Руки творца

Глава 2 Июньский воздух над Арлем был наполнен теплом. Даже, жаром. Он шел от крыш домов, наполненных людьми узеньких улиц, окрестных полей, откуда только возвращались рабочие. Черное небо полностью расчистилось от облаков и где-то вдалеке него сверкали мелкие звезды. В дневные часы, душные от пика температуры, город обычно опустевал, но к ночи тот вновь будто оживал. Вечерние рестораны были забиты посетителями. То были и влюбленные пары, и мамы с детьми, и старики, любящие встретиться со своими товарищами за стопкой чего-нибудь спиртного и свежей газетой. Поль стоял на площади Форум, где те договорились увидеться. Стрелка городских часов, висящих на углу ближайшего дома подползала к половине девятого, а это значит, что Винсент опаздывал уже на двадцать минут. Перемнувшись с ноги на ногу, мужчина запрокинул голову и вдохнул обжигающий воздух полными легкими. Через несколько минут к нему подбежал запыхавшийся Ван Гог, еле держа в руках выпадающие вещи. То был деревянный чемодан с принадлежностями и холст, закрепленный на небольшом мольберте. — Опаздываете? - с усмешкой Гоген обратился к парню, который пытался перевести дыхание. — Ради Бога, извините меня.. - отвечал он, — Я совсем потерял счет времени! Приходила хозяйка комнаты, надо было.. с деньгами разобраться, я ничего не успел. Оправив запачканные в засохшей краске рабочие штаны на подтяжках, Винсент, наконец, выпрямился и расстегнул пару пуговиц своей рубашки. — Пойдемте, иначе мест не останется. - сказал Поль. Двое прошли к кафе, находящемуся у площади. Винсент выдвинул с террасы два стула, поставив их так, чтобы открывался обзор на обе стороны улицы. Заняв места, Поль откинулся на спинку стула и стал раскладывать вещи на мольберт, пока Винсент пытался разложить мольберт. — Мне кажется, тут открывается отличный вид на улицу. Кажется, она самая большая в этом городе, да и много интересных объектов. - отметил Ван Гог, роняя кисти из рук. Проследив взглядом за нервными и растерянными движениями парня, Поль хмыкнул. — Честно говоря, я нечасто посещаю город. - продолжал Поль, — Предпочитаю выезжать в другие провинции. Мне по душе места побольше и поактивнее. — А я не люблю весь этот.. знаете, бешеный темп, огромный поток горожан.. - окунув кисть в краску, Винсент, без каких-либо эскизов, стал делать наброски на холсте, что удивило Поля Гогена, — Лучше тишина и покой. Мне этого часто не хватает. — Курите? - Поль протянул свой портсигар, сразу же отсекая отрицательный ответ собеседника. — …Курю. «Он, что, меня не слушал?» - пронеслось в мыслях у парня. Чуть дрожащей худой рукой Винсент взял одну сигарету и прикурил ее от радушно предложенной зажигалки. — Покоя достигнуть не так уж и просто. Я это понял уже после первой женитьбы, о чем сильно пожалел. Глупый я из прошлого был уверен, что я заткну все остальные пробои в себе - будь то отсутствие вдохновения, будто то одиночество и вся остальная чушь. Поль, вооружившись аккуратно заточенным простым карандашом, стал набрасывать основу пейзажа. — Пожалели? - Винсент выдохнул сигаретный дым и закашлялся, — По-моему, найти свою любовь это прекрасно… я бы за это отдал бы всё! — О, Винсент, поверьте, вы сильно ошибаетесь. Природой брак не предусмотрен. - Ван Гог притих, слушая его и поправил рыжие растрепанные волосы, — Если уж говорить правду, то это полное зло. Я не хотел быть занятутым в эту пучину - послушайте, эти ноющие дети, вечно требующая денег жена, вдобавок ревнующая тебя к каждой короткой юбке на мимо проходящей девушке. Его рука вынула изо рта сигарету, а с губ сорвалась длинная струйка едкого дыма, растворившаяся в воздухе. Рыжеволосый же молчал, не