Пудинг на двоих

      После первого, спустя долгое время, концерта в Японии, спокойствием и размеренностью, казалось, наслаждались все. Кто упивался одиночеством в личной комнате, кто спокойно поедал различные японские снеки, кто рисовал. Словом, все заняты делом. Кроме Джисона. С друзьями выйти погулять — нельзя, в рестораны — нельзя, стафф приносит закуски и воду, но это не сильно побеждает скуку.       Так продолжалось, пока на телефон не пришло уведомление о запуске нового лайва. В тот самый момент в гениальную головушку пришла чудеснейшая идея — ворваться на лайв друга и скрасить своё времяпрепровождение столь скучным вечером. Увидев, что трансляцию запустил хён, он ещё больше утвердился в своем желании. Пройдя до соседнего номера Хан тактично постучал, после чего стафф открыл ему дверь. Из гостинной тут же донеслось громкое и слегка недовольное: "Эй! А ты что тут делаешь, а, Хани?". Удовлетворённый приветствием, парень расцвел в улыбке и весело пролепетал: — Соскучился по тебе, Дорогуша! — А я вот по тебе нет, — последовал раздраженный ответ Минхо, который уже притянул ближе стул, будто подготовленный заранее, — так и знал, что сегодня мне на голову свалится какая-то квокка. — Ну раз тут меня ждали, грех было не забежать на огонëк! Какое же чудесное стечение обстоятельств, что это оказался мистер Ли. — Ну вот видите, Стей? Мной даже не интересовались специально, а вы ещё спрашивали, где пропадает наш Хани, — проговорил Ли Ноу, глядя в камеру, расположенную посреди комнаты, картинно закатывая глаза. В его руке была только что открытая упаковка яичного пудинга, которую тут же заприметил новоприбывший сосед. — Разве ты не съел уже штук двадцать таких? Может, поделишься как хороший хëн? — рука, тянувшаяся к десерту, была безжалостно откинута в сторону, а сама баночка притянута к сердцу. — Это моя прелесть, ты в этом совсем ничего не понимаешь, раз задаëшься подобными вопросами! И вообще, не просто так говорят: "Пудинг съешь сам, баклажаны отдай другу, а квокке ничего не отдавай" — это народная мудрость! — Эй! Я никогда в жизни не слышал такой мудрости! А ну отдавай, много сладкого — вредно, твоë мягкое место слипнется! — прикрикнул Хан, пытаясь дотянуться до сладости, которую хëн пытался убрать всë дальше и дальше от загребущих лап, невольно сокращая дистанцию между ними. — Кажется, кто-то слишком много думает о моём мягком месте, обычно это моя миссия, Ханни, — уже открыто забавлялся Минхо, коварно наблюдая за слегка порозовевшими ушами паренька, чьë лицо всë приближалось и приближалось к его.       И лишь в тот момент, когда щека возмущенного Джисона коснулась чужой ключицы, он осознал в насколько щепетильной позе оказался. Левая рука Ли находилась у того далеко за спиной, а правая пыталась оторвать застрявшего Хана от себя, пока тот почти что лежал на хёне, растянувшись во весь рост. — Ханни~Если ты сейчас не встанешь, я пожертвую одним пудингом, и он окажется на твоей крашеной голове, — попытки поднять человека одной рукой не увенчались успехом, поэтому Минхо прибег к шантажу. Внезапно, Хан поднял голову и пристально взглянул в глаза напротив, любитель пудингов застыл от неожиданности и тут же поплатился за это. Приблизившись максимально близко, злостный похититель вскрикнул: "Моё!", рванулся вперёд и захватил сладость, перевернув стул замеревшего кролика. Растянувшийся на полу хён секунду осмысливал происходящее, а после погнался за похитителем прелести.       Хан убегал, смеясь и крича в камеру: "Видели? Видели? Хён хотел принести эту прелесть в жертву, а я благородно спас и пудинг и свои волосы, я думаю это стоит отпраздновать ложечкой вкусняшки! Приятного аппетита, Стей, бай-бай!". Не находя слов от возмущения, уже порядком запыхавшийся Минхо, молча упустил жертву. — Никто здесь не уважает старость! — заключил он, взметнув руки к небу, а после достал из-за кровати ещё пачку пудинга.

