Фиолетовая маньячка

      Всю дорогу до леса я думал о Голди, представлял её такой возбуждённой и желая меня, но теперь такой грустной, одинокой и разочарованной, желая моего тепла и любви, предлагала себя и никто не заставлял её, но вместо этого я как последняя скотина взял и сбежал, будто поиграл и бросил или получил что хотел и ушёл, но она не знает и никогда не узнает всей правды и что это ради её же блага, ибо такое можно ещё пережить, а вот когда узнает о выкидыше, то это будет ещё больнее. У меня не было выбора и когда приду домой, придётся прогнать её. Это будет трудно для нас всех душевно, но что я могу поделать? Любой бы другой и такой же как я понял меня и сказал, что всем нам приходится делать трудный путь и выбор иногда придётся делать болезненный.       Лес, горы, да и вообще где сама природа доминирует – это всегда дом для нас. Она могла услышать наш крик души, нашу боль и исцелить, но нужно просто услышать её зов, который не каждому человеку дано, а порой и вовсе не услышат. Вот мой настоящий дом и моё место, которое я забыл с этими городами и обязанностями человека, а ведь мне скоро и в армию идти, я чувствую это и надеюсь там будет рядом с природой, куда меня увезут. Как я скучал по этим звукам: тишина, пение птиц и ощущение безопасности, словно ты пришёл к маме, которая обнимет тебя, поймёт и заберёт подальше от этого зла. – Нет, люди никогда нас не примут и не поймут. – сказал я себе и выдохнул.       Некоторые оборотни верят в принятие и понимание людей нас, но тысячи лет проходят, а что в итоге? Мы для них монстры и всегда ими будем, а природа это всего лишь зверь для них, которую нужно подчинить или убить за неподчинения. Вечно люди только и делают и хотят, что убить или подчинить, унизить и причинить боль, а ещё и нас чудовищами называют и играют в богов, хотя они понятие не имеют что значит творить жить, ведь убить, уничтожить гораздо проще, чем восстановить и создать жизнь и Бенни и Тим говорили тоже самое. Люди, вот кто настоящие монстры и только сейчас я понял их ход мыслей. Все они убивают природу, всю планету, забирая у неё всё, а остальные жизни укрощают или вообще убивают, а твари такие живут и процветают. Вот жаль что мы, оборотни, не может быть судьями и решать, кто из людей умрёт, а кто выживет, мы навели тогда порядок и мир процветал. И всё из-за страха старейшин и древних перед непринятием нас, а ведь могло бы всё быть иначе. Помню, как мне дедушка говорил, что не смотря на священную нашу тайну, находились люди, которые верили в наше существование без фактов и доказательств, просто начитались книг выдуманных и фильмах, а после сидят такие и говорят "а может такие существа действительно существуют, а не больная фантазия?" и собирали вещи и искали нас под полной луной и если находили, то давали по собственному желанию к трансформации и таких было достаточно, что удивляло матёрых сначала, подозревали в обмане, давали испытания на силу, выносливость, хитрость и самое главное преданности и честности, чего было не в каждом человеку и если справятся, если результат удовлетворит старейшин, то будут они одними из нас, если нет, то раньше загрызали, не желая рисковать и отпускать, ведь если и по клянутся молчать, то сломаются или их сломают и раскроют правду, теперь мы просто оглушаем их, заставляем потерять сознание и читаем заклинание "забвение", после чего мы для них всё так же выдумка и уходят. Были и плохие люди, кто давал намеренно согласия и было это частью их тёмного плана, но явно недооценивали нас и хотели использовать только для начала своего хаоса, кровопролития и подчинения. Наивные и тупые, раз думают обмануть нас и считать, что превращение на равне с отдаванием чего-то, но вместо этого пробуждается, внезапно, животный страх и попытка побега – это всё часть "нашего" плана. Они паникуют, убегают сломя голову, пока мы играемся с ними, преследуем, а потом отстаём и снова догоняем и преследуем, так вплоть до выхода из леса, а потом игра окончена, ловим их, медленно вонзаем когти в конечности, до полной парализации, отрываем уши, пробиваем череп, пока не дойдём до мозга и только потом убиваем этот гнилой мозг. Всё зависит от морально сгнившего душой и мозга человека.       Наконец я дошёл до нашей избы глубоко в лесу, где услышал вой волков, настоящих волков, которые делают перекличку среди стаи. Волки тоже были нашими друзьями, все подвиды и они чувствовали истинную нашу сущность. Мы помогали волка в случае чего опасного, по типу нападение более опасного хищника для них или от браконьеров или вытащить из ловушек, после чего получали долю добычи столько, сколько нам нужно и уходим. Я не завыл в ответ и вошёл внутрь избы, где мой дедушка был на охране дома и только благодаря тому, что почувствовал мой запах на длинном расстоянии, оставался спокойным и готовился к моему приходу. Деду было уже 77, но двигался он так же как и в молодости, плавно и резко, как молодой взрослый хищник, телосложение не было как у людей стариков, оно было атлетическим и без морщин таких уж заметных, волосы полностью посидели, как чистый снег сейчас на улице. Он подошёл ко мне и молча обнял, а я его в ответ. – Давно не виделись, Гера. – хрипло и серьёзно, но не холодно начал он разговор. – Взаимно. – ответил я с уважением и теплом. – Я тоже скучал, дедушка. –       Мы разорвали объятия и жестом дед указал мне на стул, рядом со столом у окна и я сел, осматривал большую избу, которая была сделана из разных видов деревьев, смазанных лаком и утеплёнными. Когда мы переехали в Америку, это место было таким, что плакать хотелось, но мои родители и родители по папиной и маминой линии смогли быстро восстановить, ещё и улучшить, спустя пару лет, пока я учился в 10-том и 11-том классе уже в этой стране, потом я уехал в общежитие, после поступления в универ и когда они закончили стройку, я уже жил там. Если бы не долгая доставка необходимых ресурсов, то раньше бы улучшили сторожку. Долго стоять так будут изба, а вдобавок ещё и ухаживание за ним, заменой старых брёвен или досок на новые, а ресурсов у них достаточно и денег на это, того и глядишь и внуки моих детей переживёт этот дом. В избе так же был большой и глубокий подвал, в котором хранится разные вещи в одной стороне, в другой еда. Электричество делали мои родители и их родители, сами, благодаря современным знаниям и ресурсам. Наверху был чердак, который тяжело назовёшь чердаком, больше всего вторым этажом, где тоже был уют. Не знаю где они именно на всё это собрали столько, но с большой вероятностью заказывали из других городов и стран, чтобы построить такой лесной мини-особняк, чем сторожку. Когда постройка была закончена, родители моих родителей ушли до своих домов, но иногда приходили. – Где мама с папой и остальные? – спросил я его, тем самым нарушил тишину и поднял взгляд на него, встречая более смягчённый взгляд дедушки. – Они на работе, а ты что так рано пришёл? Обычно тебя трудно разбудить, а тут почти в 8 часов пришёл. – – На работу устроился на ночную смену, точнее работал. – он промолчал, ожидая продолжение услышать. – Сам, если честно, не понимаю что случилось, да и долго объяснять. В общем, меня уволили и сейчас я планирую на неделю, пока, отложить эти человеческие обязанности и потренироваться как человек и как оборотень. – он кивнул с пониманием. – Похвально. А ты уже решил как будешь праздновать свой день рождения, внучек? – не удивило меня, что он помнит о моём дне рождении. – Здесь встречу его, со своей родной семьёй. – улыбнулся я и тот улыбнулся в ответ, показывая свои белоснежные зубы, которые и не планировали выпадать, всё было ровно и на месте. – Вот это мой внук. Многие люди предпочитают праздновать такой день со своими жёнами и детьми, забывая о своих родных родителях и дедушек с бабушкой. – – Но мы то не люди. – сказал я так, словно он ожидал моего ответа и специально замолчал, не договорив, на что так и есть. –       В доме повисла тишина, все ждали прихода моих родителей. Внезапно я уловил вдалеке запах волка, который приближался к нам спокойно, без страха и без каких-либо ранений или болезней. Я посмотрел на дверь, в которой была меленькая дверца, которую волк своей лапой открыл и вошёл внутрь, подошёл поближе и посмотрел на новое лицо, меня. Мы смотрели друг другу в глаза, изучали и не испытывали никаких отрицательных эмоций, просто изучали молча друг друга. Волк издал фыркающий звук и встав на задние лапы, передними держался за стол и спокойно стащил вниз свиное бедро, словно это принадлежало ему и это не удивило меня, ведь если волки не смогли что-либо найти, то приходят к нам. Схватив мясо, ушёл из дома, а дед закрыл дверцу. – Он увидел в тебе ещё щенка несовершеннолетнего, по их цифрам. – я не ответил.       Наконец, когда родители пришли, я обнаружил ещё и двух пацанят, которые, очевидно, были моими братьями и судя по тому, что они ещё не в шкурах людских, им меньше 7, а значит мне было уже 16 лет. Они выли себя уже как разумные человеческие дети, любопытные, осматривали и обнюхивали меня. – Это ваш старший брат. – заговорила мама, обращаясь к ним.       Волчата посмотрели на маму, потом перевели взгляд на меня, облизывала меня, приветствуя и признавая меня своим старшим братом, после чего разошлись, убегая в комнату. – Ну, сын, рассказывай всё, что было у тебя после ухода из нашего дома в человеческое общежитие. –       Я рассказал им всё, кроме пиццерии и аниматроников, как я ещё не женился и не отец сам. Никто меня не осуждал, поскольку мои родители сами не были моего возраста тогда, а потом мы начали наше празднование моего дня рождения. Мы все, кроме моих младший братьев, что напоминали мне Бенни и Тима, сбросили одежду и приняв истинный облик, побежали по лесу, завыли и другие оборотни и волки в лесу услышали, призвали нас и как только мы прибежали к образовавшемуся кругу из этих же оборотней и волков, в центр вышли мои братья, именуемые как Сергей и Дмитрий и другая молодежь. Они все начала тренировочную разминку, потом перед всеми нами начали показывать, как они подросли в физическом и умственном плане, чтобы доказать, достойны ли они уже стать полноценными охотника в одиночку. Кто-то по-взрослее готовились к выпускному экзамену. Поскольку я экзамен давно уже прошёл, способен противостоять матёрым и сам являюсь по опыту матёрым, я тоже имел права оценивать и указывать на ошибки, как и другие взрослые. Сами волки были последними, после оборотней и тоже начали тренироваться, учились противостоять друг другу и использовать хитрость, да и вообще ум, не смотря на врождённом факте о цели убить, а не драться с противником, хоть и был это всего лишь спарринг. Не смотря на эти оценивающие бои, не являлось моим подарком, даже не планировали этого моя стая и когда все закончили, разошлись по своим делам, а я с родителями продолжил бег, но из-за детей, за которыми нужен глаз да глаз, чтобы не получилось нам по полной разогнаться, того и глядишь оторвёмся от них. Вернулись домой уже спустя 7 часов, где начали устраивать пир, который несильно отличался от человеческих. Малышня ушла наверх отдыхать. Мне подарили исключительно еду, деньги, поскольку зачем нашему виду