Девять-один-один

Дженни расслабляется под умелыми руками массажиста. Тело ноет от боли, от того, какие напряженные и зажатые мышцы, когда руки сжимают спину, но это как раз то, что нужно. В салоне играет медленная музыка без слов, простой инструментал, вся комната пропитана запахом алоэ и ванили. И вот все мысли уходят, тело поддается на нежные касания, как вдруг в голове всплывают картинки недавнего убийства. Детектив их откидывает в десятый раз, надеясь, что вот, именно сейчас удастся забыться. Но нет. Быстрой прокруткой меняются картинки: тело девушки, тело парня, большая надпись на стене, документы, родители жертвы, бакалавриат, рентгены… — Девушка, пожалуйста, расслабьтесь, — мягко и шепотом просит массажист, нагибаясь к лицу Дженни. Как можно расслабиться, когда ты детектив, а в руках нераскрытое убийство? Когда за спиной стоит капитан и требует сделать все в срок, а перед глазами стоят родители со слезами на глазах и хотят увидеться с убийцей их дочери? Но вам, девушка, этого не понять. — Да, извините, — хрипло отвечает детектив и делает глубокий вдох, концентрируясь на тишине и пустоте. Первые секунд десять так и получается, но на больше не хватает. Перед глазами появляется документ об обмене, подписанный двумя родителями и директором бакалавриата, далее найденные наркотики, которые, по всей видимости, приберегла к себе Мари, и последнее — Даниэль, неудачно провевший свою «операцию». Какое отношение имеет парень к девушке неизвестно, как и то, почему он хотел ее убить. Даниэля проверили как активного или бывшего ученика бакалавриата, но все тщетно, его имени нет в списках. Мари не работала, как оказалось, а потому его сотрудником считать нельзя. Учитывая какой прилежной ученицей была жертва, как хорошо она училась, сложно представить, что она была участницей в уличной банде. Если Даниэль не был знаком с Мари, значит можно предполагать, что его подослали, чтобы убить ее. Это мог быть кто-то из бандитов, которым могла когда-то перейти дорогу Мари. Или же озлобленный бизнесмен/миллиардер, чьи счета она взломала или просто узнала секретную информацию. Второй вариант не стоит отбрасывать, ведь ноутбук в номере не был найден. Но если это не то и не другое, тогда убийство могло быть из личных обид. Только вот кого? Кого-то из учеников бакалавриата? Мисс Трейси упоминала, что Мари была лучшей ученицей, которая схватывала все налету. Вероятно, эта успешность могла задевать других учеников. Не тех, которых заставили учиться родители, а тех, которые старались усердно учиться ради знаний. Дженни поворачивает голову в другую сторону, продолжая думать о своем, несмотря на то, что массаж подразумевает расслабление и полное ограждение от мыслей. Почему Даниэль писал на стене просьбу о помощи? Может, он писал не перед убийством, а после? Показать последние слова своей жертвы? На что он рассчитывал, делая эту надпись? А может это не Даниэль, а его убийца? И самый главный вопрос, который волнует больше стальных: кому выгодна была смерть Мари? И вдруг Дженни осенило. — Извините, мне нужно срочно уехать, — Дженни резко поднимается с кушетки, подхватывает висящий рядом халат и накидывает на себя, не завязывая. Девушка что-то спрашивает у детектива, но она не слушает, а лишь быстро направляется к комнате, где также быстро переодевается в свою одежду. Уже сидя в такси, Ким поднимает на уши половину участка, раздавая каждому задания. Ждет, когда документы будут присланы на почту, а в это время напряженно смотрит в окно, закусывает губу и отбивает в салоне машины какой-то неразборчивый ритм. Она постоянно смотрит в экран телефона, ждет уведомление о новом сообщении и не замечает, как машина подъезжает к ее подъезду. Сунув купюры в руки молчаливого таксиста, Дженни поднимается в квартиру, открывает ноутбук и подвигает кресло на колесах. Выскакивает значок почты и детектив не медлит. Получив нужную информацию, Дженни изучает ее особенно внимательно, делая записи в своем рабочем блокноте. Исписав несколько листов за короткое время, она откидывается на спинку стула, отталкиваясь ногами от пола. Размяв затекшую шею, девушка смотрит на часы и решает лечь спать, ведь уже два дня спокойно не спала, а завтра еще один сложный день. Закрыв все вкладки на ноутбуке, Дженни закрывает блокнот и вкладывает его в сумку, чтобы завтра не забыть взять.

