Адвокат или что-то больше?

Минуло 7 лет, как я уехала в Испанию учиться. Теперь я уже работаю. Университет закончила на отлично и ещё во время учёбы подрабатывала помощником одного очень влиятельного адвоката, что был преподавателем. У моего учителя не было ни одного проигрышного дела. Гонорары, что он получал, были неимоверны. Он был привередливым и всех всегда по-жёсткому заваливал. Я же сразу попала под его удар из-за татуировок и пирсинга. Слава Богам, что лицо было только тронуто в виде проколов. Но со временем учёбы все проколы на лице заросли. Что были на ушах — остаются. Ведь я всё также продолжаю носить серьги в ушах. Татуировки мне доставили больших проблем. Скрыть их было очень сложно. Тоналка, которая была тогда мне по карману, не могла их перекрыть и приходилось заматывать эластичными бинтами и всегда ходить в водолазках. Когда было лето, это всё стало пыткой для меня. Жара. Пот ручьём с меня лился, так ещё и бинты. Выход я нашла лишь на 3 году обучения. В этом деле мне помог консилер, пудра и лак для волос.

Повседневный макияж, чтоб закрыть татуировки

1) Очистите кожу в области тату с помощью геля, пены для умывания; 2) Нанесите легкий консилер светлее вашей кожи похлопывающими движениями, не втирая косметику. 3) Подождите несколько минут до полного высыхания. Чтобы макияж не стерся, нанесите на него лак для волос. Приходилось тратить много консилера, но после работы помощника я скопила денег, и этого, в принципе, хватало и на жизнь, и на всё остальное. После окончания университета профессор помог мне встать на ноги, и я открыла свою адвокатскую контору. Я всё удивлялась, как такой человек, как профессор, что критиковал меня за каждое движение, выбрал в свои ученики и на роль помощника. За год с помощью этого человека я стала известна. И, несмотря на мой возраст, я очень преуспела. Теперь за мою работу платили столько, что я бы и за всю жизнь не смогла бы получить, работая официанткой в том самом клубе Хайтани. Что насчёт Хайтани? Я всё время про них вспоминала. Когда я уверенно встала на ноги, то мимо меня стали проходить слухи со всего мира. И Япония не исключение. Я узнала, что братья и розоволосый стали шишками в Японии. Стали частью Бонтена. Что за Бонтен, я не знаю, и пока меня это не касается, я закрою на это глаза. Хоть я и прекрасно знала, что делают люди в каких-то криминальных группировках и всё такое. Я много поведала таких людей во время работы. Моя работа шла в гору. Людей, что платили мне сумасшедшие деньги, за то, что я восстанавливала справедливость (и не всегда), за то, что освобождала людей из тюремной комнаты и наручников, мне платили очень много. Начальный гонорар состоял иногда миллионы. Не сказать, что я работаю лишь с богачами. Я работаю не из-за денег. Для меня важнее освободить невиновного и отказаться от миллиона за работу, когда я знаю, что человек виновен — пару пустяков. Теперь я езжу на дорогих машинах, имею множество недвижимости, огромные дома или даже особняки, кучу трёхкомнатных и четырёхкомнатных квартир. Поддерживаю детские дома, дома малюток и просто часто занимаюсь благотворительностью. Денег много. Мне их не жалко, а кому-то они и в правду нужны. Саша знала, где я. Мы с ней даже переписывались и созванивались временами. Она-то и поведала, что творится в Японии. Я знаю, что Саша до сих пор общается с Харучиё и иногда с Хайтани. Я попросила её не рассказывать им про меня. Поэтому на вопросы в первые полгода моих поисков, Саша отвечала, что сама не знает. Я благодарна за всё Саше и её брату, ведь именно они помогли мне незаметно покинуть страну. Что насчёт Мейса, то он тоже знает, где я нахожусь. Он, как глава мафии, что со временем плавно перетекла на территории других стран, не вмешивалась в дела Бонтена и прочее. Мейс со мной также общался, что и раньше, через Эскулапа и Сашу. Теперь моя жизнь плавная и