Система, можно мне в отпуск?

Шэнь Цинцю не смел направиться к пику Цинцзин. Это место сейчас слишком опасно для них, там демоны решат искать пропажу в первую очередь. Однако, на счет этого Шэнь Цинцю не волновался, там сейчас прибывали сильнейшие заклинатели, в том числе и бог войны Лю Цинге, а также и сам глава школы. На них можно было положиться. Оценив силу врага, Шэнь Цинцю прикинул, что одолеть его самостоятельно не сможет, но вот Лю Цинге это уже было примерно по силам. Раз уж главному демону пришлось избавиться от Ло Бинхэ таким подлым способом, значит, не так уж он и силен. Сейчас нужно было просто хорошенько спрятаться, переждать весь этот кошмар и позаботиться о маленьком Бинхэ. «Звучит то просто, но на деле за мной сейчас гонится целая армия демонов, а мои духовные силы уже на исходе… И что мне вообще делать с Бинхэ? Как вернуть его в нормальное состояние? Где нам, черт возьми, теперь прятаться?» В конце концов Шэнь Цинцю просто продолжал лететь вперед до тех пор, пока даже самые крохи духовных и физических сил не покинули его тело. Вокруг уже давно стало светло, а солнце палило так сильно, будто всерьез вознамерилось окончательно добить его. Радовало лишь то, что мальчик в его руках ни разу не вздумал вырваться или что-нибудь выкинуть. Он вообще был ниже травы, тише воды. Так притих и не двигался несколько часов к ряду, что Шэнь Цинцю какое-то время даже подумал, что тот уснул. Но нет, его детские глаза всё время были широко распахнуты, а маленькое сердечко билось так быстро, будто он километра четыре только что пробежал. К счастью, когда Шэнь Цинцю осознал, что продолжать полет больше не может, на глаза ему попалась какая-то старая лачуга. Это было очень кстати. Наверняка они отбились от преследователей еще часов пять назад. Так что время передохнуть и набраться сил есть. Чуть не упав с меча с грацией бегемота, Шэнь Цинцю услышал сдавленный, испуганный писк мальчика. И это, пожалуй, был первый и единственный звук, который тот издал за всё время. Испугавшись за ребенка, заклинатель сильнее прижал его к себе. - Мы не падаем, не падаем. Не волнуйся. – как можно мягче проговорил Шэнь Цинцю и принялся успокаивающе поглаживать мальчика по голове. Тот сначала дернулся, потом всхлипнул и вдруг… Вдруг громко разревелся! Шэнь Цинцю потерянно уставился на Ло Бинхэ и запаниковал. Ну и что ему теперь делать??? Как вообще успокаивать детей? Решив, что нужно для начала занести его в хижину, а не стоять на видном месте как истукан, Шэнь Цинцю поспешил внутрь. Всё вокруг было пыльное и старое. Значит, здесь никто не живет, это хорошо. Оценив обстановку, заклинатель силой оторвал от себя ребенка, который чуть ли не приклеился к нему, и посадил на жесткую кровать. Осмотрев тело Бинхэ со всей внимательностью, он не обнаружил никаких серьезных повреждений, но стоило ему заглянуть в чужие глаза, Шэнь Цинцю увидел столько страха и паники, что сам был готов прямо сейчас расплакаться. Однако, понимая, что этим сделает только лишь хуже, сдержал себя. - Эй… Посмотри на меня. Я тебя не обижу, со мной ты в безопасности. Тебя больше никто не тронет. Мальчик разбито всхлипнул, но не смел отвести взгляда от мужчины. - Меня зовут Шэнь Цинцю. Ты можешь звать меня… Учителем? Да, ладно, сойдет. – кивнул он сам себе, - Бинхэ, не мог бы ты сказать мне, сколько тебе лет и что последнее ты помнишь? Ребенок уставился на него, упорно продолжая молчать и лишь изредка всхлипывать. «Да, видно я и впрямь поторопился с расспросами. Нам обоим нужен отдых» - …Мне шесть… Ш-шесть лет… - прозвучал вдруг такой сиплый голос, что Шэнь Цинцю вздрогнул, - Я лег спать у себя дома, рядом с… С мамой, а проснулся в руках… В руках того… Моя мама… Она в порядке? Не сумев справиться с эмоциями, Ло Бинхэ расплакался сильнее. Шэнь Цинцю поспешил обнять его. Кажется, все очень, очень плохо… - Ну всё, не плачь. Я уверен, с твоей мамой все хорошо… - соврал мужчина, - А того… Монстра здесь больше нет. Ты очень устал. И я устал. Давай приляжем и отдохнем, а потом поговорим, ладно? Мальчик судорожно кивнул, не переставая дрожать. «Если он вдруг вздумает сбежать, ничего хорошего не случится. За ним нужен глаз да глаз!» Поэтому Шэнь Цинцю крепко обнял Ло Бинхэ, тем самым обездвижив того кольцом своих рук, и улегся с ним на