***

— Поздравьте, я могу назвать причину, по которой Даниэль убил Мари! — усмехается Дженни, когда подходит к магнитной доске, у которой собралась вся команда. — А ты что здесь делаешь? — с вопросом смотрит на Марка, пристроившегося возле Стефани. — Мне тоже интересно! Я же тоже занимаюсь этим делом! — возмущается он, вытягивая ноги и скрещивая их. Руки сложены на груди, брови сведены вместе, выражая недовольство. — Вставай, — сужает глаза Дженни. Ну что за ребенок непоседливый? Вечно ему нужно быть в пяти местах одновременно и лезть в не свои дела. — Не встану! — упирается парень. — Я тоже хочу послушать! — Вставай, ты занял половину стола, балбес! — прикрикнула Ким, уже самостоятельно отпихивая довольного Марка. Крис хмыкает и скептически осматривает Марка, который, почувствовав на себе взгляд, шмыгает носом, посылая недовольные волны взглядом. — Скажи, что этой причиной является директор бакалавриата, потому что уж сильно мне та женщина не понравилась, — глядит на девушку Стефани, засовывая руки в карман большой толстовки. Парни усмехаются, почувствовав шлейф женской неприязни. — Хуже. Детективы и судмедэксперт хмурятся, ожидая пояснения, потому что пока не понятно ничего. — Как оказалось, наш недоубийца кое-какое дело имеет к Мари, — Дженни достает из папки две фотографии и крепит на магнитную стену. — Первая фотография — авария, которая случилась семь лет назад в Израиле. Семья ехала в сумерках и не заметила поворот, из-за чего их машину снесло в лес. Родители погибли, а дети были доставлены в хирургическое отделение с незначительными повреждениями. Посмотрите, кто именно был доставлен в больницу. — Даниэль Патрис и… — Крис суживает глаза, поджимает губы и вздыхает, — Бина Эрлих. — Бина? — переспрашивает Стефани, слыша знакомое имя, и встает с места, подходит к доске и еще раз смотрит на фотографию, убеждаясь, что услышала все верно. — Так это и есть ее родной брат, которого переправили в Штаты? — Да, но что более важно, — поднимает указательный палец вверх Дженни, — так эта связь, которая у них была, между Мари и Даниэлем. А связь у них была очень близкая. — Серьезно? Они встречались? — поднимает бровь Стефани, расшифровав хитрую ухмылку на лице девушки. — Один месяц. Почти сразу после прилета Мари они начали встречаться. — Как ты это узнала? — хмурится девушка. — В телефоне Мари, который был найден в ее номере, найдены совместные фотографии и переписка месячной давности. Они познакомились на сайте для знакомств и почти сразу встретились. — Почему они встречались? — парни косятся на Стефани. — Тут определенно должна быть выгода. Он — бандит, она — прилежная ученица с богатенькими родителями, — поясняет она, разводя руки в стороны, мол, очевиднее некуда. — Стеф права, — кивает Дженни. — Найдя и взломав электронную почту Даниэля, полицейские нашли переписку его с сестрой. В ней она просит парня попытаться переубедить Мари оставаться в Бостонском бакалавриате. Как оказалось, в бакалавриате действует такое правило: не захотел продолжать учиться — возвращаешься обратно. И на это место выбирают другого ученика Израильского бакалавриата. — Ну понятно все, парень под прикрытием, любовь по договору, — усмехается Крис, крутя в руке ручку. — Неужели Мари не знала брата Бины? Не разу не видела его? Хотя бы на фотографии? — Этого мы не узнаем, Крис, — грустно поджимает губы Дженни. — По крайней мере сейчас. Но мотив уже можно назвать: Мари не захотела отказываться от своей мечты, а потому Даниэль ее убил. — Очень правдоподобно звучит, — поддакивает Марк. — А если девушка и словечко плохое ему сказала за месяц отношений, то он и это припомнил. И вообще, как они могли встречаться?! В бакалавриате нужно очень много времени отдавать учебе. Там график равен полному рабочему дню! Дженни улыбается уголком губ, смотря на нахмурившееся лицо парня, и тихо смеется. — Не узнаем этого, — пожимает плечами Крис, усмехаясь. — Нам лучше наведаться к Бине, чтобы узнать, причастна ли она к убийству. — Верно, — кивает Дженни, — а еще к первой дочери Натана. Узнаем, почему полицейские нашли ее отпечатки на упаковках в номере Мари. — И там, и там пахнет криминалом, — заговорчески трет ладони Марк, облизывая нижнюю губу. — Кто же окажется виновником? Что скрывает ширма примерной семьи, которая ни в чем не отказывала своей покойной