Мой последний экзамен

Минхо считал, что в выпускном классе самое страшное — это экзамены. Подготовка к ним, моральное давление со стороны учителей и родителей, аттестат, который должен быть исключительно с хорошими и отличными оценками, зубрёжка. Последние месяцы были для парня адом. И Минхо на тот момент времени серьёзно заверял, что если сможет пережить этот кошмар, то в жизни его больше ничем не получится напугать. Ли был уверен, что хуже, чем экзамены, ничего не существует. Вся эта нервотрёпка с итоговой аттестацией худшее, что придумало человечество. И вообще, если пройти этот тернистый путь и не свихнуться, то можно стать сверхчеловеком. Но, стоя на выпускном вечере, когда весь этот дурдом позади, Минхо понял, что ошибался, ведь у него остался ещё один последний экзамен. Тот, что весь такой нарядный и красивый тусуется в другом конце зала, мило общаясь с уже бывшими одноклассниками.

***

Минхо довольно хорошо сдал все экзамены, набрав баллов даже чуть больше, чем ожидал. Увидев последний результат, Хо впервые за долгое время расслаблено вздохнул. Дышать стало в разы легче, воздух казался свежее, а мысли резко исправились. Голова была приятно пуста, и Ли вновь наполнился любовью к жизни и миру. Теперь главной его проблемой — но в хорошем смысле — был выпускной. Костюм Мин подготовил себе заранее, купив с мамой его ещё зимой. Идеально выглаженный висел в шкафу на вешалке и ждал своего часа. Минхо не то чтобы прям хотел выпускного и считал до него дни, но чем ближе он становился, тем сильнее Ли чувствовал мандраж. Последний день, когда они соберутся своим классом, последний день, когда зайдут в школу, последний день, когда он будет рядом — близко. Как бы банально это ни звучало, но у Минхо есть та самая первая школьная любовь. Парень, с которым он сидел в третьем классе за одной партой; именно тогда он покорил сердце Ли. Хван Хёнджин, красивый, улыбчивый, солнечный блондин, забрался в голову Мина и никак не хотел выходить. На следующий учебный год их рассадили (просто так решил классный руководитель), и больше одну парту им делить было не суждено. Но одноклассник всё равно не покидал мысли Минхо, поселившись в них. И чем старше они становились, тем развязней, откровенней были эти мысли. И если поначалу Минхо активно пытался с этим бороться, то спустя полтора года своей «неизлечимой болезни» он просто сдался. С Хёнджином у них были нормальные отношения. Они могли перекинуться парой фраз, Хван дарил Хо свою яркую улыбку (от которой у Минхо пересыхало во рту, сердце уходило в пятки, ладошки потели) и называл старшего «котёнок Мин». Минхо правда был похож на кота, и все в классе могли обратиться к нему «кот» или «кот Ли», но у Хёнджина были особая привилегия и свой вариант, как позвать Мина. Говорил он так нечасто, но Хо может назвать каждый раз, когда слышал в свой адрес «котёнок Мин» от своего объекта обожания. Самый первый был именно в третьем классе, когда милый Джини, являясь соседом по парте Минхо, заметил, как Ли клюёт носом, сонно моргая глазами. Хёнджин тогда сравнил его с маленьким хорошеньким котёнком: отдал свой сок, сказав: «взбодрись, котёнок Мин», — думая, что это поможет. В ту секунду Минхо почувствовал, как горят его щёки. Сердце странно быстро-быстро билось, а в горле появился ком. Хо не сразу понял что это, но с возрастом осознание пришло. Пришло и принесло с собой целый вагон проблем. Минхо не мог назвать свою влюбленность болезненной: всё-таки Хван никак не задевал его чувства. Он всегда был с ним мил и ласково звал его тем обращением, когда, по мнению Хёнджина, Мин был очень уж похож на кота. Джин уделял Минхо внимание время от времени. Они не были особо близки, но всё-таки не незнакомцы. Ли никак не пытался проявить свою симпатию или же свой интерес к однокласснику, предпочитая молчать. Минхо надеялся, что это всё временно и оно само пройдёт. Но годы шли, а это «оно» не исчезало. Хо