ПустынныЙ цветок

4 Глава Капелька истины "Когда человек сталкивается с ощущением того, что он когда-то уже раньше оказывался в похожей ситуации или месте — это считается дежавю. А вот если, я оказалась в похожем сне, можно ли считать этот самый сон дежавю или это просто повторяющийся сон, и я зря заморачиваюсь? — рассуждала я про себя, лежа на кровати под навесом из балдахина. — Лучше бы приснилось что-то новое и, желательно, без этого идиота!" Немного приподнявшись на локтях, я попыталась понять, где нахожусь. Окружающий интерьер напоминал то трешовое место: витые и изогнутые стулья, походили на странный столик из другого сна, огромные белые колонны, стоящие на мозаичном полу, были так же похожи на колонны с цветами, которые я видела до этого. Но отсутствие бесячего субъекта, и нежные цвета на стенах и потолке, подействовали на меня как релакс. — Его нет… — Хлопнула ладонями по одеялу и радостно закричала. — Этого самомненческого придурка нет! Затем, резко соскочив с кровати, и, шибанув со всей силы дверь, я рванула за пределы комнаты, радостно преодолевая лестницы и коридоры, в духе глупой дятла Вуди. Короче, кайфанула от души, ведь ноги ничем не были скованы. Как оказалось, бег во сне весьма сильно может повлиять на дыхалку. "Странно." — Я остановилась, чтобы отдышаться. Прямо передо мной вниз спускалась каменная лестница, ограждённая широкими перилами. Мне захотелось скатиться с неё. Таким образом можно было перейти в другую часть сна, как это происходило и раньше, но не удалось. Как только я занесла ногу, за спиной послышался знакомый голос. Только вот, от того, что голос был знаком, не становилось легче, а даже наоборот — криповало по полной. Я быстро прокрутила в голове побег из комнаты и поняла, что за дверью в тот момент кто-то стоял. «Мда, кайфовали мы не долго». — подумала я и приготовилась снова бежать, но у тела не было особого желания. «Неужели опять эта Витина?! Не хочу всё это снова переживать!» — Проснулась значит! Я обернулась. Позади меня, по лестнице спускался полусонный идиот, а за ним ругаясь, следом шел стражник. — Волшебного пробуждения, Пустынный цветок! К чему бегать по замку в одном исподнем, неужто во сне ходишь? Стражник приложил руку ко лбу, там оказалась хорошая шишка - всё же ему прилетело от меня дверью. " Свали извращенец из моего сна! " — хотела сказать я, но…— Не имею особого желания, общаться с таким как ты, — ответила ему Витина. –Да что вы говорите, и с каким же это? Я закатила глаза. " Ну-у давай, выдай уже что -то своё, скажем так — лирическое. Жги малютка!" — П…Плотолюбцем, — тихо сказала она, с презрением отвернувшись от него. Услышав такое слово, я зависла от стыда, а те двое, что неудивительно — громко заржали. — Теперь я ещё и плотолюбец! — продолжал он смеяться, глядя на неё. — Почему бы не назвать меня, скажем. Ммм... Придурок начал щёлкать пальцами, требуя подсказку от своего соржачного компаньона. — Вас, Ваше высочество, называют: бесстыдным поглотителем женских сердец и коварным соблазнителем юных душ. — холодно ответил тот. — Верно, железный! — ответил урод, гордо задрав нос — Но, теперь - то ты поняла, как стоит меня называть, если не хочешь обращаться по имени или титулу? «Тьфу! Какой же он всё - таки...» — И не подумаю так обращаться к тебе! — возмутилась Витина, несмотря на невыигрышное положение — Матушка раньше рассказывала про таких, как ты — плотолюбцев: вы видите женщинах, только предмет для плотских забав и больше ничего! Уроды рассмеялись ещё громче. Мне захотелось со всей силы вдарить "титулованному", но очень наивная и труслива особа, в чьём теле я застряла, решила воздержаться от подобных действий. Радовало одно — не пришлось долго слушать ржание этих двоих. Позади нас, по коридору шел человек, одетый в тёмно зелёное платье. Такую одежду я когда-то видела в мультфильме про Алладина. На голове же у этого человека находилось подобие пилотки, но почему-то развёрнутая боком вперёд. Этот странный головной убор, как и не менее странные рукава - фонарики, выглядывали из-под свисающих тканей платья. Всё это было обшито по краям дорогущими камнями, которые явно