какие-либо другие подарки, которые нам не нужно или не пользуемся? Только плюс ещё один хлам для сборки пыли и убирать ещё это. Деньги мне как раз пригодятся, а то покупать еду не на что. И эликсир, который пили ещё наши предки, для усиление физических способностей во время очень серьёзных битв, но поскольку таких серьёзных монстров не было уже давно, по типу динозавров или драконов, я не принял его, да и зачем? Я не привык к такому применению, да и вообще предпочитаю без каких-любо усилителей. – Молодец, так и нужно поступать. Проверка пройдена. – – Проверка? – спросил я у мамы, что держала флакон этот. – Да, проверка. Никто на самом деле не принимал такое эликсиры в прошлом, да и вообще это выдумка. – она открыла флакон и там всего лишь была кровь оленя, жидкость которую вылила в огонь, что был в камине. – Они использовали исключительно свои собственные силы и гордились своими достижениями, полученными шрамами в бою и рассказывали историю молодёжи, чтобы те брали пример и не хвастались перед кем-то. Никаких усилителей, как принимали те самые ведьмаки. –       Пока мы праздновали, я вспоминал снова о пиццерии, аниматроников, включая Голди, неизвестно у меня ли она ещё и о Веронике и Ванде, которая больше не была в моих интересах, а ведь если и что-то получилось, то кто знает, как она примет факт обо мне и о том, что будет ждать её, поскольку не все соглашались становиться одними из нас, поэтому мы давали им выбор: или согласись по своей воли и мы будем жить счастливо, либо ты просто забудешь обо мне и узнавшем. Принудительно никто не заставлял. Наивные люди думали, что их просто отпустят, но вместо этого получали забвение и уходи с непониманем "почему я здесь?" и просто возвращались к своим человеческим жизням. Обидно, да, но мы не те же самые волки, которые после гибели пары желают и идут к смерти спокойно, вместо этого снова ищем других, достойных пар, которые согласятся. Если я привёл сюда Ванду, то что-то мне подсказывает и таком же случае, поэтому даже и хорошо, а вот Голди, если была человеком, то с больше вероятностью согласилась на такую трансформацию. Если любишь кого-то по настоящему, то готов немного пожертвовать чем-то, но из-за аниматронного тела Голди трансформация просто напросто невозможно и это вызывало у меня печаль и чувство несправедливости. Из раздумий меня вывел толчок в плечо. – О чём задумался, Герасим? – спросил меня отец в человеческом обличие. – Ни о чём. – ответил я ему, продолжив смотреть в одну точку. – Ну я же вижу, что ты чем-то обеспокоен, так расскажи. – все согласились и настаивали на мой ответ, да и вообще хотели узнать как у меня идут дела на личном фронте.       Я сглотнул, представляя их лица, если всё им расскажу и их предполагаемое недовольство и неодобрение напрягало меня, поэтому я отказался объяснять и ответил вдобавок, что я постараюсь всё сам решить. Настаивание не было.       Тут же резко, как шишка на голову, мне пришла мысль. – "Четверка предназначена для развлечение детей и как желание радовать мужчин в постели, но при этом, во время исследования помещения, я не нашёл никаких намёков и способов на предохранение, а с учётом того, что пиццерия давно существовала, то забеременеть они н смогли, поскольку в первую очередь являются роботами, как их не улучшали и не делали живыми, они всё равно в первую очередь машины, а значит у них не должно быть такой способности как оплодотворение от мужчины. Это значит, что если я и пересплю с Голди, то она не залетит от меня." – подумал я и мои глаза расширились и ненависть к себе пробудилась, что почувствовали другие. – У тебя точно всё хорошо? – беспокоилась теперь мама. – "Как я мог об этом сразу не подумать, принял её за живую фурию и не подумал в первую очередь об их истинной сути? Я полный дебил" – проигнорировал я вопрос мамы и встал со стола. – Стая, спасибо вам большое за поздравление и пожелание. Мне пора. – закончил я на этом семейное проживание и одев куртку, попрощался со всеми, обнял и вышел из дома. – "Я иду, Голди. Только бы ты не обиделась и не ушла." – подумал я и до города я бежал, а в самом городе шёл быстро и широким шахом.       Наконец я пришёл и зашёл в дом, вдыхал запах и звал её. Уловил запах чего-то сладкого и зашёл на кухню, встретил скромный торт шоколадный, такой же, какой мне делала Кессиди, моя первая человеческая подруга в универе, до тех пор, пока она не уехала в другую часть города для поступление на высшее. Я подошёл к торту и там было написано "с днём рождения!", причём таким же почерком, какой был у Кесс. – Нравится? – услышал я её голос и обернулся. Я загрустил и обнял её, заключил губы в поцелуй и Голди не противилась, наоборот отдалась и приняла. Когда поцелуй был разорван, я посмотрел извиняюще ей в глаза. – Прости меня, за то что сделал тебе такую боль. – извинился я тихо и положил подбородок ей на плечо. – Я и не обижаюсь на тебя. – так же тихо ответила и крепче обняла. – Я понял, что не ты, не аниматроники в пиццерии не смогут забеременеть, а я как трус себя вёл. – – Ты не трус, Гера и можно понять твоё опасение. – ещё более тихо прошептала мне на ухо она и повисла тишина, пока мы взаимно наслаждались моментом близости. – А теперь. – прервала она тишину. – Давай отпразднуем этот момент вместе, как в старые добрые. –

Jeremy Blake - Heaven and Hell

      Стоило мне услышать эти слова, как я резко открыл глаза, убрал голову с её плеча, смотрел ей с удивлением и негодованием. – А каком смысле "как в старые добрые времена"? – медленно и с непониманием спросил я её и та испытала шок от сказанного мне, разорвала объятия и отступила на шаг, словно увидела монстра перед собой. – Я... я и-имею в-в-в-в-в-виду.. – быстро и растерянно говорила, мотала глазами и головой, страхом от веело от неё, что у меня нос зачесался, смотрела в разные стороны, искала возможные способы сменить тему и отвлечь меня, чтоб забыл. – Что ты имеешь ввиду под этими словами? Мы что, раньше встречались? – уже более громко и с подозрением спрашивал я, напрягая мышцы и прервал её от состава плана к отступлению. Она молчала, опустила взгляд обняла себя, словно защищала. – Ну? Говори и не вздумай врать, я могу различить лож от правды. – она не ответила. – Из всех девушек в этой стране, я по-настоящему познакомился, подружился и даже встречался именно с одной девушкой – это Кессиди. Ты хочешь сказать, что это ты? – она не ответила и не нужно было, я чувствовал правду в ней, даже без слов и без своего чутья. Глаза мои расширились от шока и я осматривал её по новому, словно первый раз вижу. – Кессиди? Это ты? – не верил я, даже отказывался верить в это. – Ты та самая девушка, в которую я влюбился и даже планировал в будущем пожениться? – почему-то из под моих глаз пошли слёзы и не верил, отступил на шаг. – Нет, нет, нет, нет, ты не можешь... ты всё это время была аниматроником или стала им в тот момент, когда ушла в другой конец города? – она начала пятиться, а я шёл за ней. – Нет, прошу, не уходи от меня снова. – она не ответила и телепортировалась. – НЕТ! – крикнул я и пытался броситься на неё и поймать, телепортироваться вместе с ней или предотвратить телепортацию и я её поймал, но она вырвалась и всё-таки исчезла. – НЕТ!!! – крикнул я во всё горло, лёжа на полу. – ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ ТЫ СНОВА БРОСИЛА МЕНЯ?! – кричал я с отчаянием.       Я бил по полу не жалея сил и бетонный пол подо мной трескался всё сильнее и сильнее, не жалел сил и кулака, кожа с плотью которая разбивалась, кровь выходила и окрашивала ковёр пока и вовсе дошло до костей, но моя душевная боль была более болезненной и заметной. Фундамент треснул, образовалась большая воронка и я не провалился вниз, ощущая землю своей кожей. Я прекратил буйство и кричал всё так же, пока крик не перешёл на вой, в котором был и плач и невыносимая боль, потом всё стихло.

***

      Когда Голди или же, как стало известно Герасиму, Кессиди, телепортировалась в одно из своих мест, куда она иногда уходит, чтобы остаться наедине с собой, прижалась спиной к стене, закрыла рот обеими ладонями и зажмурившись, начала рыдать и спускаться по стене вниз. Она ненавидела себя и то успокаивающее состояние во время объятий со своим любимым, которого она наконец-то нашла. Ненависть к тому человеку, который сделал её такой только умножилась, горе за то, что она проболталась Герасиму, убивало её мучительно, пока она не упала на пол лежала так, окутав колени руками и дрожала всем телом. – Почему??? Почему это со мной произошло??? – задавались они оба этим вопросом. Ведь оба верили, что спустя столько времени разлуки они наконец-то встретятся и воссоединятся, вернут те счастливые времена, но по итогу произошла такая ужасная перемена.       Когда Герасим только поступил в универ и создал тайную от всех стаю с Джейкобом, Бенни и Тимом, стал их вожаком, поскольку сам это решил сделать и искал, да и был более способный к бою и думать, поэтому победил всех троих, благодаря более суровым и ежедневным тренировкам своих родителей и даже деда с бабкой, по его просьбе в становление будущего альфы, но больше всего Герасиму хотелось найти себе девушку, которая ему понравится по характеру, а красота была не так важна. Поиски и наблюдение были не торопливыми, точными, но многие были простушками или занятыми, либо недостойными, как теперь Ванда сейчас, например. Юный оборотень не сдавался и только почти в окончании первого курса нашёл такую, новенькую в другой выбранной профессии, это была сама Кессиди, которую он избрал в выяснял о ней по подробнее через зрительный контакт, из-за такой интенсивности и даже жути, она прозвала его волком, явно не подозревая в точной правоте этого слова. Герасим видел, как она была и боеспособной и суровой как кремень, мстительной, но и в тоже время доброй и невинной девушкой. Особый момент Волкову запомнился, когда увидел, как к ней подкатывал главный извращенцем универа, по имени Винсент, фембой и биссексуал, приставал ко всем, даже к первокурснику Герасиму, но из-за отличной успеваемости, его не могли отчислить или избить другие, ведь многим он помогал в домашней работе и не выгодно было с ним ссориться, но Кессиди было на это всё равно, не хотела иметь ничего общего и ударила его прямо на глазах у всех, кулаком в пах, но за него сразу заступились все студенты, ведь нужен был человек этот им, хоть и с такими нюансами ненормальными. Не только благодаря уму и согласию помогать, но и из-за бессексуальности к Винсенту относились нейтрально, терпели его выходки, кроме стаи, держащиеся от него подальше. Кессиди хотели надавать за это, даже если она девушка, но Герасим заступился за неё и отметелил группу, с ней в напарники. Так они познакомились и начали встречаться. Спустя 4 года юноша хотел отвести её к родителям, сделать её волчицей, но та как сквозь землю, без предупреждения уехала в другой город и найти её не удалось.       Все эти моменты промелькнули перед глазами пары, которая успокоилась, но ощущала пустоту. Герасим поднялся и выбрался из воронки, положил туда доски, травма зажила и сидел он за столом, не обращая внимания на испёкший торт для него. Сутки никто из пары не спал.

