Сказочная паутина октября

Следующее утро октября выдалось жарким, сырым и душным, и не смотря на намеки о приближении холодов в лице сухих листьев и голых одиноких деревьев, природа всячески противостояла прогнозам, что говорят облысевшие дикторы с бархатными голосами и набриолиненными остатками волос на голове по радио. Обжигающие лучи тусклого солнца варварски пробрались в магазин через небольшое мансардное окно. Двое парней лежали на импровизированной кровати, и их тела освещал оранжевый свет, такой же оранжевый как листья на улице, и как один из рыжих котов в скетчбуке Джерарда. Яркий луч проходился по юношам, от ярко-красных носков Джерарда в зеленую крапинку, не обходя стороной его потрепанный тонкий свитер,и заканчивая мохнатой черной макушкой с металлической заколкой, что сейчас почти сползла на подушку, запутывая волосы. Солнечный луч пощадил лишь сопящего на боку Фрэнка, оставляя его в прохладной тени. Сморщив свой заостренный маленький нос, Джерард лениво открыл глаза, хлопая длинными ресницами. Лучи выполнили свою миссию по сокращению сна Джерарда Уэя, и теперь могли также неожиданно покинуть этот маленький магазинчик, не оставляя от себя и следа. Парень облокотился на локти и вяло зевнул. Он лежал между золотистых подушек с алой бахромой на концах, которые после долгого сна расползлись в стороны, руша импровизированное спальное место. Джерард заерзал в попытке повернуться в сторону Фрэнка, дабы скрыться от солнца. Но заснуть никак не получалось, и все попытки расслабиться и провалиться в сон сопровождались разделением этого желания и возможности его осуществить от разума. Сдавшись, Джерард вновь распахнул глаза. Перед взором предстал затылок Фрэнка, с короткими и жесткими волосами чуть выше последнего выпирающего позвонка, и взъерошенной макушкой с более длинными патлами. На бледной шее виднелась еле заметная вена на уровне сонной артерии. Джерард трепетно поправил край пледа, отдавая его полностью спящему парню, на секунду задерживая дыхание чтобы не причинить ни капли дискомфорта Айеро, и уж тем более не разбудить его. Уэй около пяти минут пялился на темные волосы нового знакомого, и судорожно вдыхал запах его шампуня «с мятой?» После чего размышления парня были прерваны резкой громкой музыкой, состоящей из долбящих ударных и гитарных партий, что оказалась рингтоном звонящего телефона. Фрэнк мгновенно потянулся, после чего потер ореховые глаза как маленький ребенок. – Черт, – вяло пробубнил Фрэнк, после чего схватил телефон, и, прождав пару секунд ответил – Здравствуй, – безжизненно произнес Айеро – Нет, я не на свалке и не на улице, – Джерард продолжал лежа пялиться на все еще периодически потиравшего глаза Фрэнка. – Слушай, я не хочу ночевать дома, ладно? И мне уже поперек горла стоят твои вечные допросы... В магазине, – Фрэнк поспешно отстранил телефон от уха и закончил разговор. Айеро закрыл лицо руками и устало вздохнул. – Фрэнк? – тихо спросил Уэй – Фрэнк, я... Айеро резко повернулся к парню и заключил его в крепкие объятия, обвивая дрожащими руками исхудалую талию Джерарда, утыкаясь лицом в полосатый свитер. Уэй не стал заканчивать фразу, а лишь напряженно погладил черные волосы и прижал Фрэнка еще ближе, стараясь быть как можно более искренним, ведь кому как не ему, Джерарду Уэю, знать как иногда бывает ядовита любовь детей и родителей, кому как не Джерарду знать, что каждый оскорбительный выкрик со стороны отца, который потом даже не извинится, ужасно болен и сокрушителен, кому как не ему... «Кухня. Четверо за столом. В моей тарелке плавает насекомое, оно все еще дергается...» «– Ты чего не кушаешь? – отец поднимает на меня свой насмешливый взгляд, – Я спрашиваю почему ты не ешь, скотина!» «Я зажмурил глаза» «Сейчас я открою глаза, и все пройдет» «Все будет как прежде» «Он не будет смотреть на меня этими неживыми глазами» «Стеклянными глазами» «Удар по столу» «Мама подпрыгнула, брат поднял со стола вилку, что выпала из рук» «Еще удар» «И я открыл глаза...» «– Не хочешь отвечать? Ну хорошо, молчи, маленький