Теория о бисексуальности

Если вы спросите Минхо, с чего все началось, то он наверняка не сможет дать однозначный ответ. В любом случае стоит начать рассказ с их летнего сезона, который в качестве сюрприза приготовил им стафф. В тот летний день Чан опоздал на традиционный вечер фильмов. Все уже начали смотреть очередной боевик с изобилием крови и сюжетных дыр, когда радостный лидер ворвался в квартиру со словами: — Мы отправляемся в путешествие на корабле! Одно упоминание водного транспорта чуть не заставило Чонина выблевать не до конца переваренные чипсы. Но в целом все эту новость приняли радостно. От популярности есть свои плюсы — у компании появится больше денег на хорошие проекты. Новый сезон их развлекательного шоу обещает быть интересным! «skz: sea voyage!» — ждет вас. Им пришлось ехать в Пусан. В день начала съемок ребята встали в семь утра, предвкушение вытеснило даже недовольство от раннего пробуждения. Минхо мог заметить, что хоть его глаза и закрывались предательски, он все равно был полон воодушевления. Когда он еще сможет покататься на крутом лайнере? С чемоданами наперевес ребята встретились в порту, где их окружили сотни людей, объективы камер и сотрудники лайнера, который был арендован только для них на целую неделю. Теплый задиристый ветер трепал его волосы, пока Минхо, зевая, повторял за всеми традиционное приветствие. Все ребята сделали вид, что искренне удивлены сюрпризу, будто не они последнюю неделю собирали чемоданы. — Ого! Наш директор удивителен! Морское путешествие — вот это да! — восклицал совершенно искренне Феликс, жизнерадостно улыбаясь. — Я думал, мы прилетели в Пусан для съемок клипа… — растерянно пробормотал Сынмин, но выглядел он от этого по-прежнему мило. Хёнджин потрепал его волосы, а Джисон вставил: — Я думал, мы отправляемся на луну… — Я думал, нас выселяют. Слова Минхо были встречены скорее удивлением, но Чан рассмеялся. Еще бы он позволил выгнать его ребят, ага. Но обойдемся без спойлеров. Мы собрались здесь, чтобы узнать, в чем, в конце концов, дело. Ли Минхо, объяснись!.. — Чертов твиттер … Парень сидел в своей каюте, нервно подергивая ногой. Он внимательно вчитывался в каждую букву треклятого твита: «вы же в курсе что все люди на этом свете бисексуальны? то что вы делаете ничто иное кроме как навязывание гетеронормативности, вы просто приписываете им сексуальную ориентацию» Твит был на корейском, но это нисколько не помогло Минхо понять его суть. Термины длинные, пугающие и совершенно новые. Он узнал только знакомое «бисексуальность», но этого хватило, чтобы голова пошла кругом. Очевидно, Минхо не планировал читать такие привычные срачи между беливерами. Фотка обнимающихся в порту Хенджина и Феликса заставила фанатов строчить миллион твитов в секунду. Кто-то радовался взаимодействию ребят, кто-то строил догадки по поводу нового проекта, а еще были беливеры, который убеждали всех, что их пейринг — канон. Не новость для Минхо. «разве ты тоже не приписываешь им ориентацию? хенликсы не канон и никогда не будет им» «сука ты шиперишь феликса и сану, тебе слова не давали» «они просто обнимались. они не геи» «из-за таких как ты многие не могут принять свою ориентацию» Минхо раздраженно вышел из приложения. Волны стучали о борт корабля, голова начинала болеть. Он негодовал, что люди вечно лезут в спор. Почему бы им просто не слушать музыку, наслаждаясь выступлениями? Был ли Минхо против шиперства? Нет. А против конфликтов на пустом месте? Да, определенно. Да и что вообще значит то слово?.. Дверь в каюту скрипнула, когда внутрь выглянула светлая макушка Феликса, который коротко взглянул на Минхо: — Хён, а ты не видел Джисона? Минхо не видел своего соседа по каюте, но зато имел дело к Ли. Минхо втянул внутрь удивленного парня, усаживая его на узкую кровать. Потом он настороженно выглянул в коридор, чтобы убедиться, что их никто не видел. Удовлетворенно выдохнув, Минхо закрыл дверь, поворачивая ключ, и повернулся к другу с серьезным лицом, отчего Феликс испуганно икнул. Ну а что, кто знает, чего от Минхо можно ожидать… Щас как накормит своей стряпней, а Феликс на диете… — Мне нужна твоя профессиональная помощь, Ликси! — горячо прошептал Минхо, а Феликс неловко улыбнулся. Минхо выглядел взволнованно, но сосредоточенно, будто собирался на встречу с президентом — не иначе! — Хорошо?.. В чем? Минхо сидел на кровати напротив, сцепив руки в замок. Он тяжело вздохнул и произнес: — Что такое «навязывать гетеронормативность»? Громкий смех раздался в их каюте, когда Феликс понял, что Минхо просто не понял какой-то очередной твиттерский термин, который в обычной жизни мало используют. Хотя стоило бы… — Ну… Это убеждение людей в том, что есть только два гендера… Как будто говорящие, как нужно вести себя мужчинам и женщинам. Если ты мужчина, то должен выглядеть брутально, заниматься с женщинами сексом и драться с енотами за честь своего дома. Что-то такое… Но зачем тебе? «Я видел, как тебя делят между собой фанаты пейрингов» — слишком жестокая правда. «Я начал заниматься психологией» — каким боком здесь психология? «Люблю ебать людям мозг» — слишком