***

      На улице была тишина и уже глубокая ночь, с неба падают белые хлопья, под названием снег, окутывая землю белым одеялом, а тёмные улицы освещали фонари. Я стоял у окна и смотрел в окно с пустотой в душе. Прошёл месяц с того момента, как я понял эту правду, которая затаилась в моей душе, давала о себе знать. – Вот и новый год... на до же... 2026 год уже... а ведь только казалось, что начало десятых... время летел. – с пустотой говорил я. – Не успею оглянуться, как старым буду, хотя в мои уже 22 года рано ещё это говорить, но опять же, время пролетит и уже... Кессиди, как же мне тебя не хватает. –       Весь этот месяц, чтобы облегчить хоть как-то душевную боль или хоть остановить кровотечение, я полностью ушёл в тренировки как в зале, так и с родителями, не смотря на опыт матёрого волка, но мне на это было всё равно. Семья я рассказал всё, от работы охранника, до правды, кто на самом деле является аниматроник Фредберина, все меня успокаивались, усилили суровость тренировок и не давали мне никакого отдыха. Я очень благодарен им за это и более-менее успокоился, думал о будущем, а оно нормализовалось. Работу я нашёл на другом конце города, далеко, где было кафе. Там я работал не покладая рук, заработал отлично и мы с вернувшимся Джейкобом заделали дыру, сделанную мной, заменили ковёр и уже готовились к встречи нового года. Ради такого праздника и Бенни с Тимом пришли к нам, троице которой я тоже всё рассказал. – Альфа, ты идёшь?! – послышался юный крик Бенни, который был младше меня на год.       Я мигом прибежал на кухню, где Тим ремонтировал и менял детали телевизора, что сгорел из-за частого выключения и включения света, Тим подготавливал фейерверки, которые купил, а Джейкоб готовил, я присоединился к нему и говорил что лучше сделать, а что не добавлять в еду. Как только всё было готово, мы сели за стол и я наполнил бокалы дорогого коньяка, купленный Джейкобом в своей деревне. Таким делом мы были как люди и вся наша раса встречала этот и другие великие человеческие праздники, как люди. – Ну, стая. – начал я тост и держал в руке рюмку с коньяком. – С новым годом вас. Я рад, что мы все наконец-то собрались все вместе и встретили 2026 год. Пусть люди примут нас и мы можем быть все спокойны, наконец прекратим делать то, что делали наши предки со свидетелями и пусть мы все, два разных вида, познаем мир. – все согласились и начали мы есть и праздновать.       Наконец, когда мы всё съели, набили животы и убрались, пошли на улицу, где запустили фейерверки и смотрели на салют свой, так и соседей. В машинах у всех играла на высокой громкости песни с новым годом, однако мы готовы были к этому и одели зимние наушники, чтобы такие громкие звуки вокруг не причиняли боль и дискомфорт нашему обострённому слуху, даже в облике людском и сделать звуки более тишими. Я смотрел на такую погоды и так и хотелось всю эту одежду и человеческие внешности сбросить и побегать по улицам. Надежда на принятие у нас оставалась сильной. Мы наблюдали, как дети играли в снежки, юноши и девушки лепили снеговиков, кто-то от радости кричал.       Мы все смотрели на всё это и видели, что некоторые люди неплохо так похожи на нас и возможно наше общее желание исполнится, ведь новый год – это чудо, которое может исполнить желание. Тут же мои мысли прервала вибрация в кармане, звонили по телефону и не понимая кто это может в такое время звонить, доста лего и увидел не известный номер, который хотел уже сбросить, считая, что это мошенники очередные, но номер такой же, как у меня и принял его. Если мошенники, то сразу номер сброшу. – Алло? – осторожно спросил я и освободил одно ухо. – Герасим... это Вероника. – я замер, когда услышал её голос и сразу вспомнил её, будто не месяц прошёл, а день. Я отошёл подальше от остальных. Не смотря на то, что мы стая, я не хотел их вмешивать в свои проблемы и дела, касающиеся только меня. – Здравствуйте. Вы что-то хотели? – со скрытым холодом спросил я её, всё настроение хорошее пропало и вернулось моё серьёзное выражение лица. Даже с новым годом её не поздравил. – С новым годом тебя. – поздравила она с слегка приподнятом настроении. – Как там у тебя дела? – – Нормально. – сразу сказал я ей. Вы что-то хотели? – – С момента твоего увольнения, у нас всё кувырком пошло. Девочки всё время грустят и с каждым днём всё сильнее и сильнее. Ночные охранники устраивались к нам, но теперь не так активно, после твоего ухода и группа не желает с ним знакомиться, что не похоже на них вовсе. Всё дружелюбие пропало и оставалась только грусть. Они говорят, что хотят именно с тобой общаться и быть рядом всегда. Даже Фокси тоскует по тебе, лежит на кровати и смотрит на имитацию океана в окне своей каюты. Эмили тоже волнуется за тебя и спрашивала, как твоё здоровье и как поживаешь. Днём у них уже не получается скрывать грусть и родители с детьми уходят, говорят, что хотят с детьми своими радоваться, а не смотреть на кислые мины аниматроников. Только заказывают пиццу на доставку по телефону, либо приходят, едят спокойно и сразу уходят, не соглашаясь посмотреть и послушать выступления девочек. Вообще не хотят оставаться подольше. – с печалью рассказывала мне, но моё та какое это дело? – А я тут причём? Если мне память не изменяет, то вы сами мне "написали", что я уволен и даже говорили не приятные слова. – холод мой не пропадал. – Я тебя очень прошу, вернись. Я готова с радостью забыть о наших конфликтах и даже повысить тебе зарплату. Нам тебя не хватает. Знаю, ты работал совсем не много, но даже так ты им понравился. –       После пережитого мне не хотелось вообще туда идти и до сих по не понимал что тогда на них нашло и почему хотели моей смерти, поэтому решил просто оставить это и не думать, а к пиццерии не приближаться, даже если путь мой пересекается к ней, обходил стороной, как от радиоактивного или очень неприятного по запаху. Хотел дать отказ, ведь если там действительно что-то такое было, от чего они на меня озлобились и были роботами убийцами, а я чуть не убил их, то от повторное я просто выбью двери и сбегу, сил у меня на это есть и пусть они там делают чего хотят, однако чувство ответственности останавливает меня. Аниматроники могут покинуть пиццерию и напасть на людей, а поскольку я и вся наша раса не испытывает ненависти к ним, то и желать смерти тоже. – Давай не будем говорить и думать о прошлом, а оставим его в прошлом, ведь сегодня такой новогодний день? Ты мне и девочкам очень нужен. – добавила она, понимая моё молчание, считая это размышлением. – За это время мне удалось найти новую работу по профессии, через три дня, которые мне нужно туда возвращаться, поэтому я не знаю. Мне... мне нужно подумать. Я перезвоню. – не уверенно сказал её и бросил трубку, а потом посмотрел на остальных, которые выпивали и просто смотрели на салюты, не обнаружив пропажу альфы. – Что мне делать? Мне действительно стоит туда идти? – я обдумывал и смотрел вниз.       Салюты закончились, повисла тишина на улице и все ушли по своим домам, включая нашу стаю. Все немного ещё отметили и выпили, даже я, но не стал ложиться спать как остальные, убирался за всеми, мыл тарелки и думал над своим вопросом, касающе идти или не идти в пиццерию. Мне не хотелось, ведь идти туда как солью посыпать на рану, которая зажила, но шрам остался. – Она может там? – сразу подумал я вслух. – Действительно ли стоит мне туда идти? – задавался я вопросом и ох как мне хотелось чьего-то совета, но тогда должен кто-то знать, а кому я могу рассказать?       Всё же я решился пойти туда и убедившись, что стая спит, вышел из дома и отправился до пиццерии против своей воли. Сам не знаю почему я согласился, только Богу известно. На этот раз я ничего из еды не взял, до целого вечера мне хватит. Как только я зашёл внутрь, встречала красива новогодняя обстановка: гирлянды и мишура на стенах, вырезанные из бумаги ёлочки приклеены на скотч, деды морозы, звёздочки, явно работа детей, в углах мала в центре большого зала стояли на полтора метра метра украшенная ёлка, причём настоящие, не искусственные. – Какой приятный запах. – с довольством и умиротворением сказал я, будто нахожусь в лесу своём и вернулся домой. Снова вдохнул приятный запах молодой ёлки и закрыл глаза, улыбнулся. – Правда жаль, что она, со временем, будет умирать, пожелтеет и только выбрасывай. – я открыл глаза и смотрел теперь с еле заметной грустью, хотя этого недостаточно, чтобы испортить возросшее хорошее настроение. – Но всё равно классно. С искусственными не так хорошо, хоть они и никогда не портятся. –       Вышла в прихожую Вероника, услышав мой голос и с извиняющей и счастливой улыбкой и взглядом посмотрела на меня, но подойти ближе не решилась. – С новым годом тебя. – спокойно сказала она вместо привет. – Взаимно. – ответил я и сам подошёл к ней, где мы пожали друг другу руки. – Ты ещё раз прости за сказанное. – я не ответил и рукопожатие было медленно разорвано. – Удачи тебе в эту смену и попрошу тебя об одном. Не отталкивай всё время девочек, когда они хотят тебя в интимном смысле. – я молча кивнул и тут же снова вспомнил о Кессиди. – Вероника, а кем была аниматроник Фредберина? – она не ожидала такого вопроса и упоминания об этом маскоте. – Откуда ты о ней знаешь? Хотя что я это говорю? Фредберина была самым первым аниматроником, выглядела она как обычная Фредди у меня сейчас, но являлась прототипом, вместе со Спрингбонни, тоже прототип оригинальной Бонни. Они только вдвоём выступали на сцене, но не были разработаны для... ну ты знаешь, чем ещё занимаются мои девочки и так уж не выглядели, как мои. – её щёки окутали румянец и она отвела взгляд, явно не желая об этом говорить со мной, но когда успокоилась, вернула взгляд ко мне. – Фредберина по характеру была мамой для детей, доброй и заботливой. Спрингбонни была как старшая сестра, заступалась за детей, поскольку в "семейной закусочной Фредберины", не редко происходили такие моменты, когда дети начали чуть ли не драться, а когда охрана приходит, ведут себя как ни в чём не бывало и знают когда нужно прекращать до прихода персонала. Поэтому мой дядя, хозяин того заведения до меня, настроил Спрингбонни до уровня старшей заступницы сестры, а Фредберину в маму, чтобы успокаивать детей. – объяснила мне она. – А родители детей где были? Зачем такой лишней и долгой мароки устраивать? – – Закусочная была ещё и как детский сад – отдаёшь детей, а сам уходишь, либо остаёшься в сторонке и не смотришь на детей, чтобы самим отдохнуть. – на такой ответ я приподнял бровь. – Серьёзно? А если кто-то причинит вред серьёзным детям? – – У него тогда ещё один аниматроник был, для таких случаев - Марионетка, кукла робот с полностью чёрным каркасом, белые горизонтальные полоски на руках и ногах до плеч и колен, четыре пальца и в маске с улыбкой, румянцем на щеках и накрашенные губы, а на глазах синие фиолетовые полоски, будто плакала недавно, но это нам так кажется, а дети не особо обращают внимание. Она выглядывает из свой коробки и в случае чего вылезает из неё, чтобы успокоить детей на другой территории зала, пока в первом была заступница Спрингбонни. Ещё и камеры у нас есть, а охрана патрулировала закусочную. Так что, больше таких проблем не было и больше. – объяснила она мне и я опустил бровь. – Что случилось дальше? – любопытно и интересно было мне и хотел продолжение. – Об этом после 6 часов. Сейчас мне пора, а твоя смена уже давно началась. Пока. – она вышла, заперла на ключ дверь и уехала.       