***

      Находясь в полной безопасности и поедая маленькую упаковку молочной сладости, в приподнятом настроении Джисон всë продолжал прокручивать в голове произошедшее. Ему было весело с хëном, да и дразнить его было сущим удовольствием, однако парня не покидала одна странная мысль: "Почему я почувствовал раздражение, увидев пудинг?". Против пудинга квокка явно ничего не имел, он и сам не против съедать вкуснятину пачками. Однако, увидев, что какой-то пудинг в руках Минхо получает больше внимания, чем великолепный Джисон, неимоверно того злил.Он чувствовал…ревность? Если ревность друга к еде вообще можно было так назвать. В размышлениях парень погрузился в сон, пока над ухом не зазвучал "MIROH". Не открыв глаза и пообещав себе обязательно поменять мелодию звонка, Хан пошарил на кровати и ответил, нащупав телефон. — Ммм… Джисон у аппарата, слушаю, — полусонно промычал он в трубку, потягиваясь на нерасстеленной кровати. — Ханнииии — сладко протянули в ответ, но после взволнованно продолжили, — мне очень-очень-ооооочень нужна твоя помощь, прям, ну, очень, понимаешь? Если ты не придёшь, то это будет "кото"-строфа!!! — Минхо? Что случилось? — встрепенулся парень на неожиданный зов о помощи и приготовился уже вылететь из комнаты, когда с того конца донеслось: — Случилось ужасное! Некогда объяснять, я у 7-eleven, там за "Два квартала", никому не говори, сможешь помочь лишь ты! Bye, — и связь прервалась.       Сердце забилось где-то у виска, когда Джисон понял, что время 3 часа ночи, а Лино один, где-то за два квартала, в полном одиночестве или, что ещё хуже, с кем-то ещё, кто его поймал и удерживает в заложниках. Первым порывом парня было кинутся к мемберам или стаффу, но, вспомнив слова хёна, всё же решил вызволять в одиночку — вдруг это одно из условий похитителей. Голова Хана начала болеть, когда он понял, что придётся выходить ночью (да ещё и сбегая), на незнакомую улицу в незнакомой стране. Для него уже было достижением пройтись по ночной улице в одиночку от одного общежития до другого, где его ждал на просмотр Гарри Поттера Минхо, что уж говорить о полнейшей неизвестности.       Джисон и сам не понял, как оказался в коридоре отеля, абсолютно готовый к вылазке. На удачу, стаффа нигде не было видно, так что парень натянул капюшон худи на кепку, нижнюю часть лица прикрыв маской. Выглядя как самый подозрительный человек на свете, тёмная тень прошмыгнула мимо стойки регистрации. Свежий ветер бил в лицо, заставляя жмуриться, но Хана это нисколько не волновало, ведь если одна проблема позади, то другая не даёт покоя: в какую черт возьми сторону ему бежать за Минхо?       Прокрутив диалог в голове с десяток раз, Джи с ужасом осознал, что "два квартала" находятся мало того, что в двух кварталах, так ещё и в неизвестном направлении. Твёрдо решив изучить все возможные места, обеспокоенный парень побежал сначала на юг, туда, где он видел небольшой кошачий приют, вспомнив, что Ли хотел бы туда забежать.       Потратив кучу драгоценного времени и не найдя товарища, Хан почувствовал, как его охватывает паника. Внезапно, из кармана худи заиграл "MIROH", такой знакомый, спасительный и пугающий. Руки парня дрожали, когда подносили телефон к уху. — Ми-минхо? — Джисонииии~ Ну где ты бродишь? — отозвался скучающий голос из трубки. — Погоди, Минхо! Стой! Подожди, я, — от напряжения казалось, голова пыталась лопнуть, — я скоро, но скажи в какой ты стороне? Юг? Запад? Восток? — Хани, дорогой, я за Двумя кварталами, магазин такой, с закусками, сегодня же только стафф нам приносил их. Он же напротив отеля, — даже не видя собеседника, слышалось насколько сильно тот закатил глаза, произнося это.       