прямолинейно. — Ну, просто. Феликса не убедил такой ответ, но что больше его насторожило, так это следующий вопрос старшего: — А правда, что все люди бисексуальны? — Ну, на самом деле, есть теория, что по своей природе человек не имеет четких предпочтений, а потом ему все навязывается обществом, но… Хён, почему ты меня спрашиваешь?! — Так значит теория?.. Феликс настороженно смотрел на хёна, почти ощущая, как в голове со спутанными волосами крутятся мысли. Минхо пытался переварить эту информацию. На самом деле, ему конечно нравились девушки. Особенно брюнетки. Но для него это было словно само собой разумеющееся, он никогда не задумывался о том, что испытывать похожие чувства к мужчине — нормально. Нормально ли? Он способен на это? — Да. Всего лишь теория. Ты тоже можешь почитать об этом в интернете, хён. Ага. Он точно почитает. Они закончили съемку на палубе примерно к четырем часам утра. После их разогнал режиссер, потому что через пять с половиной часов им вновь придется отправиться на съемки. Лучше поспать это время, чтобы набраться сил. Джисон так и сделал — завалился прямо в одежде на кровать, а вот Минхо не мог уснуть. Он, как и обещал самому себе, почитал обо всем побольше, но яснее от этого не стало. В его голове теперь крутилась другая цитата. «…никто не может утверждать, что он гетеро, пока спал лишь с женщинами» Да, звучит странно. Ах, стоит признать, что Минхо читал блоги, а не научные статьи, потому что от них парня клонило в сон. В любом случае, он почерпнул неплохую пищу для размышлений. Впервые за свои 20 с небольшим лет он вдруг осознал, что действительно не может считать себя на сто процентов гетеро. Лежа в своей кровати, Минхо прикрыл глаза, попробовав представить, каково это обнимать мужчину. Это было легко, потому что Ли часто обнимал друзей. У них не мягкое тело, как у девушек. Они не пахнут сладостью, не стараются быть осторожными. Он не почувствовал отторжения. Тогда в бой пошел следующий пункт — поцелуи. Тут было сложнее… Представляя примерно, как бы он обнимал сильное и крепкое тело, Минхо старался представить себе безликий мужской образ. А разве смогли бы они поцеловаться? Ведь у мужчин губы грубые, совсем не мягкие… Парень не чувствовал отвращения, скорее это было разочарование в своей фантазии, которая не смогла воссоздать ему сцену соприкосновения губами. Обычного такого, почти платонического… — Да господи боже… — прошептал раздраженно Минхо, глядя в потолок. Рядом с ним заворочалось тело, отчего Ли прошибло стрелой осознания. Ну конечно! Зачем представлять, когда есть друзья! — Эй, Джисон! Хан недовольно приоткрыл один глаз, чтобы взглянуть на Минхо, который даже привстал от эмоционального возбуждения. Джисон недовольно застонал: — Ну что? — Давай поцелуемся? — Я до свадьбы не целуюсь. Минхо раздраженно вздохнул, и пнул пяткой бедро младшего, заставляя его поморщиться. В комнате было тихо, а оттого чересчур интимно. Минхо бы даже взял свои слова обратно, чтобы это не превращалось во что-то странное, но научный интерес был сильнее здравого смысла. — Я же не секс предлагаю… Просто невинное соприкосновение губами. — Зачем тебе? Минхо слегка смутился даже. И вправду, зачем ему? Просто проверить, натуральный ли он гетеро? Как глупо, так по-тинейджерски… Хотя лучше на все это смотреть, как на чистый научный азарт, познание самого себя, мира и бла-бла-бла. Минхо не шарит в философии, как и в науке. — От этого зависит моя жизнь. Громкие слова, но Джисон наконец заинтересовался, настороженно приподнимаясь на кровати. Он выглядел помято, сонно, но все равно нашел в себе силы, чтобы закатить глаза: — Серьезно? Поцелуй с лучшим другом спасет тебе жизнь? — Так и есть. Джисон долго не сопротивлялся. Он сел на кровати, устало глядя на то, как радостно подскочил Минхо, довольный тем, что Хана удалось уломать. Джисон скептично посмотрел на старшего, который перебрался к нему на кровать, и вытянул губы уточкой, прикрывая глаза. Ли неуверенно окинул эту картину взглядом, прежде чем спросить: — Что это ты делаешь? Приоткрыв один глаз Джисон проворчал: — Хен, ты издеваешься? Целуй быстрее, пока я не передумал. Порывисто подавшись вперед, Минхо сомкнул свои губы на чужих устах. И это было… Не так ужасно. Когда с друзьями говоришь о поцелуях с парнем, они корчат лицо, будто даже мысли об этом — противны донельзя. Но на деле все оказалось вполне приятно. У Джисона губы теплые, слегка сухие и очень мягкие. Невинно касаясь их, Минхо смотрел, как слегка подрагивают чужие ресницы. Необычное предвкушение и азарт заполняли тело. Испытывал ли Минхо отвращение? Нет. Он никогда прежде не занимался чем-то подобным с мужчинами, но это неплохо. Возможно, он би? — Ребят, там завтрак… РЕБЯТ?! — взвизгнул Хенджин, которому не посчастливилось войти именно в момент соития уст двух мужчин. От крика Хвана они отскочили друг от друга, а королева драмы тем временем, краснея, продолжал орать: — Так минсоны реально реальны?! — Блять, Минхо, чтоб тебя!.. Они уже были в кафетерии, когда к Минхо подошел лидер. Дети кричали и веселились. Чонин воровал хлеб со столов, чтобы бесить Сынмина, бросаясь шариками