Mi cielo mi luna, Mi unica fortuna.
17 августа 2022 г., 00:04
Потусторонний мир функционирует подобно человеческому, однако большая его часть скрыта от глаз обывателей. Своя политическая система, иерархия, устои — и все для того, чтобы поддерживать баланс. Мара — одна из обращенных Крипто — работает в департаменте. Это статная женщина всегда отличалась непоколебимой волей, от того достигнуть цели не составило труда. Некоторые люди, помимо тех, что связаны непосредственно с правительством, тоже владеют некоторой информацией. Одной из таких была Аббатиса, что присматривала за церковью недалеко от поместья графа.
— Зачем он тут?
Аскольт смотрела исподлобья, пока ее руки снова проходились сквозь кандалы.
— Мне нужны доказательства. Моим они не поверят.
Отношения со Скоттом не всегда были настолько натянутыми. По началу их семья просто должна была выплатить долг, однако смерть их настигнула прежде, чем они смогли искупить вину. На мольбы о помощи Крипто неохотно ответил, обратив младшего сына. Нарушать столь сложную клятву сродни аду, и никто не хотел оставаться в нем навсегда. Время шло и Скотт смог отчистить титул своей семьи, после чего подался в обучение у своего же обратителя. Ему всегда хотелось пролезть куда-то выше, занять руководительный пост. Крипто подобных желаний не испытывал, однако согласился помочь юноше. Годы шли и юный вампир овладевал все большими знаниями. Последним должно было быть контрольное испытание, но до него необходимо было, чтобы за Скотта поручились. И таким правом обладал только лишь Крипто. Тот неохотно шел ему навстречу последние пару лет, видя изменения в его характере. Перед ним больше стоял не тот самый юноша, что просто хотел добиться благой цели, а кто-то, кто способен на подлые интриги. Граф привел ученика в поместье, дабы дать тому второй шанс. Конечно, под предлогом небольшого теста на выдержку, который Скотт провалил. И Сильва неспроста был в ту ночь в замке.
— А если он убьет этого мальчика? — Аскольт смотрела выжидающим взглядом, однако ответ она получила вовсе не тот, что желала.
— Тогда обе проблемы будут устранены.
Зная отношение Скотта к людям, Крипто намеренно попросил Октейна остаться. План сработал, отчасти. Юноша и правда оступился, чем и выдал свои истинные мотивы. Крипто прекрасно видел, что против него готовят заговор.
— Откуда здесь банши?
Некое собрание, что больше свиду напоминало переговоры, на деле являлось лишь съездом хорошо знакомых графу вампиров. Ситуация со Скоттом стала все более опасной. Долгий ответ заставил собраться всех здесь.
— Ты же понимаешь, насколько они редки? — Мара выглядела весьма строго, однако всецело была на стороне графа. Меж ними всегда оставались теплые отношения. — Это легально?
— Нет.
— Нелепица, — вздохнула женщина, переводя взгляд в сторону. — Постарайся, чтобы никто ничего не разболтал. На этот раз я тебя прикрою. Но если мне это самой будет стоит моего положения…
— Не будет, — граф ее перебил. Его спокойный тон внушал доверие. — Она здесь уже многие годы.
Далеко не все вампиры обладают возможностью обращения. Юридически за этим имеется сила. Тонкости и нюансы. Обращение людей — дело добровольное. Однако самоличное обращение других существ стоит под запретом. Подобным конечно занимаются, однако единицы и более в научных целях, в формате эксперимента. Крипто прекрасно знал, на что шел, когда обращал Аскольт. Именно поэтому он обосновался в этом особняке, спрятав призрака подальше от чужих глаз. Все было под контролем, пока Скотт не прознал об этой слабости. Под предлогом рассказать о найденной находке, юноша вызвал графа на дуэль. Все, что ему нужно — получить разрешение на прохождение аттестации. И теперь у Крипто не было выбора. Он предпочел как можно дольше не вступать в сражение. Цели убить Скотта у него не было. Юноша сильно прогадал, ошибочно посчитав Сильву не столь важным звеном во всей этой истории. Тогда графу пришлось убрать угрозу. За считанные секунды тело повалилось на землю. А после в голове крутилось лишь одно — желание провести еще немного времени с Октавио.
— Какая драма.
— Слишком самонадеянный. Неужели и правда думал, что выстоит против Крипто?
— Одним трупом больше, одним меньше.
Голоса негромко обсуждали произошедшее. Граф ощутил странный холод. Аскольт впервые захотела до него дотронуться, но руки прошли сквозь. Умиротворенное выражение лица застыло в воздухе, словно живое. Необъяснимая грусть наполнила сердце графа, когда он смотрел на исчезающую Аскольт. Тут же странные разговоры стали понятны. Превращение Сильвы — все, что было нужно девушке.
