Руки творца

На узкой торговой английской улице, выложенной брусчаткой, расположился небольшой магазин, за витриной которой виднелось небольшое помещение. Внутри него стояли стеллажи с картинами всех масштабов, пестрящие своими яркими расцветками. Временным продавцом был Винсент, молодой парень очень необычной внешности и по слухам скверного характера. Когда покупатели спрашивали, что он думает о той или другой гравюре, он без обиняков говорил, что это просто ужасно и покупатели уходили, ничего не взяв. Жизненность и эмоциональную глубину он находил лишь там, где художник изображал страдание, но… на это были свои причины. Октябрь этого года выдался на удивление холодным, отчего некоторые люди взглядывали в ближайшие лавки только для того, чтобы согреться. Так и случилось в этот раз. По всему магазину раздался скрип деревянной двери и на пороге появился парень. Он был темноволос и чуть смуглой кожи, одет достаточно богато, что, впрочем, было свойственно центральному району города. Около получаса он рассматривал картины и взял одну, начав ее изучать и крутить в руках. На ней было изображено поле красных виноградников, залитое ярко желтым закатом и люди, собирающие урожай. Обернувшись, он увидел продавца и обратился к нему: — Добрый день, сколько эта картина стоит? – мужчина показал полотно. Ответ последовал не сразу, но из за дальних этажерок с кистями послышался чих и оттуда выбрался парень, держа в руке пыльную тряпку. Его внешность огнём вспыхнула на фоне тусклой обстановки. Кожа была бледной и будто фарфоровой, но на ее фоне только сильнее выделялись чуть волнистые рыжие волосы и глубокие голубые глаза. — Добрый.. - тот поскорее обтер свободную руку, испачканную в акриловых красках о холщовый фартук и подошел к посетителю. — Эту? От неожиданности такой внешности, посетитель немного впал в ступор. — Да. Сколько с меня за неё? Кто её автор? — Автор… автор.. - голубоглазый замялся и потёр рот, и, запачкав его краской, оставил синюю линию на губе, — Это репродукция Уильяма Тёрнера. Да, пожалуй, его. Ухмыльнувшись нелепым движением, покупатель кивнул: — Мне нравится, – он достал деньги и протянул в ладони. — Мне упаковать? - юный продавец взял деньги, невзначай коснувшись рукой парня и смяв купюры, убрал в карман грубых рабочих штанов. — Спасибо, что без сдачи.. Наступило десятисекундное молчание. — Нет, упаковывать не нужно, благодарю вас. А... - парень поправил на себе коричневый плащ, — Я вас здесь раньше не видел, вы новый продавец? – посмотрел в глаза, будто пытаясь заглянуть в душу. Винсент хмыкнул, не зная, что ответить. Как сказать, что он меняет уже пятую работу за год, не находя себе применения нигде? Он был и учителем, и пастырем, и грузчиком на складе.. — Вынужденный. - твёрдым голосом выпалил тот, — Надеюсь, ненадолго. - отвечал он тем же взглядом. — У вас на губах... краска. Спасибо за картину, мне пора. – улыбнувшись, темноволосый развернулся и ушёл. — До свидания. - тихо проговорил Винсент и тут же бросился к зеркалу, начав вытираться, — Рыжий дурак… Несколько лет пролетело незаметно. Уже разведённый покупатель счастливый уехал в маленький французский город Арль. Разбирая вещи, он достал из сумки картину, которую купил около трёх лет назад. Повесив её в центре комнаты, он пригляделся и увидел подпись уже знаменитого и бездарного по мнению общества художника, застыл. Несколько суток спустя, мужчина вышел на прогулку, чтобы изучить новый город. Арль был небольшим городком с немногочисленным населением. Узкие улицы окружали невысокие дома с черепичными крышами. Везде вокруг него раскинулись живописные поля и леса, которые так любили художники. Ближе к вечеру, парень направился в сквер, в котором вечером собирались любители пейзажей. Наслаждаясь свободой, тот одушевленно вздохнул. Неподалеку от мужчины вновь вспыхнули рыжие волосы, которые были ему уже