из тостов. Хенджин выпытывал у Джисона какого хуя это было в комнате с утра. А Чанбин фоткал Феликса, который хотел запечатлеть каждую секунду своего путешествия. — Я слышал у вас крики перед завтраком. Чан подошел неожиданно, как всегда. Он слегка помял плечо Минхо, легко проводя пальцами чуть дальше, по шее, заставляя Ли вздрогнуть, а потом сел рядом за столик. Минхо решил, что будет завтракать один из-за шумных мемберов, но Чану было насрать, что там решил Ли. — Это кричал Хенджин. Я его не трогал — это я так, на заметку. Чан кивнул, хмыкнув. Не поверил. Минхо неторопливо жевал салат, который предписывался диетой, а Чан, так как не ложился спать, ел рамен, чтобы набраться сил. Вкусный запах специй раздражал Минхо, поэтому он недовольно смотрел на то, как палочки с вкусной лапшой исчезают в чужом рту. У Чана губы были пухлее, чем у Джисона. Сейчас они блестели, а Ли раздражался еще больше. — Он говорил что-то про минсонов… Чем-то занимались с Ханом в комнате? Чан поднял свой внимательный взгляд, а Минхо же наоборот — уткнулся в тарелку. Потому что сложно оставаться беспристрастным, когда на тебя так смотрят. Ли казалось, что Чан все знал, и отчего-то он ощущал вину. Хотя давайте на чистоту — Джисон не сильно-то и сопротивлялся! — Ничего не делали… Я просто опять спал без одежды, вот Джини и испугался. — О, понятно. Без одежды… Минхо нервно прикусил губу, хотя и сам не знал, почему нервничает. Парень еще раз задумался, не из-за поцелуя с Джисоном он так реагирует на Чана сейчас? Типо вау, он может что-то чувствовать к мужчинам! Открытие века! Черт… Станет ли он сейчас буквально хотеть любых мужчин? Это не прикольно. Сынмину надоели шутки Чонина, поэтому он стремительно встал и пошел в сторону младшего с грозным лицом. Чонин бросил весь добытый хлеб, мчась к столу Феликса, чтобы спрятаться за Чанбином. Начался легкий кипиш. Минхо посмотрел на младшеньких, а после — заметил, как внимательно на него смотрят две пары глаз. Джисон и Хенджин тут же отвернулись, будто и не пялились. Ли подумал, что это странно, но ничего не успел предпринять, потому что на весь кафетерий раздалось громогласное: — Успокоились все, быстро! Это подействовало на всех незамедлительно, потому что злой лидер — страх несусветный. Громкий голос, который должен был испугать Минхо, вдруг сработал немного не так. Неосознанно парень свел ноги ближе, ощущая знакомое тянущее чувство внизу живота. Это что еще за хуйня?.. Чан вернулся к завтраку вновь, недовольно вздыхая, потому что слышал за спиной перешептывания. Наверняка мемберы волновались за него. И повод действительно был, мужчина не спал всю ночь, потому что вновь писал треки. Сейчас он чувствовал раздражение, поэтому никто больше не шумел. Поковыряв вилкой салат, Минхо крепко задумался. Считал ли он Чана привлекательным? Конечно! А кто нет? Но Минхо никогда не осознавал тот факт, что с мужчинами — не противно, ведь вокруг все убеждали его, что сосаться с мужиком — это атас полнейший, можно сразу заканчивать свою жизнь почетным харакири. Впервые в своей жизни Минхо задумался о том, что испытывал влечение к парням уже очень давно, просто прикрывал это влечение другими побуждениями. Мне нравится его пресс? Это все потому, что я хочу себе такой же, просто белая зависть! Мне нравится его низкий хриплый голос? Это потому, что я музыкант и умею восхищаться таланта… Ах, да какой же идиотизм! — Хочешь? — спросил негромко Чан, заметив, как Минхо притих и больше не вздыхает злостно от его компании. Бан постучал палочками по дну миски, намекая на рамен. Ли оглянулся вокруг в поисках менеджера, но Чан только усмехнулся, говоря: — Его нет, я с самого начала отослал его погулять. Вот такой вот властный мужчина — взял и избавился от свидетелей. Намотав на палочки рамен и подув на него, остужая, Чан игриво залепетал: — Ну давай, Лино-я, открой ротик! Смущенный глупым поведением хена Минхо скривился, но заметив, что их игра привлекает слишком много внимания остальных мемберов, все же послушно открыл рот. Палочки вошли ровно, наполняя полость лапшой. На мгновение подняв взгляд своих кошачьих глаз на чужое лицо, Минхо увидел темный омут глаз, в которых плескалось что-то очень запретное, жадное, собственническое. Наваждение пропало, когда палочки покинули его рот. — Хороший мальчик, Лино-я… Сердце бьётся так сильно, что Минхо проклял свою утреннюю просьбу и поцелуй с Джисоном. Кажется он случайно открыл в себе неожиданный талант успешно попадать в гейские ловушки. Они снимались днем. Для задания нужно было разделиться на пары. Удивительно, но жребий выбрал минсонов вновь. Оба парня обрадовались, потому что знали, что справятся со всем ради… — Те, кто смогут выполнить все задания, получат четыре вида мороженого. — Сколько?! Минхо, мы обязаны победить! — вдохновленно говорил Хан, суетясь от нетерпения. Ли ощущал, как его спину прожигает недовольный взгляд, но на него сейчас были направлены камеры, поэтому обернуться бы не получилось. Однако Ли и не надо делать этого, он знал, кто стоит там. Чан. После съемок и игры, в которой победила пара Чанбина и Сынмина, Минхо, уставший от