размеренная. Каждые пять минут прописаны, что питаться приходится на ходу, а сон превратился в 15-ти минутные перерывы в машине. Только в такие перерывы можно было вздремнуть. Привыкать к такому режиму приходилось долго, было очень тяжело, а сейчас это стало уже обыденностью. В сумме три — четыре часа на сон в день. Ни кругов под глазами, ни сонливости, ни усталости. Я как огурчик. Только работы невпроворот. — Госпожа, извините за беспокойство, но пришли срочные документы на подпись. — В дверях показался силуэт милой и маленькой девушки, что держала папку в руках. — Да, конечно. Положи их на стол и сделай мне кофейку, — не отрываясь от своей работы, сказала я. - Хорошо. Девушка с чёрными как смоль волосами и маленьким аккуратным носиком, что был в веснушках, как и пухленькие щёчки. Она была моим секретарём. Её звали Мари. Молодая девушка двадцати трёх лет, такая неуверенная, но очень старательная и трудолюбивая. То, что надо для такой работы. *** Я взяла в свои руки папку, что Мари только что принесла, открыла и начала досконально изучать документы. Это был договор на нынешнее дело. Господин Мадока. Обладает весьма эксцентричной натурой: непринужден в общении, неряха и любитель загромождать пространство ненужными вещами. Работает дизайнером костюмов. В своей работе аккуратен и талантлив. По большей части его работа — это свадебные платья. Недавно умерла его старшая сестра, оставив своего двенадцатилетнего сына одного. Отец Чихиро умер вскоре после рождения сына. Мать растила ребёнка одна. Господин Мадока, как ближайший родственник и дядя мальчика стал опекуном. Но Чихиро очень удивился внезапному появлению дяди, про которого ни разу за двенадцать лет не слышал, и решил устроить, так сказать, шутку. В Интернете разместил пост о домогательстве господина Мадоки к мальчику. Пост увидела бывшая соседка матери и самого мальчика, и объявила дело. Чихиро сразу, на первом же допросе следователя, рассказал правду, но женщина не успокаивалась и довела дело до суда. От меня же требуется освободить господина Мадоку. Документы были подготовлены секретарём Мадоки — Кэйитиро Синодзаки. Умный, спокойный, полная противоположность своего босса и друга. Все свои сделки я всегда проводила по закону. Каждая копеечка зафиксирована в документах, подписана, и поставлена печать. Всё, как надо. — Госпожа, вот Ваш кофе, — в дверном проёме снова показалась Мари с подносом. — А, да. Спасибо. Поставь на стол. — я украдкой посмотрела на Мари и взяла чёрную ручку в руки, дабы расписаться. — Вы уже ставите подпись, — голос Мари тихий, но звонкий. Стоя около моего стола, девушка разглядывала документы. — Да. Я всё просмотрела, всё верно. Цена моей работы 20 миллионов евро. Первая половина — аванс, вторая половина — после окончания работы. — Я уже поставила свою подпись и закрыла папку, отодвигая её в сторону от себя. — Мари, будь добра, соедини меня с Кэйитиро Синодзаки, мне нужно кое-что обговорить. — Я сейчас всё сделаю, — сказала девушка, разворачиваясь в сторону двери. Захлопнув после себя дверь, она оставила меня одну. Господин Мадока и Синодзаки были моими знакомыми. Это было где-то полгода назад. Вечеринка в честь дня рождения одной из певичек. Лично мне такие мероприятия не интересны, но в тот вечер я должна была пойти из-за работы, и чтобы найти новых связей. Там я и познакомилась с ними. Это дело было лёгким и не стоило стольких денег. Может быть, такая сумма была выставлена из-за моего личного присутствия. Что значило вернуться в Японию. А ведь уже семь лет прошло. Мои мысли прерывает звонок. Это был Синодзаки. Взяв трубку, я начала вести долгий и муторный разговор. Суд через две недели, а значит, в ближайшее время нужно уже быть в Японии, для выяснения всей ситуации лично. Мари был отдан приказ купить на завтрашний вечер билет в Японию. *** Рабочий день окончен, но не для меня. Ещё хрелион документов и прочее. 