Цена любви.(Любовь за деньги.)

Образы сновидений — это своего рода язык… Кажется, что в них скрыт какой-то потаённый смысл. Сэмюэль Тейлор Кольридж — английский поэт-романтик

Данте смотрел вслед уходящим Пику и Куромаку. Он неторопливо встал с насиженного места, собрал свой рюкзак и пошел в спортзал. Конопатый очень хорошо играет в волейбол и имеет прекрасные лидерские качества и харизму. Он является лидером не только банды хулиганов, но и лидером волейбольного кружка и сердцеедом. Придя в вуз, он уже занял позицию хулигана и бабника, чьё красивое личико с самого детства украшало разные модельные журналы, как будто он всегда был таким. Это ложь. Его трудная жизнь в авторитетной семье научила правилу: «Если не ты будешь гнобить других, то будут гнобить тебя". Чаще всего, его жертвами становились «педики», изгои и дети из не таких богатых семей. Он довёл несколько человек до попытки суицида, но из-за авторитета его семьи, наказание избегает. Пик также является его игрушкой. Пик был новичком, которого перевели в середине триместра. Он был худощав, с черными волосами и челкой, которая скрывала его глаза. И в начале все думали, что Пик девушка, из-за выпуклостей в районе грудной клетки, что приняли за маленькую женскую грудь. «Она» несколько дней просто молчала и не с кем ни контактировала, кроме Куромаку, который показывал школу. Но, однако, на уроке физ-ры вскрылось, что это парень. Как из худощавого пацана "дед инсайд", Пик смог стать таким, как сейчас; спокойным и тихим омутом, с большими формами и самым тяжелым в классе? Куромаку и их интеллектуальные дискуссии. Куромаку всегда спорил на обед в столовой, а Пик на желание. Куромаку, конечно, временами поддавался, ибо у него было больше ресурсов для изучения. И так, со временем, Куро «откормил» Пика. Особенно это было заметно после летних каникул. Так, мы отошли от повествования! Продолжим. Поприветствовав всех участников, Данте, вместе со своей командой, продолжили усердно тренироваться, ибо скоро финал и это была предпоследняя тренировка. Рыжий показывал отличные результаты, в принципе, как и всегда. Он был замечательным нападающим. На его игры собиралось много девушек-фанаток. Хотя, у всех членов команды были поклонницы и зал, почти всегда, был забит фанатками и фанатами. После тренировки, он пошел в общагу в свою комнату. Комната была сделана в черно-красных цветах. На полке, находящейся над двуспальной большой кроватью, красовались разные медали. Большие окна с длинными, выполненными в таком же стиле как и комната, шторами, открывали вид на прекрасный сад. После душа, полностью в веснушках, тело прыгнуло на кровать и погрузилось в царство Гипноса. Темнота. Вскоре, Данте проснулся с чувством, что что-то не так. Но все было привычно; та же комната, даже, отражение его. Солнце пробивалось сквозь шторы и освещало комнату. С непонятной спешкой, Данте собрался в вуз, одев школьную форму и рюкзак со всем необходимым. Он вышел из комнаты, посмотрев в сторону, где, предположительно, находилась комната пикового короля. Зеленоглазый вышел из общаги и, с тревогой на душе, пошел по парку в вуз. Его тянуло туда какими-то мнимыми нитями. Посмотрев на часы в телефоне, Данте осознал, что пара давно началась и он проспал. Идя по пустым коридорам, его всё не покидало чувство тревоги. Поднявшись на свой этаж, он уже стоял возле кабинета своего класса. Данте замер, сердце слегка ныло и чувство тревоги только сильней давило. Он зашел в кабинет под удивлённый взгляд учеников и учителя. «Ох, мистер Данте решил, наконец-то посетить мои лекции! Чем я обязан такому знаменательному событию?» — с сарказмом проговорил преподаватель. Задира промолчал, ища в классе что-нибудь странное. И нашел. Пик отсутствовал. Даня сел рядом с Куромаку и начал расспрашивать того про рогатого. Куромаку сам не знал где находился его конкурент. Он вообще его сегодня не видел, даже в библиотеке. Странное чувство всё равно не покидало первого. Даже очкарик был для него странным; слишком спокойно тот говорил об отсутствии своего друга, как будто он для него ничего не значил. Данте весь день не покидало чувство, что-то не так, как будто от него оторвали часть себя. Он был рассеянным, хотя всё было обычно. Его девушка - Джессика так же, немного надоедливая, братаны те же, школа такая же скучная, всё было обычным. Пик не имел хорошего телефона. У него был простой кнопочный. Так что рыжий даже не мог посмотреть, выходил рогатый онлайн или нет. Он даже не знал его номер телефона. А Куромаку спросить - это же ему надо растоптать свою