причитаний Джисона из-за проигрыша, поднялся на верхнюю палубу. Солнце светило по-летнему ярко, а легкий ветер блуждал по морю, поэтому здесь, наверху, дышалось легко и свободно. Здесь было тихо, потому что внизу дети дрались за право попробовать мороженое, а стафф регулировал поставку десерта в чужие руки. Прикрыв глаза, Минхо опирался на перила, любуясь на гладь голубой ровной воды. Ли еще никогда не видел столько жидкости в одном месте. Макияж казался непосильной ношей, отвлекающим от созерцания красоты фактором… — Любуешься? Испуганно обернувшись, Минхо заметил, как к нему на верхнюю палубу по лестнице неторопливо поднимается Чан, что слегка улыбается. Ну вот, и здесь его нашли… — Ага. — Устал? Минхо покачал головой, прикрывая глаза. Ветер обдувал его щеки бодряще, прическа распалась от порывов воздуха. Глядя на это, Чан испытывал некий внутренний конфликт. Хотелось растрепать эти фиолетовые волосы к чертям. А еще хотелось крепко обнять. И Чан не знал, что сильнее испытывает к Минхо сейчас — злость и раздражение или нежность и влечение. — Не хочешь рассказать мне, что это было утром? В вашей каюте. Минхо из-под полуоткрытых век зыркнул на Бана, но того это не смутило ничуть. Старший оперся на перила рядом с Ли, мышцы на руках ходили ходуном, что не скрылось от взгляда Минхо. Он отвернулся от созерцания чужих, несомненно привлекательных, конечностей, когда понял, что его раскрыли за несмелым подглядыванием. — Я же сказал, что спал без одежды, и Хенджин испугался. — Минхо, мне не нравится, когда мне врут. Он мог поклясться, что ощущал ебучий жар в груди от этого проникновенного шепота хена. Ли не знал, покраснел ли сейчас, но он определенно был не в порядке. Солнце теперь ощущалось отвратительно тепло. — Я не вру… — Неужели? Чан встал напротив Минхо, чтобы заключить его в кольцо своих сильных рук, которые опирались на перила за спиной младшего. Испуганно отпрянув, Минхо поясницей ударился об железную трубу, которая не позволила ему свалиться за борт. Смотреть в чужое лицо становилось невозможно, потому что Чан больше не улыбался. Он был серьезным. Он был злым. «Он знает» — мелькнуло в голове, которую Минхо опустил, не выдержав давления. Взгляд уперся в светлую палубу их лайнера. — Смотри на меня, когда я разговариваю с тобой. — произнес твердо Чан, приподнимая за подбородок изящное лицо. Ресницы так быстро трепетали, что стали походить на бабочек. Чану всегда было интересно, каково это — коснуться их губами. Неприятно сейчас было осознавать лишь то, что, скорее всего, Джисон делал нечто подобное с Минхо. Если, конечно, Хенджин ему не соврал… Ноги подкашивались, стоило только властности Чана выйти наружу — Минхо ничего не мог с собой поделать. Он часто скрывал позорное «нравится» и «приятно» за напускным раздражением, но сейчас не получалось даже оттолкнуть от себя мужчину. Нет, не потому, что его силой заставляли оставаться на месте. Минхо приковывал взгляд. — Хватит смелости соврать мне, глядя прямо в лицо? Вы встречаетесь с Ханом? Этот вопрос выбил весь воздух из легких, отчего Минхо нервно рассмеялся. Неужели все это — лишь для того, чтобы убедиться, не поставят ли два мембера под угрозу общую карьеру? Ну действительно, чего еще Минхо ожидал… Чану это не казалось смешным, поэтому Минхо засунул свою очарованность старшим куда подальше, успокаивая: — Господи, нет! Я просто попросил его поцеловаться по-дружески, потому что… ой. Теперь и Минхо больше не было весело, потому что обманно доброжелательное лицо напротив заставляло дрожать. Чан приподнял бровь, с насмешкой задавая вопрос: — «Поцеловаться по-дружески»? Вау, Минхо! Новый уровень. Он, наверное, и похлопал бы, но отпускать из своей клетки Минхо пока не хотел. Им еще нужно поговорить о многом. — Я сделал это в первый и последний раз. Мне просто нужно было проверить теорию. Минхо ощущал на периферии сознания вину и понимал, что ей сейчас не место. Он же ничего не сделал! Смотря в бесстыдные темные глаза, Чан хотел спрятать этого мужчину только для себя, чтобы любоваться до конца своих дней самолично. Глупое желание, но какое же приятное… — Какую теорию? Чан отстранился чуть дальше, давая больше свободы. Теперь их поза выглядела более невинно и дружественно. Ветер привел Ли в чувство, он даже почувствовал себя глупо, едва не рассмеявшись. В самом деле, совершил какую-то ересь, а все из-за чего началось? Из-за срача в интернете… — Про то, что все люди бисексуальны. Не знаю, в голову ударило проверить и вот… — И ты попросил своего друга помочь проверить эту теорию? Минхо кивнул легкомысленно, мол ну и что? Попросил и попросил, че теперь, поведешь меня на расстрел? Попробуй, Суни тебе яйца откусит нахуй. Чан, на самом деле, был встревожен. Джисон так просто согласился на какую-то сомнительную проверку сомнительной теории. Что будет дальше? Минхо попросит проверить, возможно ли кончить только от стимуляции простаты, и Хан согласится вновь? Друзья же, хули нет. — Почему он? Минхо подозрительно посмотрел на своего лидера, который выглядел нервно, и ответил честно: — Он был ближе всего в тот момент. Чан раздраженно усмехнулся. Вот