И падал снег

Декабрь неумолимо приближался к своей середине. От бессмертного хита Аббы, доносящегося из каждого утюга, начинало подташнивать. Зима в Москве последние годы была больше схожа с апокалипсисом. Вот и сейчас хотелось пушистых снежных шапок на лапах елей, рождественских ярмарок, пахнущих глинтвейном и имбирным пряником, где-нибудь в австрийской глубинке, а приходилось отскребать ледяную корку с лобового стекла машины. Новый год давно перестал быть праздником, превратившись в вечный дедлайн. Люди словно сходили с ума, толпясь в бесконечных торговых центрах. Жене же просто хотелось спокойного домашнего праздника, вместо многолюдных вечеринок, которые так любила его жена. Вот и сейчас Егоров обреченно толкал перед собой тележку по рядам гипермаркета, в которой игрался Даня. Оля, пританцовывая под новогодние джинглы, выбирала продукты из огромного списка для новогоднего стола. Мрачное течение мыслей молодого мужчины прервала вибрация смартфона в заднем кармане джинс. На экране высветилось сообщение от Юры, отправленное им в общий чат для всех, кто постоянно работал с группой. Юрон: Всем привет! Друзья, напоминаю, что шестнадцатого декабря День рождения группы Эпидемия. По этому поводу всех приглашаю к себе на дачу. Будут зимние шашлыки. Выношу на голосование вопрос, берем подруг/жен/детей или только нашим рабочим коллективом? Егорову очень хотелось отдохнуть, побыть в компании коллег, расслабиться, выпить пива, не оглядываясь на жену и ребенка. Ларс: Я за рабочую тусовку. В Японии вон как хорошо было. Это ДР группы, думаю можно на этом событии обойтись без плюс один. Женя облегченно выдохнул, ведь он не один такой, а значит можно не копаться в себе и не терзаться комплексом вины. Женька: Я соглашусь с Ларсом. - Женя, может ты вылезешь из телефона? Я дорадо тут выбрать не могу. - недовольный голос Ольги и сведенные брови, заставили Женю спрятать телефон в карман. - Прости, в рабочем чате обсуждают День рождения группы. - подавив тяжелый вздох, Женя подкатил тележку, и обняв Ольгу за плечи, склонился над холодильной витриной - ну что тут с дорадо? Спустя еще пару часов занимательного шопинга, семейство Егоровых направилось домой. Встав в очередной пробке, Женя заглянул в рабочий чат снова. К своей радости он обнаружил, что все проголосовали за отсутствие жен. Было решено собраться в двенадцать дня. Для тех, кто не был у него на даче, Юра прикрепил геолокацию. После недолгого обсуждения сметы на продукты и выпивку, чат замолчал. Женя с нетерпением ждал шестнадцатого числа, поэтому с утра в этот день у него было приподнятое настроение. Вертясь перед зеркалом и критически осматривая себя, он размышлял, не слишком ли странен его костюм для зимних шашлыков. Белые джинсы, заправленные в умопомрачительно модные берцы, туго обтянутые упругие ягодицы, казалось, что если Егоров захочет сесть, ткань затрещит. Футболка с декоративными дырками тоже была явно не по сезону, но ему так хотелось. Странное возбуждение охватило Женю, он лишь пытался отмахнуться от него, внушая себе, что это всего лишь радость от предстоящего праздника. Небрежно накинутый пуховик нараспашку и распущенные волосы мужа, окончательно заставили Годунову, стоящую в дверном проеме, начать нервничать. - Мне кажется, ты странно оделся для зимних шашлыков на даче -скептически проговорила девушка. - Оль, ну просто захотелось так одеться, я же в доме буду, Юра все равно никого к мангалу не подпустит. - Женя пожал плечами, натягивая шапку на непослушные кудри. - Нет поводов для ревности, это глупо. - Егоров поцеловал жену в щеку. В ответ она лишь закатила глаза. - Ладно, уже, езжай. Только не пей много и вернись завтра не поздно! Это она уже прокричала вслед убегающему по лестнице Егорову. Включив музыку погромче, и подпевая бессмертному Фредди, Женя выехал на шоссе, заставляя стрелку спидометра приблизиться к отметке в сто километров в час. Ему хотелось быстрее вырваться из слякотной Москвы, в запорошенный чистым снегом пригород, к своим друзьям, к глотку свободы. Едва не пропустив поворот на садоводства, Егоров сбавил скорость, поворачивая на раскатанную дачную дорогу. Уже подъезжая к знакомому дому, он увидел машины друзей, которые толпятся на обочине. Припарковавшись, Женя выбрался из машины. С участка доносился гомон веселых голосов. Он улыбнулся, и посигналил длинным гудком, возвещая о своем появлении. Прихватив с заднего сиденья пакет с вещами, Женя направился к калитке. Едва он успел протянуть руку, как железная дверь со скрипом открылась и Егоров буквально влетел в вышедшего ему навстречу Юрона. - Привет, Женька - мужчина заулыбался и приобнял гостя, похлопав по плечу. - Привет, Юр - отозвался Егоров, отступая на шаг назад, с улыбкой, в которой, как показалось Юре, мелькнула нотка флирта. Хотя нет, о чем это он. Наверняка показалось. И все же мужчина не смог сдержаться и скользнул взглядом по стройным ногам, обтянутым белой джинсой, на секунду задержался в районе ремня и поспешно тряхнул головой, расстегивая пуховик. Стало жарко, будто на улице плюс тридцать, а не минус пятнадцать. - Ну вы там где? - раздался возглас Ларса откуда-то из глубины участка. - Идем!- крикнул Юрон в ответ и вновь повернулся к Жене, стараясь смотреть на что-то нейтральное в его образе. Хотя, разве там было что-то нейтральное? - Прекрасно выглядишь, надо сказать. На концерт бы эти джинсы одел, а то про твои черные уже шутки ходят, что они у тебя одни единственные.- мужчина искренне надеялся, что его слова не прозвучат двусмысленно. - Спасибо- Егоров смущенно улыбнулся - зима не располагает к разнообразию в гардеробе, поэтому хоть в честь праздника переоделся. - Я тут вещи кое какие на ночь привез - Женя демонстративно поболтал пакетом, отходя от скользкой темы своего внешнего вида. - Давай, я в дом отнесу, а ты иди к ребятам. - мужчина протянул руку за пакетом, и коснулся пальцами холодных пальцев Егорова. Женя вздрогнул от прикосновения. Ладонь Юры была сухой и горячей. Он едва заметно шевельнул пальцами, словно впитывая тепло чужой кожи. Разрывать этот контакт не хотелось, но из за бани послышался скрип снега. Юра забрал Женины вещи и отошел в сторону. На тропинке появился Ларс. - Ну тебя только за смертью посылать! - басист обратился к Мелисову. - Здаров, Женька. Мужчины обменялись рукопожатиями и направились к мангалу. - Я догоню. - отозвался хозяин дачи, оставшийся позади них. Он не сводил взгляда с ягодиц Егорова. Зайдя в дом, Юра прислонился к стене, закрыл глаза, переводя дыхание. К груди мужчина прижимал пакет с вещами Егорова, вдыхая запах, исходящий от его футболки.