дочери? Как сложится судьба в прошлом преступной девушки и правда ли она изменилась? — Марк хлопает в ладоши и поворачивается лицом к детективам, которые уже стоят в лифте и махают ему рукой с ухмылками. — Удачи в построении теорий, — подмигивает Стефани парню, поправляя длинные волосы. — Можешь потом поделиться с нами, — кричит ему, когда дверь лифта уже оставляет маленький проем. — А как же, — фыркает парень и ставит руки по бокам, проводя языком по внутренней части щеки. Сбоку слышатся смешки полицейских, на что Марк только качает головой и невесело усмехается, не разделяя эмоций парней и девушек. Уже стоя на улице, девушки вздрагивают от холодного ветра, который окутывает все тело и вызывает мурашки, а Крис набирает кому-то сообщение. Дженни взглядом провожает отъезжающие полицейские машины, поднимает голову и щурит глаза. Кажется, надвигается дождь. Солнце зашло за горизонт, оставляя темные облака наедине, а ветер становится все холоднее и холоднее. — Я пробил адрес Леонор, она живет недалеко, — оповещает Крис и прячет телефон. — Кто займется ей? Стеф, по твоим глазам вижу, что хочешь, — он поднимает бровь и усмехается. — Хочу, — кивает она и протягивает руку, — адрес. — Я хочу взять посольство Израиля, Джен, не против? — спрашивает Крис, не смотря на девушку, и проверяет оружие, перезаряжая его. — Мне без разницы, — пожимает она плечами, наблюдая за отточенными действиями детектива. — Я пока отдохну, потому что массаж вчера прервался, — усмехается и укутывается в теплую кофту сильнее. Напарники одобрительно кивают и расходятся в разные стороны. Дженни проверяет время на телефоне: середина дня. Так как частью дела занимаются напарники, она решает пойти в любимое кафе и отдохнуть от суматохи и загруженности. По дороге в кафе Дженни встречает несколько знакомых полицейских, кланяется им и даже перекидывается пару словами, но не задерживается. Уже в кафе детектив заказывает свой любимый чай с долькой апельсина и просто наблюдает за людьми через большое панорамное окно. Горячий напиток и тепло кафе наконец согревают подмерзшую девушку. Напротив стола кто-то садится, и Дженни поворачивает голову. На стуле сидит Тэхен, который снимает с плеч пиджак и укладывает его на спинку стула. Детектив поднимает бровь и переводит взгляд на стол, на котором добавился еще один напиток и большой кекс. — Кажется, сегодня будет дождь, — спокойно говорит парень, подрагивая от холода. — Здравствуйте, Тэхен, — здоровается Дженни, все еще смотря на чужой стаканчик. — Совпадение? — имеет в виду встречу. — Может быть, — улыбается он, оставив пиджак в покое, и берет стаканчик в руки. Дженни следит за его движениями: он подносит стаканчик к губам и делает один маленький глоток из него. Девушка тяжело сглатывает, когда их взгляды встречаются. Тэхен складывает руки на столе и склоняет голову чуть на бок. — Вы часто так выпадаете из реальности, детектив? — его губы расплываются в улыбке, а глаза прищуриваются. — Не совсем, — Дженни запивает хриплость голоса своим чаем, чувствуя внутри прибавление жара. Не к добру. — У вас выходной? — вновь интересуется парень, продолжая расслабленно пить из своего стакана. — Не совсем, — повторяет она, заостряя внимание на мужском пальце, который обводит верх стаканчика. — То есть, нет, просто… захотелось освежить голову и избавить ее от работы, — Дженни тихо вздыхает, на пару секунд закрыв глаза. Ну вот почему она теряется при виде Тэхена? А Тэхена, видимо, такое поведение забавляет и ничуть не смущает, потому что его улыбка становится больше, а глаза цепляются за неуверенность в глазах напротив. Дженни пытается спрятать глаза, вернув их на улицу, лишь бы не смотреть на парня. Но потом дает себе подзатыльник (мысленно, конечно же) и уже уверенно и без колебаний смотрит прямо на Тэхена. Тот удивляется такой быстрой смене настроения, но расслабляется, ведь такое поведение для детектива вполне нормальное. — А вы под каким предлогом здесь? — задает вопрос уже Дженни, отставляя полупустой стаканчик на край стола, ближе к стеклянной стене. Тэхен проводит языком по нижней губе, заставляя девушку замереть. Снова. — У меня выходной. — Я думала, у вас нет выходных. — Как видите, есть. А почему их не должно быть? — Вы же, поправьте, если ошибаюсь, главный телефонист и заменить ваши умения и скорость реагирования