заправленную пыльную кровать. Прибираться сейчас сил не было, он вообще чудом оставался в сознании… Бинхэ на удивление не дергался и не вырывался, даже не пискнул. Не прошло и пяти минут, как они оба провалились в крепкий сон… … Шэнь Цинцю проснулся первым. На улице вновь светало, а это значит, что они проспали больше десяти часов и остались никем не замеченными. Тихо порадовавшись этому, заклинатель поспешил хорошенько осмотреть лачугу. Ничего необычного вокруг не было. Видимо, кто-то жил здесь давным-давно, но по какой-то причине покинул дом. Мужчина прошелся по всем углам, как вдруг одна половица громко скрипнула, а мальчик на кровати резко вскинулся, испуганно озираясь по сторонам. Теперь, когда у Шэнь Цинцю появилась возможность нормально осмотреть Ло Бинхэ, он тут же приметил, что ребенок был невероятно мал, еле-еле доставал ему до пупка. Тощий и болезненный вид, грязная, запачканная кровью одежда. «Нет, так продолжаться не могло, срочно нужно что-то с этим делать!» - Все в порядке, поспи еще. А я пока схожу за ветками для огня и может быть найду что-нибудь съестное. Шэнь Цинцю уже развернулся к выходу, как почувствовал, что его схватили за одежду. Удивленно развернувшись, он увидел испуганное лицо мальчика, который вцепился в него с такой силой, будто от этого зависла его жизнь. - Я… У-учитель… - Ло Бинхэ опасливо взглянул на мужчину, будто ждал, что его за такое обращение сейчас ударят или чего похуже. Но не увидев злости в глазах заклинателя, он продолжил, - Прошу, позвольте… Позвольте этому ничтожному Бинхэ пойти с… Пойти с Вами! Он так заикался, пока говорил это, что Шэнь Цинцю просто не мог отказать ему. Да, это было опасно. Но, с другой стороны, оставлять его тут одного тоже опасно. Для них сейчас не было ничего безопасного. - Хорошо, но не отходи от меня далеко и сразу говори, если вдруг заметишь что-нибудь. Понятно? - Д-да! – робко кивнул Бинхэ. Шэнь Цинцю устало выдохнул. Ну что за ребенок? Почему он такой послушный? Да и вообще, его пару часов назад пытались убить, а он так просто сразу доверился незнакомому мужчине? Просто немыслимо! Так они двинули наружу. Обследовать лес долго не пришлось. Совсем рядом они нашли речушку, в которой оба сразу искупались. Шэнь Цинцю пришлось самому раздевать красного как рак мальчика, потому что тот отчаянно отворачивался от полуголого мужчины, да и сам рефлекторно продолжал сопротивляться большим и настойчивым рукам. В конце концов оба были наконец чистыми, а заклинатель еще и выстирал их одежду. Кстати, «одеждой» Ло Бинхэ все это время были огромные одеяния, в которых он постоянно путался и спотыкался. «Надо будет с этим что-то сделать…» Затем Шэнь Цинцю поймал своим мечом пару рыбешек, и они пожарили их прямо там, на очень слабом огне, чтобы не создавать дым и тем самым не привлечь к себе лишнее внимание. И хоть Шэнь Цинцю будучи бессмертным мастером не требовалась пища, Бинхэ сейчас был обычным ребенком, который голодал и мог даже умереть от истощения. Когда мальчик жадно набросился на рыбу, заклинатель довольно кивнул сам себе. Сам же он предпочел ничего не есть, чтобы оставить Бинхэ на про запас, хотя тот и смущенно уговаривал учителя отведать хоть кусочек. - Мне это не надо. Я, как умелый заклинатель, не нуждаюсь в подобных плотских удовольствиях. «Да кому я вру, мне просто не хочется есть ничего, что приготовил не Ло Бинхэ! Кажется, я и впрямь стал слишком уж избалованным…» Вернувшись в хижину, Шэнь Цинцю поспешил переделать одежду Бинхэ. Он обрезал своим мечом длину подола и рукава. Нитки и иголки не было, так что на первое время и так сойдет. Из остатков ткани мужчина сделал тряпку для уборки, а затем маленький Бинхэ отнял ее, чтобы самому протереть пыль на поверхностях и полы. «Какой помощник! Что взрослый, что маленький – настоящая домохозяйка!» Сам же Шэнь Цинцю решил заняться более грубой работой: вытрясти покрывала, нарубить мечом дрова, залатать в некоторых местах крышу, ведь собирался дождь, а затем вновь отправиться в лес за запасами еды, но уже одному. «В принципе, отсидеть тут дня три будет разумно, но после лучше двинуться дальше.» Сомнений, что Ло Бинхэ вдруг надумает сбежать, больше не оставалось. Мальчик смотрел на него так, словно Шэнь Цинцю восьмое чудо света, дарованное ему самим небом. А мужчина в