указывали на равный или же приближенный статус к «соблазнителю юных душ». " Кто он?" — размышляла я, разглядывая седого незнакомца в необычной одежде. — "Советник, или может учитель?" Мужчина подошёл к нашей «компашке» и что-то прошептал на ухо понторезу. После чего тот, небрежно махнув на рукой, отправил меня гулять по саду. Сложилось впечатление, что я ребёнок, которому не следует слушать разговоры взрослых. Разумеется, это было неприятно, но потребовать более уважительного отношения к себе, я немного труханула — тупо в закрепе держалась угроза о яме со змеями, почему и послушненько свалила в сад, без каких - либо требований. Сад, от слова совсем, не походил на сад: там не было не кустика, не дерева, лишь банальное сочетание белого песка и большущего пруда. Этот скучный пруд находился в окружении пугающих статуй пантер,которые, возможно, и стали заменой всей растительности. По высоте те кошки были, как три меня, так ещё и чёрные, массивные. Я заметила, что когда смотришь на них издалека, нагоняется такая лёгкая жуть, а когда же подходишь чуть ближе, наоборот возникает восхищение от их детальности. Но никак не хотелось признавать, что у такого омерзительного типа может быть вкус. Рассчитывая увидеть хоть какую-нибудь "грязь", свойственную его натуре, я заглянула внутрь пруда. Пруд, хоть по началу и выглядел депрессивным, из-за серых плиток и белого песка, внутри же оказался очень даже красив. На его дне, я увидела аккуратно выложенную цветную мозаику. Она так и притягивала взгляд своей яркостью и объёмностью, а большие чёрные рыбы, что красиво переливались золотистым оттенком в прозрачной воде, создавали ощущения конкретной роскоши. Однако, даже такая красотища, не смогла отвлечь меня от самого интересного — подслушать разговор этих двоих. Да и удобненько получилось - окно беседующий, находилось прямо над садом. — Принц, хочу напомнить, к ней необходимо относиться снисходительно. Она последний «Пустынный цветок» и важна Его Величеству. «Я,конечно, не понимаю почему он так называет нас, но этот мужчина начинает мне нравится...» - отметила тут же я. — Да знаю я, что она последняя в своём роде, но паршивка, так сильно точит моё терпение! Словно забыла, где её место. Хочется взять и вырвать с её корнем! «Это, он о нас что ли?! Да я ему… Я ему сама кое - что вырву с корнем!» —возмущалась я, всё больше вскипая. — Всё же постарайтесь быть с ней помягче. — Я то что?! Это всё она начинает! Я ей: «доброго пробуждения Пустынный цветок», а она мне — " Не имею желание общаться с таким, как ты!" — продолжал рычать придурок. — Если б только, не её столь необходимое отцу свойство, давно бы изневолил. Без своего нутра, она обычная рабыня… «Меня?! Да, ты... Я урою тебя!» -кипела я внутри, пока испуганное тело Витины медленно съёживалось и опускалось на корточки. — Прекрасно понимаю, что вы сейчас чувствуете, Ваше высочество. Эта женщина, действительно, очень своевольна, однако, на сейчашний момент покровительственное отношение к ней — необходимость. Вам следует успокоиться и, как я уже раньше сказал — быть более снисходительным. "Ах ты крыса двуличная!"— возмутилась я. — Вы правы. Мне, действительно, нужно остыть, нито из-за паршивки ещё всю фрасту истрачу. — Мудрое решение, Ваше Высочество. Теперь вам стоит извиниться и пригласить эту особу к трапезе. –Извиниться? Мне?! — Да, Принц. — неприятный мужик выдохнул — Вы должны поступить так, как того трубует обычай. — Учитель! Я не понимаю… — Я понимаю ваше негодование, и мне как вашему наставнику, таким же образом не по нраву сложившаяся ситуация, но эта женщина находится под защитой Его Превосходительства. — Знаю! Давно знаком с силой отцовского слова. Такие счастливчики сразу становятся не прикасаемыми. Но тут же — обычная рабыня, коих в лиловых улицах полным полно. — Это правда, Ваше Высочество, но указ — есть указ. — Что бы я: Принц Эйсфис Фиантер — Эйсфрис — Лармос — Верктук, второй сын короля — унижался перед какой-то девчонкой? Никогда в жизни! — ошарашенно выдохнул придурок.