Парижский воздух

***

Тэхён глотнул виски и слегка поморщился. Что за привычка у Чимина не держать дома нормальной выпивки. Ладно, нет соджу. В Париже его купить сложнее, чем в Сеуле. Но пиво есть везде. А он набивает бар дурацким виски. Завтра он сам сходит и запасётся пивом. Впереди ещё десять дней, и он хочет проводить вечера приятно. Насколько это возможно. Дверь снова хлопнула, и Тэхён взглянул на вошедшего. «И где он берёт таких приятелей?» — с досадой подумал он о друге. В дверях стоял затянутый в тонкие кожаные штаны мускулистый красавчик. Чёрная шёлковая рубашка облегала тело, скорее подчёркивая, чем скрывая. Волнистые тёмные волосы доставали до плеч. Самоуверенное лицо типа «я тут самый классный и знаю это» и нахальный взгляд. Тэхён поморщился ещё раз. Явная пустышка. Кроме внешности — ничего. Приятели Чимина такие же неприятные, как и его выпивка. К сожалению, закупиться нормальными приятелями как алкоголем — не получится. С гримасой отвращения он сделал ещё пару глотков. «Интересно, может быть, какие-то музеи работают по вечерам?» Мысль, конечно, глупая, но сидеть дома было невыносимо. Целыми днями он пропадал в музеях Парижа. Бродил там с утра до вечера, наслаждаясь искусством и одиночеством. Может есть, вечерние или даже ночные выставки? Тогда он избежит Чиминовых вечеринок под благовидным предлогом. Прошло четыре дня, как он приехал в Париж к лучшему другу детства. Они давно не виделись, и оба были рады этой встрече. Утром они завтракали вместе как в старые добрые времена. Вспоминали прошлое и делились мыслями о будущем. Болтали и смеялись. Потом расходились. Чимин отправлялся на работу, а Тэхён в город. У Тэхёна никогда не было планов. Он просто шёл и впитывал в себя прекрасный Париж. Музеи, архитектура, галереи, парки и сады. Всё было прекрасно и радовало взор. Дни были восхитительными. Но вот вечера… У Чимина каждый вечер были гости. Каждый божий… вечер! Они приходили к нему как к себе домой. Заваливались без предупреждения, иногда ближе к полуночи. По-хозяйски располагались в гостиной: на диване, креслах, полу и даже подоконнике. Пили, смотрели кино, играли в игры и трепались обо всём на свете. Хорошо хоть не требовали его, Тэхёна, непременного в этом участия. Он нашёл для себя убежище. Старое уютное кресло в углу за большим неопознанным растением. Большие листья свисали, образуя защитный экран, из-за которого Тэхёна почти не было видно (особенно если сидеть тихо и поменьше шевелиться). А ему всё было видно преотлично. Там он просто сидел, пил и смотрел в окно. Иногда пытался читать. Иногда дремал, прикрыв лицо рукой, придавая себе задумчивый вид. Иногда рассматривал гостей, пытаясь угадать, что объединяет их с Чимином. Они были настолько разные, что ответа он пока не нашёл. Вот и сегодня. Чон Чонгук (так звали парня в чёрном) был похож на стриптизёра. Или сутенёра. Или альфонса. Или три в одном. Серьги, пирсинг, татуировки, массивный серебряный браслет. Рядом с изящным артистичным Чимином выглядел как тяжеленный дубовый шкаф, хотя был выше всего на пару сантиметров. Чимин по французской привычке попытался чмокнуть Чонгука в щеку, но тот ловко уклонился и по-корейски послал его куда подальше. Чимин беззлобно рассмеялся и поискал глазами Тэхёна, чтобы познакомить его с новым гостем. Тэхён сделал свое самое грозное лицо. Провёл большим пальцем по своему горлу, показывая, что ждёт друга, если тот это сделает. Чимин понимающе моргнул и не стал рисковать жизнью.