как, получается. Будь в одной каюте с Ли Чонин или даже Сынмин — Минхо и его бы засосал. Он у нас, оказывается, всеядный. Слегка склонив голову набок, Чан посмотрел слегка высокомерно, спрашивая: — Если бы там был я, поцеловал бы меня? Минхо не понимал, к чему это. Чан зол? Бан и вправду был зол, но скорее на самого себя. Ему трудно было контролировать свое желание доминировать, когда он осознавал, что Ли касались в романтическом плане просто так, даже без притязаний. Ради прикола! Ради теории! Что за шутки вообще? Чан с самого дебюта желал прикоснуться к Ли, но боялся, что того не интересуют мужчины, а тут такое открывается… — Хен, к чему ты это? — непонимающе спросил Минхо. Он действительно не догонял, пытается ли Чан его отчитать за подрыв командного духа или что… Но выглядел лидер в любом случае горячо, что еще больше сбивало с толка. В груди нарастало странное ощущение. Минхо ничего не понимал, но тело желало, хотело быть ближе. — Разве я не твой друг? Ты же только с друзьями целуешься… Взгляд метался от манящих лепестков едва приоткрытых губ цвета персикового тинта, что не могло укрыться от внимания Минхо. Ох, кажется, он все начинал осознавать. Чан не злился за глупости в каюте. Он ревновал. Разум и сердце устроили битву не на жизнь, а на смерть. Минхо не мог решить, что делать со всем этим, когда как Чан наклонился ближе, гипнотизируя своим обжигающим все внутренности взглядом. Находясь в нескольких миллиметрах от лица собеседника, Чан произнес: — Сейчас бы ты поцеловал меня? Минхо не понял, как это произошло. Может быть победило сердце. В любом случае, их губы столкнулись в жарком и мокром поцелуе. Чан очевидно доминировал, прижимая чужое тело ближе. Резкая волна жара и возбуждения едва не заставила Минхо упасть позорно на колени, потому что все ощущалось совсем иначе. С Джисоном все было мягко, никто не проявлял явную инициативу. Они лишь невинно касались губами, проверяя свои ощущения, анализируя. С Чаном думать не получалось, потому что он, казалось, захватывает все сознание целиком, пытается съесть, поглотить, завладеть… Губы Минхо сминали с недвусмысленным напором, эротично прикусывая, заставляя жадно глотать воздух. Чан целовал с языком, что было полной неожиданностью для Ли. Но стоит заметить, что весьма приятной. Язык Чана оказался на редкость талантливым, потому что ощущался превосходно, оглаживая небо и кромку зубов. Минхо трудно дышать. Сильная ладонь с нажимом провела по задней части шеи, зарываясь в волосы. Сжимая в руке пряди фиолетовых волос, Чан едва ли сдерживался. Минхо и сам не ожидал от себя, когда коротко вскрикнул — негромко, словно больше похоже на визг. Но этого хватило Бану, который немедля отстранился. Блуждающий взгляд выдавал в лидере голод и возбуждение. Минхо ощущал, что тает. — Приходи ко мне сегодня ночью. Он резко отстранился и ушел к лестнице, спускаясь с верхней палубы. Судорожно хватаясь за перила, Минхо коснулся пораженно своих губ. Член предательски ныл. И вновь мы возвращаемся к логическому началу: с чего все началось? Все же немного поразмыслив, Минхо скажет, что с того вечера их отношения и приобрели совсем иной характер. Чан скажет, что тот вечер — лишь логическое завершение обоюдной симпатии. Стафф неожиданно для ребят устроил переселение. Для Чана это не стало новостью, потому что именно он был инициатором всего, что останется втайне от его горячо любимых мемберов. Хану было не слишком весело прощаться с Ли, а у Минхо тряслись кончики пальцев. Потому что он знал, в чьей каюте окажется еще до объявления стаффа. Конечно… — Чан. Мужчина поднял голову от экрана ноутбука, чтобы посмотреть на только что вошедшего Минхо, который слегка помялся перед входом, прежде чем вошел, вкатывая следом свой чемодан. Кульки с одеждой ему взять не позволили, поэтому да… Чемодан. Бан усмехнулся, будто удивлен их встречей: — Минхо, какими судьбами? Минхо фыркнул и ничего не ответил. Он был смущен, а оттого раздражен. Чан проследил довольным взглядом за тем, как младший занимает свободную кровать, и вернулся к работе вновь. Трек сам себя не сведет, между прочим. За день они успели провести небольшое собрание, чтобы обсудить завтрашние съемки, поэтому даже не заметили, как пролетело время за работой. Вечер наступал, до ужина оставалось совсем немного, но, честно говоря, Минхо был не голоден. Постоянное нахождение на жаре сделало его ленивым и уставшим. Единственное, что он хотел — раздеться и лежать. Но сейчас в комнате Чан, поэтому раздеться не получится. — И так? Могу ли я считать твой приход согласием на мое приглашение? Чан повернулся назад, глядя хитро на развалившегося Минхо, который прикрыл глаза. Ли какое-то время не отвечал, надеясь, что Бан поверит в то, что он уснул. Но взгляд лидера чувствовался горячим воском, что облепляет всю кожу. Смочив пересохшие губы, он ответил: — Разве можешь? Ты ведь сам все устроил и не оставил мне выбора. Оба знали правду. Но ни Минхо, ни тем более Чан не пытались изменить сложившуюся ситуацию. Бан цыкнул, вновь возвращаясь к работе. Он произнес с наигранным сожалением: — Ах, вот такого ты мнения о своем хене? Разве