От сердца отлегло, и Джисон почувствовал себя самым недогадливым человеком на свете, но это его не особо волновало, ведь теперь он точно найдёт "пропажу". Несясь сломя голову по пустым улочкам и наконец найдя заветный 7-eleven, Хан остановился, оглядываясь по сторонам. Вдруг с левого угла освещенного здания показалась знакомая склонённая голова, волосы на которой были слегка растрёпаны и гипнотически поблёскивали серебряным в свете витрины супермаркета. — Минхо! — крикнул Джисон, вне себя от радости, ведь по всей видимости Ли в полном порядке. — Ханни! Что ж ты так дол-       Закончить слово парню не дали, потому что взволнованная квокка повалил его на прохладную улицу, напав с объятиями. Поморщившись, Минхо потер ушибленную пятую точку, недоуменно заглянув в глаза ходячей катастрофе. В ответ он получил взгляд, наполненный беспокойством, радостью и волнением, что немало удивило любителя кошек. — Минхо! Как ты?! — вскрикивал Джисон, обхватив голову хёна руками и пытаясь разглядеть хотя бы одно повреждение. Не найдя ни одной царапины и облегчённо выдохнув, он положил свою голову на грудь источнику своей головной боли. — Ты хоть представляешь, как я переживал?! Я думал, что тебя похитили и держат в заложниках сомалийские пираты! Уже готовился, что приду, а тебя уже в суп нашинковали, забыв посолить! Не представляешь как я счастлив, что ты в порядке! — Хани, ты мне весь живот отдавишь, — попытка немного отодвинуть груз, повлекла за собой ещë более крепкие объятия этого самого "груза". — Со мной всё хорошо, не стоило переживать, — смирившись, проговорил хён, поглаживая Джисона по спине в попытке успокоить. — Я так рад, — чуть ли не плача повторял Хан, пока внезапно его голова не взметнулась, а взгляд уставился в бездонные глаза напротив, — погоди. Стоять. Ты же говорил, что у тебя тут катастрофа, что очень нужна помощь, о чем ты говорил, раз в полном порядке?       Минхо отвёл взгляд, закусив нижнюю губу; кончики его ушей заалели. — Ну, это, я не думал, что ты так распереживаешься, — парень встал с земли, подняв и недоумевающую квокку, и зашёл за угол супермаркета. — Вот о чём я говорил.       Джисон не знал смеяться ему или плакать. Он ожидал увидеть всё что угодно, хоть чей-то труп, хоть фею, но ТАКОГО он даже в мыслях представить не мог. За углом, в небольшом промежутке между домами, стояла огромная коробка яичного пудинга, на верхней части которой, свернувшись в клубок, спал золотистый взлохмаченный котёнок. И всё. Никаких грабителей, похитителей и так далее. С широко распахнутыми глазами Хан неверящим взглядом смотрел на притихшего мистера Ли. Пряча глаза, тот стал объясняться: — Понимаешь, у меня была острая нехватка пудинга в крови и желудке! До концерта ещё пара дней, а стаффу тоже отдохнуть нужно, вот я и решил быстренько улизнуть. Потом я очнулся, когда скупил оптом пудинг. Уже хотел вернуться, но вдруг услышал мяуканье, я не смог бросить его, — пролепетал он, поглаживая котёнка. — Я купил ему кошачьей еды, а он тут же привязался, моё сердце готово было разорваться. Подумал, что лучше всего позвать ещё кого-то, чтобы тот отнёс пудинг, а я бы повёл малыша в кошачий приют. А дальше ты знаешь. — Погоди. Дай мне переварить. Ты звучал как-будто находишься на грани жизни и смерти из-за коробки пудинга и котёнка? — Да, это ведь и есть "кото"-строфа. — То есть, — всё ещё не верил Джисон, — эта нервотрёпка была просто из-за чёртовой сладости и рандомного котёнка на улице? — Хей! Никакого не рандомного, а очень красивого и милого! — Да правда что ли? Я не вижу ничего уникального! — Хан действительно разозлился, чувствуя себя полным болваном, что так разволновался только от мысли, что любитель кошачьих и пудинга мог быть в беде. — Да, очень уникальный, -немного повысив голос ответил Минхо, после чего повернулся к собеседнику и внезапно улыбнулся, — потому что он похож на тебя. Парень протянул руку и легонько растрепал недавно покрашенные волосы Джисона, делая его шевелюру действительно похожей на шерсть котёнка. — Да, определенно, такой же красивый и милый, — повторил он, затягивая своим сверкающим взглядом в какую-то пучину, наполненную теплом и нежностью. Квокка захлопал глазами, впав в ступор. Чего-чего, но таких приятных слов, наполненных искренностью, он явно не ожидал в такой ситуации. Злость сразу была откинута куда-то далеко и надолго, уступая место в душе необъяснимым теплоте и волнению. — Ч-что? — слегка заикаясь только и смог он произнести. — Ничего, бери коробку говорю, — не прекращая улыбаться, Лино взял на руки кота, который продолжал спать, не обращая на людей внимания.       