Сделка.
1 сентября 2022 г., 20:49
Примечания:
Осталось найти бету и терпение....
Её триумф — его смерть. Реджина, уже на этот момент Миллс, потеряла мужа. Сказать о том, что он любил её, равняется получить пулю в сердце. Супруги были холодны. Леопольд Кинг любил выпить, поиграть в покер, а измена с его стороны ровнялась пустышке, обычному поступку. Её озаботила мать, семья, 10-ти летняя дочка, муж, что может быть лучше? Объятия противны, поцелуи жалят. Даже увидев его утром, голова могла гудеть на протяжении всего дня. Они обитают в разных спальнях, мирах и времени. На протяжении 17 лет, чертовых 17 лет приходилось терпеть его. Женщина была создателем женского клуба, свита находилась там для сплетен, милая чашечка чая хранила в себе слишком много тайн....
***
— Со мной всё в порядке. Брюнетка сидела в кресле, в кабинете следователей. День похорон, черт возьми. На ней чёрное пальто, юбка занимала большую часть кресла, на декольте было кружево. Казалось, что тело нагое, под этой жалкой вещицей ничего нет. Каблуки, именно они стали частью её. Алая помада, глаза подведены чёрным карандашом, это всё выделялось на бледном личике. Детектив Уивер расхаживал по кабинету. Его помощник Роджерс, пристально наблюдал за этой бестией . — Мисс Миллс, пришли результаты вскрытия. В крови обнаружен Золетин. Именно этот препарат помог вашему мужу отправиться в мир иной. Далеко это не стресс и не сердечный приступ, — седоватый мужчина ухмыльнулся, ловя её взгляд. — Вы меня в чём-то подозреваете? — точеные бровки взлетели вверх, а губы растянулись в улыбке . Изящная рука была поднята вверх из-за локтя, который находился на подлокотнике. — Мисс Миллс, ваш покойный супруг просто бы не мог ввести себе такую дозу. Это препарат, которым усыпляют собак. — Возьму на заметку, — она усмехается. — Кроме вас и покойного Господина Кинга в ту ночь, больше никого не было, — выдвинул Роджерс. — Мальчик, мы спали в разных спальнях уже как 10 лет. Они находятся в разных крылах этого, чёртового, особняка. Ты думаешь, я слышала что-то? — каждое слово, движение, взгляд - чертовски идеальная. — А мне кажется, вы не удивлены. — У Лео было много завистников, как-то ему засадили пулю. Всё шло к этому. Он холоден, жесток и кровожаден. В наше время таких не любят, знаете ли, — тело чуть качнулось. — Роджерс, сходи за кофе для Мисс Миллс, вы сегодня ничего не ели, — глаза прошлись по ней - бледная. Помощник возражать не стал. — Вы любили его? — мужчина перебил её. — Простите, что? — тон был игрив, возмущение давало жару. — Что вас связывало, на момент смерти, с Леопольдом Кингом? — Мы состояли в браке, что за идиотские вопросы?! — Дорогуша, ваш муж завещал всё имущество вам. У вас есть алиби? Правильно, нет, вы спали и ничего не слышали, — лекция продолжилась бы, но его перебили. — Вообще-то, есть. Той ночью меня мучали кошмары. Наша служанка сидела со мной пока я не уснула. Это было около 3 ночи. В кабинете появился голубоглазый мужчина с кофе. — А смерть вашего мужа настигла около 5-ти часов. Хорошо, ваша домработница будет вызвана во вторник для дачи показаний. Я настоятельно не рекомендую покидать вам окрестности города, иначе у вас будут проблемы. Да что он себе позволяет? Угрожать самой Миллс? — Вы всё-таки меня в чём-то подозреваете? — сощурив глаза пролепетала она. — Извините, но вы спали в другом конце дома, ничего не слышали, служанка ушла. Сколько процентов того, что вы не врёте? Это даже смешно звучит, — лёгкий смешок раздался в гробовой тишине. — Катитесь к чёрту, — она со всей силы швырнула бумажный стакан на пол, и вышла из кабинета. Мужчины замялись. Брюки были испачканы, а у Роджерса и рубашка . — Ну и что теперь? — озадачился вопросом помощник. — Эта дамочка уж слишком много чёрта упоминает. Ну серьёзно, это слишком глупо. А ты лучше сгоняй домой и переоденься .***