3:47: — Хмм. Сейчас на улице чудесная погода. 23 мая. Сегодня, если память мне не изменяет, будет жарко и солнечно. Кстати, о погоде, стоит и в Японии посмотреть. Интернет — лучшее изобретение человека. Можно найти и узнать что угодно. Погоду в любой точке мира. — Да уж. Будет жарко. Стоит поехать и собрать чемодан. Деловой стиль уже въелся под корку. Думаю, лёгкие костюмы, блузки и рубашки и пару платьев в строгом стиле должно хватить. Если что, магазины в Токио же не все сразу закрылись. Размышляя то про себя, то в слух, я отправилась домой. Ещё с начала учёбы я сдала на права, поэтому водила в такое позднее время сама. Мари давно ушла. В отличие от меня, Мари уходит в шесть вечера, как и положено, приходит к восьми утра. А я на сутки и больше на работе могу быть, или возвращаюсь домой, как сегодня — почти в четыре утра. ***

《Так-с, чемодан собран. Одежда, косметичка, бинты, запасная обувь, документы и таблетки от головы. Вроде, всё собрала. Осталось теперь обратно ехать в офис, ведь время уже 7:16. Путь от дома до офиса 44 минуты. Если же буду ехать со скоростью 180 км/ч или даже 200 км/ч, то доберусь чуть больше, чем за 20-ть минут.》

Дома я не просто чемодан собрала, а помылась, поела, переоделась в комбинезон болотного цвета, классический пиджак телесного цвета, серьги — длинные и тонкие, лодочки тоже телесного цвета, только чуть с персиковым оттенком, клатч. Строго, но со вкусом. Вот я уже закинула серый чемодан на переднее сидение около водителя в Aston Martin One-77 чёрного цвета. Обойдя машину, и сев за руль, я тронулась и поехала. Время не ждёт, работа тоже. За день приходит не один человек, просящий помочь. Бедные и богатые, мужчины и женщины, молодые и не очень. Как бы не хотелось помочь всем. Но это невозможно. Я не мать Тереза. *** 23 мая, 12:15. — Ого! Уже время обеда, а у меня приём. Кто же там следующий в очереди? — Говорить с собой стало привычкой. В пустом кабинете, где только я одна, говорить мысли вслух нормально. Вот я смотрю в ежедневник, в котором было моё расписание на два месяца вперёд. Мари, как обычно, хорошо постаралась, составляя его. Следующий «гость» был никем иным, как иностранцем, но лишь для жителей Испании. Человек, который должен быть сейчас — японец и сейчас тоже находится в Японии. Как же может быть встреча, когда человек в другой стране? Для меня это уже не в первый раз. Было много людей, что живут в другой стране, поэтому мы созванивались в «Skype». Поправив причёску, слышу звук звонка. Нажимаю на кнопку «Ответить» и вижу перед собой… — Здравствуйте, господин Хаджиме Коконой. — С улыбкой на лице проговорила я, смотря в монитор. — Здравствуйте.

《Ага, ясно. Это будет долгий разговор. Сейчас в Японии должно подходить к девяти вечера. Да и сразу видно, что этот человек не особо хочет со мной говорить. Может не доверяет? 》

подумала я. В этой жизни многие просят о помощи, но не верят в способности. Мол, «она же молодая, что она может знать и сделать». Со временем к такому привыкаешь. Мне всего 25, и то исполнилось совсем не давно. Зачем же мне звонит Коко? Хочет, чтоб я работала на Бонтен. Как уже известно, много людей распространили слухи, и сейчас все, кто не обделены деньгами, хотят сделать меня личным адвокатом. Все и всегда получают отказ. Ведь не для этого я училась шесть лет, чтоб работать на одного человека, и то не каждый день. — Господин Хаджиме, я уверена на сто процентов, что Вы знаете, но я специально скажу это лично Вам. Не было ни одного человека, которому я дала согласие на данное предложение. Я всегда и всем отказываю, несмотря на статус. Да и подобные вопросы решаются лично. На сегодня у меня куплен билет в Японию. Я пробуду там около месяца. Может, мы встретимся в один из дней и обговорим всё при личной встрече? — Вы думаете, у меня так много времени, чтоб тратить его на вас? — Разозлился.