Я слышал, как машина Вероники уезжает всё дальше и дальше, пока не выехала за пределы моего слуха. Приняв её слова и запомнив, я вышел из прихожей в зал, где сразу на меня сразу побежала и обняла Чика с новогодней шапочкой на голове. Её быстрое приближение ко мне почти спровоцировало мои инстинкты и тело почти само готово было увернуться от её нападение, которое и не являлось таким. – Гера!!! – с каким-то детским счастьем сказала она, будто я её старший брат, которого она очень давно не видела и кого так сильно любит, в рамках сестры и брата, разумеется, поскольку у нас в стае запрещено и даже немыслимо было понятие такой семейной любви, что выходит на личные рамки, хоть Чика и не являлась моей кровной или даже сводной сестрой. – И тебе привет. – ответил я ей и ощутил, как она сильно сжала меня, но такие крепкие объятия не сломят меня никогда. – Мы все так скучали по тебе. – – Да, да, да, я знаю и тоже скучал по вам. Кстати, а где остальные? – – А ты красиво теперь выглядишь. Постройнел, накачался. Спортом занимался? – разорвала она объятия и осматривала меня. – Ммм, ты даже сексальней выглядишь теперь. – Что касается девочек, то сейчас они в мастерской, пытаются как-то отвлечься игрой. – в этих словах я чувствовал какой-то подтекст и догадывался, под какой "игрой" имела ввиду она. – А вы, как я погляжу, не изменились, всё такие же развратницы. – Чика пожала плечами. – Ну извини, что не оправдали твои ожидания, ведь вечерних гостей совсем не было у нас, а мы развлекаться хотим. – с хитрой улыбкой ответила она и посмотрела на мою промежность, а потом снова мне в глаза. – Может, пока они заняты, мы отойдём? Всё время сопротивлялся нам, пока мы вместе были, месяц вообще не было, а теперь, когда появился такой славный шанс, то может порадуешь эту горячую и голодную курочку? – она встала в сексуальную позу, от чего мои щёки окутал румянец, но выражение лица не изменилось. – Кстати о последней смене. – вспомнила она и перестала позировать. – А ты можешь рассказать, почему тогда ты бегал по пиццерии, кричал и рычал как дикий зверь? Это нас тоже испугало и подумали, что ты в оборотня сейчас превратишься, а глаза такие, словно ты старуху с косой в живую увидел? – лёгкая дрожь по её телу на секунду пробежалась и даже страх, который ощущал я. Как только она упомянула о оборотне, я напрягся и даже подумал, что будь я в сознании тогда, то возможно точно стал бы им на их глазах, а там катастрофа. Я даже занервничал, но потом успокоился. – Ты преувеличиваешь. Оборотни же выдумка из фильмов и книг. – пытался успокоить как себя, так и её. – Да, знаю, но тогда нам всем показалось обратное. Даже такая мрачная особа как Ванда, тоже испугалась. – я сразу успокоился. – Да ладно? Прям испугалась? – не поверил я. – Да, прям серьёзно я тебе говорю, вот тебе крест. – я не стал допрашивать её по этому поводу и посмотрел на время. – Уже пол первого. – сказал я с напоминанием и убрал телефон. – Кстати, а почему Фредди с Фокси и Бонни там, а ты тут одна? – но стоило мне посмотреть на неё снова, как её уже не было в зале. – Что за? Где она? –       Тут же я снова вспомнил о второй ночи и напрягся, осматривался, не дышал. Всё началось именно с этой чертовщины и сразу отправился в мастерскую, чтобы узнать, не обманула ли меня пернатая? Прижал ухо к двери, прислушался, но там была тишина. Приоткрыв аккуратно дверь, ничего и никого не увидел. Кромешная тьма. Полностью открыв дверь, зашёл внутрь и с ночным зрением осматривал комнату. Встретила меня только пустота, в плане кого-то, но всё остальное было на месте: ящики, запчасти, костюмы запасные, не в плане каркасов аниматроников, а одежда дневная, которую они носят для дневных гостей.       Всё же я решил спуститься в подвал, того и глядишь Кессиди увижу. В самом низу ничего странного не было, однако я увидел только сейчас какую-то дверь и открыл её, но там вообще ничего не было. – Что это за комната? – в этой пустой и темноте, мой голос казался громче, даже когда сказал в пол голоса и эхо раздавался.       Я обернулась, планировал уже уходить, как на секунду увидели Бонни с Фредди, которые тут же растворились в воздухе, но этой секунды хватило, чтобы запомнить их внешность. Отличались они полностью чёрным цветом, а глаза светились белым. Выглядели они как тени и если бы не фонарь мой, который освещал отлично на метр, не смог бы разглядеть их. – Что это было?! – в недоумении и лёгком страхе спросил я. Не получив ответа, я на всякий случай вернул обычное зрение и включил фонарь на телефоне, чтобы уж наверняка и поднимался по лестнице вверх. Уже в комнате запчастей я планировал открыть дверь и выйти в большой зал, как внезапно понял, что дверь заперта на ключ. – Что за? –       Я постучал в дверь и сразу ощутил кожей чей-то взгляд на себе и осматривался. В дверном проёме между подвалом и комнаты запчастей увидел саму марионетку, ту самую, о которой мне говорила Вероника. Внешне она как раз была такой, какой описала её Вероника, но она так же не упомянула, что эта куколка была с осиной талией, грудью 4 размера с серыми сосками, широкими, но не сильно бёдрами, чёрные волосы не доходили до плеч, а на ногах как будто были туфли на высоких каблуках, однако они были частью её ног. Не ожидал я ещё увидеть полное отсутствие одежды, всё обнажённое и даже её киска была как на ладони. Я замер и смотрел на неё, испытав напряжение и большую часть готовности к бою, ведь неизвестно что эта кукла предпримет и на её тело я не отвлекался. Она медленно начала приближаться ко мне, но не угрожающе. – Ты кто? – спросила неожиданно она, когда мы стояли в двух метрах друг от друга. – Я могу задать тот же вопрос тебе. – серьёзно ответил я, сдерживаясь, чтобы не зарычать. – Я Чарли Эмили, но можешь называть меня просто Чарли. – спокойно ответила она, чего я не ожидал как ответа, так и спокойствия, но не расслаблялся я. – А ты? – – Я Герасим Волков, можно просто Герасим, но друзья называют меня Гера. Я Русский и ночной охранник. – ответил я и включил свет в самой комнате, а фонарь выключил. – Что ж, рада познакомиться с тобой, Герасим. – – Ты всё это время была в той комнате? – имел я ввиду в подвале и та кивнула. – Да. Я, Фредберина и теневые аниматроники. Уверена, ты со всеми ними познакомился. – – Только с Голди. – – Голди? Ну ладно, пусть будет так. Ты нас освободил и мы благодарны тебе за это. – – Освободил от чего? – не понимал я. – Ведь это ты убрал тогда ящики и открыл путь в подвал, где мы были заточены. – – За что? – – Это не важно. Теневые рассказали мне о тебе всё. Как ты месяц назад работал тут, на второй ночи вел себя по другому и вообще потерял сознания, рычал как зверь какой-то, а потом уволили тебя. – я снова напрягся. А вдруг эти странные теневые, как она выразилась, знают обо мне больше, чем просто охранник человек? – Это всё? – та кивнула, но я не поверил. – Кто такие эти теневые? – – Теневые Фредди и Бонни, которых ты видел в подвали. Те же самые оригинальные аниматроники, что на сцене, но полностью чёрного цвета. – – Ясно. – сказал я и вспомнил момент, когда я был во время сонного паралича и они трахнули меня, что говорило о отсутствии сонного паралича, а реальности. – И что они от меня хотели и что ты сделаешь теперь? – та в ответ пожала плечами. – Ясно. – повторил я. – Я можешь рассказать подробнее о этих теневых и о самой Голди? – – Они троя не особо хотели рассказывать о прошлом, сам знаешь. – я кивнул, поскольку догадывался, что они, по крайней мере теневые, не теже самые аниматроники, что та четвёрка.       На этом я разговори решил закончить и развернулся, потянулся за дверную ручку, как Чарли начала снова приближаться ко мне и не смотря на её каблуки, она передвигалась тихо. Я резко обернулся, что её слегка затормозило, но она не остановилась и протянув свою чёрную руку, дотронулась до моей груди и массировала её и молчала, но по лицу я заметил в ней желание и нервозность, сразу понятно, что первый раз это у неё. – Не... против ты... если мы с тобой сделаем это? – я не ответил и протянув свои руки, положил их на талию и прижал к себе, ощущая её мягкость больших грудей к своей, тем самым отвечал о отсутствии отказа.       В нашей стае, да и вообще у оборотней тоже было как у обычных волков с выбором пар. Мы выбираем всегда одного партнёра для беременности, именно человека, чтобы потом обратить его/её и стать с этим партнёром родителем. Только первую женщину можно выбрать и мужчина никогда не посмотрит на другую, как и у тех самых волков, но поскольку я не женат и Голди с Чарли аниматроники, как и остальные, то могу их трахать со спокойной душой, но после женитьбы с человеческой женщиной и превращение её в одну из нас, я не имею никакого права трахать другую, инстинкт не позволит и желание пропадает. Наша главная цель – это размножение, оно очень важное и в отличие от людей, которые если стали родителями и хотят сделать аборт, для нас такого вообще немыслимо, даже недодумаемся. Страх или отсутствия желание нет даже у 18 летних пар и рожают всегда с радостью.       