принял все эти чувства, признался в них самому себе, но вот Хёнджину нет. Было много вопросов и сомнений, которые пугали парня. Во-первых, он был даже не уверен, что Хван гей. Спросить о таком в лоб или через одноклассников Минхо не мог: это некрасиво и вызвало бы ряд подозрений и косых взглядов. Во-вторых, Мин понятия не имел, что к нему чувствует Хёнджин. Даже если предположить, что младшего привлекают мужчины, Минхо не мог знать, привлекает ли Хёнджина он сам. Хван не делал ему двойных намёков, не заигрывал, не подкатывал — так значит и оснований для веры во взаимность нет. Минхо также ничего не мог узнать о личной жизни одноклассника. Есть уже у Хёнджина кто-то или нет — тоже для Минхо загадка. И таких ребусов, увы, было слишком много, поэтому Мин не планировал что-либо делать и просто предпочёл жить с этой влюблённостью, надеясь, что скоро она уйдёт. И Минхо бы придерживался такого плана, но сегодня, в такой важный день, почему-то этого не хотелось. Выпускной вечер — его последний шанс побыть с Хёнджином, шанс пригласить его на танец, шанс сказать о том, что влюблён. Ли прекрасно осознаёт, что другой попытки не будет, и что если не сегодня, то просто никогда. И отказ вроде не кажется таким страшным: они вряд ли потом увидятся, разойдясь по разные стороны, поступая в разные вузы. Так что, если Хван его пошлёт, то Минхо сможет это пережить — парень уверен. Вот только коленки почему-то предательски дрожат, а по коже наперегонки бегают мурашки. Ли стоит возле столов с едой, потягивая шампанское из стаканчика. Из колонок играет современная попса, под которую отрываются его одноклассники, громко подпевая словам песни. Но Минхо нет до этого дела: он ждёт, когда в тех дверях появится особенный для него человек, чтобы пойти и пригласить на медленный танец. Сердце Мина давно уже лежит в пятках, слабо отбивая пульс, а у ног включён виброрежим на полную — Хо кажется, что так можно и упасть. В горле снова пересыхает, хотя он почти допил всё содержимое стакана. Минхо чувствует слабый страх. Отказ в любом случае оставит неприятный осадок, но что-то с этим сделать не выйдет: насильно на танцплощадку Хвана Минхо вести не собирается. Пока нет Хёнджина, Ли незаинтересованно обводит глазами школьный актовый зал, что им выделили под дискотеку. Минхо старается себя контролировать, но выходит плохо. Хёнджин так долго ему нравится, что он просто боится не суметь подобрать подходящих слов и в итоге опозориться. Краем уха парень слышит переговоры одноклассников и сошедшее с их губ «Хван». Сердце неприятно сжимается, Минхо делает пару шагов назад, чтобы лучше расслышать беседу бывших школьников. Из-за громкой музыки выходит плохо, но Минхо улавливает общую суть: не один он ждёт появления красавчика класса, и не только у него на Хёнджина планы. Оно и неудивительно, ведь Хёнджин всегда был популярен, но, что не типично для его «каноничного» образа, он добрый и открытый. Да, Хёнджин знает, что привлекательный, что своей красотой может сразить любого, но парень никогда этим не пользовался. Это одна из причин, почему он так нравится Минхо: у Хёнджина есть душа; он не просто кукла с витрины — он прекрасный человек с богатым внутренним миром. Его улыбка настоящая, искренняя, его смех не лживый, а самый милый, который довелось слышать Минхо. Хёнджин — не пустышка, а самая настоящая личность. О своих «конкурентах» Ли предпочитает не думать, чтобы не загоняться ещё больше. Помнится, Хёнджин никогда не баловал эту компашку вниманием, так что у Минхо вроде как есть все шансы. Самое главное — это не струсить и подойти. Хван же не убьёт его, верно? Он может согласиться и как друг, в этом же нет ничего такого. Ну кроме того факта, что они оба парни, но на дворе двадцать первый век, и это никого смущать не должно. Минхо окончательно опустошает свой стаканчик, ставит его на стол и берёт из вазочки первую попавшуюся конфету: леденец со вкусом