《Если бы ты знал, сколько я имею свободного времени! Вот же мразь. Достоин быть верхушкой мафии! 》

Нужно быть спокойной. Повторяла я из раза в раз у себя в голове во время всего разговора. Но мне повезло после своих слов. Может, этот человек и побесился, но выбора у него не было, и он согласился встретиться 29 числа, в среду. Тогда у меня можно будет сдвинуть на два часа расписание. Мысленно я уже попрощалась с двумя часами сна. — Всего хорошего. До свидания, — сказала я и… Этот человек даже элементарное пока не сказал и сразу скинул. Думает деньги есть всё. Он теперь на верхушки иерархии. Но он верхушка только в Японии и нигде более. Пока я в Испании, никто из Бонтена мне не сделает что-то плохое. Но вот если я вернусь… даже думать не хочется. Время шло быстро и нужно было уже ехать в аэропорт. Машина двухместная, я за рулём, а Мари на пассажирском. Мари останется в Испании, и как я улечу, она отвезёт машину ко мне домой и поставит в гараж. Но лететь одной — это табу. И именно поэтому на меня работает паренёк. Ну, как парень, ему уже 30-ть есть. Мой помощник и ещё один секретарь. Зовут его Адриан. По нашей договорённости должен быть уже в аэропорту и ждать меня с Мари. Адриан обычно не работает в офисе, на нём лежит ответственность за переговоры с иностранцами. Он часто в разъездах по всему миру. Также именно он ходит со мной на переговоры с подсудимыми, что мне приходится защищать в суде. Адриан берёт на себя мужскую часть работы. *** Время 17:56. Мы приехали с Мари и нашли Адриана. Попрощавшись с Мари, я и Адриан пошли на посадку, которую только что объявили. Сам рейс в 18:35. Пока то, пока сё. Ну, в общем, вовремя я приехала. Бизнес-класс — отличная возможность выспаться. Но надо закончить с делами, которые не успела закончить на работе. Стопочка документов, чёрная ручка, Apple, iPhone 5s, на котором хранились нужные данные для этой самой работы, кружечка Рафа. 14 часов 20 минут лететь из Барселоны в Токио. От полёта прошло уже 6 часов, а значит ещё 8 часов осталось. Можно и поспать, дела-то закончены. Погрузившись в сон, я не заметила, как прошло ещё шесть часов. За оставшиеся два часа я успела покушать, отдохнуть и ещё немного поработать. Когда же мы прилетели, то нас уже ждал мой водитель. Мы отправились на виллу, что находилась в Токио. Вилла была куплена незадолго до моего прилёта. Об этом позаботилась Мари. Сегодня день был свободен из-за перелёта, Завтра же встреча с господином Мадокой и его племянником, потом ещё пару встреч и так до 29 мая. Смена поясов — просто ад. Весь режим просто к чертям. *** 25 мая. Время в Токио 7:42. Я привыкла сама ездить за рулём, но в Японии предпочла водителя и заднее сидение с затонированными окнами. (От посторонних глаз). Столицей сейчас управляла банда. Она называла себя «Бонтен» и являлась самой страшной преступной организацией Токио. Возглавлял её Манджиро Сано, двадцатитрёхлетний парень. Бонтен занимались разными видами незаконной деятельности: азартные игры, мошенничество, контрабанда, ну и, конечно же, убийства. Безжалостность и нетерпимость организации к предателям и информаторам в корне затрудняла полиции получение информации. Хоть все знали имена верхушек банды, правоохранительные органы ничего не могли на них нарыть, и те оставались безнаказанными, продолжая бесчинствовать на улицах города. Всё это мне поведала Саша. Её вообще не волновало, кто держит Токио. Она, её брат, псы, Мейс занимались совершенно другими делами и никак не соприкасались с Бонтеном. Когда «организация» Мейса была во всём мире, «организация» Сано была только в Токио. Санзу Харучиё — бешеный пёс своего «короля». Совершенный псих. Таких, как он, ещё поискать. Наркоман. Обожает зверски убивать людей. Оружие для убийства: катана или же пистолет. Совершенно неуправляемый человек. Кроме «короля» больше никого не слушает. Второй в Бонтен. Ран Хайтани — главный руководитель, как и брат. Держит весь Роппонги. Холодный, непробиваемый, жестокий. В какой-то степени тоже псих. Убивает через посредников. Везде с младшим братом, с которым делит всё, кроме шлюх. Имеет огромный капитал. Риндо Хайтани — гений, стратег. Все деньги Роппонги держатся на нём. Несдержанный, агрессивный, вспыльчивый, с острым языком. Заговорит любого. Везде со старшим братом. Тоже в какой-то степени псих. Убивает через других людей. Именно так Саша описала мне эту троицу. Воды много утекло, они остались друзьями, но по мере того, как каждый сходил с ума, начали происходить конфликты и скандалы. Санзу продолжает быть управляющим баров и клубов Роппонги. Хайтани, как их хозяева, следят за другом, чтоб тот не растратил весь их доход и шлюх. Про других из Бонтена мне неизвестно. Может, только то, что Коко — самый богатый, и на нём все расходы и доходы держатся.

