Семь дней лета

Начало смены выдалось на редкость погожим. В первый день лагерь уже кипел жизнью: дети и подростки смеялись, играли в настольный теннис и носились по лестницам. Здесь, в Брайтоне, где вдоль морского побережья раскинулись пригорки и холмы, лестницы были всюду. Одна из них, завиваясь, вела наверх от эстрады к столовой. На ней Уильям и замер на какое-то время, водя взглядом то вверх, то вниз. Сказать честно, он не был поклонником летних лагерей и с радостью предпочёл бы скоротать лето за книгами в Дареме. Но желание помочь старшему брату с местным кружком математики и вытащить болезненного младшего на свежий воздух победило. — Не спеши, Льюис, мы успеваем, — Уильям повернулся к младшему брату — такому же красноглазому блондину, как и он, но чуть ниже ростом и с массивной чёлкой набок. Льюис внизу послушно замедлил шаг. Они и правда поднялись в сад почти первые. Лишь через несколько минут снизу долетело эхо множества шагов, и на пригорок высыпали люди. Они всё пребывали, и занявший скамейку Уильям, отвлекшись от книги, отметил, что народу для одного отряда многовато. Подозрения его оправдались, когда над макушками толпящихся подростков показалась голова его брата Альберта, вместе с которым пришёл вожатый Лестрейд. Последний славился полицейской выправкой, а потому хлопнул в ладоши и скомандовал всем построиться в две шеренги. Уильям послушно встал, держа заложенную книгу перед собой. — Первый отряд налево, второй — направо. Умеем считать до двух? — иронизировал Альберт, помогая навести порядок в рядах подопечных. С грацией дворцового караульного он прошёлся между двумя шеренгами. — Все собрались? — Все здесь, мистер Мориарти! — послышался девичий голос. Кажется, второй отряд уже выбрал командира. Или лучше сказать «командирку»? — Отлично, итак… Я понимаю, что вы все уже перезнакомились в курилке, но… цыц, Ватсон, вот кто бы ржал, а? Будущий врач! — вожатый Лестрейд погрозил кому-то кулаком. — И тем не менее, мы решили устроить вам игру на знакомство, — выручил коллегу Альберт. — Напротив каждого из вас сейчас стоит человек из другого отряда. Ваша задача — подойти, представиться, рассказать о себе и выслушать собеседника. А потом — к следующему. Просто и понятно. — На каждого у вас минута. И без стеснений! Стесняться будете на дискотеке… тьфу ты, Ватсон! Я разве пошутил? А, ну да… — растерявшийся мистер Лестрейд быстро взял себя в руки и дал отмашку: — Ну, начали! Затихший на время сад вновь наполнился гомоном юных голосов. Кто-то, знакомясь, краснел и запинался, кто-то неловко смеялся через слово, а кто-то декламировал свою биографию, будто месяц репетировал дома. Уильям же обыграл эту затею совсем иначе. Лишь подойдя, он старался угадать по одежде и повадкам собеседника как можно больше, а потом по его словам проверял, что из этого правда. Пока все стрелы летели в яблочко. Игра оказалась долгой, но за бурным общением с новыми людьми время бежало быстро. Уильям так увлёкся, что даже не заметил, как напротив него больше никого не оказалось. Зато слева собралась целая толпа. Зеваки расталкивали друг друга, к чему-то увлечённо прислушиваясь. — Брат, пойдём? — Льюис мягко, но настойчиво потянул Уильяма за руку в сторону скамейки. Вожатые мирно беседовали на ней, совершенно не собираясь вмешиваться в дела совсем уже взрослых подопечных. — Давай посмотрим. Разве не интересно? — Уильям ласково улыбнулся младшему. Тот не отцепился, но позволил повести себя к месту событий. — А меня? Про меня расскажешь? — наперебой кричали ребята, окружив высокого парня лет 18 с волнистыми синими волосами до плеч и непослушной чёлкой. — Ты! Играешь на пианино, левша, 2 года как бросил конный спорт, — выпалил тот в адрес стоящего перед ним рыжего подростка и, поймав восхищённый вопль, продолжил уже об одной из девчонок: — А вот ты… учишься рисованию, с детства занималась балетом, была в этом лагере в том году. — Угадал, — растерялась будущая художница. — Он всё правильно угадал! — Вовсе нет, не угадывал. Он был уверен, — Уильям едва узнал собственный голос. Он сказал это вслух? Похоже на то и, кажется, достаточно громко, чтобы быть замеченным. Колкий взгляд тёмно-синих глаз пригвоздил его к месту. — Скажешь, я всё выведал заранее? — «Дурацкая Чёлка» с азартом усмехнулся. — А нифига. Узнать всё это — элементарно. Я и про тебя могу. Хочешь? Уильям думал признаться, что разгадал его метод, что пользуется таким сам. Но игра казалась слишком интересной, чтобы не принять её правила. Эх, а ведь он успел подумать, что в лагере заскучает. — А давай, — за сдержанной улыбкой Уильяма скрывалось всё предвкушение мира. — Ты поздно ложишься, умеешь играть на пианино и ходишь в кружок по математике. — Почему по математике, Шерлок? — влез в разговор невысокий парнишка с зеленовато-платиновыми волосами. — Глянь на его книгу: она же по биологии! Дарвин, «Происхождение видов»! — Да посмотри внимательнее! Кто ещё заложит книгу логарифмической, блин, линейкой? — «Дурацкая Чёлка» рассмеялся в адрес своего друга и тут же триумфально направил указательный палец на Уильяма: — Убедил? Под дулом импровизированного пистолета Уильяму оставалось лишь улыбнуться и сдаться. Второе делать он не собирался: у него тоже было оружие. — Более чем. Мне даже захотелось самому попробовать. Не против? — под шёпот притихшей толпы двух отрядов Уильям шагнул вперёд, подбираясь к своему объекту исследования неподобающе близко. Лёгким вальсовым шагом прокружился вокруг наглеца с забавной чёлкой, рассмотрел его, такого нелепого для своей находчивости, со всех сторон, с которых хотелось. А, оказавшись лицом к лицу, шагнул ещё ближе и втянул носом воздух рядом с синей курткой. — Куришь, — резюмировал Уильям. — А брат твой старший знает? Он всё-таки старший вожатый, ты бы поосторожнее, раз не хочешь его позорить. Вон, даже пирсинг из языка вынул. И вот интересно: ты из такой хорошей школы, а манера речи дворовая. Почему так, расскажешь нам? Стоящие справа от челкастого девушки захихикали, а сам он мрачно свёл брови: — И откуда же инфа? — Ты ведь сам сказал: это элементарно, — Уильям позволил себе улыбнуться капельку более вызывающе, но так, чтобы заметили не все. А только один наглец из-под своей идиотской чёлки. — Вот и познакомились. Осталось лишь назвать имена, да? Уильям Джеймс Мориарти. — Лиам, ха? Очень приятно. А я Шерлок, — кончик проколотого языка пробежал вдоль ряда хищных зубов перед тем, как тот озвучил ещё два слова. — Шерлок Холмс.