Возвращаться в отель после такого стресса напрямую не хотелось, поэтому парни решили немножко растянуть путь, пройдясь по пустым узким улочкам. Они шли молча, думая кто о чем. Хан думал о том волнении, что испытал, когда услышал комплимент от хёна. Не то чтобы тот никогда не говорил приятных слов, просто этот раз был каким-то личным, чуть ли не интимным, чем-то, чем парень никогда не поделится ни с кем. Пытаясь отогнать мысли и нарушить тишину, он поинтересовался: — Слушай, а что у тебя за обсессия с пудингом в последнее время? — Вау, ты выучил новое слово? Молодец, Джисони! — Хей, я серьёзно! Ты даже устроил "кото"-строфу из-за коробки с ним! — А что, ревнуешь меня к еде? — Минхо усмехнулся, игриво взметнув брови. — А что, если так и есть? Мне кажется, что заботишься об этой коробочке больше, чем обо мне, а ведь я даже прибежал со всех ног по первому зову. Может, это какой-нибудь своеобразный фетиш? — А ты хочешь узнать мои фетиши? Эх, Хани, давай я тебе о них расскажу, раз так хочешь. Итак, я просто обожаю, когда т- — Стоять! — не желая слышать подробности, сгорая от стыда от своего же вопроса и еле удерживая ношу одной рукой, второй он прикрыл рот Минхо. — Мне правда интересно, почему пудинг тебе нравится больше, чем я.       Рукой Джисон почувствовал, как рот хёна растягивается в улыбке, и в ту же секунду ощутил, как что-то тёплое и мокрое коснулось его ладони. Вскрикнув и покраснев до последнего волоса на голове, парень переводил взгляд то на Минхо, то на свою руку, не в силах произнести ничего. — Мои руки заняты котёнком, Хани, у меня не было выбора, — казалось, Ли чувствовал себя очевидным победителем и уверенно продолжал идти по улице, повернув с которой можно было выйти прямо к отелю. Однако, когда он готовился шагнуть из закутка, кто-то потянул его назад за одежду. — М? Что такое, Хани, почему ты не идëшь? Вместо ответа Джисон притянул ничего не понимающего ближе к себе и внезапно припер к прохладной стене здания, расставив вытянутые руки по обе стороны от его головы. — Вау, Хани, это что — кабэдон? — казалось, Лино совершенно не всполошился от неожиданности, однако его уши слегка покраснели, что не укрылось от внимания квокки. — Ага, он самый, ведь так ты не сможешь убежать, — он смотрел прямо в глаза, не моргая, немного приблизившись, чем заставил занервничать кролика с котёнком на руках ещë сильнее. — Итак, кто лучше: я или пудинг? — А если я отвечу «пудинг», что произойдёт? А, Джисони? — Минхо приблизился в ответ, сверля взглядом, — Что тогда будет? — Ну я очень сильно расстроюсь, заберу котёнка и уеду в Малайзию. — Воу, ладно ты, но котёнка-то не трожь. — Хорошо, отпустим заложника, — проговорил Хан, беря аккуратно котёнка правой рукой, не убирая второй руки от стены. Аккуратно положив всë ещë спящее животное на крышку злосчастной коробки, парень вернулся к тому, с чего начал. Но тут его застали врасплох, ведь каким-то образом, теперь руки Минхо, свободные от ноши оказались по обе стороны уже от его головы. И кажется ещë чуть-чуть и Джисон сможет почувствовать дыхание человека напротив слишком близко. — Ты так и не ответил! Ты точно уклоняешься от ответа, а значит любишь пудинг больше, я всë понял, отпусти! — гнул свою линию Джисон, красный, словно помидор. — Господи, Хани, конечно, я люблю тебя больше, чем какой-то пудинг. Даже самый вкусный ультра-супер-модный пудинг не сможет заменить надоедливого, но очаровательного квокку. — Ты вновь паясничаешь, я лишь хотел правды! Кажется, даже сам Джисон был в шоке со своей упертости. Он что, действительно сейчас раздражен и смущён всерьёз? Серьëзно смотрит в два чëрных моря, в которых хочется утопиться от стыда, и убеждает их владельца, что ревнует к пудингу? — Это и есть правда, Джисони. Ведь, — в глазах мелькает смущение, и Минхо прерывает зрительный контакт, — ведь я купил столько пудинга специально, чтобы разделить его с тобой. Ты же буквально сегодня готов был на всë ради него, поэтому я подумал, что будет здорово поесть его вместе, потому что быть с тобой весело и мы могли бы пересмотреть Гарри Поттера.       