кофе. Минхо не против. Он гоняет сладость во рту, смотря куда-то перед собой. Мысли съедают изнутри. Шампанское никак не расслабляет, и Мин уповает лишь на милостыню судьбы. Двери зала раскрываются, впуская свет с коридора и пару человек, что увлечённо что-то обсуждают. Минхо бросает на них взгляд и зависает. Рот сам раскрывается, недоеденная конфета падет на пол, прилипая к паркету. Он пришёл. Такой красивый, неземной. Ли даже слышит, как кто-то из той компании присвистывает. Злит, но сейчас не до них. Его личный Аполлон распустил свои шикарные блондинистые волосы, немного завив их. Строгий, но так идеально сидящий на нём чёрный костюм и белая рубашка подчёркивают стройность тела. — Невероятный, — одними губами произносит Минхо, не сводя глаз со своей любви школьных времён. Хван дарит улыбку одноклассникам и одноклассницам, что вмиг собрались вокруг него. Назвать сейчас Хёнджина просто красивым — преступление: он прекрасный, потрясающий, нереальный. Ли готов подобрать ещё тысячу синонимичных слов, но он не в силах больше что-либо сказать вслух. Как же он сможет подойти к нему… Проходит уже полчаса с прихода Хёнджина. Минхо бросает на него тяжёлые взгляды и вздохи. Парень берёт уже третий чупа-чупс из всё той же вазочки, пытаясь хоть как-то унять нервы. За это время к Хвану успело подойти человека три, видимо, позвать на танец, но Хёнджин ни с кем не шёл. Это радует Мина, но кто сказал, что и ему не откажут? Играет второй медляк, а Минхо так и стоит на месте как вкопанный, повторяя про себя, что скоро решится пригласить Хёнджина на танец. Но всё никак не идёт к нему. Ноги будто бы приросли к полу, а голос резко пропал. Ли постоянно высматривает младшего, чувствуя, как каждый раз пропадает пульс. Хёнджин так и стоит в своей компании, с которой пришёл, болтая с ними, но выглядя при этом немного грустным. Возможно Ли так кажется, но Хёнджин почти не улыбается. Может, у него нет настроения, а тут ещё и Минхо со своим предложением потанцевать. Но вдруг у Мина получится его развеселить; может быть, Минхо тот, кто нужен Хвану? Ли мотает головой, отгоняя такие мысли. Ему нельзя себя обнадёживать: потом больнее будет. Начинает играть очередная популярная попса, на которую Минхо не обращает никакого внимания. Его волнует лишь Хёнджин, что лениво покачивается в такт музыки. В голове всплывают собственные слова об экзаменах. Он же говорил, что они самое страшное, и что после них слово «страх» ему больше не знакомо. Так почему он не может просто подойти к своему однокласснику и позвать его на дурацкий танец? Его же не съедят. Так что он теряет? Это его последний и, наверное, самый главный экзамен, и его завалить Минхо точно не может. Сделав глубокий вдох-выдох, Ли сжимает от нарастающего волнения руки в кулаки и начинает медленно, но вполне решительно идти в сторону одноклассника. Минхо привлекает чужое внимание, Хван поворачивается к нему и ждёт, когда Ли подойдёт. Мин старается отгонять от себя все плохие мысли, контролирует своё дыхание и наконец достигает своей цели. Его глаза встречаются с глазами Хёнджина, что так красиво подведены чёрной подводкой. Минхо собирает все свои силы в кулак и старается уверенно смотреть на парня напротив. Бабочки внутри затаили дыхание, перестав порхать. — Привет, Джини, ты не хочешь со мной потанцевать? — выпаливает Минхо, не моргая. — Привет, с удовольствием, — и, кажется, первая за весь вечер искренняя улыбка на губах Хёнджина. Та самая, в которую так влюблён Минхо. — Что? — Мину послышалось? — Да, я потанцую с тобой, — чуть громче говорит Хёнджин и протягивает свою ладонь Минхо. Ли глупо хлопает ресницами и пялится на неё, пока не приходит в себя. Он отмирает, по-дурацки улыбается и берёт младшего за руку, уводя на танцпол. Они становятся друг напротив друга. Хёнджин приобнимает Ли за плечи, двигая к себе ближе, в то время как Минхо совсем не знает куда деть свои руки. — Ты