Рыжий цвет чумы

      Мария была в самом что ни на есть отличном настроении. Никто не мог понять, что послужило такому порыву эмоций, но именно сегодня ей хотелось обнять всех своих друзей и сказать, какие они у неё замечательные. Жизнь снова приобрела краски, хотя буквально вчера она до чёртиков была напугана. И самое интересное было то, что Разумовская и сама не знала, почему сегодня ей так хорошо.       Что ещё сильнее удивило друзей, так это то, что Ромка, всегда уверенный в себе, был рассеян и явно не выспавшийся. Когда Бяша спрашивал его, что случилось, то друг попросту увиливал от ответа, но что-то тайно шепнул ему на ухо, когда они были одни. Дагбаев после этого постоянно глупо улыбался, но все уже как-то привыкли к этому, а потому даже не заметили сильных изменений.       Полина, что в школу пришла вновь вместе с подругой и Ромой, по настроению была схожа с Машей, но в тот момент, когда они шли по заснеженной улице, между друзьями повисла неловкость. Нормального разговора не выходило. Однако потом, после третьего урока, когда девушки остались одни, Морозова поведала секрет своего настроения. Девушки отошли на первый этаж, где был небольшой уголок с цветами. Там всегда никого не было, хоть место и находилось возле часто проходимой лестницы. – Ты уже, наверное, заметила, что мы с Антоном тесно общаемся? – спросила скрипачка, мило и смущённо улыбаясь. – Такое сложно не заметить, – хихикнула Мария. – Он тебе нравится? – Это так сильно видно...? – девушки зашли за угол, где стояли разные цветы, и их разговор никто не мог подслушать. – Видно, – не стала отрицать очевидное Разумовская. – Но я ему почему-то не особо доверяю. С одной стороны, он милый и хороший парень под стать тебе, но с другой я чувствую опасность. Не знаю, как объяснить, – девушка опустила голову. Она и правда не понимала, что постоянно толкало её к такому ответу. – Может это твоя подозрительность из-за вашего с братом прошлого? И ты привыкла искать во всём подвох… – Полина положила свою руку на плечо подруги в ободряющем жесте. – Возможно, но не думаю, что здесь задействовано только оно, – вздохнула Маша. – А как ваши отношения с Пятифаном? – игриво улыбнувшись, спросила Полина. – А что у нас с ним? – Разумовская недоумевала, ведь не понимала, к чему клонит её подруга. – Ну, он тебя до дома провожает, защищает. А сегодня вы оба шли ниже травы, тише воды. Даже на переменах не пересекались. Ощущение, будто ваши отношения потеплели, но что-то случилось непонятное. – Хм, – Мария задумалась над словами Полины. Что произошло между ними? Вроде всё как обычно, хоть он сегодня и провёл ночь в её доме, и они обнялись… Они же друзья? Друзья… И снова стало неприятно от этого слова, но почему девушка не понимала. А что плохого в том, что они друзья? Нет, плохого в этом Мария ничего не видела, однако объяснить свою реакцию на всю эту ситуацию и отношения между ними она не могла. – Земля вызывает Луну! – Полина помахала перед лицом подруги ладошкой, смеясь. – А? Прости, задумалась, – объяснилась она. – Ладно, как только разберёшься в своих мыслях, обязательно сообщи, – продолжая улыбаться, произнесла та. – И если понадобится помощь, чтобы их распутать, то тоже обращайся. – Как хорошо, что у меня есть такая замечательная подруга, как ты, Поля, – вовлекая темноволосую в свои объятия, призналась Маша. Ей действительно повезло.