засранец, сейчас ты получишь свое. Сейчас ты получишь по заслугам, неблагодарная сволочь!!! И только попробуй опять пожаловаться Хелене!» «Он встал из-за стола, приближается ко мне» «Сейчас ты получишь по заслугам, сейчас я тебя вылечу!» «Застежка ремня звенит» «"A day in the life of a fool, a sad and a long lonely day"» «Я покажу тебе как уважать старших!» «"i walk the avenue, and hope I'll run into"» «"– Дорогой, какой прелестный ремень!» «– Да милая, итальянская кожа"» «"the welcome sight of you, coming my way"» «–Джи, откуда у тебя эти ужасные синяки?! Это родители сделали?» «– Нет, бабуль, я просто упал с качелей» «"I stop just across from your door, but you're never home any more"» Айеро посмотрел на Джерарда. – Все будет хорошо. Он не стоит твоих страданий и даже капли нервов, – сказал Уэй и волнительно повернул голову вправо, поджав губы. Дневной свет падал на его лицо так, что можно было без затруднения заметить, что в уголках глаз Джерарда блестели едкие слезы от нахлынувших воспоминаний, словно самые мелкие и далекие волны на океанской глади в свете всепоглощающего солнца. – Ты всегда можешь рассказать обо всем мне. Я постараюсь помочь как смогу...– «А мне ведь никто не мог помочь» – Я не хочу чтобы тебе было плохо, Фрэнки. 10:30 Подростки сидят по серо-голубым кабинетам школы, листья гниют в закоулках тротуаров, ветер свистит сквозь щель в двери, двое несчастных в объятиях друг друга, двое только проснулись и не собираются сливаться с бесчувственной массой прохожих, что идут на работу или в школу. *** Однако легкость и непринужденность времени, проведенного за пределами учебного заведения, подходили к концу, и вот Уэю придется вновь столкнуться со всеми мороками школьного мира и стать новым мешающим элементом, нарушающим всю "идиллию" подростковой иерархии. Утро выдалось пасмурным и дождливым, будто сама природа поникла из-за этой несправедливой обязанности. Шлепая по недавно появившимся лужам, Джерард и еще пару сотен таких же как он учеников направились в школу. *** – Итак, давайте повторим нашу тему. Классические музыкальные произведения сочетают глубину, – пожилая женщина пристально смотрела в лист с конспектом очередного урока – содержательность, идейную значительность с совершенством формы. Наконец миссис Тэтчер закончила сложное предложение, и заметив учеников, что не слушали ее праведные речи, тут же сурово поглядела на них из-под заостренных очков. – Мистер Уэй, может вы расскажите нам что-то более интересное, раз уж у вас хватает наглости прерывать меня. – Знаете что я думаю? – радостно улыбающийся парень бодро встал, ничуть не стесняясь ни взглядов, что прилипли к нему, ни грозной учительницы, что казалось сейчас испепелит его. – Я думаю, что либо ваш предмет полный отстой, либо вы его просто не умеете преподавать – Уэй чуть пошатываясь ухмыльнулся, опираясь руками на парту, – А еще, Миссис "я-знаю-о-музыке-все-и-не-смейте-спорить-со-мной", будьте добры, сдерживайте свои обещания, ведь помнится вы говорили о том, что изучение скрипок, фортепиано и Баха у нас закончится с наступлением этого учебного года. Джерард присел, начав собирать свои вещи, зная какая фраза будет следующей, и он, кстати говоря, как всегда ничуть не ошибся. ...1, 2 и.. – ВОН ИЗ КЛАССА!!!!!! Уэй спокойно вышел даже не захлопнув дверь, и вновь пошел прямиком к школьному туалету, что служил ему верой и правдой в любой ситуации, связанной с приспешниками школьного ада. *** – Фрэнк... – шепотом послышалось из другого конца класса – Фрэнк! – Что тебе, уродец? – Айеро ответил не поворачивая голову в сторону собеседника. – Пойдешь сегодня на вечеринку? – Ого, по какому такому поводу? – заинтригованно прошептал парень – У Дэвида день рождения, и он закатит вечеринку у себя дома, у него бассейн там есть и джакузи, и еще алкоголь будет. – Я правильно понимаю, – Айеро прервал речь, дабы не попасться под яростные лучи взгляда молодой химички, что никак не могла понять кто срывает ее урок – Меня ведь не просто так туда позвали, верно? – Ну... может