Чарли была рада такому моему ответу и поцеловала в губы, но из-за моего отсутствия опыта в поцелуе, я ничего не сделал, позволил ей взять всё в свои руки. Её губы были мягкими, сочными, не смотря на неизвестно сколько была заперта в подвале, язык проникал внутрь и нежно тёрся о мой язык или обвивал его. Руки обняли мой затылок, не сжимая сильно, сильнее прижималась ко мне и едва заметно тёрлась своим обнажённым телом о моё. Возбуждение росло и когда у Чарли закончился кислород, она разорвала поцелуй медленно с чмоканьем и облизала медленно губы. – Всё это время. – прошептала она и с полузакрытыми глазами, полного желания и мольбы смотрела на меня. – Всё это время я была девственницей, мечтала о парне, который будет со мной и с кем я могу быть собой. Спасибо тебе, что согласился. –       Медленно разорвав объятия, марионетка расстегнула и снимала с меня куртку, я помогал ей, снимал джинсы и как только я был уже перед ней в нижнем белье, она смотрела на моё тело и только сильнее желала меня, я чувствовал это. Последний элемент ненужной одежды, нижнее бельё, я снял и теперь был полностью обнажён, но не стеснялся перед ней, ибо фактически мы всегда были голыми, шерсть закрывала наши гениталии, хотя если бы и не было такого, всё равно не стыдно. – Ты такой красивый. – с желанием прошептала она и я выключил свет, воспользовавшись словами Бонни, что темнота друг молодёжи.       Глаза марионетки светились в темноте белым светом, гораздо ярче, чем мои янтарные, но своего ночного зрения я решил не активировать, чтобы её не пугать и не портить страсть. Она опустилась на колени и медленно начала двигать рукой вверх-вниз, возбуждая мой пенис. Кожа её была как шёлк, мягкая и мастурбация вызывало усиленную твёрдость у меня, запах ощущался, который она начала вдыхать, потом взяла в рот и принялась сосать головку, вызывая у меня приятные ощущения и слава Богу, что я вынослив и чувствительный, ведь её губы, как она ими сжимает мой член, а ещё и втягивает щёки в себя, создавая вакуум сжимая его со всех сторон, заставляло меня тяжелее дышать, но ноги оставались твёрдым. Теперь она брала в рот его полностью, до самого основания и постанывала от приятных ощущений, явно была одной из девушек, которая любила делать минет, вдобавок и массировала мои яйца, самое важное и уязвимое, чувствительное от это я откинул голову, закрыл глаза, но промолчал. Только тяжёлое, но тихое дыхание выходило из меня. Наконец я кончил и Чарли взялась за мои бёдра, потянула медленно на себя и заглотнув снова полностью его, слышал "гл-гл", означало проглатывание, чего уже не удивляло меня. Отпустив его, она посмотрела на меня снизу вверх с полность открытыми глазами. – Ты такой выносливый, как я этому рада. – прошептала она и поцеловала головку. – А ты профессионал. – похвалил я её и та была рада услышанному.       Чарли встала и убрав всё ненужное из стола, взяла меня за руку и протянула к нему, как к импровизированной кровати и уложила нежно меня, явно нервничала. Уже лёжа на столе, девушка села на мой пах и медленно тёрлась своей киской и клитором и мой ствол, тихо постанывая. Я прижал к её клитору пальцы и двигал ими по кругу, тоже медленно, усиливая её наслаждения настолько, что она шёпотом стонала и закрыв глаза, откинула голову, держалась за мои колени и мильком я увидел через ночное зрение её тело, грудь и соски, которые уже были твёрдыми как пики и умоляли, как и сама грудь, о моём внимании. Её оргазм случился и прямо мне на руку. Всё я слизал и инстинкт размножения пробуждался, но чувствовал, как завтра начнётся он, брачный период и как бы мне это не противно было говорить, но завтра, на четвёртой смене, я трахну всех этих живых секс-игрушек до их потери сознания и то меня это не остановит, ведь в таком состоянии меня не остановить. Важно, чтобы эта умноженная страсть с выносливостью не заставило мой разум отключиться и не превратился случайно в оборотня, тогда пиши пропало, но я надеюсь и верю в их будущие клятвах о этом неразглашении и станут первыми, кто будет знать, но опять же, если это узнают. – Спа... спасибо тебе. – благодарила меня шёпотом, будто мы уже занялись... любовью. – Но это не секс. – шёпотом тоже ответил ей и быстро вернул обычное зрение, чтобы она не заметила. – Знаю. –       Она приподнялась, взяла мой член в руку и направив головку к своему входу, медленно села, зажмурилась и издав почти громкий стон от испытывания и привыкания к моему размеру, первому для себя, опустилась полностью на него замерла, всё ещё привыкая к размеру. – Ты такой большой. – с трудом протянула она. – 20 сантиметров в длину и 3 с половиной в ширину. – сразу сказал я ей спокойно, хотя дымка желания и возбуждения окутывала меня, ощущая невероятную узкость её девственных вагинальных стенок и тепло, как и окутывания меня своими сладкими жидкостями.       Куколка не ответила, но была удивлена и даже напугана, ощутив внутри себя первый, во всех смыслах этого слова, такой размер, боясь двигаться, поэтому я взял всё в свои руки и её ягодицы, двигал сам ими вверх-вниз, вызывая у неё уже более громкие стоны удовольствия и боли, которые заставляли её парить в облаках и позволить мне сделать всё самому. В этот момент дверь уже была открыта и приоткрыта, чтобы могли увидеть уже появившаяся четверка, услышав стоны незнакомой девушки, но как только увидели, что эта такая же как и они, а ещё вдобавок её трахает их любимый ночной охранник, который вернулся, с желанием и завистью смотрели на эту картину со светящимися глазами, активировав своё ночное зрение и видя в темноте. Не смотря на желание быть на месте этой неизвестной им девушки аниматроника, никто не стали вмешиваться и с мокрыми кисками, из которых капали возбуждённые жидкости и дрожали телами, смотрели на это шоу.       Оргазм марионетки случился и сжав максимально сильно член мой, как будто тиски, кончила на него, но сжатие не остановило меня и я приложил немного усилий и вошёл в неё по самую матку, резко и сильно, чтобы кончить внутрь. По всей комнате раздался оглушающий крик удовольствия моей партнёрши и упала на меня, не вынимая мой член, тяжело дышала и даже вспотела. Что касается меня, то я далеко не выдохся даже после второго оргазма и молча уложил осторожно её на стол на живот, а сам поднялся на колени, поднял её ягодицы и снова вошёл в её чрево. Чарли не ожидала испытать снова проникновение и издала короткий стон неожиданности, а потом снова удовольствия, выше подняла свою попку в форме сердца и раз уж она не видит, то я активировал своё ночное зрение и двигал бёдрами, снова ощущая силу её сжатия. – Гера! – крикнула она с наслаждением, будто пробуя на вкус моё имя. – Трахай меня как свою сучку! – умоляла она и не подчиниться тут было невозможно и стал грубым. – "Уверен, если бы я принял свой истинный облик, она завопит от удовольствия, ведь член мой хоть и изменит форму, но станет ещё больше и толще" – со смешком подумал я и шлёпнул по заднице эту куколку, вызвав у неё очередной стон и снова мольбу о повторении.       Я с каждой минутой шлёпал её по заднице, видел там уже заметные покраснения и трахал её ещё грубее, но не так, как обычно делаю. Да, мой вид в постели такой, что человек сойдёт с ума и другой человек никогда не удовлетворит желание эти, поэтому любители острых и грубых ощущений тоже мечтали в лесу увидеть какую-нибудь самку оборотня или несколько, если это был мужчина, а если женщина, то самцов оборотней. Мы не осуждали таких извращенцев и брали их, а потом делали одними из нас, те были только рады и популяция наших росло наравне с людьми и даже быстрее.       Уловил стоны четвёрки и посмотрел в ту сторону, увидел приоткрытую дверь и усмехнулся, ведь они больше не в силах были держатся и принялись там лесбийскую оргию устраивать, потом вернулся к Чарли. Очередной оргазм произошёл у неё, а потом у меня и больше такого выдержать та не могла, а то потеряет сознания. Я лёг легко и спокойно рядом с ней. – Ну как тебе? – с улыбкой спросил я тихо, на что в ответ был обнят и поцелован в губы страстно и с благодарностью, вместо слов, а потом положила голову мне на грудь.       Марионетка всё-таки заснула и я медленно вылез из под неё и оставил лежать на столе. Одевшись, вышел спокойно из комнаты запчасти и сервис, где увидел старых знакомых девчат, которые сидели полностью обнажённые, текли и при виде меня вставали. – Ну здравствуйте. Не вставайте. Вы все где были? – – Гера. – тяжело дышала Фредди и послушалась моего совета, продолжала сидеть на полу, на голове новогодней шапочки на голове, вместо привычного цилиндра. – Мы так скучали по тебе. Прости, но мы подсматривали и поражены твоим размером и выносливостью, даже сейчас. – восстанавливала дыхания мишка. – Аррр, да, ты был бы отличным любовником для нас всех, особенно для своего законного капитана, меня. – уже стала нормально дышать лисица и встала с пола и голой подошла ко мне, прижалась сбоку, а её груди к моему плечу. – А давай ты теперь и нас трахнешь, как ту девчонку? У меня всегда найдутся силы на новый раунд. – хрипло и соблазнительно сказала пиратка. – Ты уже получила достаточно удовольствия. – с намёком ответил ей я и провёл резко пальцами по её обнажённой киске и облизнул их, на что её хвост обвил мою талию. – Точно? Что-то я сомневаюсь. – она схватилась за мою промежность и массировала, желая возбудить, но на её разочарование, я убрал руку оттуда. – Я вам всем вот что скажу. Я могу с вами это сделать и не раз, но только во время нашей игры. Если вам удастся поймать меня и захватить так, чтобы выбраться была невозможно, то я по своей воли отдамся. Как вам такое? – они удивились такому вызову, но только сильнее их возбудило и кивнули. – Хорошо, мы примем этот вызов. – с хищной улыбкой, обнажив свои клыки, ответила Фредди, а Фокси тем временем не хотя отпустила меня меня, сделала шаг назад, но трусики так и не одела.       