***

      Школьная рутина прошла спокойно. Не было ничего такого, что могло бы помешать настроению Разумовской. На переменах она сидела вместе с друзьями, иногда замечая непонятный для неё самой взгляд Кати. Эта девушка, хоть и пыталась по началу задевать новенькую, сейчас просто презрительно смотрела. Может ей просто не нравилось, что в классе появились новые люди. Антона она тоже недолюбливала. Всячески пыталась вывести того из себя, чтобы впоследствии оклеветать и удовлетворить свой змеиный нрав. Но к счастью этого не удавалось. Рядом всегда оказывались друзья.       Мария спускалась по лестнице на первый этаж, где её уже ждали друзья. Ей пришлось задержаться, так как Лилия Павловна попросила ей помочь. Уже почти спустившись, девушка услышала девичий плач за углом. Там, где сегодня она разговаривала с Полиной. Была возможность просто уйти, но Маша сразу отбросила эти мысли. Вдруг человеку нужна её помощь? Но подойдя ближе к источнику звуков, то Разумовская сильно удивилась. Перед ней сидела на полу Катя. Тушь с её глаз потекла вслед за струйками слёз, сама она выглядела потрёпанной и сильно подавленной, отчего, скорее всего, и расплакалась. – Катя? Ты чего тут? – недоумённо спросила Мария, подойдя ещё чуть ближе. – Разумовская? Уйди! Всё нормально, – Катя тут же начала закрывать своё заплаканное лицо и вытирать глаза. Но Маша не собиралась уходить. Она собиралась хоть как-то, но помочь. – Оставь свою гордость в стороне! Я может пришла помочь тебе, а ты опять грубишь, – девушка села чуть поодаль от блондинки, чтобы той не было сильно дискомфортно. – С чего это ты вдруг мне помогать удумала? – пришёл черед ей задавать недоуменно вопросы. – Не знаю, просто так, – честно ответила Маша. – С тобой обычно «свита» ходит, даже со школы вы все вместе идёте, а тут ты одна сидишь. Подружки тебя предали? – вопрос прямо в яблочко. – Не твоё дело! – воскликнула Смирнова. – Может и не моё, – согласилась Разумовская, – но тот факт, что ты сейчас тут одна, заплаканная, не даёт мне спокойно пройти мимо. Кать, я же вижу, что ты такая вся из себя не просто так. Это лишь образ. Я видела, как ты бросала в нашу сторону взгляды, и ведь не отнекивайся, что это не взгляды зависти. Поверь, я знаю, о чём говорю. Ты можешь не рассказывать мне о своих проблемах, но мы можем просто начать относиться друг к другу иначе. По-дружески. Я не хотела бы вести войну с тобой.       Маша была изумлена своей искренности в словах, ведь всё то, что она сказала сейчас, уже давно крутилось, у неё в голове. А ещё она была изумлена, с каким вниманием Смирнова слушает её. На деле, девочка просто заигралась. Образ «главной стервы школы» так сильно приелся к ней, что сейчас поверить в то, что Катя плакала и внимательно слушала Марию, сложно. – Знаешь, а ведь ты права, – тихо произнесла Катя. – Я тебя поняла. Спасибо, Маш, – всхлипнув, девушка поблагодарила Разумовскую и даже слегка улыбнулась. Можно тебя обнять? – неожиданно спросила Катя. – Конечно, – с улыбкой ответила та. Девушки неловко обнялись, но Кате заметно стало легче. Она и не думала, что когда-нибудь будет обниматься с ней, что та увидит её слёзы. Катя действительно осознала, что каждый раз, когда выходила из дома и шла в школу, надевала маску. И помогла в этом разобраться Маша. Та, которую девушка считала своим врагом. – Как насчёт того, чтобы сегодня ты пошла вместе с нашей компанией? – спросила Разумовская, как только они встали с пола. Катя хмыкнула своим мыслям, ведь не намеривалась так сразу причислять новенькую к своим друзьям, но в ответ сказала, что не против. Так будет даже безопаснее, ведь маньяк ещё был на свободе. Да и к тому же, Смирнова, хоть и отнекивалась от своих навязчивых мыслей об их возможной дружбе, но всё равно надеялась, что когда-нибудь это случиться.       Маша улыбнулась её ответу, и они вместе пошли к гардеробу. Там уже никого не было, потому Мария предположила, что все ждали её на улице. Девушки быстро собрались, несмело обсуждая прошедший день. Они вышли из здания, хихикая с того случая, что произошёл сегодня в столовой. Какой-то младшеклассник снёс повариху с подносом, которая потом бегала за ним по всей школе с половником и отвела по итогу к директору. – Катька? – спросил Бяша, нехило удивляясь, как и все остальные. Никто не понимал, что происходит и почему она здесь, да ещё и вместе с Машей. Но она-то как раз выглядела спокойно. – Да, и сегодня она пойдёт вместе с нами, – уверенно произнесла Разумовская. – Мы так и будем тут стоять, или может уже пойдём? – спросила она. Все кивнули и выдвинулись со школьного двора.       Компания шла тихо. Висело неловкое молчание, от которого каждому было крайне некомфортно. Катя чувствовала, что, придя в компанию, всем стало не по себе от её присутствия. Однако Мария была уверенна в своих действиях. Она чётко знала теперь, что не хотела бы оставлять девушку одну, без настоящих друзей. Каждый заслуживает шанс, даже такой человек, как Смирнова. В её понимании она не была плохой, просто время и окружение, а возможно и ещё какие-то проблемы, заставили сделать выбор не в пользу так называемого добра.       