Ярче Солнца

      - Тогда я пока расскажу о себе, - до прихода мамы было некоторое время, поэтому я решила посвятить его знакомству. - Мне девятнадцать, я учусь на фельдшера, а также хожу на курсы актерского мастерства и озвучки.       "Че такое фельдшер?" - не то, чтобы Луффи звучал заинтересованно, но видимо это слово действительно удивило его.       - Как бы сказать, - надо объяснить максимально доступным языком, - по сути это мини-доктор.       "О, у меня в команде есть мини-доктор!" - Луффи сразу же загорелся.       - Не-ет, Чоппер просто доктор (и очень хороший, футболку с ним я носила на экзамены, чтобы привлечь медицинскую удачу). То, что он выглядит маленьким, не значит, что он фельдшер. Фельдшера знают меньше докторов, они в основном оказывают первую и доврачебную помощь.       "Звучит очень скучно", - промычал парень.       - О том и говорила, - я надулась, - моя жизнь не сказка.       "А что за озвачка?"       - Озвучка, - поправила я его, он уже сто процентов стал вспоминать любимые вкусы жвачки, - это когда актер записывает голос персонажа в мультфильмах или заменяет голоса иностранных актеров.       "Так ты же мини-доктор, зачем тебе это?" - сомневаюсь, что он до конца уловил суть озвучки, но ладно.       - Потому что я не хочу быть фельдшером, я просто на него учусь, - буркнула я, - вот закончу колледж и пойду в актерский.       "Зачем же ты там учишься, если не хочешь?" - искренне удивился Луффи.       Я вздохнула. Человек, который всегда делал только то, что хотел, жил моментом, стремился к максимально возможной свободе, вряд ли понял бы обычную девушку, которая училась там, где не хотела, чтобы иметь в будущем "подушку безопасности". Хотя, если не врать себе же, я училась, чтобы не расстраивать маму, потому что за прожитые годы она заслужила заботы о себе.       - Боюсь, тебе будет сложно это понять…       "Так это же глупость какая-то!"       - Может и так, но пока что дела будут обстоять таким образом.       "Хм, ты глупая!" - Луффи поставил точку.       Скорее всего он прав. Он всегда говорил прямо, без уверток, а значит искренне считал, что живу я глупо. Как будто я не знала, я тоже загибалась от всего этого! Не усваивала информацию, которая мне не интересна, и, как следствие, чувствовала себя идиоткой на фоне окружающих. Единственная моя отдушина, те самые курсы, на которых я была в своей тарелке.       - Как скажешь, - я пошла на кухню стащить бутерброд, пока домашние не вернулись, - кстати, интересный факт, мы родились в один день.       "Правда? А когда у меня день рождения?" - казалось бы, эгоист, а такие вещи не запоминает.       - Пятого мая. А еще нам по девятнадцать, - меня охватило смутное ощущение, будто тут есть некая закономерность, - и меня зовут Вероника…       "Нет, здесь не сходимся, я же Луффи".       - Имя Вероника может сокращаться как Вера, так меня дома называют, а может как Ника.       "И что, я все равно Луффи".       - Дурак! "Бог солнца Ника" это настоящее название твоего фрукта! - воскликнула я, и лишь через несколько мгновений мне пришла мысль о том, что он скорее всего об этом и не знал.       "Что за чушь, мой фрукт Гому-Гому!" - да, он действительно не был в курсе.       - Открою тебе секрет: твой фрукт на самом деле мифический зоан типа Хито-Хито, модель Ника, - была не была. Он все равно однажды бы узнал.       "Что? Не может такого быть! У меня крутой фрукт, а не какой-то там зоан!" - возмутился парень.       - Еще один секрет - твой фрукт, самый классный из всех, мировое правительство так его боится, что скрыло настоящее название, - для меня он определенно был самым классный. Фрукт Опе-Опе с ним почти наравне, но по моему мнению, слегка пониже в рейтинге.       "Серьезно?"       - Серьезней некуда!       "Кла-а-асс!" - он явно обрадовался, а может даже засветился, как умел.       - Так, скорее всего тебя закинуло именно в меня не просто так, - стала размышлять я. - У нас есть три совпадения, но они косвенные. Если ты заметишь что-нибудь, обязательно скажи мне, хорошо?       "Я пока только говорить и могу", - "кивнул" Луффи.       - Я позже заведу блокнот для наблюдений, буду выписывать такие моменты, может это тебе поможет.       "Фи-и, зануда", - окрестил он меня.       - Может быть, зато мне самой так проще.       "Занудная зануда".       - Ладно, все. Теперь к более насущным делам, - я взглянула на часы, - скоро придет моя мама. Я не смогу с тобой говорить, пока рядом кто-то будет находиться.       "Ну я то смогу, так что все хорошо", - в его голосе мне послышалось озорство, но я понадеялась, что это просто заблуждение вследствие усталости после такого насыщенного дня.       - Пожалуйста, не злоупотребляй этой возможностью, - он хмыкнул в ответ. - Так, о моей семье. У меня три брата, две сестры и мама.       "Ух ты, много вас, - "разинул рот" Луффи. - У меня вот только брат, папа и дедушка".       - Одна из сестер живет в другой стране, младшие братья сейчас в лагере, - я стала перечислять, - у меня сейчас практика, остальные работают. Скоро придет мама, за ней будет сестра, а потом брат. Надеюсь, никто не заметит тебя.       “Как они заметят, я в твоей голове?"       - … Как-нибудь?       "Да забей, волнуешься так, будто давно не ела".       - Думаешь, зачем мне бутерброд?       "Я тоже хочу", - расстроенно завыл Мугивара.       - Вообще у нас одно тело, разве ты не чувствуешь его?       "Должен почувствовать! - столько радости в одном выкрике. - Давай еще!"       - Дурак, мне столько нельзя, нужно следить за калорийностью, потому что я быстро набираю вес, - возмутилась я.       "Ты говоришь как Нами", - надулся Луффи.       - И она права.       И хоть я все это сказала, чувство голода осталось. Мне в голову пришла ужасная догадка: если мое тело теперь не только мое, мог ли аппетит теперь быть достойным инициала "Д"?       В дверь позвонили, и все проблемы улетели на второй план. Я помчалась открывать, слишком поздно поняв, что после бутерброда руки были сальными, так что, когда мама входила, я стала тереть их друг о друга, как коварная муха.       После традиционного обмена приветствиями и помощи в переносе сумок с продуктами из коридора на кухню Луффи наконец-то изрек вердикт.       "Твоя мама выглядит доброй".       Я гордо улыбнулась. Он попал в самую точку и как-то умудрился к этому прийти за те пять минут, что мама была дома. Я всегда с большим достоинством хвалилась этой чертой моей мамы перед друзьями, будто бы сама приложила к этому руку. Однако все было, конечно же, наоборот, те отголоски доброты во мне являлись маминой заслугой, ну может быть еще немного таких персонажей, как сам Луффи.       - Что-то хорошее случилось? - спросила мама, увидев мое счастливое лицо, и я весело покачала головой.       - Приступ шизы!       - Ладно, - привычно ответила она. Беспричинные смены настроения для меня давно норма, и никто из моих близких не удивился бы, начни я рыдать через секунду после хохота.       "Меня зовут Луффи, а не шиза", - обиженно вставил парень после моего заявления.       Сейчас тебя не звали, - подумала я, - если будешь сбивать меня, все и вправду решат, что у меня шизофрения.       "Шимафария? - не понимающе откликнулся Луффи. - Это еда?"       Я хлопнула себя по лбу. Мама сказала что-то вроде "подожди сходить с ума", и спокойно продолжила раскладывать продукты. Я вздохнула, но отметила для себя, что обращаясь к Луффи мысленно, могу с ним общаться, хотя скорее всего вид у меня при этом глупее некуда.       - Еда будет готова через час, - предугадав мой вопрос ответила мама, копошась у плиты.       "О, еда!"       - Ура, - благодарно откликнулась я, - тогда я пока пойду билеты писать.       - Давай.       Я быстро ретировалась к себе, чтобы чем-нибудь не выдать своего нового соседа по черепушке, и с облегчением приземлилась в кресло.       Я могу говорить с тобой вот так, - обратилась я к Луффи, который, по звукам, явно пускал слюни в ожидании еды.       "Кстати да! - он отвлекся от мечтаний. - Как прикольно! Ты говоришь и рот не открываешь!"       Я говорю только для тебя.       "О, спасибо", - парнишка посмеялся своим фирменным смехом. Я слегка покраснела и надулась, потому что отчитывать его, как я и собиралась сделать, когда он так смеется, мне было бы довольно тяжело.       Когда ты говоришь в присутствии других людей, меня могут принять за сумасшедшую, - стала бурчать я. - Люди начнут издеваться надо мной.       "Тогда я надеру им задницы, - спокойно ответил Луффи без каких-либо размышлений. А потом заскулил. - Мне тут скучно, я только говорить и могу!"       Он был прав, я не могла отнимать единственное, что он способен был делать в нашей ситуации. Однако, если он действительно будет говорить, могли возникнуть некоторые проблемы. Мой взгляд упал на гирлянду, к которой были прицеплены изображения молодого капитана. На одной он улыбался настолько солнечно, что я в который раз сдалась. Пусть говорит. Слышать голос Монки Д. Луффи, который обращен именно к тебе на регулярной основе - звучит бредово, но почему бы и нет. Звук не из неприятных уж точно.       Ладно, но не говори уж слишком много, а то я не буду слышать окружающих.       "Хорошо!"- радостно воскликнул он и захихикал, на что я улыбнулась. Скучать уж точно больше не придется.