Кровная месть

21 21 Манчини сидел от Келла по другую сторону стола. Парень насупился и молчал. — Паоло, сделай пожалуйста свой волшебный успокаивающий чай, который столько раз выручал в различных ситуациях. Твои травы бесподобны, — сказал сицилиец по телефону. — Конечно, сеньор Лауро. А у нас какие-то гости? — О, самые желанные гости, — Манчини посмотрел на Келла. — Понял. — И ты думаешь, что я вот так вот все проглочу и все будет, как ни в чем не бывало? — сказал парень. — У меня к тебе больше нет доверия, не верю ни единому слову. Манчини вздохнул. — Я знаю, Келл. Я ничего и не требую от тебя. Просто, иногда хочу быть рядом, когда ты в этом нуждаешься. Тебе нужно взять себя в руки и протрезветь, прекратить истерику, а потом, если хочешь, я отвезу тебя домой. Келл задумался. — У меня больше нет дома. Отец узнал, что у меня связь с мужчиной и отказался платить за жилье, завтра заканчивается срок, платить нечем, мне нужно съезжать, но некуда... — Гм, даже так? Ты рассказал родителям? — Я не рассказывал, это сделала Беатрис. — Та девушка... Ты рассказал им с кем именно у тебя связь? — Нет. — На самом деле, Келл, я еще в прошлый раз предлагал тебе снять достойное жилье и теперь мне придется сделать это. Деньги — наименьшая из всех проблем. Парень ничего не ответил, понимая, что выбора у него нет. Паоло уже разливал чай, зал наполнился чудесным ароматом трав и меда. — Не знаю, утешит ли это тебя, — снова заговорил Манчини, — но я причинил боль не только тебе, но и самому себе. — Да, — заговорил Паоло, — вы в то утро так напились, что отключились прямо за своим рабочим столом и мы втроем не могли привести вас в чувство. — Паоло, спасибо за чай, ты можешь быть свободен, — строго посмотрел на него Манчини, давая понять, что пора прикусить свой язык и удалиться. — Расскажи мне про этого типа, Келл, с которым ты танцевал. Кто он и откуда? Где ты встретил его? — Это тот же человек, который шёл за мной в тот вечер, когда был сильный туман. Я даже не спросил его имени. Он подсел ко мне в парке и предложил поехать в "Сакуру". Он знал, что ты бросил меня и посоветовал вызвать твою ревность. — Вот как... — Лауро задумался. Быть может, что человек, заковавший его в наручники и тот, что привёз Келла в "Сакуру" — одно и то же лицо? Но возможно, что и нет. Очевидно, что вокруг плетутся какие-то интриги. Это может быть человек, посланный убийцей, а может — один из обозленных, безнадёжно влюблённых в него парней. Выпив чай, Келл почувствовал, что все тело расслабилось, он начал успокаиваться. — Кажется, пора идти спать, — сказал Лауро, встав со своего места. Келл молча последовал за ним. Он очень устал за этот вечер и залез на постель прямо в одежде. — Ты привёз меня сюда, чтобы переспать? Потому, что хочешь меня? Ведь вы часто путаете влечение с чувствами. — Нет, — ответил Манчини. — Я пойду спать к себе. Он пошёл к выходу. — Останься, — сказал Келл. — Останься здесь. Лауро остановился у двери и обернулся. — Зачем? — Мне хочется, чтобы кто-то был рядом. Лауро вернулся и также, в одежде, залез на кровать, не прикасаясь к Келлу. Тогда парень сам подполз к нему, чувствуя невероятную силу притяжения к этому человеку. Не выдержав, Келл обвил его шею руками и запечатлел на губах поцелуй. Манчини мягко отстранил его. — Нет, Келл, мы будем просто спать. И все. Парень обиженно отвернулся от него. Тогда Лауро обнял его обеими руками за талию и прижал к себе. — Когда ты рядом, Келл, я чувствую, что я живой, что душа моя жива, — проговорил Манчини, — ты разбудил во мне такие чувства, о существовании которых я даже не подозревал. 15 лет я думал, что душа моя мертва и огонь навсегда угас. — 15 лет? 15 лет назад мне 2 года было. — А я в то время уже испытал чудовищную душевную боль. — Почему? — спросил Келл, положив ладони на его руки. — Один человек разбил мне сердце. — Ты шутишь? Тебе кто-то разбил сердце? Это кажется на грани фантастики. — Это было, Келл, хоть я никому и никогда в своей жизни этого не рассказывал. — Он был красив? И тебя отверг? Кажется невозможным, что есть человек, способный тебя отвергнуть. Они лежали в абсолютной темноте. — Да, наверное, он был красив, по крайней мере, мне так казалось на тот момент. Это был мой учитель, в которого я безнадёжно влюбился. — Надо же, а говорил, что никого никогда не любил. — Мне просто не хотелось это признавать. Бруно был моим преподавателем итальянского. Когда мы виделись, он усаживал меня к себе на колени, долго гладил и целовал. Мне нравилось это. Но один раз он не выдержал и зашёл слишком далеко. В тот вечер у меня произошла первая близость с мужчиной. — Он был нежен с тобой? — Да, очень. Я влюбился, но потом получил суровую отповедь. Бруно понял, что совершил ошибку, он испугался. Я не знаю, питал ли он ко мне какие-то чувства или просто хотел меня. Сейчас я понимаю, что мы не могли быть вместе. Мне было 15, если бы мои опекуны узнали, что произошло, они бы посадили Бруно, это в лучшем случае. Узнали бы все, в том числе и его жена, он больше никогда бы не устроился на работу. — У него была жена? Но почему, если ему нравились парни? — спросил Келл. — Люди боятся быть собой, боятся осуждения общества. Кто наймет репетитора для своего сына, зная, что преподаватель — гей? — Также и ты боишься осуждения и будешь искать себе "партнёра своего уровня". — Келл, на самом деле, мои миллиарды позволяют мне иметь партнёра, которого я сам захочу, я ни от кого не зависим, не я, а ко мне прибегут, потому что у меня есть большие деньги и эти деньги дают мне право делать то, что мне нравится. — Ну я не подхожу тебе и по возрасту. — Твоё совершеннолетие не за горами. — На самом деле, если бы этот Бруно тебя любил, он бы нашёл способ, чтобы вы были вместе. Вы могли бы встречаться тайно, пока ты не стал бы совершеннолетним, правда же? — Не знаю, спи давай. Сам не понимаю, зачем я это все тебе рассказал. Келл развернулся к Лауро, прижавшись к его лицу щекой. — Ты лег спать прямо на меня, Келл. Это значит, что я прощен? — Нет, не думаю. Но ты настолько обаятелен, что когда ты рядом, я не могу ничего с собой поделать. — Лежу с тобой в обнимку, как с младшим братом, которого у меня никогда не было. — Я все ещё помню, как ты отымел меня совсем не как младшего брата. Знаешь, я не верю, что ты можешь меня любить. — Можешь не верить, но ты как-то говорил, что чувствуешь моё тепло? — Да... — прошептал Келл, зарывшись лицом в волосы Лауро, вдыхая их аромат. Сицилиец крепче прижал его к своей груди, они почти в один момент заснули.