На часах был уже 50 минут и поэтому я ушёл в офис, где было всё-так же чисто. Сразу видно, что теперь тут убираются тоже и эот радует. Присев всё на стул, заметил одно изменение, а это было отсутствие компьютерных мониторов и вместо них был один только планшет, который был старенький, но рабочий, судя по тому как я его включил. По размерам планшет был 24 сантиметра горизонтально и 15.5 сантиметров вертикально, маленький, но тяжёлый и удобный, а значит надёжный. Переключая по камерам, обнаружил ещё одну установленную камеру у прихожую и дверь тут же была открыта и вошла... – Ванда? – удивлённо спросил я, не верил своим глазам и лучше бы она была какой-нибудь галлюцинацией, но реальность разочаровала меня. – И настоящая? Что она что тут делает? –       Переключившись на большой зал, обнаружил аниматроников на сцене, стояли смирно, но головы с новогодними шапочками были опущены, глаза закрыты. Ванда, как я заметил, тоже изменилась и очень даже в лучшую сторону. Раньше у неё была бледная кожа, но теперь живая и белой, мешков под глазами не было больше, как и косметики, в отличие от Вероники, но лицо отличалось теперь живым и спокойным, а не угрюмым и злым, даже улыбалась. – Кто это? – не верил я своим глазам, хотя зрение у меня лучше человеческого. – Это не может быть та самая злая и занудливая моя напарница. –       Как только она вошла в офис и увидела меня, то с улыбкой посмотрела и на моё телосложение. – Привет, Герасим. – с улыбкой поздоровалась она. – С новым годом тебя. Я приготовила тебе подарок. – она достала из пакета небольшой стеклянный шар со снегом внутри, потрусила и поставила на стол. Я посмотрел на стеклянный новогодний шар и увидел, как падали эти белые хлопья сверху-вниз, прямо так как я шёл сюда, что заставило меня ещё сильнее удивиться и быть в полном недоумении. – Ты прости меня за те времена, когда я была к тебе настолько отвратительна и жестока, особенно за сказанное мною. – третье неожиданное от неё и я чуть не выронил планшет и медленно встал, сделал шаг назад. – Ты кто? – с недоверием и удивлением спросил я её, от чего она шире улыбнулась. Я вдыхал воздух и почувствовал аромат её духов сирени, а так же смирение . – Ты в порядке? Ты точно Ванда или её сестра близнец? – надеялся я и даже верил, но опять реальность сыграла со мной злую шутку, когда она, не убирая улыбки покачала головой. – Нет, это именно я, та самая грубая и злая напарница Ванда, но теперь другая, изменившаяся в лучшую сторону. – она говорила правду, чего я не ожидал, но всё же не поверил в имзенение её и был настороже. – Давай лучше продолжим нашу смену, а то девочки сами в таком же шоке как и ты, сзади тебя. – я обернулся и как она говорила, четвёрка стояла в левом коридоре и с раскрытыми ртами глядели на неё, но я послушался и закрыл дверь, нажав на квадратную кнопку среднего размера. Со временем, они ушли, но шок не прошёл полностью. Ванда довольная кивнула. – Умница. А теперь, давай переоденемся в нашу рабочую форму? – я медленно кивнул, уже отойдя от эмоций, но не убирая осторожность, повернулся к шкафчикам, открыл дверцу и принялся снимать выходную одежду и одевать форму охранника, уже сняв куртку, но был остановлен. – Подожди, я тебе новую форму сшила. – я поперхнулся и повернулся к ней с расширенными глазами и правда увидел форму новую.       Ванда достала из всё того же пакета фиолетовую рубашку с фуражкой с чёрными брюками и даже ремень новый положила на стол. Кроме рубашки фиолетового цвета, всё было как у моей старой формы, но была новой. Подумал, что это не мой размер, но с реальность явно что-то не так, ведь всё было моим размером, и рубашка и брюки и фуражка с надписью охрана и жетоном охраны на левой стороны груди, где был знак компании фазбер и надпись золотыми буквами "охрана", хотя и на фуражке было этой надписи достаточно. Пока я переодевался, заметил её взгляд на себе, он был с интересом, хитростью и желанием, чего мне было неприятно, на что попросил её отвернуться, но та не сразу это сделала и чтобы не подсматривала, я переодевался и смотрел ей в спину, иногда нюхая форму для убеждения в отсутствии чего-то инородного там, но только ткань нашёл и почувствовал. Уже в новой форме и, кстати, моего размера, ответил, что может поворачиваться. Женщина начала осматривать меня в этой самой форме и была крайне довольна. Теперь переодевалась она и я сделал сразу и без её слов отворот и ждал, когда она закончит, сел на стул и смотрел в камеры. Четвёрка стояла у сцены и о чём-то разговаривала с удивлёнными и недоверчивыми лицами, догадываюсь почему и о чём разговор. Выключив планшет, мои глаза расширились, когда я увидел в отражении телосложение Ванды: стройное, мускулистое тело, отлично видимый пресс, бюст между 3 и 4 рззмером, который закрывал сиреневого цвета бюстгалте. Не удержавшись, я навёл планшет немного права, что лучше разглядеть её и увидел чистые ножки, сильные мускулистые бёдра и сочную задницу, в которую мне захотелось зарыться лицом, цвет её нижнего белья тоже были такого же цвета. Одним словом, красивая и сексальная милфа. Я положил планшет на стол и продолжал ждать, но мысли мои возвращались к её телу, которым, кстати, обладают и волчицы наши и не редко оборотни женились на своих, как и в выборе людей на кандидаты в вербовку и трансформацию. – Я переоделась. – почти пропела она и когда я повернулся, то увидел туже самую, но чистую форму охранника, которая предназначена была как раз для женщин.       Я не ответил и посмотрел на время, где было уже 1:10 минут, а остальные были по своим местам, но потом начали двигаться, вызывая у меня ностальгию, особенно когда аниматроники придерживались всё той же тактики, которую явно нужно уже менять. Бонни демонстировала свои ягодицы, улыбалась мило и подмигнула мне, находилась в комнате запчастей, но не это меня волновало, а Чарли, которой уже не было на столе, скорее всего вернулась в ту самую секретную комнату в подвале. Чика уже была в правом коридоре и пошло улыбалась и смотрела прямо в камеру, после чего пошла дальше к входу, но даже и без камер я смог уловить её шаги, вот только когда она приближалась к дверному проёму, шаги стали тише, правда не помогло и сразу перед её носом закрыл дверь, от чего она вскрикнула и отскочила. – Ты дурак что ли?! – крикнула она испуганно. – А если бы эта дверь перерубила меня на пополам?! – теперь была обида. – Извини. – единственное, что я сказал. – Прощу только после открытия двери и после нашей игры! – крикнула в ответ и не стоит спрашивать о чём она. Ванда засмеялась.       Я действительно чувствовал вину, ведь действительно дверь могла убить её и не стоит мне выжидать последнего момента перед закрытием, а то такой мрак начнётся, от мыслей "что если", у меня вызвал в душе холод. – Я не изменю своего решения и слово моё закон. – она не ответила, но ощутил обиду и услышал уход её.       Дверь открыл и снова включил планшет, листая дальше. Бонни в уборной(не в плане туалета), Фокси уже была готова к первому забегу. Последовал смех и бытрые шаги. – Что это было? – спокойно, но в недоумении спросил я. – Это Фредди прявила активность. – ответила Ванда, прислонившись спиной к шкафчику и ждала. – Кстати, чтобы Фокси не проявляла часто такую готовность, максимальна часто смотри на неё. – – Она не любит слишком частое внимание? – – Наоборот. – – Понятно. –       Когда пришла Бонни, я был уже готов и закрыл, но уже не так, как с Чикой. Бонни ничего не сказала, но не спешила уходить, но когда надоело, ушла.       Не смотря на то, что Ванда была моей напарницей, я отказался от её помощи, из-за самостоятельности своей, да и не доверял её, особенно в такое быстрое изменение в ней. Человек не может за месяц так быстро измениться, да и почему она решила измениться, как и в действительности изменении в ней не при мне. Скорее всего она мне в лицо врёт и ведёт себя как милая девочка, а на самом деле в мыслях шлёпает себя по лицу ладонью и проклянает меня и факт в мои напарники.       Быстрый и громкий бег с левой стороны, внезапный, заставил меня выйти из раздумий. Бег был такой громкости, что я не уверен в неспособности услышать и человеческому слуху и уже вставая и планируя закрыть дверь, Ванда меня опередила, ожидала этого и закрыла дверь. Последовали громкие удары по двери и тихий вздох разочарования, не получив лакомый кусочек, в виде партнёра противоположного пола. Она посмотрела в окно и ранее я не обратил внимание, либо не доставляло возможности, поэтому я наконец-то смог увидеть лисицу во всей своей красе и заметил одну деталь – это схожесть телосложения у всей четверки и Ванды, не считая марионетки Чарли, которая была ещё более стройная, но у Фокси была грудь меньше, скорее 3 размер, поскольку она лиса, а лисицы как волки, любители бегать и поэтому у волчиц груди маленькие, чтобы не мешали и не добавляли больше веса, чтобы они чуть ли не на пузе бегали. Так же, у пиратки не было волос, только мех по всему телу и немного длиннее и пушистей, чем у троицы. – Нравится то что видишь? – вывела меня из раздумий Фокси и прижалась грудью к стеклу, в попытке соблазнить меня. – Я могу показать гораздо больше, при условии открытия дверь и дать мне возможности войти. – я пропустил это мимо ушей и не смотря на понравившуюся её позу, я продолжал смотреть как на неё, так и не на неё, а если быть точнее, в одну точку, снова погружаясь в мысли. – Интересно узнать как у меня между ног узко и горячо? – соблазнительно промурлыкала она и поднимала и опускала брови, но в ответ была всё такая же тишина, от чего её пошлая улыбка померкла и слегка оторвалась от стекла, переставая меня соблазнять, хотя и без того попытки были неудачны. – Ты в порядке? – в досаде спросила она, а Ванда положила руку мне на плечо и потрусила не сильно. Я не сразу отреагировал на это. – А? Что? – снова выбрался я из раздумий. – Я спрашиваю, ты в порядке? Выглядишь каким-то задумчивым и явно не обо мне. – я более дальше ушёл от мыслей и всё же хотелось мне узнать кое-что. – Фокси, а можно сделать короткую паузу и собрать всех в зале? – её глаза расширились от удивления, рот был приоткрыт, который был не человеческой формы, а больше мордой лисьей. Ванда тоже удивилась моему вопросу и не могла ничего ответить тоже. – Хотя забудьте то, что я спросил. Иди. – сказал я и снова посмотрел в планшет, где медведица была уже в правом коридоре и смотрела вперёд, игнорируя камеру.