— Ты и правда думаешь, что мы сможем ужиться? Что ж, раз так…
Поместье опустело. Полностью и окончательно. Только на третий день Крипто осознал, что Сильва пребывал в коме. И хоть ему самому часто доводилось видеть не самые приятные вещи, ухаживать за новообращенным было действительно тяжело. Когда тело буквально отторгало диализы, оставляя открытые раны и пачкая кровью все рядом, хотелось отвернуться и не видеть столь ужасное зрелище. Это было сродни проведенной операции. Граф понимал, что Сильва вполне мог умереть, если ему не оказать должную помощь. От вида внутренностей воротило, но иного выхода не было. С ногами все было куда проще. Процесс восстановления костей один из самых болезненных. Некоторые намеренно не возвращают потерянные конечности, лишь бы не проходить через подобное. Ломка тела на недостаток веществ в организме тоже добавила мороки. Тогда был единственный раз, когда Крипто покинул поместье, чтобы получить стимуляторы. Годы шли, а надежда постепенно гасла. Однако каждый день был проведен рядом с Сильвой. Тело необходимо было поддерживать в минимальном тонусе. И для аккуратности, Крипто периодически подстригал чужие волосы, а также убирал растительность с лица. Он все думал о словах Аскольт. Та была убеждена, что Октейн был именно тем, кто мог бы остаться вместе с графом. Отчего хотела его обращения. Их прежние чувства оставили неизгладимый след на сердце каждого. Девушка так и не смогла оставить своего возлюбленного одного. Но после обращения она едва ли была похожа на живую, а их разговоры свелись к минимуму. Обдумывая это изо дня в день, Крипто стал прикипать странными теплыми чувствами к Октавио. А его ухаживания лишь давали дополнительный стимул желать большего. Отчего пробуждение действительно стало неожиданным и в полной мере желанным событием. Заслышав крик, граф с замиранием сердце ринулся наверх. Все пять лет прошли лишь в ожидании того вечера. И хоть для самого графа пребывание в одиночестве не было столь сложным испытанием, все же такой срок был весьма большим. Но изо дня в день виделась все более чёткая картина — сердце Сильвы билось равномерно, так медленно, словно у настоящего вампира. И Крипто точно знал, что однажды тот очнется.
***
— Я так рад тебя видеть. Октавио буквально с порога накинулся, словно ждал этого момента весь день. Спустя пару недель граф вернулся в поместье. — В доме чем-то пахнет, — интонация графа была слегка вопросительной. — Ты говорил, что не ешь людскую пищу, но я приготовил кое-что для тебя, — Сильва немного виновато улыбался, повисая на чужой шее. Он не отводил взгляда. — Нашёл твои подсвечники, какой-то старый сервиз. Не откажешь провести со мной романтический ужин? — Ты? Приготовил? Крипто усмехнулся, снимая с себя верхнюю одежду. Он прекрасно знал, что парень прежде вряд ли занимался подобным, отчего было весьма странно слышать это. — Я ради этого всю неделю старался. Первые мои попытки даже собаки не оценили, хе-хе, — он как-то смущённо улыбнулся. — Но сейчас все не так! Это они съели. — Ты мне на стол подаешь то, что едят собаки? Крипто говорил без капли злости, поэтому у обоих это вызвало улыбку на лице. — Неужели ты мне откажешь? — Ты ради этого так старался, как я могу? — граф оставил поцелуй где-то в уголках губ. — Конечно мы с тобой отужинаем. Уже в обеденном зале, где так аккуратно было накрыто, граф отдал изящный конверт. Красивое обрамление, позолоченные чернила по краям и еле уловимый запах кедра. — Ответное письмо. — Ты написал вручную? Я уж думал, ты проигнорировал то моё письмо, — Сильва ненадолго замер, а в его глазах проскользнула печаль. Он держал письмо в руке так, будто это что-то хрупкое. Одно неверное движение и оно разобьется как хрусталь. Сердце сделало пару ударов быстрее, когда парень приоткрыл содержимое и взглянул, какой большой объем текста ему придётся прочесть. Глаза быстро пробежались по бумаге, цепляя случайные ласковые слова. Октавио ненадолго прикрыл глаза, прижимая конверт к груди. — Благодарю. Я прочту его вечером, с тобой. Вернее, утром. Ох, я ещё не привык, что мои сутки сбились, и ложиться мне приходится с первыми лучами солнца. Все было по правилам этикета. Сильва даже научился