Война против себя

      — Здравствуйте, здравствуйте, кажется, припоминаю вас, знакомые лица! - радушно защебетала директор. Я с облегчением выдохнул: значит, не забыли... но, скорее всего, она вспомнила мою маму. У меня потемнели волосы, а из беззаботного весёлого мальчишки я превратился в худощавого подростка с тяжёлым взглядом из-под бровей. - Вот, хотим заявление написать в десятый класс... Меня страшно бесит причастность матери к моему поступлению. Я хочу написать заявление, я хочу в десятый класс, и всё это делать буду я! Но устраивать сцены в кабинете директора на подступах к заветной цели мне кажется неразумным. - Хм, хорошо. А вы в какой, простите, школе учились, напомните? - Услышав ответ, женщина заметно преобразилась: улыбка мгновенно исчезла с лица, укрытого толстым слоем тонального крема, и накрашенны губы скривились в кичливой гримасе. - Слава, выйди, пожалуйста, - попросила директор, и я покинул кабинет. За дверью началась беседа. - Видите ли, в чём дело... - заговорила директор с плохо скрываемой язвительностью. - У нашего заведения неспроста высокий статус. И к отбору учеников мы подходим с особой тщательностью. К тому же, - она подняла вверх указательный палец, - периодически требуются взносы на школьные нужды первой необходимости... Имейте в виду, в школу тоже нужно вкладываться. Я пытаюсь прислушаться к голосам за дверью, вопросительно выгибаю шею... но ничего отчётливого так и не слышу. - Не волнуйтесь, у меня как раз повышение в должности, - с выражением ёрничает в ответ Татьяна: скрестив ноги, она опирается рукой о стену. - Так что непредвиденные расходы мне не страшны. - Ну, повышение повышением, а вступительный срез обязателен для всех новых учеников. К тому же, если вы из обычной школы... И начинается тернистый путь, состоящий из нескольких комиссий, а также ряда щекотливых вопросов, касающихся моего учёта в ПНД. На экзаменах я и вовсе пришёл в ужас... большая часть материала была незнакома. Нервно ёрзая на деревянном стуле, утирая капли пота со лба, я вымученно пытаюсь изложить остатки знаний, почерпнутые из школьной программы. В результате я набросал нечто импровизационное: почти что все ответы имеют загадочную незавершённость, а кое-где отсутствуют совсем. А спустя несколько дней пришёл отказ. Как только я узнал эту новость, где-то чуть ниже сердца неприятно ухнуло, и тяжёлый ком начал медленное, тягучее падение к низу живота. Даже мысленно подготовившись к провалу ещё в процессе сдачи экзаменов, я всё же заметно расстроился. И куда я теперь пойду? На что гожусь?

***

- Вот ведь засранцы какие, а! - возмущалась мать за семейным обедом, понося руководство гимназии на чём свет стоит. - И ведь не отступают от традиций! Мы, видите ли, незолотая молодёжь, да ещё из обычной школы... И тут же взялась меня подбадривать: - Ничего, Славочка, мы ещё пробьёмся, покажем, кто есть кто! Ты у меня везде дорогу найдёшь, я в тебя верю, и... - Танюш, оставь сына в покое. А то сама не ешь и другим не даёшь... Альбина Рустамовна вовремя свернула разговор, и теперь я, покончив с гороховым супом, методично расправлялся с голубцами. Вкусный обед ненадолго разбавил потускневший настрой. После обеда я направился в комнату, чтобы обдумать, как быть дальше. Впервые я познал, что такое полная неопределённость. До сего момента я уже всё знал наперёд: где буду учиться, что буду представлять из себя на выходе и куда смогу поступить. А выбор вуза после двух лет учёбы в гимназии не представлялся проблемой. Красиво скроенная мозаика начинала рушиться по кусочку, и теперь я встал на распутье «перекрёстка семи дорог», воспеваемого Андреем Макаревичем. Можно поступить в колледж, получить среднее спец.образование. Но выбирать профессию впопыхах и наугад, а потом мучиться четыре года я считаю делом неблагодарным. К тому же, неизвестно, что за люди окажутся в коллективе... все эти Быки да Штыри захотят уйти после 9 класса, и есть риск с ними пересечься, или - ещё хуже! - оказаться в одной группе. Если я захочу отчислиться, что останется за спиной? Незаконченное среднее; в лучшем случае я смогу устроиться на работу, не требующей квалифицакии. Маленькую зарплату я знал по опыту отца: до очередного запоя он полгода работал охранником на КПП у въезда на территорию девятого завода. Так я не заметил, как сквозь решето мыслей просеялись три часа. Бабушка созывала нас всех на ужин: квартиру окутал аромат выпечки. Альбина Рустамовна открыла дверцу духовки и вынула противень, ловко подцепив его прихватками. Оттуда озорно выглядывают пирожки всех видов: с начинкой из творога, с картошкой, с рыбой... Ляля вышла из коридора и с громким урчанием начала тереться об мои ноги. Печально вздохнув, я почесал ей за ушками и сел за стол. - Слава, не грусти, всё в порядке, - Бабушка раскладывает по тарелкам выпечку и наливает чай. - Надо быть готовым ко всему. - Ладно, переживу, - мрачно бурчу я, поглаживая крошечную Лялю. - В конце концов, можно обратно в свою школу податься, на крайний случай... Надкусив слойку, я отламываю кусочек начинки и скармливаю его кошечке. Та с аппетитом слизнула творожное зёрнышко, улеглась возле ног и довольно замурчала. - Ну и шуточки у тебя! - Бабушка лишь рассмеялась: она уловила саркастический смысл последних слов. - Присмотрись, есть ещё школа рядом с гимназией. Решать, конечно, тебе, но я бы на твоём месте разузнала о ней подробнее.