***

Светловолосый парень, старательно прячущийся в тёмном углу, притягивал. Чонгук поймал себя на том, что не слышит ни слова из общего разговора, а кивает и поддакивает автоматически. Блондин был красив. Нет, не так. Он был охуенно красив. Ещё стоя в дверях, Чонгук почувствовал его острый неприветливый взгляд, пробирающий до косточек. Сначала он не увидел его в полутьме и не мог понять, откуда это неуютное ощущение. Уже сидя в гостиной, заметил слабое движение владельца пронизывающего взгляда. От его красоты Чон перестал дышать. Мурашки сразу активизировались. Несколько минут они рассматривали друг друга, Чонгук восторженно, незнакомец неприязненно. Мурашки, как преданные чирлидирши, устроили сумасшедший забег. Весь вечер Чон поглядывал в сторону блондина. Не мог удержаться. Охуительно красивый парень читал. Или просто пялился в книгу. Второе было вероятнее, потому что за последние двадцать минут он ещё ни разу не перевернул страницу. Чонгук сам иногда так делал, когда хотел сойти за умного. Красавчик сидел неподвижно как статуя. Длинные ноги слегка вытянуты вперёд и небрежно скрещены. Изящными длинными пальцами он подпирал щёку. Запястье оголилось и выглядело таким соблазнительным. Мешковатая одежда скрывала всё остальное, оставляя простор для фантазий. Чонгук представил, как обхватывает его запястье своей ладонью. Потом второе. Потом медленно поднимает руки над головой, заставляя блондина слегка выгнуться назад. Наклоняет своё лицо к лицу красавчика. Слышит его дыхание и чувствует запах. Он наверняка и пахнет охуительно. Миллиметр за миллиметром приближает свои губы к его рту. Дыхание становится громче и путанее и у него, и у блондина. Он всё ближе, ощущая кожей, как у них обоих нарастает желание. Слегка прикасается к губам пленника и тут же разрывает поцелуй… В первый раз нет ничего лучше, чем подразнить. Он тряхнул головой. Такие мысли непозволительны, если на тебе кожаные штаны в обтяжку. Мурашки суетились и требовали действий. Усилием воли Чонгук усмирил неугомонные мурашки и попытался сосредоточиться на разговоре.

***

Чимин видел все эти взгляды. И видел, что Тэхён ничего не замечает. Друг не одобрял его каждодневных вечеринок, и Чимин никак не мог увлечь его. Ни новыми людьми, ни свежими фильмами. Тэхёну настолько было неинтересно, что он даже говорить об этом не желал. Наутро после первой вечеринки Чимин спросил друга: «Почему ты не участвовал в веселье?» На что Тэхён сказал, что понятия о веселье у всех разные. Он же не таскает Чимин-ши по музеям. А тот пусть отвалит со своими вечеринками. И больше они эту тему не поднимали. Тэхён каждый вечер из вежливости сидел в гостиной пару часов. В своём укромном уголке, практические невидимый. Потом незаметно уходил в свою комнату. Сегодня он поднялся раньше, чем обычно. Чимин перехватил его в кухне. — Ты снова сбегаешь? Давай я тебя познакомлю. Они классные парни. Особенно Чонгук. Ты не смотри на его выпендрёжный вид, он просто любит хорошо одеваться. Тэхён пил воду с таким непроницаемым лицом, словно был в комнате совсем один. Медленно сполоснул стакан, поставил его на место. Развернулся всем телом к другу и доброжелательно сказал: — Чимин, братишка. Мне правда это неинтересно. Я устаю за день, я полон впечатлений от Парижа. И совсем не хочу испортить прекрасные ощущения глупыми разговорами с твоими недалёкими приятелями. Он ласково потрепал Чимина по волосам, покровительственно улыбнулся и, не дожидаясь ответа, ушёл. Чимин вздохнул. Тэхён никогда не умел веселиться как нормальные люди. А с возрастом становился все придирчивее в выборе друзей. Удивительно, как они до сих пор не рассорились, такие разные. Хотя у них были общие чудесные воспоминания и страсть к музыке. Жаль Чонгука, но, похоже, ему не светит даже дружба.