быть мы не откажемся от небольшого количества... – юноша потянулся ближе к Айеро, и максимально тихо проговорил последнее слово своего предложения – Травы? "Для чего же еще нужны друзья, так ведь?" Фрэнк напыщенно повернулся и чопорным тоном прошептал. – Я подумаю. Было удивительно, но Фрэнк мог сказать любому из своего окружения что-то подобное, и при этом ни разу на него не обозлились за такие выходки. Просто каждый знал, это – Фрэнк, и он будет материть тебя при любом удачном случае, и делает это он не так обидно, не затрагивая твои личностные качества. Так что всех это устраивало. *** Наконец прозвенел чарующий долгожданный звонок, и из всех кабинетов, словно вырвавшись из капкана браконьеров, побежали подростки. стадо Уэю в скором времени наскучило сидеть на разваливающемся подоконнике, и он решил всецело погрузиться в душную и тошную атмосферу школьных будней. Сев возле батареи в коридоре, Уэй вновь принялся делать наброски. На этот раз у него получались не коты с рогами, не черепахи с крыльями и не всякого рода мистические твари, а нечто выходящее само собой. Нечто, что он рисовал много лет назад с большой неохотой, ведь это казалось ему скучным и примечательным. "руки?" Тупой карандаш создавал плавные линии, что симфонично кооперировались в единый рисунок. Исхудалые пальцы, тонкое запястье. Перевернув страницу, Джерард вновь отдался мыслям, и черкал все, что придет на ум. На этот раз черты лица и тела. Получалось неплохо, не зря ведь Уэй десять лет подряд ходил в художественную школу и изучал анатомию. Недавно белый листок вновь заполнился множеством набросков, в связи с чем его тоже потребовалось перевернуть. На этот раз Джерард точно знал, что он хотел изобразить. Покопошившись в памяти, Джерард стал вырисовывать черты лица, скорее не в реализме, а в стиле, крайне приближенном к нему. Через пару минут портрет был почти готов. – Эй ты, Уэй, – Джерард поднял взгляд на дверь, откуда доносился самоуверенный и надменный голос – Знаешь, ты так меня бесишь. Вечно срываешь уроки, одеваешься как... пидор... Вечно ходишь один, и разговариваешь со всеми так, будто они тебе чего-то должны Язвитая речь одноклассника ничуть не напугала Джи, и даже не удивила, и он продолжал смотреть на двухметрового парня исподлобья – Мы тут не любим таких как ты, знаешь ли, и хотели любезно попросить тебя освободить это место для меня и моей дружелюбной компании, – парень оглядел еще четверых юношей, что стояли позади. – Слушай, иди вон отсюда, – Джерард вновь принялся наносить штрихи на рисунок, игнорируя стоящего впереди одноклассника. – Что ты сказал, пидор? – Я сказал заткни свой выебанный рот и вали отсюда на все четыре стороны, – Джерард повысил голос и пнул одноклассника, попадая по его сумке. – Ох, малыш Уэй, ты точно уверен ,что так можно разговаривать с такими как я? Я ведь могу и побить, – парень покрутил в руках телефон, вновь ехидно глядя на макушку Уэя. – Еще раз назовешь меня так, и этот карандаш выколит тебе глазницу, – Джерард демонстративно покрутил тупой карандаш между пальцев и ухмыльнулся, сглатывая вязкую слюну. – А что это ты рисуешь? – насмешливо сказал парень и подошел на шаг ближе. – Не твое гребаное дело. – Уэй, не беси меня, – юноша уже сжимал кулаки, а скулы заметно напрягались под щетинистой кожей. Джерард вновь взглянул безразличным взглядом на ученика. "какое же быдло" Джерард положил карандаш в согнувшийся скетчбук, и послал человека впереди жестом, что известен каждому ребенку с восьми лет. – Я тебя предупредил, гомик. Жесткий толчок в бок заставил Джерарда скрючиться от боли, после чего свалиться на холодный бетон, больно ударившись головой. Носок черных ботинок ударили прямо по ребру. – Что на этот раз скажешь Уэй? Как ты там разговариваешь со всеми? Джерард, обхватив руками бок, предпринял попытку подняться, но тщетно, ведь его поджидал еще один пинок, на этот раз прямо между ног. – Может теперь ты одумаешься? еще один удар ниже колена. Резкая нестерпимая боль и ненависть охватила все тело и разум Джерарда, но