пока не может никто. Вы же спасли столько жизней, — без иронии в голосе говорит она. Тэхен улыбается, опуская голову. Дженни закусывает губу, потому что уверена, что со стороны она выглядела, как восхищенный ребенок, которому показали фокус. — Вот что вам рассказал директор, я понял, — тихо смеется парень и резко поднимает голову, подставив под щеку кулак. Дженни угукает, вытягивая ноги под столом. — И часто вы здесь бываете? — детектив наблюдает, как Тэхен разламывает кекс на две половинки и протягивает ей одну. — Поверьте, я в этом кафе частый гость, почти v.i.p, поэтому не поверю, если скажете, что ходите сюда каждые выходные, — усмехается она, принимая из рук угощение. — Я и не собирался так отвечать, — улыбается парень, откусывая свою половинку кекса. — Не часто я хожу сюда. Больше предпочитаю еду на дому, доставку. Не люблю выходить из дома в свой выходной, но сегодня потянуло. И вот по пути наткнулся на это кафе. Дженни щурит глаза, откладывая свою половинку кекса на салфетку возле стаканчика, и складывает руки на столе, как делал это ранее Тэхен. — И куда вы направлялись? Если не секрет, конечно. — К вам. Детектив изгибает левую бровь, поджимая губы. — Ко мне? — переспрашивает Дженни, вдруг ошиблась. Может он в участок полицейский направлялся, в котором она работает. Может вообще решил подшутить. — К вам, детектив. Лично к вам, — добавляет он, делая акцент на последних словах, и снова откусывает тесто. А Дженни зависает. — Зачем? — хмурится, совсем уплывая из сути. — Если вы не против, мы можем поговорить об этом чуть позже. Не люблю говорить на рабочие темы в такие приятные минуты, — мило просит Тэхен, облизывая уголок губы. Дженни невольно опускает взгляд на кончик его языка. Ну вот красивый парень, как от него отводить взгляд и не теряться под пристальным наблюдением его глаз? Ну вот нравятся Дженни парни, в чем ее вина? Особенно ей нравятся красивые парни. И вот на тебе, прямо под нос, прямо ходящую модель. Так и хочется спросить у него: «Где такой нашелся?» И этот парень содействует спасению людей. Можно уже растекаться лужицей? — Вы, детектив, я вижу, сладкое не любите или просто временный период воздерживаетесь? — отвлекает от мыслей Тэхен, и Дженни смотрит на него более сосредоточенным взглядом. На тихое «ммм?» парень взглядом кивает на половинку кекса, которая все так же лежит на салфетке нетронутой. — А, нет, люблю. Спасибо, кстати. Дженни становится неловко и ей очень хочется закончить эту встречу. Парень ей приятен, но как-то очень часто заставляет ее смущаться и зависать. И вот когда девушка берет в руки кекс, она очень надеется, что какой-то кусок не застрянет в горле, если Тэхен снова выдаст что-то. А еще очень надеется, что не покажется со стороны рассеянной. Все-таки полицейский, да еще и детектив, ну и все дела. — Мне вот интересно, детектив, как и почему вы стали детективом? — задумчиво спрашивает Тэхен, очень пристально наблюдая за каждым движением девушки. Ой как не вовремя. От такого взгляда становится совсем не по себе. Вот бывают преступники и подозреваемые, которые смотрят нечитабельным взглядом и только одним им могут ноги подкосить, а такой вообще в гроб со скоростью света заводит. Дженни хмурится и пытается понять, для чего парню такая информация. Благодаря своим дедуктивным навыкам детектив сразу же выстраивает ряд версий: Тэхену что-то нужно, Тэхену просто скучно, Тэхену очень интересно. Но Тэхен не преступник, чтобы выпытывать информацию таким банальным способом. Он не бездельник и не скучающий парень, которому лишь бы слушать истории каждого детектива. А если ему и интересно, то… для чего? — Если я лезу в слишком личную тему, можете не отвечать, меня просто интересует, как такие хрупкие девушки работают в полиции и почему они выбирают именно такую профессию, — поспешно добавляет парень, видя мимолетное замешательство на лице детектива. Да уж. «Просто интересует». Заняться ему что ли нечем? Почему не спросить о любимом угощении, кофе, начинке? Очень даже в тему было бы. Дженни не злится, просто она очень не любит рассказывать истории своей жизни, особенно незнакомым людям, потому что… а зачем им о них знать? Но Тэхен почему-то располагает к себе, ему хочется поделиться, его глаза гипнотизируют. Сердце Дженни забилось чаще и нельзя так сразу определить причину: почувствовало что-то подозрительное или подталкивает к откровениям. — Сериалы пересмотрела в детстве, — спокойно говорит Дженни, все же решаясь на разговор. Тэхен поднимает бровь и будто готов засмеяться в эту же секунду. — Серьезно? — неверяще переспрашивает он. — Мг, — кивает девушка, вспоминая про свой недопитый чай. — Хорошей дедукцией с детства я не обладала, но раскручивать клубки запутанных убийств очень сильно любила. И когда у меня был выбор куда пойти: на юриста или полицейского, уж хорошие у меня были оценки, я выбрала второе. Душа лежит больше к этому. Да и я знала хороших людей в убойном отделе, так что путь был проложен изначально, так сказать. Сразу смогла бы устроиться и работать в хорошей компании. — Вы в самом Бостоне обучались? — Нет. Я училась в Спрингфилде. В штат Бостона меня перевели не так давно. — Вы жили в Спрингфилде? — Жила. — Вам сложно было расстаться со всем, что там было? Дженни замирает, держа стаканчик на весу. Она понимает скрытность вопроса. Понимает, что именно хочет узнать парень. Такими методами пользуются преступники или просто люди, которым нужно узнать личную информацию о человеке. Или это снова накрутка. — Вы так реагируете на мои вопросы, будто подозреваете меня в чем-то, — усмехается Тэхен, замечая смену настроения и ощутимое напряжение. — Даже на отпуске я остаюсь детективом, мне простительно, — мило улыбается Дженни. — Я была готова преодолеть более ста километров. Было сложно. Как я думаю, каждому, кто родился и прожил половину жизни в родном городе, сложно покидать его. Но я не жалею, — пожимает она плечами, смотря на дно стаканчика и крутя его. — И да, родители меня поддержали и до сих пор поддерживают. Тэхен улыбается, когда Дженни с вызовом смотрит в его глаза. — У вас есть братья/сестры? — Я единственный ребенок в семье. Дженни тяжело вздыхает и возвращает взгляд на парня. — А вы как пришли в службу спасения? — переключает внимание на него, лишь бы скорее от нее отстал с расспросами. Тэхен будто ждал этого вопроса, потому что его взгляд сразу теплеет и он наклоняется чуть вперед. Поворачивает голову в сторону окна и начинает говорить: — В две тысячи двадцать первом году в одном районе Бостона произошло ужасное убийство молодой девушки, которая шла домой поздно ночью, — пересказывает он годовую новость. — Эту девушку избили, убили, изнасиловали и закопали между сараями. Именно в таком порядке. Самое страшное то, что она звонила в службу спасения после избиения, но ее вызов не приняли всерьез и даже не пытались спасти. Тэхен сжимает одну руку в кулак, и Дженни обращает на него внимание. Теперь она чувствует напряжение с его стороны. — Я работал телефонистом в банковском офисе и понял, что моя работа полностью бессмысленна. Я захотел спасать людей. Да, не совсем буквально, но каждый раз, когда полицейский участок принимает мой вызов, я радуюсь, как ребенок. А когда слышу, что девушку, парня, школьника или ребенка спасли и уберегли от рук насильника благодаря небезразличности наших работников, я ощущаю себя полезным и нужным. Дженни с замиранием сердца слушает и слушает, внимательно хватаясь за каждое сказанное слово. Тэхен говорит напряженно, но выглядит спокойным. Детектив не понимает, что сейчас он чувствует, но почему-то проснулось желание его успокоить. Так подсказывает сердце. Оно чувствует, что история с девушкой очень сильно задевает телефониста. — А что случилось с преступником? Его посадили? — Нет, — безразлично отвечает Тэхен. — Почему? — хмурится детектив. — С ним случилось несчастье. — Самоубийство? — предполагает Дженни, но Тэхен молчит, сосредотачиваясь на участке стола. — Эта девушка была вам близка? — решается на вопрос Дженни, закусывая губу. Тэхен поднимает голову к ней и в его глазах девушка замечает слезы. — Одноклассница? Подруга?