На улице уже стоял катафалк. Люди собрались у машин. Они вели беседы, скорее лепетали сплети. Коллеги, друзья, дочь, все ждали только её. Пару молодых парней обсуждали кончину человека, который стал для них как родной дядя. Женщины обсуждали Реджину Миллс. Все знали на что способна эта женщина. Её характер мог осилить не каждый. Может это зависть? Теперь она одинокая вдова, которая ни капельки не скорбит, эта хитрая и проворная брюнетка имеет всё. Внешности можно только позавидовать. Теперь её жизнь наладится. Тем временем вдова сидела перед зеркалом. На, по-прежнему бледном, лице появились шикарные стрелки. Чуть подкрашенные веки и бордовая помада. Ни единой слезинки, за всё эти годы она научилась играть, да так, что сейчас всё это выходит боком. В отражении она видела молодую девушку, 18-ти летнюю красотку, которая сидела на этом же месте и оплакивала свою судьбу. Покоя не давали только следователи и пресса. Все окружили её, а те самые подружки сейчас обвиняли. Волосы собраны в невысокую прическу. На глазах были солнцезащитные очки. Спускаясь по лестнице, рука облаченная в тонкую, чёрную перчатку, коснулась перила. Эта заученная ухмылка. Сколько боли хранили эти стены, страхов, воспоминаний. Дворецкий открыл дверь. Она соизволила явиться, некоторые думали, что женщина решила не появляться на похоронах, ей плевать. Мистер Самди ждал её, он был лучшим другом Леопольда и можно уверенно сказать, что хорошо знал его жену. Как только она вышла, взгляды были направлены на неё. Барон в ту же минуту заслонил её от папарацци. Рука легла на её спину, чуть поглаживая. — Дорогая, — его глаза прошлись по ней. — Я бы попросил уйти всех журналистов для вашего же блага. — Времени нет. Они быстро уселись по машинам. Реджина, Самди, Мэри ехали в первой машине. Во второй машине находилось тело. А дальше были коллеги, знакомые, друзья. У неё нет времени скорбеть, она непробиваемая. Сердце привыкло к несправедливости, боли, насилию. Она знала о всех интрижках, но не осмелилась изменять ответ. Разум привык подстраиваться под любого, вот только не теперь. Теперь в ней появилась кислота, ты можешь пострадать из-за неё. Кладбище было давним. Родных тут явно не навещали. Надгробия заросшие, разбитые, обшарпанные, покосившиеся. Ветки росли в разные стороны. Мрачно. На середине пути к нужному месту машины остановились. Самди помог Реджине покинуть машину. Теперь она стояла самой первой, перед первой машиной. За первой машиной стояли Самди с дочерью покойного. Уж теперь она не сдерживала улыбки, кто-то бы сказал, что это больная улыбка, а она психопатка. Они шли к концу истории Леопольда Кинга, к концу невесёлой истории, к началу новый эпохи, туда, где заканчиваются все обиды. Она статная, властная, непокорная. Больше не та наивная девочка. Тишина. Ветви чуть качались. Совсем близко был слышен звон колоколов. Звук её каблуков. Мужчины опустили гроб в сырую землю. Священник. Все стали полукругом около могилы кроме одного человека. Робин Локсли стоял у Ивы, вот откуда шел запах сигарет. Он изучал это окружение. Глаза зацепились за брюнетку. Вдова неаккуратно бросила две белые розы на гроб. Ненависть, злость, победа. Все заметили её отношение к покойнику. Вызывающая, знойная, привлекательная. От неё исходил запах яблока. Мэри стояла словно смерть. Мачеха забрала всё, начиная с отца. Всё прошло как в тумане. И вот она берёт горстку земли, следом кидая её на гроб, применяя силу, со всей ненависти. Он погребён, осталось найти убийц. Все сели по машинам, уехали кроме неё. Реджина по-прежнему стояла у могилы. Голова была опущенная. Робин Локсли осмелился подойти . — Мы не должны жалеть умерших. Жалеть живых, и в особенности тех, кто живет без любви. Не жалей умерших, — блондин ухмыльнулся глядя на неё. — Робин Локсли. — Это тот самый? — её охрипший голос вызывал. — Мугу. А вы та самая вдова которая очень скорбит по покойнику, но на самом деле вы безгранично рады. Теперь вы имеете всё, ведь этого вы добились. Изящным жестом руки она сняла очки, хлопая ресницами и кидая убивающий взгляд. — Вы слишком уверены в себе. Кто бы оказался на моём месте. Господи Локсли вы абсолютно ничего не знаете обо мне. — Ну почему же. Вы Реджина Миллс, в прошлом Кинг. Вам 35, в детстве ходили на балет, пели в хоре, занимались скачками. В 18 лет вышли замуж за покойного Леопольда у которого была 10-ти летняя дочь. Его убили, а вы получили всё. — А вы хорошо работаете. Вот только не учли одного. Я далеко не убийца. Кто вас нанял? — она откровенно смотрела ему в глаза. — Все убийцы так говорят. Звонок был анонимным, меня терзает любопытство не меньше вашего. Ну только если вы не хорошая актриса или мастерский убийца. — Я не убийца, сколько раз можно доказывать, говорить, какого вы вообще говорите со мной? — Мы ещё встретимся, — томно прошептал он и скрылся из виду...***
