Война против себя

       Дима Чуров собирался уйти после девятого класса и даже забрал документы. Но, обойдя несколько учреждений, он понял, что пока не нашёл свою профессию и решил повременить с выбором. Вместо этого он вернулся в лоно «семьи», в которой отучился уже добрых пять лет.      Звали его Чурой или Митяем: оба прозвища были комичными и несли оттенок иронии. Дима рос в абсолютно нормальной, благополучной семье, но сам за собой следить откровенно ленился. Волосы постоянно взлохмачены; грубая, совсем не юношеская щетина так и не сходила с лица, а кроссовки обрамляли серые разводы грязи. В помятом виде он под общий смех часто являлся в класс ко второму уроку или же прогуливал занятия совсем.      В школе Митяй мог не появляться по несколько дней подряд. А если и находился, то предпочитал не учиться, а смотреть на планшете мультфильмы в жанре аниме. С большим натягом Чуру довели до выпускного класса, проставив в аттестат незаслуженные тройки.      На днях наша староста, Наташа Беличихина, крупная и суровая девица, подошла к Митяю на перемене и задала вопрос в лоб:      - Дим, скажи, а на кой чёрт ты сюда вернулся? Здесь тебе поблажек не дадут, имей в виду. Почему ты не учишься и вообще не делаешь ни хрена?!      Митяй лишь беззаботно улыбнулся и небрежно ответил:      - А зачем перечить блаженному удовольствию тунеядства?      От удивления Белка разинула рот: и без того бесячий двоечник Чура вдруг выразился слишком заумно, а Наташа никогда и ничего не любила усложнять.      - Я староста, я за вас отвечаю, - уверенно и жёстко заявила она. - Не будешь учиться - вылетишь отсюда, потом не плачься.      - Ну, да, конечно, буду я из-за вас плакаться ещё... - ухмыльнулся Митяй и, собрав вещи, направился к выходу.      - Куда это ты собрался?! - возмутилась староста. - Ты вообще ничего не понял из разговора???      - Белка, скажи, что я заболел, - бросил Митяй на ходу и покинул кабинет. «Вот нахал», - буркнула под нос Наташа и в своей ведомости вывела букву «п».

