О диких собаках и их хозяевах

— Господин Вегас! Вегас щёлкает каблуками по каменному полу, чеканя шаг. Подчинённые падают в поклоне как подкошенные. Очередной тихий день, очередная тихая ночь. Никто не планирует нападать. Отбирать территорию, портить отношения. Никто не будет лезть в их семью, если не хочет встретится с Вегасом. Последний смельчак был сброшен в океан после дня пыток ещё в прошлом году. У Вегаса зудит под кожей. От нерастраченной злой энергии, от мутных мыслей под черепной коробкой и желания контролировать чью-то жизнь. Но он обещал Питу не влезать в передряги. Он обещал, обещал, обещал… Вегас почти бежит по коридорам дома. Хочется вцепиться как животное когтями и клыками в горячую плоть и не выпускать. Хочется вскрыть грудную клетку на живую, слушая перелив криков в глотке. Хочется стоять по локоть в крови и наконец расслабиться. Вегас хлопает дверью в хозяйскую спальню так, что звенят стекла. Он дышит как загнанный зверь и стонет, сдавливая виски под пальцами. В голове набатом бьют навязчивые мысли. Держаться, держаться, держаться. Спустя время мысли отступают и отпускают. Как отлив забирают все с собой, но вдалеке виднеется начинающийся шторм. Плохо-плохо-плохо. Вегас чувствует, что почти на грани. Он сорвётся. Сделает очень больно и будет жалеть. Перебирает в голове как отсрочить взрыв, но все не сработает. Он выдыхает резко и идёт в сторону кабинета. Игровая поможет заземлиться. Всегда помогала. Вегас просчитывает отпустит ли, если Пит позволит провести сессию вечером. Достаточно ли зажила кожа, не будет ли это слишком. Из-под двери крошится осколками красный свет и Вегас замирает. Пистолет снимается с предохранителя спустя пару секунд. Сегодня здесь не должно быть никого. Вегас прижимается боком к стене и тихо выдыхает. Адреналин подскакивает и все вокруг становится таким незначительным и смазанным. Цель впереди выглядит как добыча. Вегас пинает дверь и встаёт в треугольник, направляя пистолет на незваного гостя. Вот только задыхается тут же. Посреди комнаты, вскинув в недоумении брови стоял Пит. Почти обнажённый. С кожаными чёрными ушками на макушке и намордником-решеткой. Кожаный чокер с кольцом на шее, облегающие боксеры, которые он редко носит, наручи и хвост. Идеальный пёс. — Нет, - тут же шепчет Вегас, опуская пистолет. Воспоминания накатывают волнами. Как заставлял есть из миски с пола, как приковал цепями, как заставлял стоять на четвереньках. Слюна во рту собирается почти против воли. Вегасу нравилось. Но это было слишком для Пита, ему было это не нужно. Вегас обещал не делать дерьма. Пит же смотрит как-то насмешливо и молча склоняет голову к плечу, как самый настоящий пёс. У него топорщатся соски, гусиная кожа выделяется шероховатостью тут и там. Вегас не знает чего хочет больше, провести по ней рукой или губами. — Нет, Пит, - выдыхает Вегас и, поставив на предохранитель пистолет, возвращает в кобуру. Пит складывает руки на груди и хмурится, всем видом показывая недовольство. Два удара голой ступней по полу - предупреждение. — Говори. — Почему отказываешься. Тебе ведь понравится, - ведёт плечом. — Тебе не понравится, - выдыхает устало Вегас. Он рыскает в карманах в поисках пачки сигарет и зиппо, пытаясь не нервничать. Не смотреть и не думать о том, что Пит ему предлагает. И не просто предлагает, а ставит в центр стола как главное блюдо. — Это ты так решил, - блеск усмешки между прутьями намордника, - я хочу помочь, или ещё немного, и ты устроишь резню. — Не будь таким самоуверенным, - шипит Вегас, поджигая сигарету. — Не будь придурком, - Пит только закатывает глаза, тяжело вздыхая. — Забываешься, - предупреждающе рычит Вегас, пристально глядя в глаза, но Пит даже не дёргается, только вскидывает брови. Нарывается и дразнит. Разоделся перед носом, предлагает поиграть и весь такой до скрипа правильный на словах. Только хвост в заднице держится за счёт пробки, а кольцо на шее предполагает поводок. Оболочка правильного мальчика давно рассыпалась на ковре у Вегаса под подошвой ботинка. — И ты предлагаешь..? - тянет Вегас, и затягивается, выдыхая тонкой струйкой дым. Пит лишь расставляет руки в стороны и смотрит прямо в глаза, бросая вызов. — Так не пойдёт, тебе придётся сказать чего ты хочешь. Окурок прячется в пепельнице, а Вегас отцепляет от держателя в стене карабин короткого кожаного поводка. — Поиграй со мной? — Будешь послушным? Вегас протягивает между пальцев тонкую кожу. Накручивает ремешок на кисть и сжимает в кулаке. Пит смотрит почти зачарованно. Сглатывает, переступает с ноги на ногу. — Да. — Да? - щелчок кожного ремня отдаётся горячей волной по пояснице. Пит снова ерзает на месте, игнорируя тянущие ощущения внутри. — Да, хозяин, - исправляется. Если он хочет убедить Вегаса, ему нужно быть покладистым. — Будешь только скулить. Исполнять команды. Есть с пола, вылизывать, стоять в распорке на четвереньках. Пятнадцать ударов поводком и кольцо на члене. Вегас пристально вглядывается в глаза, выискивая крохи сомнения, но с каждым словом замечает лишь больший интерес. Тонкая усмешка оседает на губах обещанием. — Согласен? — Тридцать ударов. Я выдержу тридцать. — Будешь мне указывать? — Просить. Вегас усмехается. Проводит сложенными поводком по груди, задевает соски и тянет линию вниз, замирая у кромки белья. — Подтверди и это будут твои последние слова, пока я не разрешу открыть рот. — Да, хозяин. Вегас пристегивает поводок и командует: — На четвереньки, пес.