свою очередь постоянно умилялся с ребенка, когда тот так старательно намывал своими маленькими, худыми ручонками каждый уголок дома. От этого зрелища его грудь сдавило душевной болью. Представлять, как оригинальный Шэнь Цинцю жестоко лупил и издевался над этим ангелом было невыносимо. Тогда Шэнь Юань уже не в первый раз пожалел, что не поперхнулся едой пораньше… … Время шло быстро, а Ло Бинхэ и ни на шаг не отступал от своего учителя, следуя за ним попятам и внимательно следя за каждым действием мужчины. От такого повышенного внимания Шэнь Цинцю чувствовал себя неловко, но гордо. Было видно, что мальчик просто невероятно восхищен и воодушевлен личностью своего учителя, вот и старался узнать о нем побольше, хоть и спрашивать смущался. Ло Бинхэ вообще вел себя так, будто он слуга, что периодически крайне подбешивало заклинателя. Зато смотреть на то, как этот ребенок смущается каждую ночь, стоит им лечь спать, было не просто весело, а чрезвычайно забавно. Так уж вышло, что мальчик, красный как помидор, твердо отказал Шэнь Цинцю ложиться с ним спать на одной кровати, аргументируя это тем, что ему будет привычнее спать на полу. Как не пытался, Шэнь Цинцю не мог переубедить его лечь на кровать, а потому шел на хитрость. Стоило ребенку заснуть на жестком дереве, как он тут же брал его на руки и перекладывал на кровать, крепко прижимая к себе. На утро Ло Бинхэ просыпался таким растерянным, что Шэнь Цинцю не мог не посмеяться с него в голос, отчего мальчишка становился еще более красным! И так продолжалось целых три дня! Ло Бинхэ на второй день долго не засыпал, чтобы подобное не повторилось вновь, но через какое-то время все равно не выдержал и провалился в сон, что было только на руку коварному Шэнь Цинцю. На третий день, Ло Бинхэ перед сном обложил себя кучей разных вещей, чтобы, когда мужчина полез взять его на руки, наступил на что-то в темноте и тем самым разбудил мальчика. Но он не просчитал, что Шэнь Цинцю был как-никак заклинателем, и потому мог с легкостью обойти все препятствия, что в принципе и случилось. Вновь проснувшись утром в теплых и крепких объятиях, Ло Бинхэ отчаянно завыл, а потом весь красный под смех Шэнь Цинцю пошел убирать весь тот бардак, что устроил прошлым вечером. На четвертый день они отправились в путь. Взяв смущенного до чертиков мальчика на руки, заклинатель встал на меч и полетел куда глаза глядят. Он также запомнил, где находится их хижина, чтобы иметь возможность туда вернуться. Вдруг пригодится… Через часа три, перед глазами показался город. Как только они приземлились, Шэнь Цинцю сразу направился к лавке с одеждой и купил им маскировку. Теперь они выглядели, как самые обычные крестьяне. Как отец и сын. Затем направились в ближайшую таверну. Там заклинатель разговорился с группой пьяных мужчин и узнал, что происходит в мире. Как ожидалось, демоны напали на пик Цинцзин, но там потерпели поражение. Шэнь Цинцю внутренне похвалил себя за то, что вырастил таких способных учеников. После провала армия демонов была разбита, кто-то был убит, кто-то сдался, а кто-то сбежал. В мире людей было тихо. А вот в мире демонов творился полный хаос. «Значит, сейчас самое время вернуться на пик. Отлично, все прошло по плану...» Однако силы у заклинателя полностью не восстановились, чтобы прямо сейчас отправиться и долететь за одну попытку. Нужно было отдохнуть еще хотя бы денек. Решив, что идея не так уж плоха, Шэнь Цинцю снял комнату на постоялом дворе для них с Бинхэ и завалился поспать. - Учитель, я буду стоять на стороже, чтобы ничего вдруг не случилось. – с горящими ответственностью глазами поспешил заверить его Ло Бинхэ. - Да, да, только не выходи из комнаты, малыш. – лениво ответил мужчина. Мальчика это обращение смутило, и он вновь вспыхнул, как помидор. «Ну что за прелесть! Как он может быть таким милым!» - восхитился мысленно Шэнь Цинцю и, зевнув в последний раз, провалился в сон. Какого же было его удивление, когда, вновь проснувшись, он не обнаружил комнате Ло Бинхэ. Заклинатель секунд пять приходил в себя, растерянно осматривая комнату спросонья, а затем подскочил, как ошпаренный и бросился наружу. Он хотел позвать его по имени, но сразу вспомнил, что их разыскивают и кое как удержал себя от этой затеи. Вместо этого он понадеялся, что если будет просто