Alfa Romeo+Beta Juliet

— Кто ты? — Спросил Чимин, как только остался наедине с другом Чонгука — Мин Юнги — Заебись ответ. Я не спрашиваю твое имя. Мы уже знакомы! — Чон был прав, ты зубастый… — Мы не на рынке лошадей, что ты оцениваешь мои зубы, Мин Юнги — Чими, чего ты от меня хочешь? Поблагодарить, за то что прикрыл твою задницу? — Что ты там делал? — Тебя ждал… — Юнги! Прекрати паясничать! — У тебя есть только два вопроса, на которые я дам ответы… — Почему не три? — Потому что я не верю в силу трех… Итак, минус один. На что же ты потратишь единственный свой вопрос? — Так не честно! — Хорошо подумай, я не беру свои слова обратно… — Ладно-ладно! Так, дай подумать… — Чимин нахмурился, осматривая Юнги так, как будто видит его впервые. — Почему ты мне помогаешь? — Потому что мы преследуем одну цель. — И все? Это все что ты можешь мне сказать? — Чимини, не хочу, чтобы ты напрягал свою светлую головушку слишком сильно. Делай то, что должен, а я тебя прикрою. — А что тебе с этого? — Лимит вопросов закончился… Просто не обращай на меня внимание, и быстрее двигайся в сторону цели. Все просто! — И как ты обьяснишь это Чонгуку? — А при чем тут Чонгук? Он мой друг, но вот это все — другое. Я сказал ему, что мы просто нашли общий язык, не более. Придерживайся и ты этой легенды. — Но я не получил никаких ответов от тебя… так нельзя — Самое главное, что ты понял сегодня, это то, что у тебя есть личный ангел-хранитель, который твою тушу из бассейна вытаскивает, выносит из виноградника, и спасает от разоблачения. Постарайся быть более осторожным. — Угу… — Чимин проводил Юнги задумчивым взглядом, и вернулся к себе в комнату, закрывая ее изнутри. Отец был прав? Но он не говорил о человеке в доме, как о помощнике… Тем более, Юнги не живет тут, а это значит, что в доме есть еще кто-то? Паника медленно начала окутывать парня, пока тот прижался к двери, медленно спускаясь к полу. Да, Мин сказал, что он ему помогает, но кто он, откуда, кто его послал и стоить ли ему доверять — не ясно… К тому же, если у него такая же цель, то он легко может сдать Пака, а сам забрать то, что интересует его. Черт… Как проходил допрос остальных, Пак даже не интересовался. Ведь те люди просто попали под горячую руку, когда и Юнги и Чимин пробрались внутрь кабинета. Им за «проходил мимо» ничего не будет. Кроме этого, Чимину было вообще-то пофигу. Его волновал только вопрос ловушки. Если она там появилась, значит охрана, министр и черт знает кто еще — выжидают, и теперь все в сотню раз сложнее. Надо построить новый план… И как бы не звучал голос омеги внутри, молящий о здравом уме, в голове у Чимина появилась идея, что можно или стать победителем, или потерять все и сразу. Если самостоятельно проникнуть в кабинет он не может, надо использовать того, кто может там не просто навещать министра, а и заходить, когда захочет. Господин Чон, его жена Николь, Чонгук, Хосок… Николь обхаживать сложнее, у нее свой кабинет и куча омежьих приколов, которые она охотнее будет творить в клубе успешных омег, а не дома. С Хосоком вообще нет никаких контактов, так что протаптывать новую тропу сложнее… тем более, дома его почти нет. Министр точно не вариант. Он конечно вроде как верит Чимину и даже пускал его в кабинет, но он умный, и точно знает, что подвох может идти от любого человка. Остался Чонгук. К Чонгуку есть подход. У них даже наладилась какая-то связь. Плюс этой идеи — Чон единственный ключ к архиву, минус — Чонгук истинный альфа, к тому же, если он узнает о том что его использовали, то никогда не простит Чимина. Хотя, если Пак украдет документы, то в любом случае его не простит ни министр, ни его семья, ни его альфа… Но блондин уже давно принял решение, ради чего он тут, так что просто определился с методом достижения цели. Ветровка Чонгука, торчащая из шкафа давила на совесть, но Пак затолкал ее вместе с чертовой ветровкой поглубже, и принялся планировать что будет делать… ~~~ Август медленно сменился на сентябрь, начиная свой парад осеннего волшебства с дня рождения Чон Чонгука. Но у парня были куда проще планы на празднование своего дня рождения, чем у остальных членов семейства. Утро началось с вкусного торта, который приготовил Джин вместе с Чимином, с подарков родных, а потом все исполнили желание Чона, и оставили его в покое. Министр взял свою красавицу-жену за ручку, и вместе с ней укатил на уикенд за город. Братец естественно смылся по своим делам, а половина персонала взяла отгул. — И как часто тебе пишет Юнги? — Послышалось