Смена ролей

Танос считал себя гением. Некоторые могли согласиться, другие — нет. Это не отрицало того факта, что он, действительно, был умен. «Оставь его в живых… и я отдам тебе камень.» Он великий стратег. Он создал армию из ничего. Он вел людей своими убеждениями, ему повиновались. Они почитали его и считали своим Богом. Одну из своих дочерей он построил из частей, а другую — из страхов. Он провел всю свою жизнь, рыская по вселенной, ища способ починить ее. Волшебник владел камнем времени, и Танос лучше других знает степень его могущества. И он так просто его отдал. Что ж. Танос не идиот, он умеет читать между строк. За словами. По его мнению, нет ничего, что могло бы его победить. Ничего, что могло бы остановить его стремление к справедливости. Однако. — Тебе следовало целиться в голову, — говорит он маленькому богу. Он щелкает пальцами, и имя звучит над просьбой. Сотри половину всего. Сотри Тони Старка. Если кто-то и может быть препятствием, так этот человек из металла, самый могущественный защитник Земли. Танос держит слово. Когда это выгодно для него. Никаких свободных узлов, завяжи все в красивый крепкий бант, и ничто не отнимет твой успех. За тысячи миль отсюда, в другой солнечной системе, Стражи превращаются в пыль. Мантис. Дракс. Квилл. — Тони, другого выхода не было, — говорит Стивен, присоединяясь к ним. — Мистер Старк? Тони поворачивается к парню, страх наполняет его сердце. Когда он быстро оглядывает его, он по-прежнему цел. Он делает вперед два шага и спотыкается. Питер протягивает руку, и ловит его, обнимая за талию. — Мистер Старк? Вы… что... пожалуйста, не уходите, прошу. — Все в порядке, шкет, все в порядке. Его зрение затуманивается, но он видит, что Питер плачет. Он хочет прикоснуться к нему, но рука не двигается. Ее больше нет. Питер осторожно кладет его на землю, слезы капают на щеки наставника. Его руки порхают над грудью, но она распадается под прикосновениями. — Пожалуйста, не оставляйте меня, пожалуйста, простите, простите, — всхлипывает Питер, когда тело Тони рассыпается. — Я… — его рот шевелится, силясь что-то сказать, но он исчезает прежде, чем успевает произнести последние слова. Питер падает вперед, на теперь уже пустое место, пепел пачкает руки. Он вонзает пальцы в грязь и кричит в пустоту. Когда горло начинает болеть, он останавливается, всхлипывая и вытирая щеки. Пепел растекается грязными пятнами по потной коже. — Он сделал это.