Так где же счастье?

Она стояла у окна, глядя на падающий за окнами дома снег, в комнате было прохладно и свежо. Она чувствовала, как легкие снежинки, кружась, оседают на землю, будто сама стояла на улице, среди начавшегося снегопада. Нахмурившись, Джинни убрала с лица прядку длинных рыжих волос и перевела взгляд на лужайку, где все еще стояли старые разбитые качели. В прошлом году они были сломаны упавшим на них деревом и теперь представляли собой абстрактную деревянную фигуру. Но девушка все равно не могла их выбросить, ведь это было воспоминание о ее детстве. Ее взгляд остановился на старом мертвом дереве, ветви которого упрямо тянулись к свету, а по весне появлялись у ствола молодые зеленые побеги. Оно всегда напоминало Джинни падшего ангела, стремящегося вернуться в небесные чертоги. На лице девушки впервые за последнее время появилась робкая улыбка. Мертвое дерево навевало мертвые воспоминания, самые болезненные из всех, но Джинни никогда их не отпустит. Она тряхнула головой, пытаясь отогнать грустные мысли, и прижала руки к груди, чувствуя стук своего сердца. Она с закрытыми глазами неподвижно стояла у окна, вспоминая время, когда в ее жизни не было пустого одиночества. Мрачная процессия медленно двигалась по улице в сторону небольшого храма. По мостовой шелестели черные траурные одежды, со всех сторон слышались сдавленные всхлипы, иногда переходящие в вой. «Слезы этих людей не по нему», - четно осознала Джинни: «Они оплакивают тех, кто был дорог им». Люди постепенно заполняли храм, который становился все более мрачным от обилия черного цвета и чувства невосполнимой утраты. Кто-то окликнул ее, но Джинни не смогла различить в толпе этого человека, слишком многие пришли попрощаться. - Я не могу здесь больше оставаться! – выкрикнула Джинни, и под взглядами толпы выбежала прочь. Ей было все равно куда, только бежать. Убегать от траурной процессии, от самой себя как можно быстрее, несмотря на стучащую в висках кровь…Она должна уйти. - От воспоминаний. - От него. - От своей единственной настоящей любви.