гордость, так что этот вариант отпадает. Многие друзья сказали ему отдохнуть; мол, наверное, просто перенапрягся на тренировке. Скучные пары кончились и «Антошка» пошёл в общагу. Он остановился возле своей комнаты, но решил пойти посмотреть списки учащихся и их номера комнат. Найдя в списках заветное имя, он направился в комнату причины своей тревоги. Дверь была, на удивление, не заперта. Приоткрыв дверь, зрачки зеленого уменьшились и задергались, кудрявые волосы приподнялись и на лице застыла эмоция страха. Он увидел ЭТО снова. Комната была в ужасном состоянии, видно, что у хозяина случился приступ агрессии и все было разбито и побито. Кажется, фиолетовый пытался убиться головой об стенку, на что указывали пятна крови на стене. И в центре комнаты висел Пик на какой-то старой, непонято где, найденной веревке. Тело было бледным и синим, его уже не спасёшь. Даже был слабый характерный трупный запах. Сколько он там висел? Подойдя поближе, он увидел записку и разобранный телефон Пика. Взяв записку, он начал читать вслух: «Они меня покинули. Меня все бросили. Меня все ненавидят. Я УСТАЛ. МНЕ НАДОЕЛ ЭТОТ ЕБАНЫЙ МИР!». Почерк был кривым и написан с ярой агрессией, ибо были видны дырки от ручки на листке. Даня начал рыться по комнате в поисках чего-то, что разорвало бы верёвку. Найдя нож на кухне, он разрезал верёвку и положил холодное тело на пол, убрав волосы с лица, что бы в последний раз посмотреть на лицо самоубийцы. Часть его головы истекала кровью и глаза так же были залиты ею, зрачков не было видно, они закатились наверх. Большие синяки под глазами и засохшие дорожки слез оставляли что-то живое?.. Руки рыжего были все в крови. Конопатый взял холодную большую кисть руки, уже уснувшего навсегда его игрушки, и прижал к своей щеке. Глаза сами начали наполняться слезами и в районе сердца что-то треснуло. Сердце ныло и бешено билось. Он не мог в это поверить. Мозг говорил одно, а сердце, впервые за столь долгое время, стало несогласно с ним. Это было другое, чем с той девкой, он ведет себя по другому. Он влюблен в этого нищего. Когда он успел? Он не может, он же не гей, верно? Вдруг свободной ледяной рукой кто-то обвил шею Данте и начал её душить. Данте высвободил вторую руку и она начала помогать душить первой. «ЭТО ТЫ ВИНОВАТ БОГАТЫЙ ВЫБЛЯДОК! ТЕБЕ, БЛЯТЬ, НРАВИТСЯ СМОТРЕТЬ НА МОЕ ГОРЕ? ЧТО Я ТЕБЕ СДЕЛАЛ? Я ПРОСТО, БЛЯТЬ, ХОТЕЛ СПОКОЙНО ОТУЧИТЬСЯ И СЪЕБАТЬСЯ ОТСЮДА!» Пик начал орать не своим голосом, как будто говорил не он, а они. Пытаясь сфокусироваться, рыжик видел, что Пик стал таким, каким был при первом его появлении, он начал сменяться многими людьми, с кем был знаком Данте, с той девушкой, Джессикой, отцом, сводным братом, многими девушками кому разбил он сердце, учителями, которых он довел, всеми, с кем он был знаком и незнаком. И все как один повторяли одни слова. ЭТО. ТВОЯ. ВИНА. Не выдержав этого давления зеленоглазка ударил предметом, который первый попался под руку, туда, где он смог достать. Все эти галлюцинации прекратил Куромаку, стоявший в проходе и смотревший на Данте, как на маньяка. Протрезвев Рыжик увидел, что уже ЕГО руки обхватывали шею, которые оставляли следы от удушья. И в груди Пика торчит нож, которым конопатый разрезал верёвку. И Пик был до сих пор жив, но издавал тихие нечеловеческие звуки. Он был весь в синяках и ссадинах, как и Данте. Лицо было измазано в крови и оба были шокированные. Куромаку начал отходить от Данте. «Стой, Куро, ты все не так поня...» очкастый убежал. Осталась напряжённая тишина. Данте ласково взял за лицо Пикового короля и поглаживал его скулы. Плача, он аккуратно поднес свое лицо поближе к возлюбленному. И скоро мог бы случиться поцелуй. Но его предотвратил громкий звук перезарядки пистолета. «Руки от него убрал, рыжее чудовище. ЖИВО!» Куромаку твердо проговорил, держа пистолет дрожащими руками, и направил его на Данте. Даня покорно, аккуратно отпустил Пика, встал и поднял руки вверх. По лицу конопатого текли горячие слезы, его лицо было красным то ли от слез, то ли от смущения, что он мог поцеловать рогатого. Но лицо выражало скорбь, брови были изогнуты и уголки рта опущенные. Это была тихая и спокойная скорбь. «Убьешь меня?» тихо и хрипло произнес Данте. «Если бы ты был человеком то нет, но ты не человек, ты чудовище.» Глухой выстрел. И сердце почувствовало запах пепла и вкус свинца. В глазах потемнело и Данте упал на холодный пол. Последнее, что он видел и слышал - руки, которые обхватывали его, закрывая обзор на ледяные, серые глаза Куромаку и перемешанная какофония из звуков, слов и криков.