Работа над ошибками

В руках Вероники был тяжёлый букет роз. Насыщенный розовый цвет, лёгкий, почти неуловимый аромат. Она знала, что Инна Александровна находится в актовом зале — на праздничном концерте в честь Восьмого марта. На WhatsApp не переставали приходить её фотографии, сделанные Женей исподтишка с разных ракурсов. Женя хорошо играл на гитаре и каждый год радовал учителей своим выступлением. Заглянув в замочную скважину, Вероника убедилась, что сумка Инны Александровны стоит на столе. Значит, скоро она вернётся в кабинет. «Она вышла из зала!» — свистнуло сообщение. Вероника вытянулась струной. Непонятное волнение не покидало. Она достала карманное зеркальце и тщательно рассмотрела своё лицо. Стрелки получились на редкость ровными. Макияж Веронике, определённо, идёт. Через несколько минут послышались шаги, — Инна Александровна поднималась по лестнице, звонко стуча каблуками. Вдохнув еле уловимый запах роз полной грудью, Ника спряталась за угол, прислонившись к холодной стене. — С наступающим Восьмым Марта, Инна Александровна! — разлетелся её голос по всему коридору. От неожиданности Инна Александровна дёрнулась, но на лице её незамедлительно появилась улыбка. Вероника протягивала букет. — Спасибо, дорогая! Очень красивый букет. Инна Александровна приняла цветы и притянула Нику к себе. В следующую секунду губы её коснулись девичьей щеки, оставив заметный след помады. Ника густо покраснела. — И тебя с праздником! Не хочешь зайти? — открывала ключом кабинет Инна Александровна, — Надеюсь, в этот раз нам никто не помешает. Ника вспомнила, как недавно Катя ворвалась в кабинет, когда ей так хотелось побыть с Инной Александровной наедине. Чай был горячим. Терпения у Ники никогда не хватало, именно поэтому она уже несколько раз умудрилась обжечь губы. — Как концерт? — Очень хороший концерт, ребята молодцы. — придвинула к Нике пачку с печеньем Инна Александровна. — Почему ты не выступала? — Так я же ничего не умею! — удивилась вопросу Вероника. — В этом концерте участвуют самые талантливые, а какие таланты у меня? — Неправда! Ты хорошо танцуешь, двигаешься ритмично, не многие так музыку чувствуют. Вероника опешила. — Вы про мои пьяные танцы на дискотеке? — Не только. На концерте ко Дню учителя ты прекрасно танцевала. Выходит, Инна Александровна смотрела на неё? Неужели, из всех танцующих, её взгляд притянула именно она? Ника вспомнила, что тогда отношения у них не ладились. — А рисовать так похоже людей далеко не каждому дано. — продолжала Инна Александровна, — Вот ещё один твой талант. — А ещё я замечательно пою, правда, ни голоса ни слуха у меня совершенно нет! — рассмеялась Ника. — Почему-то я уверена в обратном. — покачала головой Инна Александровна. — Мне бы хотелось послушать, как ты поёшь. — Договорились. — подмигнула Вероника. — Как-нибудь докажу вам, что я была права. *** Инна не помнила, когда в последний раз в марте было так тепло. В кафе на одной из центральных улиц был аншлаг — все столики были заняты. Дополнительный ажиотаж создавал праздничный день. С противоположной стороны столика сидела Света, в спортивной майке с надписью «Balenciaga». Должно быть, Светка снова увеличила губы — на верхней красовался характерный отёк. — Что там твоя Вероника? — спросила неожиданно она, когда официант отошёл на достаточное расстояние. — Вероника не моя. И зачем ты вино заказала средь бела дня? — Праздник же! Ты не будешь? Тогда я выпью всю бутылку. — Ну вот ещё. — усмехнулась Инна. — Обойдёшься. — Судя по последним новостям, девочка медленно, но верно становится твоей. Вы спите? — Свет… — Хорошо, не хочешь — не отвечай. И всё-таки? — Ты невыносима! Не спим. Инна не сразу раскрыла подруге все детали новогодней ночи. Боялась, что не поймёт. Была почти уверена, что осудит. Но Светлана отреагировала спокойно, ограничившись фразой — «Больше я с тобой в одной кровати спать не буду. А то ещё совратишь.» Вино было, что надо. Инна Александровна давно не пила, из-за этого и духоты в помещении ей вскоре ударило в голову. Телефонный звонок обрушился в самый неподходящий момент. — Кто там тебя домогается? — подмигнула Света, отламывая кусочек от «Маминого любимого цветка». — Понятия не имею… На экране высвечивался незнакомый номер. — Алло! — приняла Инна входящий. — Здравствуйте, Инна Александровна, с праздником вас! Извините, что беспокою. Это Лиля из приёмной. — Здравствуй, Лилечка! И тебя с праздником! Что-то случилось? — Инна Александровна, тут такое дело… Звонили из тридцать шестой, у них девочка ногу сломала, та, которая должна была поехать от города на конференцию. Срочно нужна замена. — Конференция, что в Петербурге будет? По химии? — Да-да, она. Как думаете, от нашей школы кто-нибудь поехать сможет? Просили сообщить сегодня. Перелёты и отель полностью оплачивают. — Лиль, ну я не знаю… Всего две недели осталось, так не делается. — Ну, а на примете кто-нибудь есть? У вас же одиннадцатые классы, неужели там никого адекватного? — Не знаю насчёт адекватности… Ладно, я подумаю. — Хорошо будет для школы, если поедет кто-то из наших. — Нужно не просто поехать, а выступить достойно. Я перезвоню через пару часов. Света игриво смотрела на