рядом с Паком, и тот испугавшись, выронил из рук бокал. Правда альфа его ловко поймал, цокая на бету, у которого руки из жопы — Не так часто, как ты думаешь — Но все же пишет? — Ты ревнуешь, что-ли? — С чего бы мне ревновать? — Почему все отвечают мне вопросом на вопрос? — Ты не омега, чтобы я тебя ревновал, Чимин — Значит ревнуешь Юнги? Ох, не переживай, он не уделяет мне слишком много времени, чтобы это стало поводом для беспокойства. — Отстань! — Чонгук выпил вино из бокала, который поймал, и уже направился к бассейну, как в догонку ему долетела фраза Пака: — Ты сам начал этот разговор! Чон на это только закатил глаза и быстрее ретировался, в то время как в голове Чимина с молниеносной скоростью пролетали мысли. Сейчас идеальное время, чтобы слегка манипулировать Чонгуком, ради цели. Да-да, Чимину было противно из-за того, что он задумал, но черт побери, другого варианта он просто не видел, к тому же в доме сегодня очень мало людей, и это отличный шанс! Конечно, включать очарование Пак не мог, все же он вроде как бета, но быть дружелюбным — вполне. Так что быстренько состряпав два коктейля из свежих роз, шампанского и конской дозы снотворного в одном из бокалов, Пак направился к бассейну, где альфа наматывал круги. Два бокала издали звенящий звук, когда блондин приземлил их на бортик бассейна, в то время, когда альфа его заметил. — О, что-то вкусное? — Ага — Что там? — Попробуй! — Опять проносное, да? — Нет — И как мне верить тебе? — Ну вот что ты начинаешь, а? — И я могу даже выбрать бокал? — Чон приподнял бровь и Чимин с покер-фейс лицом кивнул, хотя мысленно орал, как самка богомола. И естественно брюнет взял бокал, где не было снотворного. — Пить не будешь? — Чонгук как будто издевался, но блондин гордо приподнес к пухлым губам напиток и быстро его высушил, понимая, что это будет эпично. — Не хочешь поплавать? Или боишься обосрать тут все? — Да нет в коктейлях проносного, придурок! — Вот и отлично. Давай поплаваем… В доме почти нет людей, мне скучно — А я клоун для тебя или что? — Ну Чимин, почему ты всегда споришь со мной? Блондин закусил губу и все же пошел и натянул плавки для бассейна, и вернулся обратно, думая о том, что его тело слишком белое для этого вида отдыха. — Твое тело солнце когда-то видело? — Чонгук был удивлен настолько бледной коже парня, не смотря на то, что он должен был хоть немного загореть за целое лето. Пак не удостоил Чонгука своим ответом и медленно залез в воду, пытаясь не думать о снотворном… Чонгук его не трогал, и Пак немного поплавав, взобрался на надувного единорога, который Чонгук притащил, чтобы на нем позагорать. Правда рядом был еще фламинго, а альфе было пофигу на какую надувную хрень залезать, так что спустя нескоторое время он тоже присоединился к занятию Пака, полежать и покайфовать… ~~~ — Вы что, с ума оба посходили? Чонгук? — Над парнями, чьи надувные звери прибило к берегу бассейна, стоял Юнги. — Вы же красные как раки! Чонгук сонно потер глаза, и непонимающе посмотрел по сторонам. Ощущение, будто всю кожу стянуло, как после глинянной маски, что уже начала засыхать, только на площади всего тела. — Эй, ты меня слышишь? — Да слышу я! Где этот мелкий говнюк? Он мне снотворное подсыпал! — Ты о нем? — Юнги изогнул бровь и кивнул в сторону, где на единороге лежал Чимин, с испуганными глазами. — Хотел бы он тебе навредить, то сам бы не подставлялся. У него ожоги куда хуже, чем у тебя. Давай выползай, и ему помоги. Я принесу крем и прочее дерьмо, которое может вам помочь… — Ага… и где же его ожоги? — Вылезешь — увидишь! Чонгук молча выбрался из водяной ловушки, после чего притянул единорога за хвост и помог Чимину взойти на берег. Спереди он был белым, но стоило ему показать спину, альфа ахнул… Видимо Чимин перевернулся на живот во время сна, и у него сгорела спина, задница, ноги, и часть лица. Для белой кожи такие ожоги куда сложнее, ведь медовая кожа уже вроде как готова к этому, белая совершенно нет. — Вот это тебя поджарило… — Не смешно — Немного смешно. Ты свою жопу красную видел? — А ты свою морду видел? Шнобель, как картошка. Красный и опух. — Да ну тебя! — Чонгук пальцами нащупал свой нос и нахмурил брови, ощущая боль — Ловите крем, лузеры! — Юнги кинул Чимину два тюбика с кремом, и что-то буркнул о рогаликах с кремом на кухне. Парень явно положил глаз на сладости, но Чимин думал о том, был ли у Мина шанс попасть в архив за это время? И если Чонгук сам мог себе помочь, то Чимину помощь явно требовалась, хотя он это и