… Девушка? Сестра? — аккуратно пытается узнать она. Тэхен качает головой, усмехаясь. Ловким и незаметным для Дженни движением руки смывает стекающую слезу. Хватает салфетку со стола и вытирает крошки от кекса, перемещая их в свою руку, а после в свой стаканчик. — Давайте, детектив, я расскажу, для чего шел к вам, — быстро меняет тему он, вставая со стула и подхватывая пиджак. Дженни ничего не говорит, потому что чувствует нежелание парня продолжать ранее затронутую тему. Поэтому они просто расплачиваются за напитки и закуски (платил Тэхен за обоих) и идут вместе к участку. — Сколько вам лет, Тэхен? — интересуется Дженни, когда они останавливаются возле тротуара, ожидая зеленый свет на светофоре. Она сжимает в руках сумочку и сканирует взглядом людей. Тэхен смотрит на девушку, растягивая губы в ухмылке. Облизывает нижнюю губу и детектив уже думает, что он выдаст что-то ехидное, поэтому добавляет: — Если я лезу в слишком личную тему, можете не отвечать, я просто интересуюсь, — она мило улыбается, повторяя фразу Тэхена, на что он дергает бровью и смеется. — И я не пытаюсь флиртовать с вами, если мой вопрос заставил вас подумать об этом. — Ну что вы, детектив, и в мыслях не было, — парень смотрит на детектива и склоняет голову к плечу. — Мне двадцать восемь. — Серьезно? — сомневается Дженни. — Могу показать паспорт, — улыбается во все зубы Тэхен. — Не нужно, — машет головой детектив и они переходят дорогу, когда красный меняется зеленым. — А вам по паспорту сколько, детектив? — интересуется Тэхен и открывает дверь, пропуская девушку вперед. Дженни улыбается, заходя внутрь полицейского участка, и закусывает губу, думая о том, сказать или нет. — Если скажу, что двадцать три, поверите? — поворачивается через плечо девушка и останавливается. Ждет, когда телефонист подойдет ближе и станет идти в один шаг. — Почему нет? — Значит, вы очень доверчивый человек, — хмыкает Дженни, доставая свой значок и показывая его охраннику. Тот сразу же пропускает их дальше и приветствует парня. — Мне двадцать семь. По паспорту. — Вот как, — поднимает бровь Тэхен, и Дженни кажется, что он удивился. — Вы удивлены, Тэхен? — спрашивает его и нажимает на кнопку вызова лифта. — Не стоит. Все люди выглядят не на свой возраст. Они выходят из лифта и идут к столу Дженни. Тэхен быстро пробегает глазами по офису, отмечая для себя, что с его последнего визита единственное, что добавилось, это столы. Полицейских чуть больше, из-за чего шума тоже. Вокруг они то и дело принимают звонки и копошатся в бумагах. Кто-то пьет кофе и чуть ли не вставляет спички в глаза, чтобы не заснуть; кто-то детально изучает документы с наушниками в ушах, чтобы никто не отвлекал; а кто-то опрашивает буйных подозреваемых и свидетелей, которые наотрез не хотят признавать вину и устраивают скандалы. Тэхен частенько бывал в этом участке. Заходил к друзьям, приносил записи разговоров, выступал свидетелем в каких-то делах. Приятное ощущение дежавю появляется в груди. — О чем вы хотели рассказать? — обращается к Тэхену Дженни, кидая на стол свою сумку, и облокачивается о стол, сцепляя руки в замок. Тэхен тут же обращает на нее внимание, отвлекаясь от изучения офиса и воспоминаний, и достает из сумки-планшет несколько листов, сцепленные степлером. — Хотел вам сказать, что ваша жертва, Мари, не один раз обращалась в службу спасения, — начинает он и протягивает бумаги. Дженни их принимает. — Она звонила две недели назад и просила спасти ее от рук насильника. Она сказала, что какой-то мужчина из банды избил ее и обвинял в том, что она рассказала кому-то какой-то их секрет, в то время как какая-та девушка держала ее за руки и не давала пошевелиться, — сложным предложением пересказывает он. Дженни изучает распечатки разговора и хмурит брови. Мари не упомянула, что за парень, что за девушка и откуда она их знает. Она и правда использовала слова «какой-то, какая-та», будто не знает их, но Дженни готова утверждать, что знала. Потому что тогда человек не стал бы избивать ее и обвинять в слитии информации. Возвращаемся к теориям: либо криминальный бизнесмен, которого хотела обличить Мари, либо озлобленный знакомый. Теперь возникает вопрос, мог бы тем парнем быть Даниэль? — Она даже не назвала свое местоположение, просто прервала звонок, — размышляет вслух Дженни. — Местоположение — ерунда, мы смогли отследить звонок и определить его, но что самое странное, так это то, что по приезду полиции Мари отказалась от своих слов и сказала, что угрозы нет. Следователю сказала, что писать заявление не будет и что вообще отрекается от своих слов. — Тэхен облокачивается на стол правой рукой, а левую пускает в карман. — Она заплатила штраф, как выяснилось позже, за ложный вызов. — Интересно, — шепчет Дженни и поднимает голову. — Я оставлю эти распечатки в офисе Бостона, вы не против? — обращается к