2:00

      На часах было уже два часа утра и за это время Фредди не получила тоже приз свой и ушла разочарованная и даже рассерженная от неудачи, которая её постоянно ожидала. Подкрасться к двери не получилось и поэтому решила повторить попытку со временем, но теперь максимально, как могла, бесшумно, но из-за отсутствия посторонних звуков, мой и без того обострённый слух смог ещё лучше обостриться и уловить эти её бесшумные звуки соприкосновения кожи и веса о плиточный пол и я снова запер дверь вовремя, даже раньше. Такие неожиданные действия удивляли Ванду и Фредди, аж сказать ничего не могли, словно застряли в горле костью, но явно восхищались моим слухом и реакцией. Спустя 10 минут хотела сделать тоже самое с рывком, для неожиданности, результат тот же. Четвёртая попытка была теперь с прятками в слепой зоне, бесшумно подкрасться и атаковать с рывком, что напоминало мне на охоту волка, который тоже самое делал, однако из-за того, что это понизило её мобильность при передвижении, я уловил на камерах это движение и как только она подобралась достаточно близко, моя реакция переплюнула её и снова дверь закрыта. Заметил я одно изменение, а это резкое отсутствие активности остальных, будто они послушались её решили дать ей возможность схитрить, поступить нестандартно – Как??? Как тебе удаётся постоянно опередить меня и знать?! – уже окончательно обиделась на меня солистка и смотрела в окно с заметной влагой в глазах. – Действительно. – согласилась Ванда и посмотрела на меня с недоверием. – Не у одного человека не может быть настолько обострённый слух, чтобы уловить такое. Как удалось тебе? –       Я напрягся и понял, что создаю первые и будущие подозрения в моих способностях, выходящие за рамки человека, будут задавать вопросы и возможно не спускать с меня глаз, особенно Ванда. И что мне им ответить? – Камеры. – сказал я как в ответ, что походило на правду, как бы это не было вторым шагом в усиленное подозрение моих возможностей и допросов, а возможно и страху, а когда человеку страшно, то он такое может сделать, чего мы как раз знаем и видели, но не из-за нас.       Медведица приняла мой ответ как раз таки за ответ на её вопрос и быстро ушла. Всё-таки я решился проследить за ней и стал свидетелем собравшейся четвёрки в группу и обсуждению чего-то. Мне это не нравилось и сняв обувь, я решил прокрасться на разведку и узнать что они дальше задумали. – Ты куда? – спросила Ванда резко и пошла за мной. – Будь здесь и не включай камеры. – приказал я тихо, приказ который не рекомендовал вопросов или неподчинения, что она собственно и сделала.       Не смотря на человеческую форму, наш вид способен был, после эволюции по обращению в человеческую плоть, превращать любые части тела в волчьи, тех же человеческих размеров, что было удобно и не нужны были нам никакие инструменты, по типу ножей или специальной одежды, как та же обувь, но делали мы это только тогда, когда были одни. Я подкатил свои штаны до колен и превратил свои ноги и волчьи лапы, закатил рукава до локтей и тоже самое с ними сделал, благодаря чему я смог опуститься на четвереньки спокойно и удобно передвигаться, тем самым понизив свою заметность и по-настоящему передвигался бесшумно, как настоящий хищник, кем я и являюсь, в отличие от Фредди, что имитирует медведя. Благодаря превращению, я добрался спокойно до большого зала, опустился ещё ниже, почти соприкоснувшись чистой рубашкой о пол спрятавшись за столом, прислушался. – И что мы будем делать, если у него такой обострённый слух? – спросила взволнованно Бонни. – Таким образом, мы никогда в жизни не сможем поймать его, а если и сможем, то он просто напросто выберется и убежит, если, конечно, сможет. – – Если он имеет такой слух, то возможно ещё какие-то тузы в рукаве у него есть. Сомневаюсь я, что ему не удастся выбраться из наших объятий. – заговорила задумчиво Фредди. – – Яррр, а ещё эти чёртовы камеры, которые он использует с дверями. – яростно прорычала хрипло и низко Фокси. – У нас просто нет шансов поймать эту добычу. – повисла пауза, явно рассуждали о чём-то. Я хотел пролезть под стол, но задвинутые стулья не позволят мне пролезть, а если уберу, шум будет или замеченное движение, поэтому я просто слушал. – И ещё этот его вопрос. – вспомнила она. – Какой вопрос? – заинтересовалась медведица. – Не сказал. Просто спросил "можно сделать короткую паузу и собрать всех в зале?". Это удивило меня и даже сказать что-то не могла, как и его напарница, которая тоже изменилась сегодня. Что с ними обоими, у ма не приложу. – снова повисла пауза и никто ничего не мог сказать. – Нужно изменить тактику. – прервала тишину Чика, которая всё это время молчала. – Да, нужно, но как? – согласилась и спросила Фредди. – Он сказал, что видел все мои движения по камерам, поэтому я использовала слепые зоны, но и тут он опередил меня. Простите, девочки, но я... хотя подождите! – резко сказала она. – В пиццерии гробовая тишина, поэтому не удивительно, что он смог что-то услышать. Нужно повысить громкость, но не сильно, чтобы не причинить ему боль или создать шум по всей улице снаружи и не забывать прятаться в слепых зонах. Тогда он не сможет нас услышать и увидеть на камерах и вот тогда мы сможем его схватить и навалится всеми телами. От одной, может, и сможет выбраться, но никак не от всех четырёх. Он будет нашим. – придумала она план и услышал я похвалу и гордость за своего лидера от подчинённых.       Эта новая идея напрягла меня. Нет, я смогу от них всех отбиться, оттолкнуть и выбраться, но это ещё не в человеческой форме, а если и так, то подозрений серьёзных не избежать в человеке охраннике, а в нечто большее и ужасное. Я на четвереньках так же вышел в левый коридор и превратил свои конечности в человеческие, раскатал рукава с брюками и добежал до офиса, где Ванда ела запеканку с изюмом и ананасами, но резко повернулась ко мне, заметив движение. – Ванда, они изменили тактику. Теперь они создадут звуки, которые не позволят моему слуху поймать звуки их шагов и прятаться будут в слепых зонах. Нам с тобой нужно придумать тоже новую тактику. – она проглотила недоевший кусок запеканки после моих слов и положила вилку на контейнер, где была её еда. – И что ты нам предлагаешь? – – Во-первых, не отвлекаться на что-то не нужное, по типу употребления пищи. Во-вторых, стоять ровно в дверного проёма на расстоянии метра и держать фонари наготове и ждать. Если слух и камеры теперь бесполезны, то глаза нет. – – Ты это серьёзно? – недовольна была она и узнаю теперь прошлую Ванду, хотя нет, вру, не совсем ту самую. – Только и делать, что стоять у дверного проёма с фонарём и ждать? – – А у тебя есть идеи по-лучше? Если да, то я тебя внимательно слушаю. – повисла тишина, но потом она оборвалась внезапной музыкой не сильной громкости для человека, но сильной для моего и это было неприятно.

3:00

      Ванда не смогла найти и предложить хоть какую-то тактику, а если и придумала, то она была так себе. Спрятаться, но где? В шкафчике? Я не помещусь. В вентиляции? Помет помочь, но только они при тщательном обыске найдут вход в вентиляцию под столом, ведущую в большой зал, то в комнате запчастей найдут отвёртку и откроют решётку, а там загонят в угол и одна пролезет, вытащит, как и в кухне. Есть конечно вариант в подвале, куда они не заходят и не знают, но попробуй сначала туда попасть, а если и удастся, то это сработает только один раз, дальше будет допрос "ты где был?" и не факт, что не будут искать в подвале. Выйти из пиццерии? Тогда смысл вообще мне приходить сюда? Вдобавок и расскажут Веронике, которая будет недовольна, когда я и так вернулся сюда, а мог и отказаться. Вероника наняла, чтобы трахаться с ними, а не охранять имущество от воров и самому не испортить. Если буду все смены им отказывать, то скорее всего к дневным посетителям приставать начнут и снова недовольства от миссис Шмит.       Вариантов нет, поэтому Ванда согласилась с трудом на это.       Мы отбивались от девчат как могли, однако сложность этой игры была повышена до нереальных масштабов. Ванда та им не нужно, они гетеросексуальны, поэтому ей пришлось спасать меня от них, но благо, те не бегали, а то камеры тогда нужны будут. Кстати о камерах. Теперь аниматроники перестали ходить спокойно и передвигались плавно, тихо, пока мы пытались что-то услышать. Не давали расслабиться, будто эстафету предавали и стояли, суки, подолгу. – Эта музыка меня раздражает. – почти рычал я. – И их активность тоже. –       Я теперь жалел, что опередил Фредди при помощи слуха, который теперь стал бесполезным против них. Лучше бы я заметил её глазами, а слухом или хотя бы не камерами. Напряжение было ощутимо и иногда я срывался на девчат и даже на Ванду, что удивляло и пугало одновременно, особенно мои резкие движение и проявление агрессии и тут же у меня возник план. – Ванда, прости за это. Теперь у меня есть план более логичный и способный заставить их прекратить это. – сказал я ей на ухо, от чего кожа той покрылась мурашками от соприкосновения воздуха дыхание моего и такой близости, даже румянец заметил на её щеках. – И что же это? – через стеснение спросила она. – Поскольку они были напуганы во время моей прошлой смены месяц назад и были побиты, то я воспользуюсь этим сегодня. Я буду вести себя так же агрессивно, напряжённо и дрожать всем телом от нервозности и тогда те придумают что-то другое или для создания нового баланса между ними и нами в этой игре. –       Она кивнула и мы начали разрабатывать мой план. Аниматроники не подозревали ничего и как только пришла одна из ни, ещё сильнее напуганы, когда мы начали своё шоу. Я закрывал уши, искажал физиономию от боли и кричал, становился неконтролируемым и ходил по офису, бил стены. Ванда пыталась меня успокоить, а в ответ я кидался на неё как испуганный или наоборот бесстрашный волк, но не поднимал руку и не толкал её, но делал вид, будто вот-вот произойдёт это, глаза были дикими и измученными. Актрисой она была идеальной, хоть иди с ней фильм или сериал снимай.