《Встреча обещает быть интересной. 》

Расплывшись в улыбке, подумала я, пока ехала к Чихире. *** Чихиро поведал мне всю историю и слёзно молил спасти Мадоку, ведь теперь он — единственный родственник, что может позаботиться о мальчике. Я же пообещала, что обязательно сделаю это. Кэйитиро Синодзаки помог мне составить все нужные документы и уверил меня, что сможет в отсутствие Мадоки позаботиться о ребёнке. После я поехала на встречу с той женщиной, что подала заявление. И ещё три часа выслушивала, какой Чихиро хороший ребёнок. Хвалила его так, будто Чихиро её родной сын. После поехала к господину Мадоке для выяснения ситуации с его стороны. Как приехала, тоже стала выслушивать о том, что Чихиро — маленький ангелочек, а пост в Интернете — просто неудачная шутка, как мальчик похож на мать, о любви господина Мадоки к кошкам. И только спустя два часа смогла подобраться к сути моего приезда. За час мне дали показания, и после чего я поехала домой. Примерно так прошли все мои дни до среды. Также я успела повидаться с Эскулапом и Сашей. Мы выпили, повеселились, ну, проще говоря, устроили тусу на троих. Настал день «Х». *** 29 мая, среда. Время 10:49. Встреча была назначена в штабе Бонтен в 11:00. Там должны быть все. Моё появление было неожиданным. Как я узнала в следствие, о моём «визите» знали только Коко и Манджиро Сано. Это был самый лучший момент, а лица людей вокруг... Я никогда не забуду этот день. Что же всё-таки произошло? А вот сейчас я и расскажу. Приехала я и Адриан без десяти одиннадцать. Первым шёл Адриан, на всякий случай. Это была мера предосторожности. Я была одета в чёрное обтягивающее платье официального стиля, чёрные лодочки с 15-ти сантиметровым каблуком, бежевое длинное пальто такой же длинны, что и платье, чёрная сумка фирмы «Hermes». Из аксессуаров были длинные серьги простого дизайна, ничего лишнего, но при этом стильно. Так же были часы «Rolex» в цвете золота, красивые и женственные. Я шла в тёмных солнечных очках, чтоб не было полностью видно лица. Волосы у меня были собраны в пучок при помощи двух палочек. Заколоты они с двух сторон и в середине пучка пересекаются. Из палочек получился крестик, похожий на знак умножения, или же на «Х». Передние прядки у лица я освободила от основной причёски. Вот уже 11:00 я стою с Адрианом перед дверью в переговорную. Адриан стучится и открывает дверь. Он заходит первый и за его широкой спиной меня не видно. — Это чё за челик? — Послышалось где-то в комнате. — Здравствуйте, я Адриан Вернер, секретарь и помощник адвоката. — Адвокат? Какой ещё адвокат? И как ты посмел войти? Тебе никто не разрешал! — Всё тот же голос громко и очень не культурно кричал на Адриана. Долго ждать я была не намерена. Меня абсолютно не пугали люди, находящиеся в комнате, поэтому, сделав шаг вперёд и шёпотом сказав отойти, вхожу в комнату. После того, как я сказала отойти, Адриан сделал шаг в сторону, чтоб пропустить меня. Я зашла с гордо поднятой головой. Дошла до середины и остановилась перед Манджиро. В знак приветствия я поклонилась и села на пустой диван, что стоял параллельно креслу, на котором сидел Сано. — Приветствую Вас, Маджиро Сано. Как и договаривались, я пришла вовремя. — Ага, — сухой, безжизненный ответ. — Так, приступим сразу к делу. Мы готовы платить тебе в три раза больше, чем твой самый большой гонорар, — в мой разговор с Сано вклинился Коко. — Извините, господин Хаджиме, но мы с Вам не в тех отношениях, чтоб говорить на «ты». Сегодня у нас официальная встреча, так что, будьте добры, говорить официально. — Ты ахрене…? — Тут Коко перебивает Сано. — Вы уже знаете, что нам от Вас нужно. Как и сказал Коко, мы будем платить Вам в три раза больше. — Как-то раздражённо проговорил Майки. — Мой самый большой гонорар составил 50 миллионов евро. Вся сумма за работу составила сто миллионов. Если Вы хотите платить в три раза больше, то тогда в месяц я буду получать 150 000 000 евро? Или же 300 000 000 евро? Я думаю, что нет. Вам просто не выгодно терять столько в месяц за мою работу, что не нужна каждый божий день. — Ты посмела нагрубить королю? — Я прекрасно знала, кто это говорит. Это