- Я думал о том, что бы поощрить её своим прощением, но, то что вы мне предлагаете, учитель, неприемлемо! Извиниться перед какой-то там рабыней! Такого не будет ни-ког-да! «Да я… Я эту самомненьческую рожу...! Не упёрлись мне его выгибонные манеры!» — Неужели, вы, готовы отступиться, только лишь из-за своей не сдержанности? —неприятный мужик понизил голос. Я с трудом начала разбирать, что он говорит и уловила только фрагменты: — Продержаться в хороших… с «Пустынным цветком», Сами… Превосходительство очень заинтересован… родом существ. Поначалу, слова лицемера показались полной околесицей, но затем меня тюкнуло: «Его околесица — это и есть, мой спасительный ключ к свободе, да и неожиданно появившаяся защита от папани самомненьческого идиота, тоже хорошее преимущество. Не так уж и плохо, что моя глупая деваха, является каким-то существом, в котором заинтересовано столь важное лицо, а эта их семейная драма или борьба за трон, меня не касается, это тольки их дурдом. Главное, чтоб не пришлось драться и бегать. Так это не люблю… Как говорил алкаш в деревне у дедушки: " Сало — сила, спорт — могила!» Между тем непрятный мужик продолжал настаивать на своём: — Ваше высочество, если вы всё же верны своему замыслу, то какое -то время вам придётся поддерживать хорошие отношениях с «Пустынным цветком». " Ага счас, размечтался, училка в пилотке! Хороших отношений он захотел». — возмущалась я, внутри всё больше съёживающейся от их разговора Витины. — Эта женщина, она!... Она ужасно несносна! — Знаю, Ваше высочество, но это невежество сразу же исчезнет, как только прибудет Его Величество, а до тех пор нужно потерпеть. Я обещаю: эта жертва послужит во благо нашему намерению. — мужик медленно выдохнул, — Однако, если вы пожелаете отказаться от этого самого намеренья, то я беспрекословно подчинюсь, ведь вы прежде всего мой хозяин, и ваша воля — это моя воля. — Ой, да полно вам, учитель… Я? Хозяин?! Моя воля — ваша воля хе-хе. — Клюнув на лесть, идиот наивно согласился. — Данный жест, действительно, необходим! Ну что ж, тогда пойду попрошу прощение у нашей гостьи! -Верное решение, Ваше Высочество. «Ме-ме-ме, верное решение Ваше Тупейшество… Вот ведь простодырый принц! Твой слуга в сто раз прошареннее тебя!» — передразнивалась я, пока тот оживленно спускался по лестнице в сад. –Эй, Пустынный цветок! Нижайше прошу прощение, если чем-то обидел". «Если чем -то...?! Да я его убью!» — рявкнула я внутри. — Непонимаю, зачем просить прощение, если это не настоящее извенение? — неожиданно подала голос моя молчунья. «Должно быть, и тебя он, припевочка, заманал…» — заметила я. — Извини, я не расслышал. — игриво наклонив голову, он приложил ладонь к уху. — Не важно. — ответила она, отвернувшись. «И? Это всё?! А где чистый разнос? Где то, что я хотела услышать?!» — Нуу... Уж если сам «Пустынный цветок» не желает продолжать вести беседу, — с фальшивой досадой продолжал говорить идиот, — то я могу лишь предложить сменить наше неловкое молчание на утреннюю трапезу. "Ага, теперь он ещё, поесть с нами захотел. Отказывайся, девочка моя!» — Хорошо, я приму ваше предложение и позавтракаю вместе с вами, но только если вы не будете ни коим образом притрагиваться ко мне. — уверенно заявила она, прямо смотря ему в глаза. И вместо того, чтобы просто перевести это в шутку — придурок начал краснеть от злости, а после вообще достал из рукава белый ромб, поднес его к лицу и сделал несколько глубоких вдохов. «Странная реакция, ну да ладно. Мне больше интересно: наркотик или успокоительное он втянул? — Я решила немного порассуждать: Зрачки, вроде, не расширены, обычные какашки, как и всегда, цвет, кожи в аналогичном состоянии — не изменился. Хм, любопытненько...» А вот Витине любопытно не было: ромбик, на который я смотрела с живым интересом, оказался для неё конкретным тригером, далее перетёкшим в самовредительсво. Вроде, стояла вся такая из себя - гордая и молчаливая и осуждала придурка, но через несколько секунд, неожиданно ей темякнуло, впиться ногтями себе в ладони. Может быть, она таким образом и пыталась перебить плохие воспоминания, как это делают некоторые товарищи, но мне никогда не было кайфа от подобных салфхарм замашек. Не моё это! — Ах ты… — он прижал рукав к