3:30

      Наконец музыка выключилась и повисла мёртвая тишина и я расслабился, ощутил приятное наслаждение от такой тишины, даже закрыл глаза и выдохнул облегчённо. Тишина продолжала длиться и Ванду это напрягало, однако мои успокоение и убеждении красноречивом в отсутствии опасности успокоили и её. Включив камеры, я обнаружил их снова в зале и выглядели они расстроенно, но потом медведица с решительным лицом пошла в мастерскую и прямо к электрощитку, повернула рубильник и всё помещение окутало тьмой. – Она выключила свет! – крикнули мы оба одновременно и включили фонари.       Тишину нарушили приближающиеся шаги со всех сторон и тут же я открыл ту самую вентиляцию под столом и начал ползти по ней тихо, внутри которой было уйму пыли с паутиной, одновременно слыша недоразумение и вопросы где я, на что Ванда, которая спокойно осталась там, пожала плечами и изображала сама недоумение и что только был рядом с ней. Выбравшись из вентиляции в большой зал, я расширил свои зрачки и ночное зрение активировалось, быстро шёл до комнаты запчастей. – Вон он! Ловите его! – послышался крик Фокси и все побежали за мной.       Добежать до комнаты было пару пустяков, перепрыгивая как паркурщик по крышам и показывая трюки, вызывая оханье и аханье у зрителей, то есть аниматроников, даже понизили они скорость из-за этого, чтобы насладиться этим коротким представлением. Как только я вошёл внутрь и закрыл дверь, они всё ещё не отходили, но это было на короткое время. Внутрь я открыл щиток и начал осторожно всё включать. – Так. – начал я себе. – Главное не забывать чему меня учил Тим. Самое главное, что если я ошибусь или что-то не то нажму, то может не хило так ёб *взрыв* –       В спешке я случайно не настроил уровень питание и вдобавок аниматроники уже ворвались внутрь, от чего я вздрогнул, дотронулся до оголённых проводов, которые были там и ударило током. Мне пришлось приложить усилия, которые были неподвластны людям в такой ситуации и на пару миллиметров смог убрать пальцы, упал на пол. Паутина на мне горела и обжигала мою кожу, окрашивая их в чёрный цвет и создавало вонь. Мигание света привлекло внимание Ванду, переживание охватило её, всё внутри сжалось и выбежала из офиса в заднюю комнату. Все закричали от ужаса и оттащили меня подальше от электрощитка, пытались привести меня в чувство, только все окончилось неудачей. Вломившись в комнату, девушка в панике положила руки мне на грудь, где было само сердце и начала рывками пытаться запустить его, не побрезговала сделать искусственное дыхание, но сердце само заработало, без её помощи, но я не открывал глаза и не подавал признаки жизни, ради ослабления бдительности всех и максимально удачного побега. – Он не дышит всё ещё?! – как на иголках задавалась вопросом Фредди и все остальные, но ответа не последовало.       Фокси паниковала и не могла сидеть на месте, Фредди с расширенными глазами дрожала всем телом, Чика и Бонни всхлипывали. Через время, Ванда подозревала, что я уже давно очнулся, но выпендриваюсь и остаюсь в таком положении, как и Фокси, которая смотрела рассерженно и завистью, что не она делает мне такое и не ощущает снова вкус моих губ с их мягкостью, поэтому уже не могла стоять в сторонке и оттолкнула Ванду. Заняв место оттолкнувшей, сама решила сделать "своё" искусственное дыхание, от которого он даже с того света спустится. Внезапно для всех, глаза мои открылись, когда я по запаху понял, кто теперь надо мной, ощутил кожей желание и схватил лисицу за то место, где у человека щёки и крепко держал, не позволяя и на миллиметр ей приблизиться. – Отсатанись от меня, сука! Я живой! – она выпустила язык и двигала им вперёд назад, желая меня поцеловать, на что я оттолкнул её от себя и резко встал, однако лисица была шустрой и успела прыгнуть на меня, не соприкоснувшись к полу и пыталась повалить меня, но не вышло.       Оттолкнув Фокси снова, мы с Вандой выбежали из офиса благодаря взрыву, свет включился снова и мы уже в свете убегали от них. Во время бега, я задавался вопросом о взрыве и непонимании почему это произошло, ведь я не раз с таким уже сталкивался и даже во второй ночи всё вышло у меня удачно, что изменилось теперь за этот месяц? – Как вы посмели так с нами поступить?! – кричала со злобой, страхом и полной обидой на нас, четверка. – На себя посмотрите! – крикнул я им в ответ через плечо и добежали до офиса, где заперлись с двух сторон. – Как же хорошо, что они не лесбиянки. – выдохнула Ванда и посмотрела на меня и не верила своим глазам. – Подожди, твоё руки. – она не договорила, мочала. – Что с ними? – спокойно спросил я. – Они были недавно в ожогах серьёзных, а сейчас они целы. – девчата, стоявшие уже у окна, замерли и смотрели тоже с шоком на это. – Да, мы тоже видели. – поддержали её они. – Как это? Это невозможно. – заявила Фокси.       Они явно видели и вопрос с желанием получить ответы снова появятся, вместе с сомнением в факт, что перед ними действительно обычный человек. Я убрал руки в карманы брюк, лицо стало серьёзным и я приблизился к Ванде на шаг, а та назад и ощутила спиной холодный металл двери, которая теперь была не спасательной. – Тебе показалось, как и вам всем. Забудьте что видели. – мёртвым холодом сказал я им всем, посматривая и на аниматроников.       Может на сегодня они и оставят меня в покое из-за страха, но дальше будут задавать вопросы и возможно не впустят внутрь, после прихода к следующей смене, а может я просто выдумываю, а может и нет. Отправившись на кухню, я принялся мыть в раковине свои руки и было обидно в отсутствии действительно хорошего укрытия, куда я смог бы спрятаться на всю смену и при этом не задавали у меня вопросы. Подумаешь, пропал или прячется где-то, где мы не знаем, но нет, вместо этого они прям обязаны знать, чтобы потом закрыть это укрытие и повысить шанс на их победу. Упрямые суки.       Дверь открылась, когда я уже отмыл сажу от рук и резко обернулся в сторону входящей, встретил Ванду, которая подошла поближе и облокотилась тазом о кухонный стол. В глазах была решимость и страх, но отступать или забывать отказывалась. – Так всё-таки ты ответишь на мой вопрос? – спросила она, посматривая изредка на мои уже двусмысленно чистые руки. – Какой вопрос? – спокойно и серьёзно спросил я, на что она стала тоже серьёзной. – Не прикидывайся дурачком, Герасим. Ты знаешь о чём я. – указала глазами на мои руки, которые я снова спрятал в карманы брюк, хотя смысла уже не было. – Ты слышишь так, как не способен не один человек с острым слухом, твои руки были обожжены от удара током и сгорела собравшаяся на паутина, задев и кожу лица, но потом всё зажило без следов, чего человеку не ведомо. Ты явно что-то скрываешь от меня и от них. Ты не человек? Какой-то монстр или пришелец? –       Я напрягся, мышцы сжались как пружина, готовая в любой момент лопнуть и думал уже о том, чтобы вырубить её и отвести в лес, чтобы провести ритуал по забвению, касающиеся увиденного, но что если я дам ей шанс и медленно, но верно приближаться её будущей трансформации в одну из нас? Когда она пришла сюда, то вела себя неузнаваемо, но эта Ванда мне понравилась и хотелось видеть такую всегда, верить в её изменения в лучшую сторону, но сомнения не позволяют мне это сделать, подозревая в обмане или будущему шантажу, хоть и не знаю чего она хочет. – А ты? – задал я вопрос, нарушая тишину. – Ты тоже была как пришелец, во время первой и второй смены, особенно в момент первой встречи, даже била меня, а теперь что изменилось? Ведёшь себя теперь как нормальная, будто того случая не было, не интересовалась о причине моего озверения во второй смене и избиение, даже спустя месяц, а теперь мне глазки строишь, улыбаешься как на седьмом небе от счастья, подарки мне даришь. Я тоже могу задать вопрос что с тобой не так как до, так и после. Человек такой как ты, не может за месяц измениться так, но я не задаю тебе вопросы, как ты мне и не требую открытия этих шкафов с скелетами, так и ты, будь добра, тоже не делай этого и не следи за мной, если вдруг захочется, а иначе "я" сделаю такое, что по сравнению с избиением тогда, месяц назад, были цветочками. – ответил я ей таким серьёзным ультиматумом, от чего она побледнела, оторвалась от стола и сделала шаг назад. Я смотрел ей в глаза и видел страх и нежелание проверять или узнавать конкретнее о моих словах, на что я одобрительно кивнул и ушёл из кухни, где сидели за столом четвёрка, но когда я вышел, все посмотрели в мою сторону, потом отвели взгляд, побледнели. Фокси аж хвост поджала, будто она и они все слышали разговор мой. – "Ох, чую, будет то ещё веселье, о котором я пожалею" – подумал я и ушёл в офис.       Оставшееся время никто не беспокоил меня, оставляя меня в полном одиночестве, но я не был против. Время смены подошло к концу и аниматроники ушли куда-то под сцену, как я увидел на камерах, но любопытства у меня не было, как у молодняк и поэтому оставался на месте какое-то время и начал переодеваться. Сняв с себя сначала форму, оставаясь только в одном нижнем белье, доставал из шкафчика выходную одежду, однако услышал шаги Ванды, приближающиеся сюда, на что я принялся быстрее переодеваться и когда была уже внутри, я стоял полностью одетый, форму повесил на вешалку и ушёл из пиццерии, где стояла Вероника. – Привет, Герасим. Ну что, как прошла смена? Небось все рады были встретить тебя. – с улыбкой спросила она и было приятно в отсутствии такого же подозреваемого лица, как у Ванды. – Привет, Вероника. Да, все рады были меня видеть. – единственное, что я ответил ей с нейтральным выражением лица. – Кстати, я тебе подарок купила. – она повела меня к своей машине и открыла багажник, в котором было два пакета майки. В одном было две курицы, во втором ещё один пакет новогодний с конфетами. Такие подарки подняли моё настроение и заставили забыть о случившимся. – Вау! Неожиданно с вашей стороны. Спасибо вам большой. – я забрал пакеты в одну руку. – И тебе спасибо, что решился вернуться. Удачи тебе в следующей смене. –       Мы попрощались и я ушёл домой с мыслями по пути в угощение стаи, ведь мы не брезговали питаться и сладостями. Уверен, они будут довольны, раз уж без предупреждения ушёл.