О диких собаках и их хозяевах

      — Зачем идти к мастеру, если это можешь сделать ты? - Тихо хмыкает Пит, не поворачивая головы. Он знает какой сейчас у Вегаса взгляд, поэтому продолжает, стараясь не сбиваться в тональности, - Тебе ведь понравится.       Вегаса ведёт как от дозы транквилизаторов, подогретой и пущенной внутривенно одним мгновением. Кислород в лёгких - кипяток, грудная клетка становится тесной, а в голове скользкими мыслями скачут картинки, разгоняя по венам лаву.       Вегас отталкивается от стены и подходит к Питу ближе. Почти нос к носу, не касаясь, но прибивая своим состоянием к поверхности. Вегас старается дышать медленнее, а не как загнанная лошадь (с двух фраз, какой стыд). А Пит вдруг улыбается. Жмется к стене спиной, чувствует, как напрягается Вегас, словно реальную - сильную волну желания от него, которая не оставляет выбора, заставляет принять правила.       Пит улыбается самой нежной улыбкой и блестит глазами.       Где-то в отдалении слышатся голоса главной семьи, Порш выкрикивает "Пит! "и явно приближается в их укрытие.       С Вегаса напряжение слетает как лёгкая вуаль, заменяя чем-то другим, более тяжёлым в основании, раскаленным металлом в груди, утопленным глубине живота чувством и все, что он хочет - прижать Пита к себе, распластать каждой клеточкой по поверхности и утянуть в долгий, непроглядный поцелуй. Зафиксировать руками, прижать резко вздымающуюся грудь, убрать ломаные движения, успокоить. Медленно прикоснуться губами, завладеть языком, отключить желание сопротивляться. Всё внутри плавится от последовательности и понимания, что Пит все это позволит.       Вегас отступает на пару шагов назад, давая обоим возможность дышать, ловя лёгкое разочарование во взгляде Пита. Вегас поджимает губы, пряча довольную улыбку, склоняет голову и выдыхает, пытаясь сбросить наваждение.       — Подумаю над твоим предложением, - мягко улыбается и уходит, оставляя Пита одного.       Пит же вздыхает тяжело и бьётся затылком о стену, откинув голову, чувствуя, как каждая клеточка тела, готовая к нападению, вдруг расслабилась. И шея, спина, колени, резко перестали держать, давая лишь лёгкое представление об устойчивости.       Вегас делал с ним страшные вещи, просто появляясь в поле зрения, но Пит соврал бы, сказав, что не получал от этого удовольствие.