был Санзу. Он меня не узнал, ведь я до сих пор сижу в очках. — Госпожа, — ко мне обратился Адриан. С самого начала он встал за диванчик и был позади меня. Когда он обратился ко мне, то наклонился и на ухо сказал что-то на испанском. — Я поняла тебя. Можешь идти, — тихо, спокойно и сдержанно ответила я на японском. Я прекрасно знала, что Адриан меня понял, так как знал японский. После моих слов он поклонился и направился в сторону выхода, а затем и вовсе удалился из комнаты. — Не желаете чаю? — спросил меня Хаджиме. — Спасибо, но, если можно, я бы предпочла кофе. — Можно и кофе, — было заметно, что Коко говорит сквозь зубы. — Тогда мне Раф. А и да, Хаджиме Коконой, прекратите говорить со мной сквозь зубы, или я прямо сейчас закончу нашу встречу и покину эту комнату. — Пока я говорила, вспомнила, что до сих пор в очках. И стоило мне закончить фразу, как лёгким движением руки я снимаю очки и смотрю прямо в глаза Коко. В тот момент все замолчали, боковым зрением я заметила лица Хайтани и Харучиё. Их лица… Они передавали эмоции шока, ступора. — У вас есть всего пятнадцать минут на то, чтобы убедить меня, или привести весомый аргумент, почему же я должна работать на Вас и просто остаться больше, чем на пятнадцать минут. — я перевела свой взгляд на часы и продолжила. — Время пошло. Все были в ступоре. Кто-то от столь резких слов, а кто-то от моей персоны. Я знала, что это было грубо и резко, но даже несмотря на Хайтани и Санзу, я не намерена работать на конченых отморозков. Такое молчание было гнетущим. Сидеть совершенно одной в опасном для жизни месте с теми, кто может оборвать твою жизнь. Но самый ужасный взгляд был у Майки. Он словно смотрел сквозь тебя, прям в душу. В его глазах была пустота, словно чёрная дыра, а сам Сано был просто тенью, я бы даже сказала живой мертвец. Но тут на моё спасение пришла девушка с кружкой Рафа. Сразу в глаза бросилось то, сколько на этой девушке одежды. То есть, практически ее отсутствие. Юбка, что с трудом прикрывала накаченную задницу, прозрачно-белая блузка с таким вырезом, что стоило ей наклониться, чтоб поставить кружку на стол, как я увидела её накаченные сиськи, накаченные губы, вызывающий макияж. Можно было сказать, что девушка здесь не для того, чтоб гостям кофе приносить, а чтоб переспать с каждым. Шлюшка, одним словом. Я поблагодарила девушку и наклонила свой корпус чуть вперёд, чтоб взять свой кофе. Сделав один глоток, я поняла, что девушка действительно здесь не для кофе нужна. Напиток был отвратительный. Такую хуету я в жизни не пила. Было ощущение, что там десять ложек сахара, а про сироп вообще забыли. После первого же глотка меня так скривило в лице, что скрыть это не получилось. Я аккуратно поставила кофе обратно на стол и вернулась в исходное положение на кресле. — Если будешь работать на нас, то тебя никто не тронет, — Просто гениальный аргумент выдал Манджиро. — Извините, но я и так в безопасности. Да, и Вы мне можете предложить безопасность только в Токио. — Мы и находимся в Токио, — сказал, как отрезал, снова. — Господин Манджиро, у меня нет желания жить в Токио, да и если сравнивать, то жизнь в Испании куда лучше, чем здесь. Все снова замолчали. От пятнадцати минут прошло уже четыре. И вот снова меня спасают от этого молчания, но уже это был звонок. — Извините, но мне надо ответить. Я достала телефон из сумки и нажала «Ответить». Чтоб не мешать своими разговорами, я встала с кресла и подошла к панорамному окну. Разговор на испанском (переведено) (все присутствующие в комнате не понимали и слова, так как говорила я на испанском): — Да, слушаю.- ответила я человеку на другом конце телефона. — ..... — Что?! Как так? — громко и с возмущением спросила я у человека. -...... — Эх~.- вздохнула я от последующих слов.- Да, я поняла, всё будет сделано. -..... — Ага. Пока.