***

И снова мать пишет заявление, я прохожу медкомиссию, сдаю тесты... На сей раз затея увенчалась успехом: я поступил без особого труда. - Ну, что, Вячеслав, поздравляю, Вы приняты в десятый «А» класс. - Директор говорит спокойно, но в её голосе всё же слышна доля радости. - Ваш классный руководитель - Ушакова Елена Николаевна. Будем Вас ждать 1 сентября к девяти утра. Я выхожу на улицу, окрылённый успехом, и в мыслях благодарю бабушку за её мудрость и находчивость. На стадионе играет в футбол небольшая компания из девяти человек. По одному на воротах, а остальные расположились на поле в ассиметричном составе. - Эй, дружище! Сначала я подумал, что это адресовано кому-то из игроков с просьбой передать пас. Но уже через секунду, со свистом рассекая тёплый летний воздух, в считанных сантиметрах от моего левого уха пролетел футбольный мяч. Ещё чуть-чуть - и он угодил бы мне точно в голову. - Слушай, будь другом, подкинь нам, пожалуйста, мяч. По ту сторону забора показалось забавное лицо парня, на вид моего ровесника. Ростом он чуть выше меня, чёрные волосы спадают на лоб, а изогнутые густые брови озорно приподнимаются над карими собачьими глазами. Крючковатый нос вводит в заблуждение насчёт национальности: юный футболист похож не то на кавказца, не то на еврея, однако без тени загара. В голосе игрока радушие и вежливость: этим он сразу расположил к себе. Поскольку футболист из меня плохой, то я решил не пускать в ход ноги: бережно подхватив пальцами с земли грязный мяч, я осторожно перекинул его через забор. Чернявый при виде моей неловкости добродушно улыбнулся. - Меня Антон зовут, - представился он: я назвался в ответ. Рукопожатие было крепким как тиски, и я чуть не охнул позорно от боли. Зачем ему заводить со мной дружбу? - Тут такое дело... - заговорил Антон и стряхнул с подола футболки газонный ворс. - В общем, нам не хватает одного человека. Слава, не хочешь сыграть? Парни на поле выглядели как заправские футболисты со стажем. Портить их статистику, а заодно и свою репутацию нет ни малейшего желания. - Нет. Антон, спасибо за приглашение... но я откажусь. - Так что мешает? - участливо поинтересовался юноша. - Мы ведь не кусаемся. В коленях метнулась предательская дрожь. Да, конечно, не кусаются они... - Дело в том, что я совершенно не умею играть и никогда не умел; да и в классе у нас таких не любили, - на одном дыхании выпалил я, заранее честно сообщив о своих навыках. После этого признания даже стало легче, словно я сбросил с плеч тяготы школьных будней. И потому, чтобы не выходить на поле, но в то же время закрепить лёгкость беседы, я внёс долю юмора: - После моей игры вы не то, что кусаться будете - вы меня загрызёте на хрен! Антон рассмеялся. - Да не парься, мы тут сами не профи! У нас таких только полтора человека... - Турбо, ты скоро там?! - громко окликнул его светловолосый парнишка с красным от усталости лицом. Несмотря на худощавую комплекцию, в его облике читается недюжинный темперамент. Такой точно загрызёт... - Ща, ребят, пару сек! - крикнул в ответ Антон, а затем снова обратился ко мне: - Ну, так что, Слав, давай с нами? - Нет, - твёрдо заявил я. Больше не желая поддаваться его обаянию и добродушной настойчивости, я соврал, не моргнув и глазом: - Меня бабушка дома ждёт, я должен ей помочь с готовкой... Тут же я спешно поинтересовался, пока не забыл вопрос: - Кстати, почему ты Турбо? - Да у меня фамилия Турбин, отсюда и прозвище, - улыбаясь, с охотой объясняет Антон. - Ладно, тогда всего хорошего! Если что, мы здесь часто играем... заходи как-нибудь. Я невесело усмехнулся. Такого как я научить невозможно. Сколько хлёстких словесных оплеух получали мы с Серёгой Сидоркиным после уроков физкультуры в раздевалке... Даже Егор Нестеров, будучи азартным и темпераментным, в процессе игры мог сорваться, но после матча он продолжал хорошее общение как и прежде. Словно пытаясь развеять мой настрой, Антон снова крепко пожал мне руку и как-то уже совсем по-приятельски сказал: - Давай, Славик, удачи тебе! Рад знакомству. Я сердечно поблагодарил его в ответ и направился домой. Несмотря на то, что я отказался от игры и знакомства со всей компанией, я ни капли не жалею о принятом решении: ведь судьба подарила мне нового товарища.