я злодей? Чанбин очень сильно просился пожить к Феликсу, а Сынмин не хотел переезжать сюда. Так что мне пришлось поменять всех каютами. Минхо не смог сдержаться от надменного смешка: — Столько трудов из-за Чанбина? Глупости… Глупости или нет, но Чану стоило немалых трудов уговорить стафф сделать все, как надо. В кои то веки Чан был уверен в том, что Минхо действительно заинтересован в поцелуях с ним, так почему он должен упускать свой шанс? Тем более опасно оставлять Ли с Джисоном, опять че-нибудь учудят… Чану кажется, что Минхо мило смеется, а еще так же мило смущается, хотя всеми силами пытается скрыть это за злостью. В какой-то мере это даже возбуждающе, Чан чувствует себя охотником на вредных кроликов. Минхо устало зевнул, прежде чем посмотрел задумчиво на широкую спину человека, сидящего за рабочим столом. На Чане была майка, которая прекрасно демонстрировала его хорошо сложенное тело. Ли испытывал волнение, разглядывая чужое тело, но все же неуверенно спросил: — Ты ведь не станешь еще ложиться? — М? Нет, мне нужно закончить. Минхо, взволнованно прикусив губу, решился. Пока Чан отвернут и занят, парень быстро стянул с себя футболку, кидая ее небрежно на стул рядом. Коже сразу же стало легче, поэтому, счастливо выдохнув, Минхо раскрыл одеяло на кровати, чтобы прикрыться им, пока он снимает джинсы. Бан отреагировал лишь тогда, когда Минхо ловко запрыгнул в постель, прикрывая все тело. — Что? Ты ложишься спать? Еще ведь ужина не было. — удивленно воскликнул Чан, а Минхо пожал плечами, беря в руки телефон. — Я не собираюсь на ужин и очень устал. Просто посмотрю пока асмр или видео с котиками. Время с самим собой, понимаешь? — Под временем с самим собой подразумевают обычно другое… — заметил Чан, когда как Минхо, тяжело вздыхая, пресек все пошлые мыслишки: — Завались. На том и решили. Чан продолжал работу, краем уха слушая, как хихикает Ли из-за смешных тиктоков, которые ему присылал Феликс. Трек почти был сведен, подготовлен для релиза, что заставляло Бана почувствовать, как груз ответственности на его широких плечах становится чуть меньше. Он сейчас ощущал себя, словно выжатый лимон, стресс выел все силы. Он немного подумал, прежде чем отправил сообщение для Чанбина. «я не приду на ужин, минхо тоже» «проследи за ребятами»

«собираешься воплотить свои грязные мыслишки в реальности?»

Со — единственный, кто знает о чувствах Чана к Минхо. И это стало поводом для постоянных поддразниваний… «чанбин…»

«все, понял. молчу»

«блин, попроси старших последить за детьми, быть ответственным — не для меня»

«бин, ты самый старший из них»

«ааа, блин… сфигали я должен отдуваться за них?»

«Родители — развлекаются, а самый старший сын за всем приглядывает, ну конечно… вот так вот, да? Я понял, чанбина не любят, значит… чанбин такого не прощает…»

«хватит ныть и цитировать мемы. за мной должок»

«с этого и надо было начинать»

Уладив все дела, он с трудом поднялся, ощущая, как все тело затекло. Потянувшись, мужчина размял мышцы, улавливая краем глаза, как за это зацепился Минхо, подглядывая из-под одеяла. Усмехнувшись, он прилег к себе на кровать, пристально рассматривая Ли. Тот делал вид, что ему все равно, но вскоре ему надоел внимательный взгляд, поэтому он раздражённо вынул наушники из ушей, чтобы спросить: — Ну? — Поцелуемся? Скептично приподнимая бровь, Минхо спрашивает, откладывая телефон, чтобы ненароком не швырнуть его в лидера: — С чего бы это? Я же говорил, что целовал Джисона только из-за теории, а с тобой… Это вообще ты виноват, я просто не успел оттолкнуть тебя. Чан не смог сдержать умиления, улыбаясь. Когда Минхо злится, у него глазки блестят, как карамель, а губы так надуваются, будто сделаны из самого мягкого мороженого. На вкус они тоже прекрасны, Чан еще помнил их сегодняшний поцелуй, который он надеялся повторить. Он не стал говорить, что Минхо стоял и ничего не делал на протяжении пяти минут. И тем более не стал упоминать, что Ли буквально стонал ему в рот. Не понравилось ему? Как же. — Ты проверил теорию, а я — нет. Мне теперь тоже интересно, вдруг я бисексуален. Минхо усмехнулся, глядя куда-то в потолок. Оголенная кожа под одеялом покрывалась мелкими мурашками, стоило только вспомнить, с какой силой его подчиняли. Самое смешное, что он был не против, хотелось отдаться в сильные руки просто так, без остатка. Это чувство необычное, и он не знал, как реагировать на такое влечение. — О, неужели? Не говори, что в Австралии не целовался с каким-нибудь старшеклассником. Тебе ни к чему проверки. Он лежал на боку, опираясь локтем на матрац, чтобы лучше разглядывать чужое лицо. Мужчина вновь применил силу нелюбимого для Минхо эгье, чтобы сказать: — Ммм, это не считается! В Корее я совсем другой человек, придется узнавать себя заново! Наконец Минхо посмотрел на него, поворачивая в сторону голову. Ли надеялся, что не выглядит нуждающимся, потому что ему очень хотелось, чтобы Чан вновь коснулся его. А еще парня пугало это желание, так что он пытался привести себя в чувство, прикрываясь грубостью. — Так и проверяй. Я тут при чем? — Ну как же… — тон Чана перешел в игривый томный