- человек на другом конце был быстрее и скинул первым. Что делали все парни во время моего разговора по телефону? — Риндо, у тебя же самый подвешенный язык, так что сделай что-нибудь! — на эмоциях стал тараторить Хаджиме. — Коко, а кто эта девушка вообще такая? — спросил Рин, игнорируя вопрос. — Ёсида Миуюки, японка, сейчас работает и живёт в Испании. Самый гениальный молодой адвокат. Поэтому ты должен сделать так, чтоб эта девушка работала на нас. — Гениальный адвокат?! — переспросил у Коко Ран. — Да-да! И эта должна работать на нас! Но не за такие баблишки! Уговори её, приведи такие аргументы, чтоб она навсегда закрылась! Но Риндо уже не успел ответить, так как я закончила говорить. Что же слышали парни во время моего разговора: — Sí, escucho. -...... — ¿Qué?! ¿Cómo es eso? — ..... — Oh ~ sí, lo entiendo, todo estará hecho. -… — Ah. Adiós. Возвращаемся в реальность. — Ваши пятнад… — Я перевожу взгляд на Манджиро и замечаю красную точку. Прицел. Смотрю в окно и замечаю стрелка. — Манджиро! — Тело машинально бежит вперёд. За считанные секунды я оказываюсь около Майки, хватаю его за руку и скидываю на пол с его места. Выстрел. Пока мы падаем, я прощаюсь с жизнью. Ещё летим, а выстрел уже слышен. Стекло разбивается, осколки разлетаются. Манджиро лежит на полу, а я сверху его накрываю. Тут резко подскакиваю, смотрю в сторону стрелка и понимаю, что он не остановился. Следующий выстрел уже в меня. Я прекрасно понимаю, что мне стреляют в голову. Также понимаю, что в комнате есть другие люди помимо меня. Уже стоя на ногах, и понимая, что следующая пуля адресована мне, я пришла к гениальнейшему умозаключению. Тихо подойти к разбитому окну и перехватить всё внимание на себя, пока остальные ползком выходят в коридор. — Быстро, ползком на выход! — прокричала со всей серьёзностью, что имела в данную минуту. За время работы много было подобных людей, как тот киллер. Так что это дело плёвое. Да и изначальная цель не я, а Майки. — Если сейчас хотите, чтоб ваш обожаемый «Король» получил пулю в затылок, то можете так и стоять. А если же не хотите, то лучше ползком прочь отсюда! Все переглянулись и решили сделать так, как я сказала. На карачках или на четвереньках. Все люди, кроме меня, покинули комнату. Через минуту выхожу и я. В коридоре продолжали стоять все из Бонтен. Пока они пялились на меня, боковым зрением замечаю Адриана. Он подходит ко мне, я же киваю ему. — Ты цела? — спокойным голосом спросил меня Адриан, словно вообще не волновался. — Да. А вот насчёт остальных не уверена. — Перевожу взгляд с помощника на Манджиро. — Господин Сано, Вас не задело? На свой вопрос я получаю только мотание головой, что означало Майки не ранен. Это было хорошо. — Я задам лишь один вопрос. Как давно здесь работает та девушка, что принесла мне кофе? — К чему этот вопрос? — с озадаченным лицом спросил человек с одним ослепшим глазом. Это был Какучо Хитто. — Я всё думала, как здесь работает такая девушка, как она. Ведь готовить кофе она, от слова совсем, не умеет. Даже пятилетний ребёнок и то лучше бы приготовил Раф. Так вот, кофе это был очень странным и отвратительным на вкус. — К чему Вы ведёте? — Всё так же Какучо продолжает меня спрашивать. — Кофе, скорее всего, был отравлен. — Что? — Хором сказали абсолютно все из Бонтен. — Вот поэтому не работаю с такими людьми, как вы, — складываю руки крест на крест у груди и обращаюсь к своему помощнику. — Адриан, ты когда шёл сюда, видел девушку с подносом? — Нет. — вообще не парясь о ситуации, отвечает мне Вернер. — Тогда всё сходится. Что ж, тогда у меня есть хорошая и плохая новость. Начну с плохой. — Всё также смотрю на Адриана, делаю глубокий вдох и продолжаю говорить. — Со всех сторон. Куда не пойдёшь — снайперы — тебя убьют. А вот хорошая новость… Из здания выйти можно, но, возможно, на пути встретятся люди, подобные тому человеку. — Как это всё понимать? — холодно спросил у меня Сано. — На чёрном рынке кто-то выставил за вашу смерть двадцать пять миллионов долларов. Поэтому сейчас происходит игра на опережение. Кто быстрее Вас прикончит, тот сорвёт куш. Всё, убийцы сами за себя. — Кто-то хочет убить Короля, — в разговор снова вклинился Какучо, — Я верно понял? Но я проигнорировала вопрос этого человека и стала уже говорить с Адрианом на испанском языке, чтоб остальные не понимали. После минутного разговора с Адрианом, мы все «дружной» компанией пошли к лестнице, что ведёт к чёрному выходу. О