кричать разные слова, то его найдут по голосу. - Малыш! Малыш! Ты где? – ладно, это довольно смущало, бегать по улицам как ненормальный и кричать подобное обращение во все стороны. Но Шэнь Цинцю сейчас был так напуган происходящим, что его это мало смущало. «Так, погоди, возьми себя в руки и подумай! – успокаивал он сам себя, - Если бы его похитили демоны, то я сам был бы уже мертв. Но не мог же он сам уйти, я же приказал ему оставаться на месте, он бы не посмел меня ослушаться!.. Или посмел бы? Черт! Я, черт возьми, потерял ребенка! Я потерял своего мужа! Я потерял самое сильное и самое беспомощное существо на свете!!!» Паника Шэнь Цинцю захватила весь его разум, заставив ноги и руки дрожать. Он готов был метаться во все стороны и приставать к каждому прохожему, лишь бы узнать, не видел ли кто его малыша! Но, к счастью или к ужасу, Шэнь Цинцю вдруг услышал знакомый хрип где-то поблизости. Сразу бросившись в нужный переулок, перед его глазами предстала ужасная картина… Какие-то дети, явно старше и крупнее Бинхэ, в дорогих, роскошных одеждах избивали его маленького мужа! Жестоко пинали ногами скорчившегося на полу от боли ребенка! Шэнь Цинцю застыл в потрясении, его глаза расширились, а тело покрылось мурашками. В голове сразу само собой всплыло воспоминание, когда давным-давно, еще в своей прошлой жизни родители поручили Шэнь Юаню, когда тот был еще ребенком, присмотреть за младшей сестрой. Но он не справился. Их тогда обоих сильно избили, его сестра не переставая кричала и плакала, а он не имел возможности ничем помочь, потому что сам уже давно задыхался от боли и слёз. Бесполезный. Какой же он бесполезный! Один из детей сразу же заметил силуэт взрослого и испуганно позвал других. На него воззрилась толпа глаз, пока один из них не крикнул: -А, так это твой отец, - самодовольно «догадался» он, - выглядит так же убого, как ты сам, уродец! Бежим все! И они кинулись в рассыпную. Шэнь Цинцю в шоке смотрел на наглых и таких омерзительных детей, изо всех сил сдерживая себя от того, чтобы избить их в ответ. Бинхэ. Он должен помочь ему. Ло Бинхэ как услышал, что его «отец» здесь, сразу вскинул голову и поспешил встать, будто он не весь в крови и ему совсем не больно. - У-учитель! Про-… Простите меня, я обещал, что не уйду из комнаты, но… - его голос испуганно дрожал, он ужасно боялся, что Учитель разозлится на него и вышвырнет на непослушание… Но не успел мальчик договорить, как вдруг Шэнь Цинцю упал перед ним на колени и сильно прижал к себе, утыкаясь головой в плечо ребенка. Ло Бинхэ тут же вздрогнул, но вдруг почувствовал, что его учитель… Плакал. Это было сложно осознать. В это было сложно поверить, и это напугало Бинхэ сильнее, чем даже тот страшный, жестокий демон, что желал ему смерти. Его такой сильный и смелый учитель сейчас горько всхлипывал и сильно обнимал мальчика, роняя горькие слезы на его запачканную кровью одежду. - Прости меня, Бинхэ, прости… - шептал ему на ухо такой непривычно тихий и разбитый голос. Бинхэ окончательно потерял дар речи. Почему? Почему учитель извиняется? Это сам Ло Бинхэ виноват в происходящем, он нарушил приказ, он подвел и обманул самого замечательного человека на свете, человека, который спас его и заботился о нем! Заботился даже больше, чем его добрая матушка. А он так подвел его! Предал! Унизил! Ло Бинхэ совсем не представлял, что должен сказать и что ему делать. Было больно и страшно. И потому он и сам задрожал всем телом и тоже расплакался. Так они и стояли в обнимку в грязном и узком переулке, роняя слезы друг на друга неизвестно сколько времени, пока Шэнь Цинцю все-таки не взял себя в руки, и унес мальчика обратно в их снятую комнату на постоялом дворе. Там он все также молча вымыл такого же притихшего Бинхэ, обработал его раны, переливая свою Ци в маленькое тельце, и переодел его в предусмотрительно купленный ранее на про запас другой комплект одежды. Решив, что в таком состоянии им обоим лучше не отправляться в путь, он прижал к себе не сопротивляющегося ребенка, лег в кровать, и они оба тут же уснули, прижимаясь друг к другу сильнее. Перед тем, как потерять сознание, Шэнь Цинцю услышал тихие мольбы Ло Бинхэ: - Учитель… Прошу, не плачьте больше… И не ненавидьте этого никчемного ученика… Я обещаю… Я обещаю, что больше так не буду!..