потухший дисплей телефона. — Кто звонил? — Пожалуй, сегодня я больше пить не буду. Объясни мне, как можно было сломать ногу, зная, что через две недели тебе ехать и защищать не просто честь школы, а честь города… Сейчас ведь даже гололёда нет! — Да мало ли, как! Подраться, упасть с лестницы в пьяном угаре… Предложи им свою Веронику. Ты же сама говорила, что она делает большие успехи. — Но как мы успеем подготовиться? Да и не знаю я, какие у неё планы на каникулы. — Я тебя умоляю, какие могут быть у неё планы? Им лишь бы в телефон потыкаться — мои вон на Мальдивы отказываются ехать. На днях заявили — «Зачем нам эти скучные Мальдивы? Мы лучше у бабушки с дедушкой побудем.» Знаю я, чем они будут там заниматься. Целыми днями валяться на диване, есть пиццу и смотреть Ютуб. Родители Игоря добрые, души в них не чают. Дают каждый день деньги на развлечения, а эти только и успевают фастфуд с доставкой заказывать. — А если Вероника тоже собиралась все каникулы валяться на диване и смотреть Ютуб? — Инна, да я в её возрасте только мечтать могла Питер посмотреть. Тем более, когда она узнает, что там будешь ты… Заранее попроси только, чтоб вас поселили в один номер с двуспальной кроватью. — усмехнулась Света, делая большой глоток вина. — Свет, не смешно. — еле сдержала улыбку Инна. До дома Вероники Инна Александровна добиралась на такси почти час. Пробки заставили не только полностью отрезветь, но и всерьёз утомиться. «Ника, спустись во двор, мне нужно с тобой поговорить.» — отправила она сообщение, выйдя из машины. Минуты тянулись вечно. Инна Александровна уже было начала засыпать находу, когда дверь подъезда распахнулась и появилась Вероника — сонная и взъерошенная. В джинсах и майке с коротким рукавом. — Ты чего раздетая? На улице хоть и тепло, но совсем не май месяц! Быстро зайди в подъезд! — Ну Инна Александровна… — Вероника, зайди в подъезд! Простудишься ведь! Не став спорить, Вероника открыла двери магнитным ключом и пропустила Инну Александровну вперёд. Её волосы были взлохмачены. На щеке можно было рассмотреть характерный след от подушки. — Спала? — Спала. — улыбнулась Вероника. — Что случилось? О чём вы хотели поговорить со мной в этот прекрасный вечер? — Вероника, послушай… Возможно, на каникулах тебе придётся уехать. Разумеется, всё будет сделано исключительно по твоему желанию. — Инна Александровна, вы меня что, хотите похитить? — заулыбалась Вероника. — Не буду томить, я согласна! — Ника, это серьёзно. — Хорошо, я поняла, серьёзно, так серьёзно. — Как ты относишься к тому, чтобы посетить на каникулах Санкт-Петербург? — Да вы что, Инна Александровна… Кто меня там ждёт? — Девочка, которая должна была представлять город на конференции по химии, сломала ногу. Ты можешь поехать вместо неё. Единственное, нужно будет за две недели подготовить работу. С этим я тебе помогу. — Вы сейчас не шутите? — Не шучу. — Есть одна большая, просто огромная проблема — моя мать. Она меня не отпустит. — вздохнула Вероника. — Да и отчим ввяжется, сто пудов сделает ещё хуже. — С твоей мамой я поговорю сама. Главное, ты согласна? — Конечно! Провести хотя бы пару дней вне дома, да ещё и в Питере! Какой идиот откажется? Я мечтала там побывать! — Хорошо. Тогда я сообщу, что едешь ты. — На поезде? — На самолёте. — Я никогда не летала на самолёте… — Не бойся. До Питера лететь всего ничего. — Инна Александровна… Это ведь вы порекомендовали именно меня? — Я ещё не дала ответ. Всё зависит только от тебя. Инне нестерпимо захотелось пригладить растрёпанные волосы Ники. Она протянула руку и осторожным движением убрала пару выбившихся прядей. — Я никогда не была одна в чужом городе. Вообще, я мало где была. — Не переживай, Ника. Всё будет хорошо. Завтра я позвоню твоей маме, а сейчас иди, я ведь тебя разбудила. Инне Александровне показалось, что Вероника разворачивается к лестнице, но в следующую секунду она резко обернулась. — А приходите к нам завтра на чай. Я вас приглашаю. Завтра ведь воскресенье? Поговорите как раз с матерью. — Не знаю, Ника, это неудобно. — Да бросьте! Я предупрежу, что вы зайдёте по серьёзному делу. Так будет больше вероятности, что мать даст добро. — Хорошо. Только предупреди маму, обязательно. — Конечно. Ну, тогда до завтра. — Вероника игриво махнула рукой и убежала вверх по лестнице. — Лиля, я поговорила с Вероникой Романовой из одиннадцатого «А». Думаю, она должна справиться. — Она согласилась? — Согласилась. Завтра переговорю с её родителями. — Замечательно. Инна Александровна, совсем забыла напомнить. Вы же знаете, что со школьницей в лице научного руководителя должен поехать педагог? — Знаю. *** Вероника лежала в своей кровати, смотря в потолок. Надо же, всего через каких-то две недели сможет осуществиться её давняя мечта. Побывать в Санкт-Петербурге Вероника мечтала уже несколько лет. Неожиданно телефон свистнул — пришло оповещение. Открыв «В контакте», Ника увидела сообщение от Ярослава Поддубного. «Ника, привет. С праздником тебя. Может, погуляем как-нибудь?» — писал Ярослав. К сообщению был прикреплён подарок в виде восьмёрки. «Спасибо за подарок. У меня совершенно нет времени на прогулки.» — ответила Вероника и заблокировала телефон.