Нам нет места

Жизнь во дворце шла своим чередом, все обитатели радовались наступающей весне и даже когда-то несчастная Махидевран, теперь дышит полной грудью, она снова смогла познать такое прекрасное чувство как - любовь. И ее совсем не смущает, что статус ее любимой носит Хюррем, да в начале девушки враждовали, однако потом поняли, что значит друг для друга намного больше. Султанши каждый день гуляли вместе в саду, вечерами когда была возможность собирались в покоях Махидевран и разговаривали обо всем на свете, а когда наступала ночь они любили выходить на балкон и любоваться звездами. Хюррем и Махидевран сидели на тахте и разговаривали о своих детях, о дворцовых делах и о будущем походе падишах. Темноволосая так сильно засмотрелась на свою госпожу, что не увидела, как Хасеки кинулась подушкой в неё. - Ах так Хюррем Султан, ну тогда держитесь - засмеялась Махидевран и кинула подушку в ответ - Это за то что не слушала меня - Хюррем тоже засмеялась. Девушки соскочили с тахты и принялись бегать по покоям и бросаться спальными вещами. Убегая от рыжеволосой госпожи Махидевран запуталась в одеяле и чуть не упала, однако Хюррем поспела вовремя. Девушки посмотрели друг другу в глаза, а после их губы соединились в сладком поцелуе. - Я так тебя люблю, моя роза. - Я тоже тебя люблю, моя Хюррем - нежно чмокнув девушку в щеку проговорила шатенка. - Я так хочу уже поскорее погулять с тобой в нашем саду, ведь на улице весна, а мы еще так и не разу не вышли - недавно Махидевран очень сильно болела и врачи пока что запретили ей выходить на улицу - Милая моя, обещаю завтра я, схожу к лекарям и узнаю когда я снова смогу посещать сад, хорошо? - Хорошо *** Прошло две недели, однако Махидевран не спешила идти в лазарет и дело совсем не в том, что она не хочет гулять с Хюррем, она боится, госпоже совсем не так хорошо как думает ее любовь, Гюльбах каждую ночь мучается от сильных болей в грудной клетке, от кашля вперемешку с кровью и иногда ей кажется, что скоро она сможет выплюнуть собственные лёгкие. Черкешенка строго-настрого запретила говорить кому-либо о своем состоянии. Стоя около дверей в лазарет Махидевран ужасно хотелось бы, чтобы рыжая госпожа была рядом, взяла ее за руку и успокоила. - Махидевран Султан, прошу заходите - сказала женщина. Султанша зашла в помещение и присела на небольшую кровать. Лекарша села напротив нее. - Госпожа, как ваше состояние? - Арифе Хатун, когда я снова смогу гулять в саду? - Госпожа сначала мне нужно узнать как вы себя чувствуете - Никаких изменений, я по-прежнему задыхаюсь от кашля и терплю невыносимые боли, никакие лекарства мне уже не помогают - с грустью в голосе говорила Махидевран. Лекарша молчала какое-то время, возможно она думала стоит ей сказать то что хочет или все таки промолчать. - Госпожа, мне стоило сказать вам это раньше, к сожалению это неизлечимая болезнь, я не знаю как помочь вам. Махидевран истерически засмеялась, тут смех опять превратился в нестерпимый кашель, продолжавшийся пять минут. На платке осталось пятно крови. - Я умру? - придя в себя, обеспокоенно спросила госпожа. - К сожалению раньше чем бы этого хотелось - Сколько мне осталось? - При таком продолжительном кашле и обильности крови, не больше двух недель. Мир рухнул для нее, она не может умереть, не может оставить здесь Мустафу и свою любимую Хюррем. Наверное ей стоило рассказать им о своей болезни, но вместо этого Махидевран стала просто больше времени уделять самым дорогим для нее людям. Правда последние три дня черкешенка чувствовала себя совсем плохо, постоянный кашель, боли, головокружение, все это отягощало жизнь госпожи. Ночью Махидевран приснился сон, где девушка в белых одеяниях принесла ей красные розы, взяла за руку и сказала: - Пора. Гюльбахар проснулась и всё поняла, однако у нее осталось одно незаконченное дело. В обед черкешенка позвала Хюррем погулять в саду, сказав ей, что лекари наконец-то разрешили ей прогулки. Султанши гуляли по саду, смеялись и разговаривали, Махидевран крепко сжимала руку своей госпожи, внимательно изучая каждую черту лица. - Моя милая Гюльбахар, я так счастлива, что тебе наконец-то разрешили прогулки, ты смотри трава уже начала зеленеть и птички поют, разве это не прекрасно? Черкешенка хотела бы ответить ей что-то, но резкий приступ боли, заставил Махидевран упасть. Хасеки мгновенно ее подхватила. Темноволосая вновь начала кашлять кровью - Роза моя, я сейчас позову стражников и они отнесут тебя к лекарям, ты только потерпи - Не нужно, Хюррем - охрипшим голосом начала говорить Махидевран - Я была у врачей, они сказали, что такая болезнь как у меня не лечится, я умру - слезы стали скатываться с глаз Султанш - Нет, Махидевран, не говори так, я обещаю что найду лучших лекарей и они вылечат тебя - Александр... Пожалуйста, послушай, своего сына я оставляю тебе...прости меня, я тебя так люблю - из последних сил, выдавливала из себя слова черкешенка. - Я тоже тебя люблю, Махидевран - плача отвечала Хасеки - Это наша первая прогулка последней весны я... Договорить черкешенки не удалось, силы покинули ее и она обмякла в руках славянки. - Махидевран? Махидевран! МАХИДЕВРАН! - сорвалась на крик Хюррем, она прижимала тело госпожи к себе и горько плакала, мир Хасеки рухнул, она не знала что будет делать без нее, не знала как жить без любимой и можно ли это будет назвать жизнью? "Мы оплакиваем того, кого потеряли, а долж­ны бы радоваться тому, что имели вообще." К. Дж. Уэллс