можешь положить их на мою талию, — будто бы читая мысли, спокойно говорит Хёнджин, заставляя Ли вздрогнуть. Ладошки оказываются там, где Мину сказали, а сам парень стыдливо смотрит в пол. Они не спеша покачиваются под какую-то неизвестную им популярную песню. Минхо чувствует, как бешено бьётся его сердце, как горят кончики ушей, как голова отчего-то кружится. Запах духов Хёнджина проникает в самые лёгкие, пьяня бедного влюблённого Ли. Неожиданно в зале становится чуть темнее, местный диджей объявляет медленный танец, прося всех на него пригласить своих вторых половинок. Момент кажется Минхо слишком интимным, даже чересчур. В горле ком, ладони потеют, и парень уже сам не знает, чего хочет. — Будешь моей второй половинкой? — тихо спрашивает Хёнджин на самое ухо, опаляя своим дыханием, пуская этим по коже Хо мурашки. Минхо незаметно вздрагивает и смотрит непонимающим взглядом на Хвана, что абсолютно спокоен. — Не хочешь? — Хочу, буду… — резко и громко выдыхает Мин, пугая немного Хёнджина. — Да, я буду твоей второй половинкой, — уже более спокойно произносит Минхо, слабо улыбаясь. Бабочки начинают щекотать живот, порхая как ненормальные. Ноги предательски трясутся, на лбу появляются капельки пота. — Отлично, я рад, — Хван приподнимает уголки губ. — Тогда я сделаю так, — голова Хёнджина опускается на плечо Минхо, его руки обвивают шею старшего. Хван довольно близко прижимается к Мину, прикрывая глаза. — Не против? — Нет, — Ли сглатывает, позволяя себе крепче обнять Хёнджина. Они плавно качаются из стороны в сторону, утопая друг в друге. Минхо счастлив. Для него всё вокруг перестаёт существовать и иметь какое-либо значение. Он дышит полной грудью лишь самим Хёнджином и его одеколоном. Мин пропитывается Хваном, и ему это очень нравится. Они нелепо танцуют, освещённые диско шаром, наслаждаясь их близостью. Минхо готов сделать, что угодно, лишь бы не нарушать этот момент, лишь бы остаться в нём навсегда. И это возможно: ему просто надо сказать одну простую фразу из трёх слов, чтобы попытаться сохранить эту нить, что образовалась между ними. Правда, он может и легко разрушить её, получив отказ, но это явно лучше, чем молчать. — Ты мне нравишься. — Что? — Хёнджин поднимает свою голову, отрывая от чужого плеча, и немного ошарашенно смотрит на старшего. — Ты мне нравишься, Джини. С третьего класса, как стал моим соседом по парте. — Ого… и почему ты так долго молчал? — Я был уверен, что мои чувства не взаимны, — с досадой в голосе отвечает Минхо. Их руки всё ещё находятся на тех местах, где были, тела всё так же соприкасаются. — Дурак, — по-доброму говорит Хёнджин, улыбаясь. — А? — Вот не понимаю, тебе обязательно было до выпускного тянуть с признанием, да? — Хван наигранно хмурится, цокая. — Ты о чём? — Минхо ничего не понимает, сводя брови к переносице. — Ты мне тоже нравишься, котёнок Мин, — счастливо заявляет Хёнджин, широко улыбаясь. — Что? — Да. Мне сложнее сказать, когда это началось, но в третьем классе ты точно привлёк меня, — Хёнджин задумывается на мгновение, после снова хмурясь. — Ты такой противный, — Хван несильно толкает старшего в плечо. — Ты меня так долго ждать заставил. Знал бы — согласился бы потанцевать с кем-нибудь другим, чтобы ты там стоял и пыхтел от ревности, — Хёнджин обиженно фыркает и вновь обнимает Минхо за шею. — В смысле? Заставил ждать? — Я весь вечер, как дурак, стоял и ждал, когда ты подойдёшь ко мне. Я уже думал, что ты никогда не решишься. — Ты… ты ждал? — глаза Минхо медленно ползут на лоб. — Ждал. Да я ради тебя так вырядился, чтобы ты меня заметил. А то обычно втихушку глазами прожигаешь, а как говорить со мной — так краснеешь и сбегаешь. Бесишь. — Джини… я не знал… не знал, что мои чувства взаимны, — Минхо хлопает губами, как рыба на суше, не в силах найти слова. Он просто не может поверить, что тот, кого он так трепетно любил все эти годы, тоже имеет к нему чувства. — Ещё бы ты