прекращая двигать кончиком кисти по холсту. Опять злосчастная тема любви.. то, как он ее ненавидел и обожал одновременно, было не передать. Единственной любовью Винсента до сих пор оставалась она, та миниатюрная девушка из английской деревушки. Повторив сказанное Полем у себя в голове, Винсент повернул голову на него и замер. — Подождите.. у вас есть дети? - Винсент заблестел круглыми голубыми глазами, — Это же.. это же так прекрасно.. Его незаконченную фразу прервал рваный ответ Поля. — Есть, но я даже не могу с ними видеться. Жена запретила, иначе с меня будут взиматься штрафы. Вся моя любовь к ним уже давно растеряна, да и меня уже это не волнует. — Но, ведь, дети святы и чисты. Нельзя делать их игрушкой своего настроения, иначе, получается, вы не любили их и изначально. — Может, и не любил. - отрезал Поль, — Мне все равно. У меня новая жизнь, а всё то, что было, пусть останется где-нибудь в другом месте. Около получаса мужчины провели в молчании. Холсты наполовину заполнились почти готовыми пейзажами. Взглянув на полотно Ван Гога, Поль задумался, отложив свою незаконченную картину. Так, кажется, просто.. но ужасно цепляет изображенное. Будто бы что-то абсолютно новое, чего не видели остальные художники. Молчание прервал Винсент. — А я видел ваши картины в лавке. Они замечательные. Часто путешествуете? - спросил он, взявшись за другую кисточку. — Никогда не бывал в тех краях, что раскинулись на ваших работах. — Часть детства я провел на островах, поэтому посещение их напоминает мне о том времени. А так.. Индия, Таити, разные южноамериканские острова - мои фавориты. - гордо отвечал он, — Что может быть лучше? Шикарные женщины, богатая культура и беззаботная островная жизнь.. мечта! — А я никогда не выезжал дальше Англии и Франции. Ну, точнее, я же сам по себе голландец.. а это почти не в счёт. — Вы из Голландии? Ах, я хотел побывать там, но не случилось… - мужчина начал продолжать монолог, не прекращая рассказов о путешествиях. Слушая его, Ван Гог лишь кивал головой, улыбаясь краем губ. От Поля исходила неимоверная энергия, которую Винсент давно не ощущал. Спустя еще с полчаса улицы стали освобождаться, а люди покидали кабаки и вечерние заведения. Поль и Винсент закончили с картинами и собирали вещи, отходя от площади Форум. Рассеянный взгляд Винсента пал на здание напротив ночного кафе. Психиатрическая больница. Боже.. Неприятные мурашки прошли по телу от одних лишь воспоминаний о ней. Осточертевшие голоса врачей, уколы и болезненный сон с непрекращающимися кошмарами. Тео, сидящий на краю больничной койки и утирающий мне слезы, его теплые объятия. Нескончаемое липкое, вязкое чувство снова сковывало руки. Оно утягивало Винсента в бездну, в глубь непонятной дыры, из которой обычно он выбирался только через длительные отрывки времени. Голова закружилась и как будто стала ватной, потяжелела. Он шатнулся, чуть отшагнув назад, но его вовремя подхватил Поль. — Тише, тише! - вскинув густые черные брови, Поль взглянул в его глубокие глаза, — Вы в порядке? Винсент? - его голос звенел в ушах Ван Гога, а тот беспорядочно бегал зрачками по его лицу. Растерявшись совсем, Поль похлопал по его щекам, что немного привело Винсента в чувства и он слабо поднялся на ноги. — Простите.. - взявшись за голову свободной рукой, он пошел по направлению к своему дому, а Поль направился с ним, еще не понимая, что произошло, он чуть придерживал Ван Гога под руку. — Просто я, наверное, перегрелся. Конечно, говорить новому знакомому о том, что в заключении врача о Винсенте написан диагноз «Делирий; Шизофрения», было глупо и опасно. Последовал тяжелый вздох от Ван Гога, такой, что, казалось, он