***

     Нельзя сказать, что Митяй полностью вписывался в коллектив. Но и на лоха он не особо тянет. Самобытный парень, который ни с кем и со всеми. Странное дело: будучи изгоем в прежней школе, теперь я неожиданно для себя полностью перенимал сторону насмешников. Возможно, это скрытое желание попробовать себя в роли задиры, чего в глубине души я страшно стыдился. К тому же, я глубоко симпатизирую Илье Полянскому, который больше всех, однако, Митяя и подначивает. Илья мне нравится своей уверенностью и деловитостью. На переменах часто разговаривает по телефону, и кажется, что он постоянно чем-то занят. Но если и удаётся застать его вне созвона, то с Ильёй можно очень здорово поговорить. Он слушает AC/DC и Nirvana, с девяти лет занимается автомобильным спортом, и несколько раз участвовал в соревнованиях по автомногоборью.      - Илюх, а у тебя случайно тачки нет? - поинтересовался я как-то раз.      Полянский лишь рассмеялся.      - Откуда у сирот кроссовки?      - Ну, ты же занимаешься автоспортом... может, у тебя какие привилегии есть.      Илья абсолютно серьёзно сообщил:      - Слав, я ещё не в том возрасте, чтобы мне машины покупали. Батя, конечно, учил меня водить, но свой «Шевроле» ни за что не отдаст. Говорит, у машины должен быть один хозяин.      - Что, даже попросить погонять не пробовал?      - Ты моего отца не знаешь! - усмехнулся Илья. - Если бы я ему такое заявил - он бы меня в багажнике запер на неделю!      Я прыснул.      - Да ладно, - говорю, - может быть, в последствии возьмёт да и подарит.      - Получу права - тогда может и подарит, - сказал Полянский и мрачно добавил: - Если его жаба не задушит.      «Круто ему, с детства умеет водить!» - подумал я и даже слегка позавидовал товарищу. - «Мне бы так... почему никто из моих родителей не знал о таком клубе раньше?» И мгновенно нашёл ответ, о котором лучше не думать. Но всё же я задумался...      - Слушай, а твой авто... мото... короче, клуб вождения. Он близко отсюда находится?      - В Верхней Пышме. Меня отец туда возит, так быстрее, - ответил Полянский. - Боюсь разочаровать, но туда берут только в девять, максимум десять лет. Там дальше группы формируются по мастерству, в нашем с тобой возрасте ребята уже сдают экзамен на соответствующую ступень.      Теперь я совсем поник духом и окончательно утратил надежду на бесплатные уроки вождения. В моём возрасте такого точно не бывает, надо было раньше суетиться... Но я искренне рад тому, что такой хороший человек как Илья имеет возможность быть профессиональным водителем в свои годы. Он действительно мне нравится как приятель, несмотря на его стёб над Чуровым. Тем более, тот не обижается, да и сам порой напрашивается.      Кроме того, Илья поведал, что думает после школы устроиться в наш метрополитен. Я охотно поддержал его затею и сказал, что тоже был бы рад туда попасть. - Давай вместе туда после школы пойдём? - предложил я, ожидая воодушевление в ответ. Но услышал холодную и отрезвляющую фразу: - Ближе к тому времени поглядим. Не люблю загадывать наперёд».      Мы немного помолчали, а затем вдруг Илья заговорил снова:      - Кстати, насчёт вождения... Ты ведь можешь потом в колледж пойти, в Автодорожный. Там и права бесплатно получишь. Тем более, это гораздо ближе, чем Верхняя Пышма.      Я решил ответить в манере собеседника:      - Спасибо за совет, но я тоже не буду загадывать. Ближе к тому времени посмотрим.      После школы я планирую поступать в университет (правда, ещё не знаю, в какой), поэтому колледжи и техникумы я даже не рассматриваю. В конце концов, при вузах тоже есть автошколы... наверное, для студентов есть скидки. В любом случае, сейчас об этом ещё рано задумываться.

***

     Полянский частенько подначивает Митяя, в шутку наступая ему на пятки, и это выглядит настолько забавно, что я составляю ему компанию. Пусть Чура и не обижается, но всё же я стараюсь его подкалывать без фанатизма.      Вот и сейчас перед первым уроком мы с Ильёй ведём светскую беседу об автомобилях. С видом знатока я привожу факты, которые вычитал вчера на просторах Интернета, но, боясь сморозить какую-нибудь глупость, стараюсь не углубляться в тематику и ловко обхожу конкретные вопросы.      Вскоре к нам приблизился Влад, вслед за которым шёл Чуров.      - Митяйка, подбери-ка яйки! - озорно кричит Полянский, как только Чуров оказался рядом, и указывает пальцем на пол. Тот невольно нагнулся: Илья несильно щёлкнул одноклассника по носу.      - Иди на лужайку пасись, конь, - невозмутимо отвечает Митяй, не меняя траектории движения.      - Ай, разбил! - обрадованно визгнул Лужайкин и с улыбкой заключил: - Ты меня, кажется, с Есаулом перепутал.      - Димон, осторожно, наступишь ведь! - шутливо предупредил я и носком зацепил задник его кроссовка. - Ну, чё ты как с Луны свалился?      - У кого что болит, Димас! - весело подхватил Шлем и повторил то же самое с его левой ногой. - Ты же у нас спец по коням!      - Шли бы вы, - беззлобно фыркнул Митяй и, оправив свою грязную обувь, наконец-то спокойно проходит в класс.