знакомы.. но воспоминания о них были как то затуманены. Это был Винсент. Уже двадцати четырёх летний парень сидел на скамейке, стоящей на возвышении и держал одной рукой холст, стоящий на коленях. Длинная кисть в тревожно желтой краске была за ухом, а тонкая правая рука изящно гуляла по холсту, распределяя цвета. Тонкие губы все так же были испачканы синей полосой. Заметив художника, парень незаметно сел рядом. Разглядывая картину, поднял взгляд на парня. Голубые глаза и синяя краска на губах заставили его вспомнить парня из лавки с картинами. — Хорошо рисуете, но у вас на губах... краска. – ухмыльнулся. Винсенту эхом дослышался приятный голос и тот вздрогнул. Повернув голову, он попал на источник звука, смотря на него расширенными глазами. — Мы… - медленно склонил голову вбок, приглядываясь к внешности, — Знакомы? Его голос был так же тих и мелодичен. Казалось, его можно было сравнить с тем голосом, которым мать напевает колыбельную своему ребёнку. — Я не знаю, но ваша внешность всегда будет в моей памяти. Я Поль Гоген. – парень протянул руку. — Неужели.. так я продал картину нынче выдающемуся творцу? - фраза вызвала улыбку на лице Поля, а голубоглазый продолжал. — Я Винсент… Винсент Ван Гог. - пожал руку в ответ, что напомнило обоим о том касании. Тон его сменился на ледяной и Винсент проклинал себя за неловкость. — Неужели из той самой семьи? – от удивления густые чёрные брови Поля поднялись. Да, тема семьи у Винсента была больной. Мать его никогда не любила, впрочем, как и отец. Оба были жестоки и резки к тонкой натуре ребёнка, пытались всеми силами отучить его от всего, что приносило ему счастье. — К моему огромному несчастью.. - он почесал голову и повернулся обратно к холсту, продолжив рисовать. — Какими судьбами вы здесь? Ответ Поля не заставил себя долго ждать: — Отдохнуть решил от всего, новая жизнь почти. Я здесь часто бываю. А вы? — Теперь здесь живу, только несколько месяцев назад приехал. - снял с уха кисть и на темно синем фоне картины, который завивался в многочисленные вихри, стали появляться ядовито желтые мазки, расползающиеся по полотну, как жуки. Поль следил за движениями рук парня, с интересом сверкая карими глазами. – Зачем вы меня обманули? – с его стороны возник резкий вопрос, пока Поль рассматривал картину. — О чем вы? - Винсент остановился и худая рука дрогнула, оставив кляксу цвета посередине. — Черт.. — Из ошибки всегда можно сделать плюс. – новый знакомый попытался подбодрить Винсента. – Вы мне около трёх лет назад продали картину и сказали, что она от другого автора, хотя я вам изначально заявил, что она мне понравилась. — Ах, да… я надеюсь, что вы давно выкинули этот позор. - отвечал Винсент, — Так получилось потому, что моя семья не поддерживает мое искусство, но.. это меня совсем не тревожит. - тот натянул слабую улыбку, хотя глаза все еще были потухшими. – Опять врёте… – тепло улыбнувшись, Поль облакотился на спинку лавки. — Зачем мне это? Это правда, я в отвратительных отношениях с родственниками. – Вас это определённо тревожит. А та ваша картина с красными виноградниками у меня висит на самом видном месте. Каждый раз, когда я прохожу мимо, сам того не осознавая, бросаю на неё взгляд. — У меня есть работы намного, намного лучше.. это лишь аляпистый набросок. - ответил Винсент. Поль залез рукой в карман брюк на подтяжках, в которые была заправлена бежевая рубашка и закурил кубинскую сигару. — Я хочу на них взглянуть. Можем написать что то вместе, как вам предложение? — Написать что то… вместе? - фраза прозвучала с особым детским удивлением, а в голубых глазах искрой блеснула надежда, — — Я вдвойне рад познакомиться с вами. Может, увидимся во вторник? На площади Форум у ночного кафе, пожалуй, в восемь вечера? — Договорились. – Поль встал и протянул руку. – До встречи, Винсент. — До свидания.. - пожал, случайно ударив током и отдернул руку.