носу и зажмурился, — Мм, зараза, слишком резко пошло. «Ууу, точняк наркота!» — победно закрепила я. Стражники же, прятавшиеся за кошаками: одни, только заметя, что их придурошному принцу стало «not very good» резко повыскакивали из - за статуй, пытаясь помочь тому, а другие зачем-то дёрнули к Витине, подставив изогнутые мечи к её шее. "Не смей дёрнуться дёрнись, Шизик…» — едва сдерживая себя, проговорила я Витине. Само собой, ответной реакции я не получила, но и лишних движений тоже не заметила. Не трудно было догадаться, что и ей сейчас не реально страшно, к тому же думать о чём-то другом, кроме как об остром лезвии под горлом, не особо-то получалось. Ведь одно дело, когда у тебя есть возможность повыгибаться, и совсем другое, когда её нет, и ты просто тупо надеешься на везение. — Ваше Высочество, быть может, позвать придворного лекаря? — обратился один из шлемов к унюханному. Тот лишь оттолкнул от себя слугу. — Сейчас же скрылись! — психовато приказал он, не обращая особого внимания на Витину. Стражники, ослабив кольцо из мечей, а после вовсе убрав их в ножны, послушно вернулись за статуи. Меня уже не волновало, что эти консервы всё время прятались за кошками, больше кошмарило от того, как быстро они способны зарезать нас, если им что-то не понравится, а про тут же упавшую на колени Витину, я вообще молчу — девочка нехило так стрессонула. — Что ж, — начал придурок, слегка покашливая, — аларм, конечно, эти хвосты подняли, но лучше, чтобы этого не видел учитель. Он прищурился. Внимательно всмотрелся в окно. — Замечально. Ушел раньше, чем выползли мои безмозглые. Можем теперь спокойно пойти позавтракать. Придурок подал свою руку. Витина от неожиданности вздрогнула и взялась за неё. «Я бы на её месте оттолкнула его!» Идиот, скорее всего, удивился, но решил не подавать виду. «К чему эти игры, не понятно…» — задумалась я. — Ндаа, от брани с вами "Пустынный цветок", быстро почувствуешь голод. «Ну-ну, давай, ещё пожалуйся!» Витина молча следовала за ним. Так, не сказав ни слова, мы вернулись обратно в замок. В замке же меня не отпускало ощущение, что теперь железяки могут находиться где угодно. Любая мелочь казалась подозрительной. Неприятное состояние я словила ещё в начале, когда мы только поднимались по главной лестнице. Помимо морального давления двух железяк, что шли сзади, в качестве надзирающих, ещё напрягало тёмное пространство под главной лестницей. Оно напомнило туннель из гостбастера, такой же длинный, пугающий и уходит не понять куда, то бишь прекрасная среда для послушных гадов. Место за каменными арками тоже не отставало: захочешь повернуть голову к одной из таких громадин, а она в туже секунду, отмечается в голове красной галочкой — всё «спасибо», богатой и неуёмной фантазии. Преодолев первый этаж и несколько переходов с большими и малыми комнатами, мы вышли на очередной коридор. Он, как мне показалось, был намного длиннее чем предыдущие. Не знаю, возможно то глюк, или того хуже — поездка крыши к татарам, но это уже понемногу начинало меня доставать. Вот есть же эгоистичный представитель здешнего мира, которому на всё плевать — идёт себе в приподнятом настроении, размышляет вслух, что его ожидает на утренней трапезе, а есть я - ни о чём не могу думать, кроме как только побыстрее накормить испуганную до ж*** девочку. Плохо же будет нам обеим, если она не выйдет из своего застывшего режима. Наконец, мы остановились у нужных нам дверей. Войдя вслед за идиотом, я сразу же почувствовала запах свежесваренного какао и жареного мяса. Захотелось убедиться, не обмануло ли меня обоняние, но режим неподвижности Витины оказался неколебим. Она продолжала смотреть в затылок придурку, не поворачивая головы. Выглядело всё это так, буд-то она ждёт его приказа. -Чего стоишь? — обернулся он. — Садись. Или ты не голодна? " Не голодна?! Ты шутишь? У меня, уже только от запаха, море слюней образовалось, а ты говоришь: "не голодна"... Да если б, не эта застывшая дурында, я бы уже давно оккупировала стол!» Идиот глубоко вздохнул, скинул свои восточные тапки и приземлился на подушку, а Витина же присела чуть подальше. Видать, не особо