шепот. — Если судить по твоим критериям, ты мой друг, так? Плюс, ты сейчас рядом. Идеально, чтобы сделать это. Его лицо почему-то становилось ближе, а Минхо вдруг пришло в голову, что его гипнотизируют. Иначе как еще объяснить то, что он буквально не может оторвать взгляд от чужих темных глаз, что затягивают в свой омут желания. — Мы уже делали это. Мы уже… целовались… Сердце билось так сильно, что он с трудом мог совладать с голосом. Чан мягко улыбнулся, видя состояние Минхо. Он понимал, почему Ли мог сопротивляться, но едва ли мог упустить шанс. Он спустился со своей кровати, чтобы на коленях присесть прямо напротив чужого лица. Ресницы Минхо трепетали взволнованно, а у Чана в груди тепло разливалось, как от горячего чая. Губы покалывало в предвкушении, а низ живота стягивало в возбуждении, потому что Минхо смотрит снизу вверх невинно и смущенно. — Я не успел распробовать, как следует. Требуется еще один эксперимент. Огладив скулу своей большой ладонью, Чан льнет к чужим губам в сладком и дурманящем поцелуе. Губы Минхо больше не персиковые — весь тинт успел стереться за день, но они по-прежнему вкусные. Осторожно прикусывая их зубами, он, не отрывая взгляд, смотрел на Минхо. А тот в свою очередь таял, полностью сдавшись в чужую власть. Чану пришлось перебраться на кровать, чтобы, нависнув сверху, удобно перехватить гибкую шею, которую так приятно сжимать слегка. Минхо дышал часто и прерывисто из-за глубоких поцелуев. Мокрый горячий язык издавал неприличные хлюпающие звуки, когда уверенно исследовал его рот, поэтому Минхо выгнулся в наслаждении. Губы горели, как и все тело. Руками оглаживая чужую грудь, Минхо слегка сминал упругую кожу, прежде чем закинул свои кисти за шею Бана, скрещивая их, чтобы сильнее прижать к себе. Ли любил внимание к своей персоне, а Чан умел хорошо его оказывать. Плюс, он горячий, поэтому Минхо решил пока не вредничать. Чан отрывался от сладости губ постепенно, уходя из глубокого поцелуя в короткие прикосновения к разным частям лица. Минхо забавно щурился от щекотки, когда его целовали в нос, щеки и линию челюсти. Слишком нежно, слишком невинно. — Расширим эксперимент? Чан не хотел пугать Минхо. Он уже добился целого второго поцелуя, полгода назад он о таком и мечтать не мог. Но мозг был полностью одурманен одним вредным котом, что так бесстыдно выгибался под его телом. Хотелось большего, а его член был с этим абсолютно солидарен. Растерянно моргая, пытаясь сфокусировать взгляд, Минхо прохрипел: — О чем ты? Старшему пришлось привстать, чтобы слегка оголить мягкое плечо, белеющее на фоне голубой простыни. Пятна румянца рассыпались неаккуратными мазками художника по лицу Минхо, когда он понял, что хочет сделать Чан. Судорожно вцепившись в одеяло, Ли пробормотал: — Нет, погоди. Это слишком быстро, я даже не знаю, как это делается… Чан едва смог сдержать смешок, довольно разглядывая припухлые от напористых поцелуев губы. Покачав головой, он успокоил парня: — Я не то имел в виду. Никаких проникновений, просто… Целовать кого-то, честно говоря, слишком просто. Что насчет прикосновений? Глядя на то, с какой жадностью на него смотрят, он осознавал, что никогда еще не чувствовал себя таким желанным. Завороженно кивая на предложение, он позволил откинуть одеяло, чтобы оголить белую кожу и привставший член. — Вау, тебя так сильно возбуждают поцелуи? — хотел было подразнить Чан, но Минхо коротко прервал его: — Меня возбуждаешь ты. За руку притягивая ближе, Минхо впился в чужие губы вновь. Они ощущались так правильно друг с другом. Минхо чувствовал лишь жар, окутывающий все его тело, смущению не было больше места. Он был абсолютно голый, что удивило даже Чана. Хотя через секунду тот вспомнил, что Минхо всегда говорил, что спит нагим. Это не стало меньшим сюрпризом, однако теперь Бан мог касаться кончиками пальцев ребер и мягкого животика, который оказался очень чувствительным у Ли. Спускаясь губами к не менее чувствительной шее, Чан мял чужие бедра, которые раздвинул в стороны, чтобы уместиться между ними. Эта поза снилась ему только в самых жарких снах. В них Минхо был мокрым, горячим и нуждающимся — он широко раскрывал себя, чтобы пустить Чана в самое нутро. В реальности все оказалось весьма эротичнее. Выгибаясь от ласки, он хныкал, зарываясь пальцами в шевелюру Чана, слух которого ласкали самые приятные звуки на свете. Будем честны, втайне ото всех, он считал, что все звуки, издаваемые Минхо — невероятны. Когда Чан коснулся слегка члена, тот заинтересованно дернулся, а Минхо смущенно пискнул, не ожидая, что волна желания так сильно накроет из-за чего-то подобного. Бан был невероятно доволен собой, поэтому он неотрывно глядел на чужое лицо, пока на пробу ощупывал орган. Член был горячим, но не очень большим — вполне обычного размера для корейца. Чан предполагал, что тот будет милым, но чтобы настолько… — Твой член хорошо выглядит в моей руке, посмотри. Минхо послушно приоткрыл слипшиеся от удовольствия глаза, направляя взгляд вниз, где он бесстыдно раздвигал свои ноги перед другим мужчиной. Он прикусил губу, едва сдерживая долгий и развязный стон. Глядя на блуждающий