знал. Если только сталкерил за мной и смотрел исподтишка. Хоть бы раз первым подошёл. Я уже думал принять приглашение Чанбина на этот чёртов танец. — Спасибо, что не сделал этого и дождался меня, Джини, — Минхо смотрит влюблённым взглядом, берёт руки Хёнджина в свои и оставляет нежный, еле ощутимый поцелуй на тыльной стороне ладони младшего. — Сегодня я смог найти в себе силы подойти к тебе первым, и я рад, что решился на это, — у Хёнджина на щеках вспыхивает румянец. Он внимательно следит за действиями Мина, позволяя дальше покрывать свои руки поцелуями-бабочками. — Прости, что был трусом всё это время, что заставил тебя ждать. — Это уже не важно, главное, что ты пришёл ко мне. — А ты принял меня, — Минхо изучает глазами лицо любимого, задерживаясь на губах. Такие пухлые, утончённые, накрашенные каким-то блеском. Они снились Ли, он мечтал о них. Всё нутро кричит «Целуй!», но тут слишком многолюдно. Минхо не хочет, чтобы на них все глазели. — Ты будешь со мной встречаться? — Мин говорит негромко, но Хёнджин его всё равно слышит. Сердце сбивается с нормального ритма, а ладони в чужих руках потеют. Хван поднимает слишком серьёзный взгляд на старшего, чем немного пугает его, поэтому тут же смягчается, смотря уже как-то по-хитрому. — Джини? — Пойдём за мной, котёнок Мин. Не давая Минхо сказать и слова, Хёнджин хватает его за кисть и куда-то тащит за собой. Проводит мимо друзей, крича им, что уходит, и ведёт Ли на выход из зала. Тянет по слабо освещённым коридорам в неизвестном для Минхо направлении. Мин бы рад узнать, куда его ведут, но молчит, без раздумий доверяя себя Хвану. Хёнджин толкает дверь какого-то кабинета, заходит туда, затаскивает следом Ли, отпускает его руку и закрывает за собой на замок дверь. Минхо планирует спросить, что тот задумал, но не успевает: его прерывают губы Хёнджина, что накрывают его собственные. Хван хватается за пиджак старшего, притягивает к себе ближе, толкая к стене. Минхо замирает, не ожидав подобного поворота событий. Его отрезвляют легкие покусывания, которые совершает Хёнджин с целью намекнуть, что неплохо бы ответить на поцелуй. Ли быстро приходит в себя, обвивает тонкую талию, вжимаясь в младшего, и перехватывает инициативу. Они целуются так сладко, томно, нежно. Минхо меняет их местами, прижимая к стене уже Хёнджина, терзая чужие губы. Пустой класс заполняют причмокивания и сбившееся дыхание обоих. Минхо гуляет руками по такому желанному телу, не выходя за рамки приличия. Спускается поцелуями ниже, достигая шеи, касаясь губами каждого сантиметра кожи. Оставляет совсем маленькие засосы, ожидая на них реакцию, но Хёнджин лишь прижимает Мина к себе, запрокидывая голову. Минхо воспринимает это как зелёный свет и, уже не сдерживаясь, атакует шею парня, покрывая белоснежное тело красными пятнами. Хван тихо стонет, сжимая в руках одежду Минхо, слегка прогибаясь в спине. — Ты мне так и не ответил, — Минхо отрывается от младшего, поднимая на него затуманенный взгляд. Хёнджин смотрит в ответ таким же, учащённо дыша. — А разве не понятно? — Хван устало выдыхает. — Более чем понятно, но я бы очень хотел от тебя это услышать. — Да, мой котёнок Мин, я буду с тобой встречаться. Счастлив? — Очень, — Минхо накрывает губы возлюбленного, утягивая в новый, более страстный и раскрепощённый поцелуй. Хёнджин незамедлительно отвечает, крепче цепляясь за Ли. Их языки соприкасаются, устраивая свою, ведомую только им двоим борьбу, где ни один не хочет уступать. У Хёнджина подкашиваются ноги, секунда — и он упадёт. Минхо чудом это вовремя замечает и, не отрываясь от губ младшего, подхватывает его на руки, разворачивается и несёт к ближайшей парте, усаживая на неё. Хёнджин обвивает ногами талию Хо, притягивая к себе максимально близко, не желая больше отпускать. Пиджаки поочерёдно слетают с обоих. Сначала Минхо стянул его с Хёнджина, затем Хван — со старшего. В кабинете становится слишком жарко, их