Неожиданно все услышали звуки машины. Это был такой же Гелек, как и у Волкова, однако этот как-то отличался. Зато Бяша его легко узнал и даже обрадовался, пока остальные остановились и наблюдали за всем, что происходит. Катя подошла с левой стороны к Маше, а Полина встала по правую сторону. Рома и Антон стояли чуть в сторонке, пока Марат, чуть ли не прыгая от радости, начал подходить к подъехавшей машине. – Марат, мой дорогой племянник! – воскликнул владелец машины, а Мария тут же успокоилась, завидев знакомое лицо. – Я вижу, ты с друзьями. – Да, мы только со школы вышли, на! – в ответ ему сказал Бяша. Он подошёл к Алтану, а тот потрепал парня по голове. – О, Мари! И тебе привет, – со своей привычной ухмылкой произнёс Дагбаев-старший. – Вы знакомы? – недоумённо спросила Полина. – Долгая история, – качая головой и улыбаясь, ответила Маша. – Вас подвести? – спросил Алтан. Хоть им всем было и не по пути, но он всё равно предложил. – Спасибо, Алтан, но не нужно. Нам в другую сторону, – сказала Мария, указав на себя, Полю и Рому. Антон просто качнул головой. Дагбаев-младший даже несколько опечалился, но виду не подал. – Кать, я ведь верно помню, что тебе в их сторону? – спросила она. Как-то раз она видела, как Катя заворачивала в ту же сторону, где живёт Бяша. – Ну, да, – тихо произнесла она. Ей не особо то и хотелось ехать в компании Марата, но если есть такая возможность, то почему нельзя ей воспользоваться? – Отлично! У вас есть попутчик, – звонко ответила Разумовская. Конечно, возможно с какой-то стороны это была глупая затея, но почему бы и нет. – Тогда, Екатерина, прошу, садись, – Алтан галантно открыл дверь и помог забраться во внутрь салона. – Всё будет хорошо, – успела кивнуть Мария, перед тем, как Смирнова уже заняла своё место.       Попрощавшись, Алтан и Бяша с Катей уехали. Сначала девушке было дискомфортно, но потом сам Марат, да и Алтан разговорили её. Для своего одноклассника она раскрылась с новой стороны, которую прежде никто не видел.       Оставшиеся стояли и провожали машину взглядом, пока она не скрылась за поворотом. Компания двинулась дальше, однако Антон почему-то не спешил уходить в сторону своего дома. Обычно он всегда уходил после Дагбаева, но сегодня что-то его останавливало. Мария догадывалась, что, или кто, останавливал его. Маша аккуратно приостановила его за плечо, давая возможность Роме проводить Полину. Тот сначала остановился, но потом увидев взгляд девушки, понял, что это его шанс. Хоть тут и осталось идти недалеко, но всё же. Антон непонимающе посмотрел на пару, а потом на Марию. – Что происходит? – тихо спросил он. Мария чуть отошла, как бы оценивая его. Всё-таки что-то в нём не давало ей покоя. – Помнишь наш разговор? – начала она издалека. Он кивнул. – Я уверена, что Ромка тебя уже просветил на счёт Поли, – она сощурилась. Пятифан как-то раз обмолвился о «грандиозном» плане по завоеванию её подруги, в котором он героически спасает Полину от маньяка, а после они вдвоём идут в сторону её дома, болтая обо всём. Разумовская скептически отнеслась к этому, но влюблённого Ромку уже было не остановить. – Да, но к чему такие вопросы? – недовольно спросил Петров. Нормально же всё было… – И ты готов? – она была уверена, что ему будет отведена роль маньяка. – Смотря про что ты говоришь… – Петров, не строй тут недотрогу. Ты всё и сам понимаешь. Я просто боюсь, что вы взаправду подерётесь за Поленьку, – она покачала головой, а потом заметила Пятифана, который уже в более приподнятом настроении возвращался обратно к ним. – Я просто тебя предупредила. – О чём сплетничаете? – спрашивает он, как только подходит. – Да так, о деле, – отвечает Маша. – Ух, давайте пойдём дальше. Холодно.       Девушка сильнее укуталась в шарф и двинулась в сторону своего дома. Антон поспешил уйти, зная, что дальше явно будет лишний. Ромка успел ему ещё что-то шикнуть, а потом подбежал к Марии, что ушла уже чуть дальше. После того, что случилось вчера, он чувствовал большую ответственность, чем ранее. Но пока понять, почему он не мог. А Разумовская теперь не чувствовала того напряжения, что было ещё вчера. Казалось, она вообще ничего не замечала, или пыталась сделать вид. – Спасибо, что проводил до дома, – искренне поблагодарила его она. Они снова стояли возле калитки. Только теперь ощущения неловкости не было ни о кого. – Всегда пожалуйста! – театрально поклонился Пятифан, чем вызвал смех у девушки. От этого осознания стало как-то тепло на душе. – Что ж, до встречи, – отсмеявшись, произнесла она и шуточно ударила кулачком в плечо. Ромка лишь усмехнулся такому жесту, спрятал свои руки в карманы куртки и сказал напоследок: – До встречи!       Мария скрылась за дверью дома, и только тогда он отошёл от калитки, глупо улыбаясь. Он ведь и не знал, что девушка сидела в прихожей с точно такой же улыбкой.