лестнице я спросила Адриана, что уже успел изучить здание. Я шла первая, за мной Манджиро, Коко, Хайтани, Харучиё, Какучо, Такеоми, Акаши и в самом конце Адриан. Так было сделано на тот случай, если сзади появятся недоброжелатели. Вот поворот и дальше дверь, что ведёт к лестнице. Резко из-за угла выскакивает та самая девушка, но уже без подноса. А с ножом. *** Девушка ломанулась на меня, замахиваясь ножом, чтоб нанести удар. Я резко, двумя руками, хвастаюсь за палочки в волосах. Одна палочка в правой руке, другая — в левой. Достаю палочки, и волосы распускаются, падая мне на спину. Бросаю одну палочку вверх. Та девушка пристально смотрела за моими движениями и так же пристально смотрела за летящий палочкой, что было мне на руку. Она отвлеклась, поэтому свободной рукой я ударила её в основание черепа. От сильного удара девушка падает, теряя сознание. С грохотом упав прям передо мной. Эффектно — подумала я, приседая. Проверяю пульс. Жива. — Можно дальше идти, — сказала я, подбирая ранее кинутую палочку. Все зашли на лестничный пролёт. Было тихо, так что, когда я сделала два шага, цоканье каблуков эхом раздалось по всему пространству. Из-за этого снимаю каблуки и беру их в руки. Вниз пешком двадцать этажей. По пути мы встретили ещё трое убийц, которых я просто вырубила ударами по жизненно важным точкам. Вот уже дверь выхода на улицу. Я дёргаю за ручку, и дверь открывается. Яркие солнечные лучи попадают в тёмный лестничный пролёт, слепя глаза. Шаг — и я оказываюсь на улице. Вслед за мной выходят и все остальные. Делаю десять шагов вперёд ото всех, поворачиваюсь к Манджиро лицом, то есть лицом к зданию, и чувствую холодное лезвие у своей шеи. По лицам людей понимаю, что мне не кажется. Понимаю, что за человек стоит за спиной и держит нож у горла. Это был тот первый стрелок, снайпер, если быть точнее. — Какие люди~. А я думала, ты про меня уже забыл. — Саркастично сказано. — Ты сорвала мне дело, — грубо сказал мужской голос позади. — Да ладно тебе. Давай поговорим, только убери эту штуку от меня. — Показываю пальцем на нож. На что этот самый нож ещё сильнее приставляют к горлу, да так, что потекла кровь. — И что ты хочешь? — Всё также саркастично говорю с человеком, что может сейчас меня убить. — Тебя. Будет вместо компенсации. — А снайпер отвечает мне так же грубо, что и раньше. — Ну, так бы сразу и сказал, — на свой страх и риск я поворачиваюсь лицом к снайперу. Он же от неожиданности отстраняет лезвие. Так как я всё ещё босиком, привстаю на носочки, тянусь руками к голове и лицом к лицу. Тут же притягиваю снайпера к себе и целую. Глубоко целую. Спускаюсь с носочков и твёрдо встаю на ступни. Тяну за собой человека, не разрывая поцелуй. Прогибаясь в спине, как бы пытаясь встать на мостик из положения стоя. Снайпер тянется за мной, нагибаясь вперёд. Чтоб было удобно. Этот человек хватает меня в районе поясницы, а я всё так же продолжаю нагибаться. Чувствую, как моя спина говорит мне: «Пока». Поцелуй продолжается. Горький, отвратительный, мерзкий и грязный поцелуй с языком. Но не тут-то было. Слышу глухой удар, и тело мужчины падает на меня. Под тяжестью падаю сама, ударяясь всем телом об асфальт. Так ещё и сверху придавило мужским телом, что весило не меньше 90-то килограмм. — Ай, блять. Моя спина~! За что? — прохныкала я, лежа прижатой на асфальте. — Здесь надо сказать «спасибо», а не «блять, моя спина». — Проворчала девушка, передразнивая меня. — Саша! Сука, я тебя прокляну! — Всё так же валяюсь на земле и продолжаю орать. — Конечно-конечно. Хвастаюсь руками за плечи мужчины и перекатываюсь. Теперь уже бессознательное тело снизу, а вот я сверху. Встаю на ноги и по-актёрски отряхиваю платье от грязи. — Мне спину защемило. Ты могла поторопиться? Я от такого наклона так и чувствовала, как мои позвонки покидают меня со словами «адьёс омигос»! — начиная идти обратно к зданию, ворчу я на Сашу. — Не ной. — на "отвяжись" отвечает моя спасительница и смотрит на нож, что недавно был у моего горла. Я забираю туфли, что были брошены ещё около двери у Адриана. Он поднял их, пока я пыталась встать. Вернер отдаёт мне обувь, и я её надеваю.