отрицал. Чон наблюдал за ним некоторое время, а потом схватил за руку и потащил в его комнату. Чимину было неловко впускать альфу в свою обитель, но тот не понимал чувств «беты», и заполз внутрь, как наглый кошак, толкая Пака на кровать. — Да прекрати ты ныть, я быстро это сделаю и все. Будешь лежать и стонать тут, как косатка… — Мне неловко! — С хера тебе неловко? — Ты будешь меня трогать! — Ты больной или да? Я тебя видел в таком виде, а еще мы с тобой вместе в моей машине согревались… ты мне как брат! Чимин молча зарылся мордой в подушку, пока Чонгук открыл тюбик с кремом от ожогов и просто выдавил почти все содержимое на спину. Блондин вздрогнул от холодного вещества, что коснулось его горячей кожи, но Чон просто начал все раскатывать, не особо обращая внимание на то, как мышцы под бархатной кожей напрягались. — Не сжимайся, идиотина… Тебе ведь больнее! — А ты делай это нежнее! Я не альфа, твою ж мать! Чонгук хмыкнул, но все же сделал, как сказал Пак. С шеей, руками и спиной он справился быстро, а потом дошел черед до нижней части и тут альфу заклинило. Жопа… Жопка… Жопочка… Руки сгребли крем и медленно наносили его на горячую кожу. Хотелось закрыть глаза, но тогда зверь сойдет с ума, думая, что там под пальцами изгибы не беты, а омеги. А так глаза могут контролировать зверя… Хотя черт побери, вы видели жопу Пак Чимина? Глаза смотрели на это все безобразие и буквально вырезали все на подкорке мозга, чтобы не дать альфе забыть об этом и напоминать постоянно. Так это и работает: когда говоришь себе, что хочешь запомнить — забываешь, а когда хочешь забыть — запоминаешь. Тряхнув головой, Чонгук быстро оторвал руки от филейной части Пака и быстро нанес крем на ноги. Блондин не показывал мордочку, зарыв ее в подушку, и Чонгук уже собрался на выход, как вдруг его взор упал на торчащую из шкафа ветровку. Свою ветровку. Молча он потянулся к вещице, и приоткрыв дверь, вытащил ее. Точно, это она, его ветровка. И естественно он не мог сдержать себя… — Зачем ты спиздил мою ветровку? -… — Чимин! В чем дело? — Ничего я у тебя не пиздил! — Чимин горел со стыда и не знал, как что-то обьяснить Чонгуку, который поймал его за таким постыдным делом. Но поскольку лицо было спрятано в подушке, а вся задняя часть адски болела, и он наплел просто изумительную отмазку с нотками правды. — Что ты от меня хочешь? Беты не бездушные твари и когда нам плохо, то нужно чувство силы! — Оу… — Чонгук заинтересовано сел рядом и слегка наклонился к Паку. — Беты могут чувствовать феромоны альф и омег? — Да! — Ахереть!!! Почему ты раньше мне не сказал? — А ты тупой? Каким образом тебе удавалось подавлять меня! — Но это другое, — Чонгук покрутил свою ветровку в руках, и решил побольше узнать о бетах. — Значит, ты можешь ощущать то, как пахнут нормальные люди? — Да я тоже нормальный, придурок ты! — Чимин попытался встать с кровати, но Чон мощной лапищей пригвоздил его обратно — Я только все нанес! Лежи тихо, пока не впиталось… Ну, так что ты там ощущаешь? Расскажи мне и я… Дам тебе какую-то свою шмоточку — Ну ты и придурок! — Ну Чимини! Ты нюхал мою ветровку? Божечки, как это мило! Зачем? Что ты ощущал? — Чонгука ужасно веселила вся эта ситуация, а Пак покрылся багровым цветом не только сзади, но и спереди — Когда мне было плохо, я надевал твою ветровку и мне становилось легче. Когда я не мог уснуть, я накрывался ею и засыпал. Так что да, я, как ты сказал, нюхал твою ветровку… но только когда я не мог успокоить сам себя. Да, я бета, но у меня есть чувства, страхи, волнение. И бетам тоже необходимо чувство защищенности. И именно защищенность давала мне твоя ветровка. Теперь можешь угорать со смеха, подкалывать меня и заставлять меня краснеть… Чонгук молча сидел, пока Пак говорил, а потом вышел из комнаты. Он вернулся спустя 5 минут. К тому времени Чимин успел сесть на кровать, и начать искать свои шорты и майку, но дверь распахнулась и блондин замер. В руках у альфы было несколько вещей: спортивная футболка, рубашка в которой он был до купания в бассейне, и другая ветровка. Чимин был смущен, но смущенность читалась на лице и у альфы. Он молча положил вещи рядом с Паком и добавил: — Я не буду стебать тебя, или шутить с этого. Для меня честь, что мои вещи могут помочь тебе в сложные моменты в твоей жизни. После этих слов альфа сразу же ушел, видимо для него это на самом деле было важно, а Чимин опять упал лицом в подушку, но рука быстро схватила рубашку Чона и он притянул ее поближе к носу и глубоко вдохнул, улыбаясь: — Черт…