Нам нет места

Очередной праздник в гареме уже по традиции заканчивается ссорой двух Султанш. Жители дворца уже устали угадывать из-за чего на этот раз поругались девушки. Сначала они делили падишаха мира, потом покои Валиде Султан, позже власть в гареме. Однако все это было фальшивым: их слова сказанные друг другу, их споры, все лишь, для того чтобы скрыть истинные чувства и любовь которую каждая из них хранит в сердце. Хюррем давно стала замечать взгляды темноволосой госпожи на себе. Махидевран всегда сначала смотрела в глаза, потом взглядом обводила контур губ и скользила вниз по всему телу, отмечая самые привлекательные места, хотя для черкешенки Хасеки была идеальна абсолютно во всем. Манера речи, походка, характер, все это казалось таким идеальным и недосягаем, что хотелось кричать от безвыходности. В отличие от Махидевран, Хюррем была более осторожной, она старалась не задерживать свой взор на таких желанных губах сопернице, старалась как можно реже встречаться взглядами. - Хюррем, Аллах да покарает тебя, ты отняла любовь Султана у меня, а я ведь до сих пор его люблю - кричала черкешенка И тут в голове Хасеки созрел план, она вплотную подошла к Махидевран и прошептала на ухо: - Мне кажется, ты любишь не Султана, а жену его, милая, твои глаза тебя выдают, я думаю сегодня вечером в моих покоях нам будет что обсудить. Вечер. Махидевран медленно идет в покои Хюррем, она оставила всех служанок мало ли, что они могут надумать. В голове черкешенки было слишком много мыслей. "Она наверняка пошутила надо мной? А если она действительно все поняла? Она расскажет Сулейман? Мне конец?! А может все не так плохо и наши чувства взаимны?" Темноволосая госпожа стала медленно открывать дверь. - Махидевран, проходи, не бойся - послышался знакомый голос. Зайдя в покои черкешенка увидела стоящую госпожу посреди комнаты, на ней была лишь ночная сорочка, которая прекрасно подчеркивала ее изящество, девушка старалась смотреть куда угодно, но только не на предмет обожания. Хюррем словно хищник подкрался к темноволосой и встала сзади, обвивая своими руками талию любимой. - Моя милая, ты, невероятно красивая, иногда мне хочется взять и поцеловать тебя на глазах у всех - шептала Хасеки, от таких действий по телу черкешенки пробежали мурашки. Махидевран не выдержала, развернулась, впилась в губы соперницы и сразу же получила ответ. Темноволосая покусывала нижнюю губу девушки от чего та стонала ей прямо в рот - Какая же вы нетерпеливая госпожа - отстранившись прошептала славянка. Хюррем снова поцеловала госпожу, однако на этот раз поцелуй был нежным, рыжеволосая стала подталкивать Махидевран к кровати. Хасеки толкнула Гюльбахар чтобы та приняла лежачие положение, а сама начала медленно раздеваться. Ночное одеяние скользнуло по стройному телу госпожи, черкешенка же в это время нервно сглотнула и заострила свое внимание на пышной груди, взгляд так и кричал "Черт, я так тебя хочу!". Хюррем быстро сократила дистанцию между ними и удобно устроилась на чужих бедрах. Рыжеволосая начала покрывать шею госпожи мокрыми поцелуями, иногда отрываясь покусывая мочку уха. Спустившись к ключицам, госпожу ожидала преграда в виде платья, освободив свою спутницу от одежды, Хюррем задержала свой взгляд на груди, а после начала целовать её. Она не пропускала ни одного миллиметра кожи. Позже славянка начала целовать низ живота, от чего Махидевран слабо застонала. - Хюррем, прошу тебя, не томи Слово госпожи было для нее законом, поэтому ладонь тут же скользнула меж бедер, следом и сама Хюррем переместилась туда же. Хасеки дразнила Гюльбахар, она входила в девушку лишь на одну фалангу пальцев, тело Махидевран предало ее, она выгибалась моля и требуя такой долгожданной близости. Не желая больше мучить свою госпожу Хюррем вошла в нее на полную длину совершая сначала медленные, а потом быстрее и грубые толчки. Покои наполнились мучительно сладкими стонами Гюльбах, а когда славянка добавила язык, черкешенка начала извиняться как змея и насаживаться на пальцы стараясь как можно быстрее получить разрядку. Через пару минут Махидевран достигла кульминации и обмякла. Хюррем легла рядом перекладываю голову девушки на свою грудь. Спустя какое-то время когда черкешенка пришла в себя она сказала: - Хюррем, я тебя люблю, знаешь... - ей не удалось договорить так как Хасеки перебила ее. - Махидевран, если между нами что-то было это не значит, что я твоя, не нужно говорить про любовь. Махидевран соскочила с кровати вглядываясь в лицо напротив. В голове крутилось лишь одно "Какая же я дура". Гюльбахар развернулась и уже собиралась уйти как вдруг, кто-то схватил ее за локоть и повалила обратно на кровать. - Шучу, шучу, я тоже тебя очень люблю - сказала Хюррем, и начала целовать лицо Махидевран куда попадётся.