Время ХвиТэ

— Хён, а где в этой общаге можно найти всякую подарочную фигню? –деловитым тоном осведомляется Хвиён у сосредоточенно взвешивающего куриную грудку Давона. Тот шевелит губами, запоминая вес, и непонимающе смотрит на младшего: — Чего? Какая фигня? — Ну, бумага там обёрточная, ленты и прочее… Я искал в шкафу в гостиной, но не нашёл. — А, это. Оно в коробке на кухонном шкафу. — Спасибо, хён! Давон окончательно отвлекается от своего занятия и с интересом смотрит на Хвиёна, который, поставив коробку на пол, усердно в ней роется и радостно восклицает, кажется, найдя искомое. Он показывает старшему большой палец и довольный уходит в свою комнату, но Давон не был бы Давоном, если бы не последовал за ним. Сунув свой любопытный нос в дверь, он видит несколько пар джинсов, разложенных на кровати, и завязанную кое-как в бант широкую зелёную ленту. Кусочки пазла в голове Давона встают на место, он не может сдержаться и обнаруживает себя, теряя от смеха равновесие и буквально влетая в комнату. Хвиён совершенно не кажется смущённым и продолжает придирчиво осматривать джинсы. — Ёнкюн-а, а ты чем это тут занимаешься? — решает проверить свою догадку Давон. — Выбираю упаковку, — абсолютно серьёзно отвечает младший, хотя уголки губ так и тянутся вверх. — Упа… Что? — Ой да ладно тебе, хён, ты же всё понял, — ухмыляется Хви, остановив наконец свой выбор на светло-голубых широких — Тэяни-хёну нравятся на Хвиёне такие — джинсах. — Так что советую вам с мелким сегодня переночевать в другом месте. Давон даже дар речи теряет от откровенности младшего, но, поразмыслив, совету решает всё-таки последовать: как-то ему «посчастливилось» услышать, насколько громким может быть Ю Тэян, и сейчас, когда Инсон в армии, снова выслушивать в одиночку все эти 50 оттенков стонов ему совсем не хочется. — С днём рождения, хён, с днём рождения, Тэян-а, — нестройным хором приветствуют Давон и Чани Тэяна, когда тот приходит в общагу после лайва в честь, собственно, его дня рождения. — Спа… сибо? — именинник недоумённым взглядом провожает мемберов, а те безуспешно пытаются скрыть ухмылки на лицах. — Хорошо вам отпраздновать, — откровенно ржёт Давон, не сдержавшись. — Да что происходит-то? — взвивается Тэян, начиная раздражаться от странного поведения друзей и того, что Ёнкюна, кажется, нет дома? — Тебе там подарок, в твоей комнате, иди посмотри, — снова прыскает Давон, уворачиваясь от Тэяновой руки, занесённой над его плечом. — А мы пошли, вернёмся завтра, не скучайте! Не скучайте? Что это значит? Он же тут один? Да в самом деле, что опять выдумал этот Санхёк-хён, ох уж он его проучит завтр… Додумать мысль Тэян не успевает, потому что распахивает дверь в их с Ёнкюном комнату и в приглушённом свете двух ночников видит на кровати своего парня. Из одежды на нём только голубые джинсы, а поперёк груди повязан большой зелёный бант. Тэян давится воздухом, вскидывает в изумлённом жесте руку и расплывается в улыбке: он только что получил лучший подарок, о котором только можно мечтать. Ёнкюн зеркалит улыбку и расстёгивает пуговицу на джинсах: — С днём рождения, хён!