сильнее лишь была... беспомощность "я жалкий" Парень поднял Джерарда, ухватившись за патлатые черные волосы. Все действия будто происходили в замедленной съемке с эффектом блюр, разум Уэя был хорошенько затуманен. Что мешало четкому восприятию? Сильнейшая боль или защитный барьер, что он, будучи пятилетним ребенок, ставил сливая явь и сон воедино? Вскоре вокруг собралась кучка зевак, что наблюдали за избиением, смеясь и выкрикивая все новые и новые оскорбления. Новая волна ненависти накрыла Уэя, заставив отреагировать на все это. Он встал на дрожащие то ли от страха, то ли от боли ноги, опершись об стену, – Сука! – он замахнулся кулаком, и собрав всю силу, что только у него имелась, прошелся по носу юноши. – Ах ты сволочь! – хватаясь за нос выкрикнул парень, после чего замахнулся и... – Джерард! *** – Хэй, Фрэнк! – невысокий парень лет пятнадцати остановил Фрэнка, идущего по коридору. – Чего тебе? – Айеро улыбнулся и выставил вперед руку ладонью кверху, зная, что ему хотят отдать. – На, вот твои деньги, – парень протянул Айеро тридцать баксов, после чего старательно огляделся по сторонам. – И не забывай, имеются противопоказания, у тебя может начаться вторая стадия рака и ты можешь сдохнуть от никотинового отравления и все такое, – выкрикнул Айеро вслед уходящему однокласснику, ловя на себе его радостный взгляд. Шаг за шагом Фрэнк приближался к концу коридоров, надеясь нечаянно натолкнуться на знакомых или друзей, чтобы хоть как то разбавить смутный день, улавливаемый лишь остатком незатуманенного рассудка. Услышав шум из завершающей части коридора, Айеро последовал на свисты, нецензурную брань и оры. Перед глазами предстала огромная толпа, казалось это интеграция минимум трех классов. Пробившись внутрь, Фрэнк все же осмелился спросить о том, что происходит. – Чувак, Сид избивает одного педика. Айеро приподнял бровь и одарил незнакомца суровым взглядом, после чего вновь начал пробираться внутрь толпы. Наконец пробравшись в первые ряды столь "почтенного" собрания, Фрэнк попытался разглядеть лицо парня у стены. Сид (как его назвал один из зрителей сего зрелища) беспощадно избивал его, периодически откидывая еле державшуюся голову с черными патлами назад, но парню вновь не удалось разглядеть лицо. Неожиданно для всех, парень у стены замахнулся и прошелся по носу Сида, заставляя толпу ахнуть от удивления. – Вот сволочь! – Сид наконец отступил от своей жертвы и... Джи? – Вот черт... – Фрэнка окутала резкая волна тревоги, но боязнь за жизнь Уэя все же преобладала. Не успев предпринять никаких действий, Айеро лишь увидел, как Сид замахнулся рукой, – Джерард! Растолкнув еще двух людей, что стояли впереди, Фрэнк подхватил Джерарда, что сразу же обмяк в его объятиях. – Какого черта вы творите?! – Фрэнк заорал на толпу, что кажется и не собиралась расходиться – Вы тупое стадо баранов! Разошлись быстро! Живо я сказал! – Фрэнк сорвался на крик. Горло ныло так, будто по нему прошлись наждачкой, но сильнее него ныла лишь совесть, ибо само осознание происходящего доходило до Айеро неожиданно долго. – Пошел вон отсюда, я не с тобой разбираюсь! – язвито кинул Сид. Фрэнка уже не заботили выкрики толпы, на этот раз в его адрес, ему лишь хотелось, чтобы от них все отстали. Джерард валялся на полу без сознания,и кажется всем было на него наплевать. К счастью, вскоре подошла Миссис Тэтчер, и толпа разошлась мгновенно, хотя Фрэнк и Джерард остались незамеченными учительницей, не ясно намеренно это было, или нет. Айеро подхватил Джерарда, поднимая его и удивляясь насколько он легкий. Беспомощный, болезненно-худой и бледный. Лицо почти не пострадало, за исключением окровавленной переносицы и запекшейся крови на царапинах около скул. Намного хуже выглядела рука Джерарда, которая безжизненно болталась, вывернутая под неестественным углом, и спадавший свитер открыто демонстрировал синяки на ней. Фрэнк отнес парня в медпункт, но надежда на меньшее количество боли у Джерарда начала все больше и заметнее угасать, пока от нее не остался лишь еле теплый уголь.