взгляд кошачьих глаз, Чан усмехнулся. Минхо хотелось съесть. — Он такой миленький. Чан хотел смутить, потому что дразнить кошек весьма приятно и забавно. Пока пизды не дадут, конечно. Но сейчас один вредный кот полностью подчинен его воле, поэтому он не боялся болтать, не следя за языком. Он провел пальцем с нажимом по красной головке, стирая капли смазки, заставляя парня отчаянно всхлипывать. Совершая аккуратные фрикции, Чан осознавал, как сильно он сам возбужден. — Ты назвал мой член миленьким? Я тебя выгоню сейчас… Несмотря на угрозы Ли не выглядел серьезным с интересом наблюдая, как Чан приспускает свои спортивные штаны, чтобы высвободить возбужденный орган. Окей, теперь эксперимент работает в полную силу. Но Минхо не испытывает отвращения при виде большого твердого члена, не чувствует внутреннего дискомфорта, поэтому слегка прикасается к нему. Это не страшно, как могло казаться раньше. Нежная кожа под пальцами ощущается приятно, словно бархат. Поэтому он неуверенно ведет вниз по члену, слегка сдавливая, заставляя Чана горячо шипеть что-то на английском. Когда Минхо слышал байку про исключительные размеры австралийцев, то и поверить не мог, что это окажется правдой. Вид крупной головки заставил парня проглотить жадно слюну. Хотелось взять в рот, чтобы просто попробовать. Но сейчас верх его смелости — это совместная дрочка. Когда их члены оказались прижаты друг к другу сильной рукой Чана, то выяснилось, что они очень сильно отличаются в размерах. Минхо бы наверное сокрушался, не будь он сейчас так занят. В любом случае, жар чужого органа заставил Ли жалостливо застонать, вскидывая бедра вверх. Потому что хотелось ближе, сильнее, быстрее. Слишком сухо, даже при том, что оба члена истекали смазкой. Чан сплюнул себе на ладонь, смачивая ее, чтобы упростить скольжение. Минхо наблюдал за этим через длинные ресницы, не испытывая ни капли отвращения. Хотя казалось бы, они ведут сейчас себя, как настоящие животные. Вместо смазки слюна, а Бан даже не разделся до конца. Но все было слишком стремительно и эмоции захлестнули чересчур быстро, заставляя обоих сгорать. Минхо может и хотел вот так — грязно. Сам еще не определился. Находясь в жаркой тесноте, Ли вдруг понял, что задыхается, когда его губы накрыли поцелуем — стремительным и развязным. Пребывая в наслаждении, Минхо, не контролируя себя, царапал сильные плечи, спину, пресс. А под майкой лидера оставались белые полосы, которыми он еще очень долго будет любоваться, вспоминая, как извивался под ним любимый. Он опустил руку вниз, помогая Чану. Скользя в быстром темпе по их возбуждению, они тяжело дышали в губы друг другу. Рыча от удовольствия, Чан с силой впился в мягкие бедра пальцами, сжимая их в предоргазменном состоянии. Минхо перехватил инициативу, пытаясь заменить чужую руку своей, но его ладонь едва ли уместила в себе оба члена. Он кончил скорее не от стимуляции, сколько от ощущения чей-то власти над ним. Легкая боль от хватки Чана подвела Ли к краю, заставляя излиться, тонко вскрикивая. Перед глазами все плыло, но он видел, что Чан неотрывно за ним, склоняясь над лицом. Это было бы пугающе, если бы эмоции не лились через край. Лидер хотел запомнить то выражение лица Минхо, когда тот кончал, чтобы проматывать это в своей голове еще очень долго. Кто знает, не оттолкнет ли после всего его Ли. Он излился на мягкий животик, где их сперма смешалась, заставляя Минхо покраснеть от того, как внимательно на эту картину смотрел старший. Казалось, Чан был действительно голоден даже после оргазма. Он и был. Кончив, мужчина не испытал внутреннего удовлетворения, в отличие от Минхо. Прямо сейчас он хотел овладеть чужим телом, желанным телом. И это не из-за того, что он видел в Минхо только объект сексуального влечения, просто… Он дорвался. Но сейчас не время. Минхо позволил лечь на своей кровати. Чану пришлось снять с себя майку, чтобы вытереть лужу их смешавшейся спермы. Откидывая грязную одежду на пол, он уместился рядом. Так, чтобы наблюдать за тем, как блестят чужие глаза. Ему все казалось мало, хотелось вновь коснуться пухлых красных губ. И целовать, целовать, целовать… — Что решил? В результате эксперимента… Минхо поднял невинный взгляд, растерянно проговаривая: — Даже и не знаю… Не успел распробовать. Чан счастливо рассмеялся, сердце билось через раз. Хотелось сильно сжать Минхо и никогда не отпускать. Он так его любит, что в груди становилось больно. — С друзьями такие эксперименты часто не повторяют. — Хочешь предложить что-то иное? — хитро спрашивает Минхо, а у Чана сердце бухает куда-то вниз. Он и сам не замечает, что начинает дышать часто-часто, волнуясь. — Что если… Попробуем встречаться? Ради эксперимента. В глазах напротив полных любви Минхо видел отражение целого мира. Тело немело от нежности к старшему, который неловко улыбался, надеясь на положительный ответ. Ли приник к его устам, горящими губами касаясь, прежде чем прошептал: — Было бы интересно попробовать. Тогда все и началось. Длинная история, которую спровоцировал один глупый срач в интернете. Если вы спросите Минхо, с чего все началось, то он ответит, что с глупости.