Тэхену, и тот кивает, соглашаясь. Лениво улыбается, прикрывая веки. — Где Мари находилась в тот день? Вы говорили, что отследили звонок. — Рядом возле отеля «The Bridge Star’s». Тот же район. Дженни чуть расширяет глаза, а после сужает. — Тот же самый отель, в котором жила жертва, — вспоминает Ким и в голову приходит девушка, которая могла бы быть той, кто удерживал жертву, пока ее избивали. — А полиция не проверяла камеры наблюдения в этом районе? — А им это зачем? Они услышали, что Мари отказывается от своих слов и поэтому даже не проверяли камеры, — пожимает плечами Тэхен и хмыкает. — Значит, нужно проверить нам, — ставит задачу детектив, готовясь уже достать телефон из-за спины и набрать номер Александра, как телефонист спокойно говорит: — Без надобности, детектив, потеряете время. Девушка поднимает бровь, мол, да что ты говоришь, как парень открывает сумку-планшет и достает из нее маленькую черную флэшку. Дженни продолжает заинтересованно наблюдать за его действиями. — Я смог достать записи того вечера и говорю сразу: Мари наврала полиции. Ее и правда избили тогда. Посмотрите потом, камеры засняли этих двоих. Тэхен протягивает флэшку в руки детектива и расслабляет плечи. Девушка принимает флэшку, нечитаемым взглядом смотря на парня. — Спасибо, Тэхен, это облегчило мне работу, — искренне благодарит она. Тэхен кивает и закрывает сумку. Дженни снова засматривается на него. — Мари звонила еще один раз, — неожиданно оповещает он, и Дженни хмурит брови. Телефонист вздыхает. — Точнее, поступил вызов с ее номера телефона. Это был пустой звонок, как мы называем. В трубке была абсолютная тишина несколько секунд, а после звонок оборвался. Мы бы могли и не обратить внимание на него, посчитать его за баловство, но программа распознала знакомый номер, а потому тут же попыталась найти местоположение, но не смогла. — И что было предпринято? — Мы ничего не могли сделать. И я надеюсь вы понимаете, почему, детектив, — внимательно смотрит парень и поджимает губы. Дженни кивает, прекрасно понимая действия со стороны службы спасения. Если нет координатов, если нет прямого звонка и прямой просьбы, значит вызов не обрабатывается. Это не безразличие и не бездействие, не стоит путать. — Хорошо, спасибо, что сказали об этом, Тэхен, — искренне говорит детектив. Она пожимает парню руку и мягко улыбается. — Пожалуйста, детектив. Рад помочь. Тэхен подхватывает свою сумку и поворачивается спиной к девушке, намереваясь уйти. Останавливается, напряженно сведя плечи, и закусывает губу, раздумывая над своими мыслями. Дженни поднимает брови, когда парень останавливается, а после их хмурит, когда он поворачивается с таким же лицом. — Той девушкой была моя жена, детектив.

***

Стефани сверяет адрес на телефоне с тем местом, где она сейчас. Пытается найти хоть на одной двери указатели и номера, но на них пусто. Видно, что люди не хотят, чтобы их нашли. А это и понятно, если они занимаются незаконными делами. Вот только полиция всегда знает, где живет человек, а полицейские почти всегда могут найти нужную дверь. Увы. Стефани брезгливо жмурится и обходит гнилую шкурку чего-то. Запах, конечно, не самый приятный и создается ощущение, что находишься на помойке. Появляется вопрос, как тут вообще живут люди? А сами дома выглядят так, будто китайцы их строили еще в восьмидесятых. Детектив поправляет кожанку на плечах и разминает ноги в неудобных латексных брюках (и как только Дженни в них ходит?) Приодеться нужно было хорошо, чтобы сразу же никто не заподозрил неладное и не сбежал раньше времени. За углом какого-то сарая слышатся разговоры и девушка видит облако дыма, а потому без промедлений заворачивает в эту сторону. Сразу же в глаза бросается молодая девушка, окруженная парнями. Она делает затяжку, выпускает дым изо рта и краем уха слышит, что ей говорят парни. Вторые делают глотки из стеклянных банок из-под пива и хриплым голосом пытаются что-то донести ей. Стефани не разбирает слова, лишь слышит какие-то числа, поэтому решает перебежать к ближайшей стене и рассматривает четверых ближе. Девушка очень похожа на Леонор, только волосы подстрижены до плечей и перекрашены в ярко-зеленый цвет. Леонор улыбается крашеными губами и кидает сигарету на землю, топча ее носком кроссовок. Стефани достает телефон из кармана и наводит камеру на команду, когда