тела пылают от таких ласк. Минхо сжимает ладонями бёдра Хвана, выбивая их него стон, который Ли ловит губами. Хёнджин мнёт в руках рубашку Мина, сжимая ткань до белых костяшек. Они оба ждали этого слишком долго, оба грезили об этом, что сейчас чувства так сложно контролировать. Их потаённые желания выходят наружу. — Хо, — с одышкой шепчет Хёнджин. — Хо. — Да? — Минхо слишком увлечён шеей младшего, что голос Хёнджина доходит до него, как сквозь пелену. — Ты хочешь… сделать это здесь? — Хван закусывает нижнюю губу, дабы не закричать, пока Минхо начинает выцеловывать его ключицы, расстегнув верхние пуговицы. — Что? — Ты хочешь заняться со мной сексом здесь? — сбивчиво повторяет Хёнджин. — Что? — до Минхо как в тумане доходит вопрос младшего, и он подвисает. Взять Хёнджина прямо сейчас? Это будет правильно? Они же только начали встречаться, разве так можно? — Нет. — Нет, потому что ты не хочешь меня? — голос Хёнджина дрожит. — Что ты?! Конечно хочу! Просто пока рано, малыш, — Минхо оставляет на губах Хёнджина чмок. — Мы только признались друг другу в чувствах, так что, думаю, с таким стоит подождать. Да и у меня нет собой ни смазки, ни презервативов. А на сухую или через слюни я тебя растягивать не собираюсь. Не хочу, чтобы моему Джини было больно, — Мин трепетно проводит ладошкой по щеке Хвана, гладит, пока тот ластится к ней, как котёнок. — Ты такой драгоценный, Хо, — чуть ли не мурлычет парень. — Теперь ты похож на кота, — Минхо улыбается. — Перенял у своего парня, — парирует Хёнджин, целуя Ли в нос. Они молчат, но им комфортна эта тишина. Их взгляды направлены друг на друга, в глазах — целая вселенная, центром которой является бывший одноклассник, что стоит напротив. Кажется, Минхо успешно, даже отлично, сдал свой последний экзамен. — Хо. — Да, милый, — Минхо заботливо убирает выбившуюся прядь за ухо Хвану. — Мне, конечно, приятно, что ты у меня такой джентльмен, но теперь у нас есть небольшая проблемка. — Какая? — У меня встал, — как гром среди ясного неба. — И у тебя, судя по всему, тоже. — Ну… мы можем по очереди здесь, или давай я пойду в туалет, а ты тут, или давай наоборот, — бормочет Минхо себе под нос, отводя взгляд. Он смущён таким раскладом, а в штанах и правда неприятно давит. — Или мы просто поможем друг другу, — Хёнджин загадочно и неоднозначно ухмыляется, обвивая руками шею старшего. — Что? — Не веди себя, как десятилетний школьник. Мы взрослые люди, к тому же в отношениях, — Минхо хочет добавить, что их отношения длятся от силы минут десять-пятнадцать, но Хёнджин опережает Хо, кладя палец на губы Ли. — Да, да, пусть и только начали встречаться, но знаем друг друга лет восемь точно. Так что не вижу проблем в оказании взаимной помощи. — Ты прав, Джини. Минхо, не отрывая глаз, целует подставленный к его губам палец, отчего у Хёнджина перехватывает дыхание. Он шумно выдыхает, не убирая руки. Минхо спускается поцелуями ниже, лаская губами чужую ладонь. Ли вновь подходит вплотную к младшему, припадая к такой излюбленной шее, зацеловывая её. Хёнджин подставляется под поцелуи, запрокидывает голову насколько может и тихонечко постанывает, зарываясь руками в пряди Мина. Минхо спускается губами к груди, расстёгивая оставшиеся пуговки, выпуская их из петелек. Ли ведёт дорожку поцелуев по тяжело вздымающейся грудной клетке младшего, уделяя внимание каждой частичке кожи. Доходит до набухших сосков, поочерёдно играясь с каждым — вылизывая, покусывая их. Хёнджин закусывает свою ладонь, чтобы не застонать в голос, второй продолжая сжимать волосы старшего. Им слишком хорошо сейчас, до одури. Хёнджин опьяняет Минхо покруче любого алкоголя — ни одно шампанское с ним не сравнится. — Минхо… — томно выдыхает Хван, сильнее выгибаясь. — Хорошо, малыш, — Ли не нужны слова, чтобы понять, чего хочет младший. Красные щёки, сбившееся дыхание, мокрые прядки, что липнут ко лбу — всё это говорит само за себя. Минхо опускает