***

     Вторым уроком у нас физкультура. На школьном стадионе мы выстраиваемся в шеренгу. Юрий Михайлович с нашего дозволения проводит перекличку согласно новым прозвищам.      - Так, я смотрю, гаврики не в полном составе... - недовольно протянул физрук: нет Базаева, Харитонова и Якуты, а также половины девушек. - Да и гаврицы не все.      Расположившись на двух пластиковых сиденьях сразу, учитель сосредоточенно водит взглядом по журналу.      - Каждому «сачку» я торжественно вручаю по «банану»! - подытожил Юрий Михайлович и проставил напротив нескольких фамилий двойки, похожие на жирных откормленных лебедей. - А сейчас у вас кросс... марш к дорожкам!      Результаты стометровки не сказать, что порадовали, но всё же я оказался четвёртым среди класса. Первое место занял Макс, вторым финишировал Турбо, а замыкал тройку лидеров Пулемёт. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться, и по плану теперь игра в футбол. Меня охватывает жуткий мандраж, и воспоминания нахлынули с новой силой...      Капитанами команд физрук назначает Макса и Артёма: оба занимаются футболом и часто выступают на школьных соревнованиях. В последнем я души не чаял, да и с Максом мы тоже успели хорошо сдружиться. Но не дай Бог я выйду на поле...      - Так, давайте-ка нам Коня, а мы вам Митяя! - подаёт голос Илья с дальней половины поля.      - Ещё чего! - возмущается в ответ Макс. - Я капитан, я и отбираю игроков. Так что всё! Л-лавочка! За-акрыта! - заключил он, пародируя одного интернет-персонажа.      - А я её открываю! - нахально заявил Полянский. Артём красноречиво откашлялся, но его жест Илья оставил без внимания. - Меняю условия: мы вам Митяя, а вы нам любого игрока.      - Слышь, Лужайка, ты не охуел ли часом?! - Влад не на шутку взбешён такой наглостью и потребовал справедливости: - Тёмыч капитан вообще-то, так что закрой свой рот!      - Я закрой рот??! - рявкнул в ответ Илья. - Ты меня не затыкай! Я между прочим, решаю стратегические вопросы!      - Так, отставить мат, прекратить торги! - с возмущением гаркнул физрук, показав мощь своего голоса. - Вы что, совсем охренели?!      Всем видом учитель дал понять, что каким бы добродушным шутником он ни был, злить его опасно. Спорщики так и застыли в оцепенении...      - Доиграетесь, орлы, выгоню с поля!      - Я вам не мешаю, нет? - насмешливо спросил Митяй у нашего отличника. «Нет, нет, что ты...» - заверил Артём и обратился к Лужайке:      - Ну, в самом деле, Илюх... Не перегибай. Пусть Дима сам выберет команду.      - Да мне вообще без разницы, - безучастно отозвался Чуров. - Делай как хочешь, ты же капитан.      Максимов на секунду задумался. Он понимает, что Чура в одной упряжке с Полянским не сладит. К тому же, Митяй не фанат спорта в целом, а Илья как игрок из себя хоть что-то да представляет. Да и новичков интересно бы увидеть на поле...      - Димон, без обид, но иди к Максу, - сказал Пулемёт и звонко объявил: - Мы Сидоркина забираем!      - Вот, это правильное решение! - одобрил Лужайкин. - Тёмыч - красавчик, правильно сделал, что Сидра позвал.      И окликнул Серёгу, который трусцой двинулся на сторону уже бывших соперников:      - Серый, давай вали к нам! Мы с тобой затащим этот матч, правда?      - Да! - радостно воскликнул Сидоркин. - Дь-дёрнем их как... козочек!      И взмахнул руками так, как будто щёлкнул ремнём. Зазвучали ободряющие смешки.      - Вот, слышали? - поддержал его Илья, а затем больно надавил пальцами на рыхлые плечи и вкрадчиво спросил: - Ты мне когда пятихат отдашь?      - Пятихат??? - испуганно взвизгнул Сидоркин. - Я же у тебя... чи-четыреста пятьдесят брал!      - Проценты капают, Серёженька!!! - грозно прорычал кредитор. - Так когда вернёшь?      - У меня нету!      - А мне нужно сейчас, - резко заявил Полянский и зло процедил: - Дуй быстро на раму, в классе поговорим.