***

— Если хочешь, оставайся на ночь. Гук топтался возле входной двери, явно не желая уходить. Чимин собирал бокалы. Все уже разошлись, не утруждая себя помощью в уборке. И только Чонгук никак не мог уйти. — Ляжешь на диване. Пижаму я дам. В ванной есть новые зубные щётки, в шкафчике. Или не хочешь? — в голосе хозяина проскользнули озорные нотки. — Хочу. Очень хочу, — торопливо ответил Гук с благодарностью в голосе. Он очень надеялся на приглашение остаться до утра, хотя не знал, как попросить об этом. — И не только переночевать хочешь, как я вижу, — рассмеялся Чимин. — Оставайся. Не хочется тебя обламывать, но, если ты запал на Тэхёна, у тебя ничего не выйдет. Он посмотрел на Гука, увидел его затуманенные глаза и понял, что тот не услышал его последних слов. «Ладно. Пусть помечтает ещё ночь», — решил он. Чимину неоднократно приходилось видеть, как Тэхён разбивает сердца. И ему было жаль и влюблённых в его лучшего друга, и самого Тэ. И Гук мечтал. Как только он закрыл глаза, Тэхён оказался рядом. Свернулся возле него ласковым котенком. Чонгук мысленно обнял его и сладко заснул, весь в надеждах и грёзах.

***

Пробуждение было прекрасным. Ему снились удивительные яркие воздушные сны. Во сне он летал под нежную мелодию легко и свободно. Этого так давно не было. Однажды сны без полетов были так долго, что казалось, он разучился летать во сне. И всегда после таких снов с ним происходило что-то волшебное. Из кухни пахло очень вкусно. Значит, Чимин уже встал и готовит завтрак. Тэхён сладко потянулся. Новый день, новые открытия! Сегодня он свернет на ту улочку, что заприметил вчера, и посмотрит куда она его приведёт. Может, именно там его ждет приключение, которое предрекало сновидение? После душа Тэхён надел любимую бесформенную домашнюю одежду, мало чем отличающуюся от любимой бесформенной пижамы, и поспешил на кухню. Чимин в мешковатой пижаме с забранными в хвост волосами возился у плиты. — Утречка, братишка! — Тэхён налетел на него сзади и обхватил руками за талию. — Что у нас сегодня на завтрак? Пахнет очешуенно! Чимин, ты мой кумир! Уверен, что всё, что ты приготовишь, будет вкусно. — Венские вафли. Хоть я и не Чимин, но мне приятно это слышать, — от низкого, хриплого спросонья тэхёнова голоса у повара заметно подогнулись колени. Мурашки с интересом подняли головы. Тэхён мгновенно расцепил руки и отступил. Он ошибся. Это был Чонгук. Тот самый «три в одном». — Не знал, что ты ночевал здесь. Его голос сразу покрылся трещинками морозных узоров. Вчера этот зазнайка ему совсем не понравился. Но как все-таки одежда меняет человека! Он рассматривал Чонгука и не видел в нем ни стриптизёра, ни сутенёра. Сейчас, без кожаных штанов и шёлковой рубашки, в простой домашней одежде он больше походил на мягкого плюшевого… кролика. Уютный и домашний. И обнимать его было очень приятно. Так же, как и Чиму. — Ты по девочкам или по мальчикам? — в лоб спросил Чонгук, восхищённо глядя на блондина. Влажные после душа волосы, сонные глаза, припухшие губы. Схватить и зацеловать. Безо всяких игр и дразнилок. Он мысленно шикнул на разминающихся мурашек. — Я по музеям и галереям, — Тэхён, казалось, совсем не удивился такому вопросу. Словно каждое утро малознакомый громила–красавец спрашивает его о сексуальной ориентации. — В смысле? — Чонгук нахмурился. Мурашки приоткрыли рты и притормозили. — В смысле он — асексуал, — влез в разговор Чимин, вынырнувший из своей комнаты. Он был одет в похожую пижаму и с таким же хвостиком на голове. Неудивительно, что Тэ ошибся. — Это как? — гость переводил вопросительный взгляд с одного парня на другого. Недоумевающий Чонгук выглядел очень мило. Распахнутые глаза и губы розочкой. Кролик, у которого неожиданно отобрали сладкую желанную морковку. — Не дуй губы. Мне одинаково безразличны и девочки, и мальчики, — спокойно сказал Тэхён, разливая по чашкам чай. — Пошли завтракать.