***

      Мария сидела на кухне, обедая, параллельно она учит историю, учебник по которой девушка положила на вазочку с конфетами. На обед Маша решила приготовить себе гречневую кашу. К ней разморозила пару котлет, которые перед отъездом наготовил Волков. Пока всё варилось и жарилось на плите, девушка невольно вспомнила разговор с Полиной. "А что у нас с ним?" – вновь задала себе этот вопрос Маша. Она вспомнила то, как Рома проводил её сегодня до дома, и на душе стало как-то веселее. Разумовская, готовя еду, улыбалась своим мыслям и мыслям о Ромке. Она ещё не понимала до конца, что с ней происходит, но дала обещание, что обязательно разберётся со всем.       Маша уже собиралась подниматься к себе наверх, но тут раздалась трель телефона. Она метнулась к тумбочке, что стояла в прихожей и быстро ответила на звонок. – Здравствуйте! Угадайте, кто я? – басистым и шутливым голосом спросил мужчина. Мария сразу догадалась, что это Олег, но в ответ подыграла ему. – Адмирал. Иван Федорович Крузенштерн — человек и пароход!       Оба рассмеялись оба, вспоминая тот самый диалог из мультика. – Как у тебя делишки, дорогая? Хорошо кушаешь? – начал говорить Олег уже своим голосом. – Всё у нас хорошо, просто замечательно! – вспомнила ещё одну фразу из той же серии мультиков. На деле может всё было и не очень-то замечательно, но Волкову об этом не обязательно знать. – Кушаю я хорошо, спасибо. Историю вот сидела учила, думала о всяком, и ты тут позвонил, – говоря о "всяком", она вновь вспомнила о хулигане. – Машунь, а ты чего такая весёлая? – спросил Волков. Через динамик телефона он отчетливо слышал бодрые нотки в голосе своей "сестры". – Да так, ничего... – она смущенно улыбнулась. – Просто рада услышать твой голос! – начала оправдываться она. – Как там Серёжа? – Вот как... мы нормально, правда этот бесится, что ничего не выходит, ха-ха, – ответил Олег. – Думаю, у меня получится приехать на выходных. Может и Серого захвачу, – мужчина усмехнулся. – Правда? Как здорово! – она чуть ли не прыгала на месте. – А как там Полинка? Друзья ваши? – неожиданно спросил он. – Всё хорошо у нас, уже говорила, ха-ха, а Полина походу нашла кавалера... – А ты?       Волков однозначно что-то недоговаривал. Мария это чувствовала. Уж больно ей не понравилось то, с какой интонацией это было сказано – хитро. – Приезжайте скорее! Буду очень рада вас видеть, – перевела тему Маша. Олег просто усмехнулся своим мыслям. Мария никогда не умела врать перед ним и своим братом. Они знали её как облупленную, потому что-то скрыть от этих двоих было практически невозможно. Потому Волков просто решил поддержать её маленькую ложь. – Будем, будем, не переживай! – Ладно, мне нужно дальше уроки делать. Много задали, – произнесла Разумовская. – Целую и крепко обнимаю вас! И Серёже передай!!! – пригрозила пальчиком она, будто Олег это увидит. Но тот лишь посмеялся и пообещал, что всё передаст. Они попрощались, и Мария вновь пошла учить историю и делать другие предметы.

***

      Старая квартира, которая до сих пор не полностью опустела. За окном падал пушистый снег. Сергей сидел и хлопотал над документами в своём кабинете, потому любоваться погодой за окном не мог, хотя обычно это явление даже завораживало его. Привычная поза креветки, как окрестила её Маша и в которой он сидел на протяжении двух или трёх часов, смешила всех. Особенно то, как потом Разумовский начинал жаловаться на боли в спине. Олег всегда говорил: "Выпрями спину!", – но его всё равно никто не слушал, поддакивая, что сейчас ровно сядет. Сергей услышал, как Олег приближался к его кабинету. – С кем болтал? С чумой нашей? – задал Разумовский вопрос, наконец-то отрываясь от своих бумажек. Он с кряхтением и с хрустом выпрямил спину, отчего где-то там стало даже больновато. – Кряхтишь, как старый дед, – покачал головой Олег, облокачиваясь о косяк. – Но да, с ней. – Как там она? Надо будет обязательно завтра позвонить ей... – Нормально, весёлая даже, – усмехнулся мужчина. – Ой, это очень даже хорошо. Стоп...О чём ты? – сначала обрадовался, а потом недоуменно спросил Сергей. – От нас с тобой она ничего не скроет, – помедлил Волков, сохраняя интригу. – Она влюбилась.