вчера не понравилось. Ваше Высочество, простите этого верующего за дерзость. Отныне я больше не позволю себе и думать об этом… Голос звучал приглушенно, но это не помешало услышать в нем искреннее раскаяние. Се Лянь все еще не понимал, что имеет ввиду юноша. — Сань Лан… О чем ты? — Ваше Высочество… Вы с самого утра странно себя ведете. Се Лянь старался вести себя как ни в чем не бывало, однако незнакомец безошибочно заметил изменение. Он ласково провел рукой по спине мужчины, пытаясь подобрать слова. — Сань Лан… — он неловко прочищает горло. — Ваше Высочество, этот недостойный супруг сделает все что угодно и примет любое наказание. Тут Се Лянь едва не теряет дар речи. Он замужем! За мужчину! Стоило догадаться, но все равно это уносит почву из-под ног! А раз он в браке… Ни о каком целомудрии не могло быть и речи. Се Лянь с ужасом осознал, что последнее табу храма Хуан Цзи нарушено. По спине принца пробежали волны мурашек. Как хорошо, что он сидит, иначе он бы немедленно осел на землю. Се Лянь опустил глаза и увидел оголенную шею мужчины. Она покрыта множеством красных отметин, происхождение которых, принцу, невольно удалось узнать. Так это он сделал?! Се Ляню вновь стало нехорошо. Неужели он… Своим ртом… О, боже. Мусорное божество вновь было среди патеона небес, но сейчас он чувствовал себя так, будто ближе всех у цели к становлению демоном. Он ничего не помнит. Ни то, как вновь вознесся на небеса, ни то, как вышел замуж, ни то, как лишился того самого! Последнее звучало досаднее всего. Однако принц понял, что что-то не сходится. Он чувствует, как по его меридианам течёт светлая ци, его мана льется через край, но почему? С потерей невинности, половина его сил должна была покинуть его, но их стало будто бы больше. Хоть он и прожил много лет с проклятыми кангами, но понять разницу не составило труда. Ошибки быть точно не может. — Саньлан, все в порядке, правда! Я просто неважно себя чувствую, кажется, я съел что-то не то вчера… Ему безумно интересно, как же так вышло, но с вопросами надо быть аккуратным. Перед ним не человек. Хозяин проклятой сабли — наверняка могущественный демон. Сань Лан вскочил с постели и грозно посмотрел на супруга. Вопреки резким действиям демона, тело принца медленно, будто нехотя перешло в боевую готовность. Тело не слушает разум! Без какого либо вмешательства! Караул! — Гэгэ… Ты опять принял подношения у тех деревенщин? Я говорил тебе, что эта еда испорченная! Не смей больше брать еду у других, даже если это подношения, пообещай мне! Призрак смотрел на него одним большим черным глазом, в котором полыхали гнев и волнение. Его злая бравада выглядела скорее умилительной. Демон все еще укоризненно глядел на принца, но долго держать лицо не получилось. Улыбка сама рвется наружу, стоит увидеть эти теплые растерянные и слегка смущенные глаза. — Хорошо Сань Лан, я обещаю, больше не буду брать еду у людей… Се Лянь задумался. Ему делали подношения! Значит, у него много последователей! А еще улыбка этого демона была удивительно милой. Неожиданно юноша подхватил Се Ляня на руки и куда-то понес. Принц никогда бы не позволил такому случится. Он бы быстро сгруппировался и выбрался из захвата, но тело было так расслаблено, что он даже забыл и думать об этом. Смущенный принц не знал как реагировать. Но судя по невозмутимому виду мужа, это действие было в порядке вещей. — С-сань Лан, куда мы? — Искупаемся в горячих источниках. Се Лянь вмиг успокоился. Когда у него в последний раз была хорошая ванна и повод расслабиться? Мысли о ванной расслабляли, особенно если это не дырявая бочка, где утечку надо было закрывать пяткой изнутри, или промозглая река, в которой то и дело норовят ущипнуть за причинные места рыбы. В руках демона было так хорошо, что Се Ляня невольно разморило, и он уткнулся в мягкий шелк его одежд. Пахло цветами, аромат которых был ему смутно знаком. Совсем ненавязчиво, но от того и прекрасней. В глубине души, принц, может и возмущался такому отношению к себе, но как же тут ворчать, когда ты сытый, выспавшийся, расслабленный и тебя носят на руках? То, с каким благоговением относился к нему этот незнакомец, заставило Се Ляня чувствовать себя важным и любимым, чего не испытывал уже очень и очень давно. В конце концов, если выпадает возможность, почему он должен отказываться?