руку на пах младшего, начиная слабо массировать сквозь брюки. Хёнджин протяжно стонет, ногтями впиваясь в плечи Мина. Ли медленно водит пальцами по вставшему члену Хёнджина, слегка зажимая его, наслаждаясь реакцией Хвана на его махинации. Минхо довольно улыбается, продолжая изводить парня, что готов скулить. — Котёнок… Мин… пожалуйста, — Хёнджин пытается губами ловить воздух, который ему сейчас так необходим. Он ёрзает на старой скрипучей парте, не в силах ровно и спокойно сидеть. — Как пожелаешь, принцесса, — Минхо любовно целует Хёнджина в щёку, принимаясь расстёгивать чужие брюки. Хван двигается к краю и тоже тянется к чужой ширинке. Они одновременно касаются возбуждённых органов друг друга, освобождая их от ткани, что неприятно сковывает. Парни дышат в унисон, громко, прерывисто. Они доставляют удовольствие друг другу, надрачивая. Оба сгорают в этих ощущениях, в этих чувствах, но не пытаются что-либо с этим сделать. Отдаются этому безумству, становясь его частью. Их тела соприкасаются, трутся друг о друга. Темп ускоряется, движения становятся быстрее, приятней. Они стараются быть тише, целуясь, как ненормальные. Будто бы чужие губы сейчас нужны, как вода в засуху, как воздух под водой. Для них так и есть. Годы ожидания дают о себе знать: они не могут оторваться друг от друга. Прилипли и не пытаются отдалиться. Оргазм накрывает обоих, парни кончают в руки. Хёнджин пачкает белую рубашку и немного штаны Мина, в то время как Минхо — живот и брюки Хвана. — Чёрт, — выдыхает Минхо, оценивая критичность ситуации. Чистой рукой убирает волосы с лица, зачёсывая их назад. Тишину в кабинете нарушают лишь их вдохи-выдохи; парни пытаются привести своё дыхание в норму. — Нужно как-то проскочить в туалет. — Он не далеко. Можем в учительский пойти. Там никого не должно быть, — предлагает Хван, аккуратно слезая с парты. — Хорошо, одевайся, — Хёнджин вопросительно выгибает бровь. — Хотя бы просто прикройся. И спрячь своего, — Минхо тушуется на секунду, — друга. — Понравился? — лукаво спрашивает Хван. — Очень, быстрее давай, — Мин кое-как пытается одной рукой подтянуть штаны с трусами, он плюёт на ремень, просто застёгивая на молнию. Хёнджин делает то же самое, сумев даже застегнуть две пуговицы посередине. Ли берёт их пиджаки с пола, достаёт из своего кармана платок и обтирает им руку. — У тебя был платочек? — хмурится Хёнджин. — Я забыл о нём, только сейчас вспомнил, — грязный кусок ткани Ли брезгливо комкает, сжимая в кулаке, подходит к двери, отпирает её и выглядывает, исследуя коридор на наличие кого-либо. — Пошли, пока пусто. Парни стараются идти быстро, но осторожно, постоянно оглядываясь. Двигаются вдоль стены, не издавая ни звука. Музыка хорошо слышна из актового зала, так что их шаги теряются на её фоне. Минхо толкает дверь в уборную, проверяя, занято там или нет. Туалет свободен, Минхо заходит первым, Хёнджин — за ним. Ли вешает их пиджаки на крючки, пока Хван включает воду, чтобы наконец сполоснуть ладонь. Минхо присоединяется к нему, бросая платочек в раковину. Они с мылом моют свои руки, задрав рукава. — Мать убьёт меня за рубашку, — Минхо пытается оттереть пятна на белоснежной ткани, что выходит так себе. — Так не видно же, — Хёнджин делает то же самое, но со своими брюками. — Пятна-то всё равно есть, и выглядят они иначе, чем просто от воды. Мама точно заметит. — Надо просто быть аккуратней, — умничает Хван, мучаясь со своими штанами. — Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы говорить мне это? — Ли выбивает бровь, бросая на парня неоднозначный взгляд. — Нет, не кажется, — Хёнджин невозмутимо жмёт плечами, на что у Минхо с уст слетает смешок. Вскоре они оба расходятся смехом от абсурдности ситуации, прекращая свою «стирку». Их взгляды встречаются, а губы как-то сами вновь находят друг друга. Если бы экзамены у Ли были такими, как этот последний, то он бы сдал все до единого на высший балл.