***
Некомфортно. Соа очень некомфортно. Внутри сидит какая-то заноза, которая при любом движении начинает зудить, одаряя всё тело неприятным чувством, тревожностью и нервозностью. Хочется залезть внутрь и выдернуть оттуда эту гадость, чтобы познать вновь спокойствие и уют обыденных студенческих дней. Внутри сидит что-то противное, кричащее. Это что-то воспаляет сознание, заставляя девушку придумывать сказки и небылицы у себя в голове. Чонгука нет уже 2 недели. От него не слышно определённо ничего. Соа нервничает. Люди из его шайки лишь косятся на неё презрительными взглядами, мол какое ей вообще дело до нашего Гуки. С таким же успехом проходит третья неделя. Соа старается не разговаривать с Джунхёком, потому что на все его предложения и просьбы пойти погулять, она лишь срывает голос, раздражённо крича ему в трубку, а то и вовсе может написать в чате, чтобы тот отвалил. Из рук выскальзывает чашка. Разбивается об пол. Чашка, из которой он пил. Она держится из последних сил, дабы не разгромить свою квартиру к чертям собачьим. Потому что тут ходит его запах, тут витают воспоминания о проведённом времени вместе. Раздражает. Что вообще такое? Может он перевёлся? Может заболел? Может укатил на байке в другую часть страны, а может и вовсе подался пробывать себя за границей? Чушь. Чепуха. Что-то определённо случилось! Не мог же он так просто оставить её ничего не сказав. Да, между ними практически ничего не было, лишь пара трепетных поцелуев… А чувства? Он хоть что-то испытывал в те моменты?***
— Может у тебя что-то случилось? Я не понимаю, почему ты вторую неделю подряд рвёшь на себе волосы и заперлась дома как монашка? У тебя домашний арест? — Джунхёк внимательно смотрит на свою спутницу, и подумав, добавляет. — Может ты преступница? — «Да! Скорее всего скоро ей стану, потому что пойду как маньячка выслеживать одну персону по улицам.» — Я… Поругалась с мамой, — первое, что приходит в голову. — «Неужели, я одна такая сумасшедшая?! Он хоть чуть-чуть думает обо мне там, на Мальдивах или в Дубае, где он там?» — Так! Сейчас пойдём в кафешку около универа, куплю тебе кофе и мятное мороженное, — Джунхёк приободрительно хватает девушку за плечи, немного качая из стороны в сторону, и улыбаясь, заглядывает в глаза. — Да не стоит… Не хочу тебя напрягать. — Даже слышать ничего не хочу! Идём! Даже на сердце как-то стало легче, а губы сами стали принимать форму улыбки. Тёплые объятия друга иногда заставляют забывать о трудностях. Пара выходит из университета вместе с потоком шумных одногруппников. Где-то неподалёку столпился народ. Кто-то радостно кричит и выбегает из толпы со слезящимися глазами и розовыми щеками, кто-то реагирует более сдержано, и просто прикрывает род ладонью. Юноша с девушкой заинтересованно переглядываются и решают подойти к толпе. Какого же удивление, когда они обнаруживают, что тут проходит типа кастинга. Собраны фото разных парней студентов и те, кто наберёт больше всего голосов, будут считаться в этом году самыми симпатичными парнями. Соа обводит фотографии неторопливым взглядом и немного усмехается. Чонгук не участвовал в подобных мероприятиях, хотя набрал бы тут максимальное количество голосов. Определённо, здесь есть альфачи симпатичнее. У кого-то красивые глаза, у кого-то скулы, руки, одежда, но ей кажется, что все они лишь запчасти. В одном Чонгуке слилось всё. Всё, что заставляет её дыхание сбиваться, когда она видит его обнаженные руки или манящие скулы, а когда его взгляд пробегается по ней… [Desire — Meg Myers] Джунхёк немного улыбнувшись хватает подругу под руку и о чём-то увлечённо ей рассказывает, не сразу замечая, как та останавливается у ворот и чуть дыша смотрит в одну точку. Вернее, на определённый силуэт, что стоит перед ними в пару десятков шагов.