***

     Споры насчёт состава начинают понемногу угасать, а я по-прежнему стою, прислонившись к серому столбу, и наивно надеюсь, что очевидная недостача решится сама собой. Девочки остались на трибунах в роли болельщиц, на поле десять парней, включая меня, и я стараюсь верить в то, что либо придёт кто-нибудь ещё из опаздывающих, либо Митяй вдруг откажется играть. Но ни того, ни другого не происходит, а Юрий Михайлович заметил моё отсутствие.      - Так, боец! Почему не на поле? Внутри всё перевернулось, а сердце с грохотом провалилось в пятки. К лицу мгновенно прилил жар, и я лихорадочно соображаю, как бы выкрутиться из положения, и без того досадного.      - Я не могу играть, - ляпнул я первое, что пришло в голову.      - Что значит «не могу»? - удивился физрук. - Вон как кросс пробежал, не хуже электровеника!      На поле звучат смешки; один лишь я мрачен, полный нехороших предчувствий.      - Юрий Михайлович, я не буду играть, - упрямо заявил я и даже отделился от столба, чтобы не выглядеть уж совсем законченным трусом.      - Очень хорошо. - Педагог саркастически усмехнулся. - Бунт, значит, на корабле?! Не с того ты, Горыныч, карьеру начинаешь...      - Да чё ты как мудак-то, давай выходи!!! - вскипел Шлем и раскраснелся от злости. - Хули ты комедию ломаешь??!      «Такой точно загрызёт...» - вспомнил я первое впечатление о Владе и не ошибся. Его резкий оскорбительный тон при всех вывел из себя: этим Каск напомнил мне Дениса Федотова. Но если прежде я испытывал страх, то теперь он сменился яростью. Вспыхнув как факел, я взорвался в ответ и едва не сорвал связки:      - А хули ты орёшь??! Хочешь, чтобы я всю игру запорол??? Давай, выйду - будет тебе комедия!!!      Теперь я открыл всему классу свои нулевые способности к футболу. В том числе и девушкам. Значит, всё будет повторяться точно как и в прежней школе... какие тут друзья, какие тут отношения? «Зато наконец-то хватило духа честно признаться...» - пробую я себя мысленно утешить. А между тем Юрий Михайлович обратился к Владу:      - Слушай, боец. У тебя внешность, так скажем... эстонская. А кричишь прямо как настоящий джигит.      Эмоции на лице парня менялись с невероятной быстротой: вот и сейчас вспышка гнева сошла на нет, и Шлем весело хохотнул.      - Кстати, ты уже не первый раз выражаешься, горячая ты наша натура, - уже более строго напомнил физрук. - Так что если ещё раз матюгнёшься... я тебя, Буратину, в чулан посажу!      Оставив в покое вспыльчивого ученика, Юрий Михайлович дал команду оставаться всем на своих местах и направился ко мне.      - Кажется, я понял причину твоего упрямства, - заговорил он уже спокойнее, без нажима. - Знаешь такую поговорку: сильный не тот, кто не падал, а тот, кто падал и поднимался?      Я пожал плечами. Звучит убедительно.      - Юрий Михайлович, я действительно не умею играть, - робко промямлил я себе под нос и поник головой. Громогласный Горыныч печально махнул крылом и скрылся в тени, обещая когда-нибудь вернуться. Обречённо вздохнув, я добавил: - Совсем.      - Но согласись, это не повод бояться и прятаться. Тебе сколько лет?      - Шестнадцать.      - Вот, тем более, уже такой здоровый лоб, - снисходительно улыбнулся Юрий Михайлович и похлопал меня по плечу. - Так что давай, иди-ка ты на... - учитель специально выдержал шутливую паузу, - поле. Я проконтролирую, чтобы не было эксцессов.      - Горыныч, гоу в мою команду! - позвал меня Максим, и мне больше ничего не остаётся, кроме как пополнить состав. А Никоноров решил закрепить своё решение:       — Чё там ваш Сидоркин! Щас вон Славик всех тут раскидает!