хотелось сидеть рядом с быдлом. «Прекрасно понимаю! Сама бы отсела, так метров на 200, чтоб уж наверняка не видеть его рожу». Тут же в комнату вошла молодая немного симпатичная девушка. По откровенному виду которой можно было сказать, что угождение идиоту, являлось единственным её предназначением. Да и видеть такое преданное выражение "морды" мне приходилось только у собак. «Жуть! Видимо, здесь все помешаны на нём». Спустя несколько секунд необъяснимого рассматривания женской груди, Витина перевела взгляд на стол с едой — чему я очень обрадовалась, ведь никогда не интересовалась подобными прелестями. Не знаю, можно ли было назвать едой то, что стояло на столе, но наличие схожих запахов и других съедобных дополнений, всё же вызывало приличный аппетит. Стоило только взглянуть на горячую тушку неизвестной птицы, похожей на утку, или на рака странной формы, стоящего рядом с вазочкой квадратных кусочков, которые так сильно напоминали рахат-лукум, или на кувшин с какао, если то было действительно какао - как сразу начинало урчать в животе. — Что изволите сегодня отпить, Ваше Высочество? — как бы невзначай, засветив грудную ложбинку, служанка наклонилась к придурку. Тот же причмокнул, приказал подать питьё. Сменившись другой служанкой, в не менее вызывающем полупрозрачном наряде, девушка поклонилась и вышла из комнаты. Удивило то, как она умудрилась не навернуться, уходя спиной назад по разбросанным подушкам. Вторая служанка аккуратно взяла железный кувшин с напитком и принялась разливать карамельную в жидкость в пиалки. Девушка приторно улыбнулась, немного прикрыла веки. — Чего бы вам хотелось отведать, мой господин? Она присела рядом с идиотом, её рука легко и играючи сместила разрез длинного платья, продемонстрировав ноги. "А мои - то ножки лучше" — тут же промелькнуло в моей голове. — Я бы…- посмотрев на её оголённое бедро, извращенец ответил — Я бы не отказался от ламерии с бёдрышкоммм… — Сегодня, Ваше высочество, наш повар приготовил сочного муртака. -Прекрасно… Я очень люблю этот редкий вид птиц. Их сочное мясо и хрустящие клювики, так и просятся ко мне в пасть! - закончил придурок со смехом. Служанка хихикнула в ответ, провела ладонью по другой стороне бедра и отстегнула кинжал от повязки. Я с трудом сглотнула комок в горле — «Значит и служанки, здесь тоже чифирнутые: могут спокойно как и нашинковать мясо, так и перерезать горло…» — Слушаюсь, Ваше Высочество. Девушка, умело проделала те же манипуляции, что и её напарница и аккуратно положила горячий кусок мяса на мою тарелку.Вкусно запахло незнакомыми специями. Витина жадно потянулась к мясу, но служанка её остановила. — Нет- нет, уважаемый гость - для начала пригубите лик Элейна. Витина, смутившись, немного отпила. Потеплело в животе, и покраснели щёки. "Странно... Вроде, обычное вино. - тут же задумалась я. - но почему тогда есть такое ощущение, что алко пробую впервые? Что за ерунда? Неужели эта дурёха никогда ещё не пробовала пить". Зато спустя какое-то время, мы всё же смогли набить наше общее пузо и хоть немного, да расслабиться. И пока идиот продолжал настойчиво донимать служанку, я радовалась тому, что всё вниманием моей объевшейся барышни было занято другим - "Ведь уж лучше пялиться на однотипную и банальную голубизну с мрамором, чем на игры этих двоих". — К…когда я смогу выйти за пределы ваших владений? — неожиданно для всех решила проявиться Витина. «Ого! Мы оказывается только и мечтаем, чтоб нас тут грохнули! А что ж ты раньше-то молчала?!» — находилась я в сильном прифеге. Завтра, — продолжал идиот играть в добряка, — ранним утром, я выезжаю проветриться и, по возможности, поохотиться. Дорога до места займёт дня три, если хочешь, то можешь присоединиться к увеселению. Конечно, если только не боишься. «Напугать пытаешься, что ли?» - недоверчиво спросила я. — Но, ведь я прежде и не была на охоте. — Кхе-хе, в охоте нет ничего такого,- начал с насмешкой идиот- чего бы вы не смогли освоить «Пустынный цветочек»! Затем он накинулся на кувин и начал жадно глотать его содержимое. «Ясно Значит самому стало противно от сказанного. Ну идиот- есть идиот, больше