***

Горячие источники оказались совсем не такими, какими Се Лянь себе представлял. Ни в какое сравнение с небесными купальнями! Повсюду живые цветы, облака тумана и тлеющие благовония. Под открытыми небом прохладно, но исходящий пар безвозмездно дарил тепло. Утреннее солнце светило ненастойчиво, скромно освещая пейзаж. Принца опустили на ноги, и он продолжил любоваться видом, когда его насмешливо похлопали по пояснице. — Гэгэ сегодня слегка рассеянный. Се Лянь смутился, но виду не подал. По крайней мере, так ему казалось. Демон подошел сзади, намереваясь забрать у супруга единственные нижние одежды, но небожитель неожиданно вздрогнул и с ужасом воззрился на него. — Гэгэ? Хуа Чэн был обеспокоен состоянием принца. — Гэгэ, тебя что-то беспокоит? Где-то еще болит? — Н-нет, Сань Лан, все хорошо. Се Лянь попрощался с той каплей стыда, которую так бережно хранил и самостоятельно скинул с себя нижние одеяния. Сам того не заметив, он сильно зажмурился, потому был очень удивлен, когда услышал громкий всплеск воды. Демон был снова обнажен и теперь бессовестно плавал лягушонком. Однако вскоре заметив, что супруг не торопится идти к нему, он подплыл ближе. — Гэгэ, иди ко мне. Не было приказного тона, лишь заманивающий голос, что обволакивал каждую частицу сознания Се Ляня. Он послушно опустился в теплую воду. Сань Лан подплыл к нему и обвил шею руками. Кожа его согрелась и теперь его было невозможно отличить от простого, красивого, смертного юноши. Внезапно демон подался вперед и требовательно накрыл своими губами лепестки Се Ляня. Принц опешил. Он забывает, что это возможно, его далеко не первый поцелуй, но как тут не сойти с ума? Сначала его губы мягко прижимали другие, но вскоре в ход пошли зубы и язык. Се Лянь был обескуражен. Что ему делать? Оттолкнуть и убежать? Остаться здесь и продолжать это распутство? Он никогда в жизни не целовался, но каким-то волшебным образом, он умело парировал языку демона. Се Лянь даже не задумывался, отвечать или нет, губы сами все за него решили! Но продолжаться так больше не может. Это слишком. Это ужасно. Он с силой оттолкнул от себя демона, и тот, не ожидавший удара, отлетел прямо на камень в противоположной стороне источника. Демон стряхнул с себя крошки потресканного камня и с вопросом уставился на супруга, выразительно выгнув бровь: — Гэгэ, что случилось? Что тебя так терзает? Почему ты не хочешь поговорить об этом? Хуа Чэн приблизился, но не посмел подойти слишком близко, оставаясь на почтенном расстоянии. Голос его едва не дрогнул. Что происходит с его гэгэ? — Все в порядке, правда… — Ваше Высочество, не лги мне. Се Лянь понял, что дело обретает серьезный оборот, и более скрывать правду будет опасно. Этот демон слишком хорошо его знает, а значит, сколько бы принц не скрывался, истина сама вырвется наружу. Принц раскрыл руки в приглашающем жесте. Сейчас, Сань Лан выглядит очень опечаленно и растерянно, если Се Лянь сейчас скажет ему, что он не помнит всю их совместную жизнь, то он боится, что мужчина может впасть в неистовство. Надо его успокоить. Наверное, его супругу нравятся объятья? Князь демонов колебался. Он выглядит так, будто все беды мира произошли именно по его вине. Спустя пару мгновений, он все же решился и прильнул к груди Се Ляня. Лицо он сразу же спрятал в шее возлюбленного. — Гэгэ скажет мне причину? Се Лянь крепко обнимал нагого демона и пытался понять, как его жизнь пришла к этому. Он ответил не сразу. Принц еще долго гладил Сань Лана по волосам, собираясь с мыслями. — Кажется, я ничего не помню…