из сарая появляется тележка с пакетиками и белой начинкой внутри. Пару фото сделано и детектив выходит из-за стены и направляется к парням. — Вы не похожи на покупателя, — обращается к детективу один из парней, заприметив красавицу рядом. Он выдыхает дым изо рта и оглядывает Стефани, задерживая внимание на поясе брюк. Кивает подбородком на тот участок и говорит: — Не стесняйтесь, достаньте значок. Стефани изгибает бровь, усмехаясь. Раскусил очень быстро. Видно, не впервые приходят к нему копы или наркоотдел, раз таким внимательным сделался. А Леонор будто совсем не удивилась, продолжает спокойно рассортировывать пакетики. Один даже открыла и поднесла к носу смесь, втягивая в себя. Детектив отодвигает край кожанки и тянется к ремню под внимательный и сосредоточенный взгляд мужчины. — Мне два пакетика. Стефани кидает в руки мужчины пачку денег и дергает бровью. Одну руку запускает в карман, а другую кладет на тележку. Смотрит на товар и считывает количество денег, сразу же определяет, сколько штрафов можно наложить на банду и сколько законов они нарушили. Работа не по специальности, так сказать. А мужчина докуривает сигарету, наблюдая за девушкой. Выглядит очень спокойным, готовым. Неужели ждал? — Хани, дай этой милой даме три пакетика, — командует он, спустя несколько секунд раздумий. — Мне нужно два, — хмурит брови детектив, резко отвечая. — Третий от меня в подарок, — растягивает губы в улыбке он, выдыхая дым. Стефани дергает бровью, решая не спорить. Тут же переключается на размышления, услышав другое обращение к дочери Натана. Хани? Ее псевдоним? Второе имя? Как бы там не было, Хани или Леонор, мельком бросает взгляд на Стефани и усмехается. — Я вижу вас впервые. Кто дал наводку? — прощупывает почву мужчина, не сводя пристального взгляда. От него становится неловко. А также раздражает дым сигарет, ветер которого направляет на Стефани и которого та терпеть не может. — Моя близкая подруга. Покойная, к сожалению, — тут же отвечает Стефани, переводя взгляд на Леонор, — Мари, — сразу же смотрит на мужчину, чтобы ни у него, ни у девушки не возникли подозрения. — Может, знаете. Стефани скрыто удивленно наблюдает за спокойными движениями Леонор, расслабленного босса и не может сложить все пазлы в голове. Быть может, Леонор уже была уведомлена о смерти сестры, а босс просто не знает о ее существовании или настоящего имени. Хотя о чем это она. Может они просто отличные актеры, за маскам которых скрываются убийцы. — Не слышал такого имени в нашем окружении, — медленно проговаривает мужчина, потирая подбородок пальцем. — Хотя, какое-то знакомое звучание. А, да, в новостях с самого утра крутят новость, может оттуда, — он улыбается и кладет руку на локоть стула. Стефани отвечает натянутой улыбкой и принимает протянутый товар. Подходит к главе и одну пачку прижимает к его груди. — Мне все-таки нужно две, — склоняет голову к плечу и разворачивается, чтобы уйти. Сама атмосфера напрягает. — Хани, проводи нашу гостью, чтобы не заблудилась, — указывает он и встает с места, направляясь в гараж, параллельно выбрасывая дотлевшую сигару, и кидает упаковку к остальному товару. Девушка следует за Стефани и становится рядом возле нее. Когда они отходят на несколько шагов от гаража, Леонор шепчет, но так, чтобы ее было слышно: — Я ее не убивала. И никто из банды ее не трогал, — она рассматривает гаражи, чтобы вовремя заметить наблюдение. Стефани прислушивается к словам девушки и сохраняет спокойствие. Она делает невозмутимое лицо, когда вдалеке видит несколько мужчин, охраняющих выход. — Как вы объясните то, что на камерах у отеля, где жила Мари отчетливо видно вас и того мужчину? Вы избивали свою сестру, — интересуется детектив, пряча пакетики во внутренний карман пиджака. — Это был один раз. Мари хотела рассказать полиции о нашей банде, но сама хотела остаться невиновной. Поверьте, детектив, она была замешана в этом деле больше, чем хотела казаться, — заверяет Леонор, чуть толкая в бок детектива, когда замечает пару взглядов на них. — Какие есть доказательства вашей непричастности? — ставит прямой вопрос Стефани, продолжая придерживаться непринужденного взгляда. — Их нет и вы можете мне не верить, но я говорю правду. Леонор поворачивается боком к детективу и указывает на выход. Стефани прищуривает глаза и ухмыляется. — Удачи.