вот-вот готов расплакаться. Гоген обеспокоенно осматривал Винсента, ожидая следующих его слов. Для него всё еще было непонятно то, как впервые за долгое время Винсент пробудил в нем искреннее беспокойство и сожаление. — Я даже на встречу опоздал.. время как-то уходит из под меня, даже не касаясь. У меня каждый день очень много дела, так что время идет быстро и дни кажутся слишком короткими, даже когда я их немного растягиваю: я испытываю огромную потребность двигаться вперед.. и.. я всегда спокойно и неуклонно шел бы своим путем, не сомневаясь, что достигну цели. Знаете, Поль.. - тот сделал паузу, — Был однажды человек, который в определенный день направился в церковь и спросил: «Может ли быть так, что мое рвение обмануло меня, что я вступил на неверный путь и что я его плохо начал? Ах, если бы я освободился от этой неизвестности и был бы твердо убежден, что в конце концов смогу победить и добиться успеха!» И вот однажды ему ответил голос: «А что бы ты сделал, если бы знал это твердо? Поступай так, словно ты это точно знаешь, и не будешь посрамлен». И пошел человек своим путем, но уже не без веры, а с верой и вернулся к своей работе, больше не сомневаясь и не колеблясь. Вновь молчание. — Винсент, успокойтесь. Вам надо хорошо поспать. Видимо, летнее время действительно сильно влияет на физическое состояние. Тот не ответил, а через пару минут оба остановились у двери в его дом. — Вас проводить до комнаты? Вы точно дойдете сами? - поинтересовался Поль, чувствуя, что находится в бреду уже сам. — Нет, Поль. Не надо. Просто скажите, что мы встретимся еще раз. - говорил Винсент, подняв голову в небо и как будто обращаясь именно к нему. — Встретимся. Я зайду к вам завтра во второй половине дня. Рукопожатие, хлопок деревянной двери в желтый дом, удаляющийся шум шагов по лестнице и, наконец, тишина. Винсент обычно пропускал завтрак, не считая его полноценным приемом пищи. Его разбудил грубый стук и тот подорвался с постели, приоткрыв входную дверь. Почтальон принес письмо. Тео! Наконец-то! Брат прислал письмо. Я быстро расписался о получении и вернулся к себе. Распахнув ставни окна, я сел на подоконник и принялся разбираться с письмом. Сонно моргая, как кот, и щурясь от бьющих лучей солнца, рыжий парень бережно распаковывал конверт. Толком еще не проснувшись, это выходило неуклюже и очень долго. «Cher Vincent! Je suis désolé, je n'ai pas reçu d'e-mails depuis longtemps. Le travail continue comme d'habitude, il se passe trop de choses dans ma vie. Ne t'inquiète pas pour toi, je n'oublie certainement pas. Comment ça va dans les ventes, Vincent? La dernière fois, vous avez mentionné que vous avez commencé à les publier dans la boutique d'art d'Arles. Je suis sûr qu'il y a des succès! Oui... J'espère que les effets après le dernier traitement seront doux. Si quelque chose te tracasse, je t'en supplie, écris-le dans la prochaine lettre. Tu sais, j'ai récemment vu mes parents. Ils vous ont donné de l'argent. Dépensez-les, s'il vous plaît, en bénédictions de la vie. Je comprends que vous ayez une relation tendue, mais soyez raisonnable, ne serait-ce que pour moi. J'attends de vos nouvelles!» Затем следовала дата и подпись «Ton Théo». Письма брата всегда трогали меня до глубины души. Никто в этой жалкой жизни не любил меня так, как Тео. Отодвинув края конверта, он уставился на несколько купюр. Злосчастные деньги.. еще и от родителей. Нет, это невозможно. Запрокинув голову, я зажмурил глаза, чтобы остановить слезы. Схватив купюры, Винсент одним движением разорвал их на несколько частей, а через пару мгновений те полетели вниз через окно, рассеять по брусчатой дороге, как осенние листья.