Пуф! И голова Джисона готова была взорваться, настолько неловко он себя давно не чувствовал. Получается, Минхо не одержим пудингом, он лишь хотел весело провести время за просмотром фильма с ним самим. Они вновь уставились друг на друга, не говоря ни слова. Лино был так близко, что можно было разглядеть каждую складочку вокруг его сияющих глаз, что сверкали словно драгоценные камни в солнечном свете, хотя вокруг не было ни одного такого яркого источника света. — Прости, — наконец произнес любитель пудинга, прервав зрительный контакт, — я, наверное, жуткий эгоист, мне стоило поговорить с тобой заранее, чтобы избежать волнений. Всё-таки, — немного замялся он, возвращая взгляд на раскрасневшегося парня, — всё-таки я больше люблю, когда из твоих глаз сыпятся искорки и чёртики, а не слёзы, — закончил монолог, собираясь убрать кабэдон и отпустить квокку на свободу, но не смог. — Стоять, раз извиняешься, то-о, -протянул Хан, возвращая руки хёна на места, в его глазках заплясали чертятки, а губы растянулись в победной ухмылке, — то как насчёт поцелуйчика?       Наблюдать за тем, как уши Минхо стремительно приобретают оттенок мака, а глаза становятся неожиданно серьёзными — одно удовольствие. Парень приблизился настолько, что сам виновник ситуации почувствовал чужое дыхание на своей коже. Джисон вздрогнул, ощущая жар, который, казалось, исходил не только от Минхо, но и от самого воздуха. — Хочешь получить мой поцелуй? Ох, Хани, тебе лишь нужно было сказать "пожалуйста, Ли-хён, поцелуй меня", но раз уж тогда примешь мои извинения, то могу и без "пожалуйста", — последние слова он уже шептал, что делало сцену до жути интимной, но такой…правильной? Мысли стремительно убегали от прижатого к стене человека, который казался застигнут врасплох. Заметив его реакцию, Минхо сокрушенно улыбнулся и произнёс, слегка отодвинувшись: — Боишься упасть в обморок от моих губ? Понимаю-понимаю, к этому нужно подготовится, ведь такой удар по нервной системе и-       Джисон не мог более терпеть насмешки, поэтому приблизился сам, схватив хёна за воротник и бесстыдно глядя на его губы: — Заткнись, — прошипел Хан прямо в губы, которые человек напротив от неожиданности разомкнул, — я прощаю тебя, Минхо.       Не желая давать себе время подумать, он нежно, почти невесомо коснулся слегка влажноватых губ Ли. Это прикосновение тут же взорвало что-то глубоко в душе. Это "что-то" стало заполнять его до краёв, обволакивая внутренности, скручиваясь в тугой узел прямо в животе. На секунду замешкавшийся от неожиданности хён, наконец, пришёл в себя. Джисон был готов выжать максимум чувств, чтобы запечатлеть мгновение в памяти, потому что чувствовал, как чужие губы пытаются улизнуть. Пока ему не ответили. Минхо мягко убрал руки от воротника и сцепил их за своей шеей, слегка наваливаясь на прижатого к стене. Его миниатюрные уста проходились жгучими следами по чужим, будто смакуя, пробуя на вкус.       Сердце билось где-то у виска, дыхание становилось рваным, но ни один из них не желал прерывать сладкую негу случайного или не очень поцелуя. Будто прося разрешения на углубление поцелуя, язык Минхо прошёлся по раскрасневшимся губам Хана, которые тут же были раскрыты, давая свободу действий.       Джисон невольно спрашивал себя: когда это началось? Может, когда он оказался прижат к стене или когда Минхо растрепал его волосы, глядя своими бездонными глазами, полными тепла? Или может ещё раньше? Могло ли это произойти ещё в тот момент, когда хён волновался читать рэп и выглядел таким крохотным и драгоценным, как самое прекрасное и хрупкое существо? В данный момент парень не был ни в чём уверен, кроме одного: он действительно любит этого короля котов. Он и раньше был влюблён, но не так. Сейчас, в этом пустынном месте, на неизвестной тёмной улочке, под далёкий шум машин, двое людей стали целым, будто бы раньше две половины одного блуждали рядом, непозволительно близко, но не позволяли себе встретится. Счастье сочилось из душ, обнимая силуэты, пожалуй, они и вправду были соулмейтами, родственными душами. Казалось, этот момент должен был продолжаться вечно, пока из темноты не раздалось: — Мяу?       Всеми забытый котёнок наконец проснулся, нарушив хрупкую гармонию. Двое растерянно задышали, отлипнув друг от друга, но не прерывая зрительного контакта. — Ты что, съел пудинг перед выходом? — Видимо, ты тоже.       Лёгкая, невесомая атмосфера ночной тиши нарушалась лишь смехом, что словно звон колокольчика, разносился по округе. — Знаешь, никогда не думал, что скажу это, но я готов никогда не есть пудинг, если ты будешь делать так ежедневно. — Знаешь, хён, не стоит усложнять, в следующий раз просто скажи: "пожалуйста, Хан Джисон, поцелуй меня".