Она вернулась в холодный дом. Всех распустили по домам. Теперь она хозяйка. Темнота, хотелось залезть под одеяло и не вылазить пару суток. Самди звонил ей пару раз, телефон был выключен. Женщина долго лежала в ванной. Сколько шума приносит эта ситуация. Вот только пугало одно, это была не она, ей явно грозила опасность. Вода остыла, Реджина накинула на своё тело атласный халатик чёрного цвета. Следом ноги повели её к южному крылу, туда, где её тело многочисленно страдало из-за покойного мужа. Стены хранили в себе крики и мольбу, потери. Рука аккуратно открыла дверь в спальню. Мебель и осталась так стоять. Пальцы прошлись по зеркалу. — Сколько лет мне приходилось терпеть, теперь тебя будет мучить Сатана, долго. Ты пожалеешь о всех пытках, которыми мучил меня. Мои крики и мольба будет преследовать тебя всё наказание. Словно орлица кружилась она. Звонок в дверь. Какого хрена ? Ярость, кровь бушевала. Реджина быстро спустилась и открыла дверь. Её корпус пошатнулся, а волосы волнами откинулись на спину. Она не вдова, точно не скорбящая. — И вам добрый вечер, вы так всех гостей встречаете? — голубые глаза пробежались по стройным ножкам. — Кхм, вы что-то забыли, Господин Локсли? - брюнетка чуть прикрыла декольте тканью. — Нужно обсудить некоторые моменты. Проливной ливень. Она пропустила его в дом, сама не желая стоять и мерзнуть. Темнота и мрак. Они прошли в столовую. На длинном столе открытая бутылка шампанского. — Откуда у вас эта бутылка? — он тщательно наблюдает за каждым её действием. — Сегодня доставили, какой-то презент от кого-то. Будете ? — налив в фужер алкоголь, она чуть посмотрела на жидкость, хотела выпить алкоголь. — Не пейте! — Робин выхватил хрусталь из рук и перелил, жидкость попала на тело. — Твою мать! — Напиток отравлен. — Ты мог нормально меня остановить?! — Миллс пыталась отряхнуть шампанское с груди. Локсли взял в руки бутылку, чуть прокручивая, рассматривая. Голубые глаза зацепились за пробку. Он ухмыльнулся. — Бутылка уже была открыта, ох не внимательны вы, Миссис Кинг. — Я Миллс, раз и навсегда, — она обняла себя руками. — Посмотрим. Ладно, я попытаюсь вам поверить. Замечали что-то странное? Парочка присела за стол. — Нет, я не разговаривала с этим человеком. От горничной слышала, что он был нервным, пару раз опрокинул кофейный стол в гостиной. — Почему вы так холодны к нему? — Робин видит её потерянный взгляд. — Лео был жесток со мной, ко всему. Мэри лишилась всего, когда сказала, что выйдет замуж по любви. Я всегда попадала под горячую руку. Иногда ненавидишь человека, но становится так пусто и тихо, не верю. — Кхм, а дети ? Брюнетка тут же встала и направилась к напольному глобусу. Рука прокрутила шар и остановилась на Франции, нажимая на тайную кнопочку. Шар открылся, бутылки алкоголя. Реджина взяла коньяк и два стакана. — Налить? — Я не пью на работе, - но он жадно рассматривал янтарную жидкость. — Такие ещё остались? Я думал сейчас все увлечены этим. — Если что, звоните, и да Миссис Кинг, будьте внимательны. Не советую вам есть дома. Робин встал, и медленно покинул комнату цепляясь взглядом за каждую мелочь. — Вы хотите сказать, что это охота? — она следует за ним. — Представьте себе. Локсли внимательно исследует каждый шкаф, абсолютно нет пыли, следов, даже на книгах, статуэтках. Уборщица хорошо убирает, тем более за такие деньги. Женщина стояла у дверного косяка с коньяком. Глаза жадно рассматривали тело, крепкое тело. — Можете рыться в доме сколько угодно, ничего не найдете. — Слушайте, давайте заключим сделку, — оторвался от своего занятия и начал подходить к ней. — Вы помогаете мне, а я помогаю вам. — Считаете меня убийцей, а сейчас сделка, — глазки кокетливо заиграли. — Вам есть что скрывать? — они были категорически близко, слишком. — Тогда бы я вас не пустила на порог этого дома, — ее тон перешёл на шепот. — Ваш ответ? — Я согласна. После этого он ушёл, ушёл, чтобы сдержаться. Слишком пленила и манила, играла, вызывала. Мужчина больше не знал женского тела после смерти жены, противно было смотреть на кого-то. Ей скучать не приходится, явно, ошибается он. Реджина боится мужчин, обходит стороной прикосновения. Леопольд оставил яркую вспышку в её жизни. Самди был другом, человеком который мог успокоить любого, обворожить, его шутки. Во всех изданиях уже гудели яркие события, никто не не знает правду.