нечего сказать!» А вот служанка тут же принялась его тормозить. — Ваше Высочество… — с опаской начала она. — Быть может не стоит так усердствовать с Элейн. Вам может стать дурно. Придурок лишь молча стукнул кувшином об стол и притянул её к себе. Она,уже давно привыкшая к подобному трешу, просто подыграла. — Хм, Розмари. Ты ведь понимаешь, если мне станет как ты сказала: "дурно", то с этим управляться придётся тебе, моя курочка…- не дав возможности ответить, он с намёком прижался к её шее. "Так моя хорошая! Сваливаем пока не запахло отжаренной курицей". - тут скомандовала я Витине. — Раз завтра на охоту, то разрешите вернуться в покои. — предложила во время сообразившая. — Да-да, - не отрываясь от сидящей на нём служанки, ответил придурок, - доброй ночи, Пустынный цветок. Так, в жутко вымотанном состоянии, мы и вернулись обратно в спальню, где сразу же вырубились. А проснулась я, к своему удивлению, уже в своей собственной кровати. За окном ночь, прямо напротив моего лица что-то начинает копошиться. Я резко отдёргиваюсь назад и ударяюсь затылком о стену. В голове звон, рука находит светильник - включается свет, и что я вижу: прям на моей подушке, растележившись во весь рост, слегка подрагивая, сопит Пингвин. Аккуратно достаю телефон, чтобы не разбудить его, смотрю на время и понимаю, что можно ещё немного вздремнуть, но едва закрываю глаза, как звонить будильник. «Чёрт! Надо идти в школу» Из зала постепенно становятся слышны голоса родителей. Они опять ведут разборки. Юр, слушай, — заговорила хрипло мама, — у меня вот вообще нет, не желания, ни сил заниматься домом на этой недели: на работе очередной аврал, я и в выходные буду сидеть в доках. — Ну, и что ты предлагаешь? — остановившись у моей комнаты, папа понизил голос до шепота — Опять Женька нагружать будем? Мама цыкнула и тоже перешла на шепот: Возможно. У меня пока просто нет времени. —У тебя, его никогда нет! Ты месяц уже не готовишь, только и сваливаешь, что на клининг, да на нас с Женькой. " У, предки собачатся" — окончательно проснулась я. — Хорошо! — мама громко хлопнула по халату. — Давай тогда снова клининг вызовем. — Ну да, конечно, он нам и помоет, и приготовит! Опасаясь за свою шкуру, я решила вылезть из комнаты. "Лучше рискну и попытаю удачу, чем просто вляпаюсь не знаючи во что". — Подумала я. —Пап… Мам…- пытаясь изобразить зевание, обратилась я к родителям — Вы с самого утра решили выяснять бытовые головники? — Нет, что ты, Женечка! — тут же отреагировала мама. —Да, Женёк, мы просто решам, как…- заминался, папа стараясь доказать обратное- Мы хотим понять, кто, чем будет заниматься на выходные, сахарок. Вот и всё! Мама окинула его хмурым взглядом, обеспокоенно обратилась ко мне: — Мы тебя, разбудили, зайчик? —Нет, не разбудили. Встала, как обычно, по будильнику. — коротко ответила я. Оба родителя выдохнули. Неожиданно, за спиной скрипнула дверь и из-за неё вышел Пингвин. Пока я, замерев от шока, наблюдала за частым морганием отца, который подумал, что ему вероятно померещилось, мама перешла в режим горения. — Это ещё что такое? — по нарастающей интонации спросила она. Папа, не поняв, что вопрос предназначен не для него, на автомате ответил: — кот, по идеи. — Юра! — резко возмутилась она. — Я вижу, что это кот! Я не спрашиваю что он такое, я спрашиваю, что он тут делает?! Оба тяжело посмотрели на меня. — Мам, ну, я ... На улице был дождь, а-а он, он такой худой и голодный, и-и я его не смогла оставить. — не зная куда деться, я продолжала оправдываться. Мама выдохнула сквозь зубы, папа скрестил руки на груди. — Мы, тебе уже сотню раз говорили, что б не тащила всякую животину с улицы! — закипала мама, рядом утвердительно кивающим в ответ папой. — А ты всё никак не прекращаешь: то голубя приволокёшь, то щенка, а сейчас ещё и кота! Вот, что теперь с ним делать? А?! —Может, оставить? — зажмурилась я от страха. Мама перевела взгляд на отца. Папа сразу отмахнулся от нас как "от греха подальше" и ушел на кухню, не дожидаясь второго залпа. Мама же прорычав в его сторону, сначала посмотрела на меня, а потом на мирно сидящего у моей ноги Пингвина. — Ладно, оставляй.