различать разные виды ложек и вилок. На столе теплилось свежее мясо. — Слушай, а нам обязательно так далеко друг от друга сидеть? — парень вцепился обеими руками в столовые приборы, сжимая их. — И давно ты стал таким послушным? — Что?.. Глаза распахнулись в лёгком недоумении. — Знаешь, — продолжил граф, — тебе не обязательно пытаться мне угодить. Все ещё делаешь это из чувства вины? Брось, мне больше по душе твоя бунтарская натура. Октавио разжал руки, и столовые приборы с лёгким грохотом ударились о стол. Парень расплылся в странной, но более привычной для себя улыбке. — Может, мне тогда сесть к тебе на колени и есть руками, а? Не дожидаясь ответа, Октавио сел прямо рядом с Крипто. — Не помню уже, когда я в последний раз ел человеческую еду. — А это не вредно? Я как-то не задумывался о том, почему ты не ешь пищу. Я ведь ел. — Не вредно, просто смысла особого нет. Сильва в ожидании смотрел на графа, перебирая пальцами по столу. Сам он пока не спешил притрагиваться к еде. Глаза жадно выпытывали ответ на немой вопрос. — Весьма недурно. Если и есть что-то людское, то только из-под твоих рук. Ты даже оставил не запеченную кровь. Комплимент от шеф-повара? Граф прекрасно понимал, что Сильва, скорее всего, и не планировал оставлять кровь на мясе. Но вовремя перевести недостатки в достоинства тоже многого стоит. Парень лишь усмехнулся, ничего не сказав, после чего тоже принялся за трапезу. — Слушай, я тут подумал, — Октавио решил оставить этикет и начать разговор прямо во время еды, — а как работает теперь мое сердце? Это так странно, порой оно бьется настолько медленно, что кажется, я умираю. И прикладывая руку к груди… иногда я его и вовсе не чувствую. Под конец голос стал тише, а интервалы между словами все больше. Сильва медленно взял чужую руку и подвел к своей груди, прямо под сердце. Глубокий вдох. Выдох. Сердце остановилось. Пара секунд и парень открыл глаза с неким испугом. Вновь послышались удары. — Это в порядке вещей, Сильва. Мы можем замедлять наше сердцебиение. И жить вовсе без него, но со своими условиями. Что-то вроде спячки. Я рад, что ты начинаешь понемногу осваиваться со своим телом. Сердце также работает быстрее, когда тебе нужно залечить раны. Кровь должна для этого быть активной. — Хмм, — Октавио пару секунд смотрел куда-то в окно, после чего вдруг хитро изрек. — То есть если мы будем ну уж очень хорошо тренироваться, то после также хорошо мириться, а? Беглый оскал и привычная полуулыбка. Таким и запоминался Сильва. — Твою бы энергию, да в нужное русло, — графу ничего не оставалось, кроме как с улыбкой вздохнуть. — Но я серьезно. Эй, Тхэ Джун, когда мы уже начнем тренировки? На мгновение граф замер. Рука дрогнула. До боли знакомое имя, но столь чужое уже. — Не понравилось, что я тебя так назвал? — Сильва склонил голову в бок, недоумевая. — Мне называть тебя как-то по-другому? — Нет, все в порядке. Просто… уже давно так никто не называл. Мне нравится, продолжай. — Хорошо, — Октавио поластился к чужому плечу. — Так что насчет тренировок? — Завтра же и начнем, раз тебе не терпится. Сильва наконец вернулся к еде. Он жадно вылизывал тарелку, сметая с нее остатки. Граф пристально наблюдал за этим. — Скажи мне вот что, — вдруг начал Крипто. — Ты все это время так и не пил крови? Парень нарочито облизнул нижнюю губу, выпячивая клыки. — Не-а. — Но ведь твое тело просит. Разве сам не видишь? — Да подумаешь, че оно там просит. Оно и секса просит, но что-то ты не больно рвешься эту хотелку удовлетворить. И вообще, че со мной будет то? Если я умру от недостатка крови, то какой же я бессмертный тогда, а? В голосе Октавио явно читалось раздражение. Крипто впервые сталкивался с тем, чтобы вампир не захотел пить кровь. Ну как, одну он все же был готов пить. — Ты не умрешь, но озвереешь. Твой организм сейчас практически неуязвим. И любые попытки вывести твою систему из строя закончатся активацией режима самосохранения. Иными словами — голодовка как способ самоубийства тоже не рабочий. Лучше до этого не доводить. Поверь, тебе не понравится. — А если я буду твою пить? Так я не озверею? — Сильва увидел изменение во взгляде и тут же начал давить на жалость. — Ну пожалуйста. Меня воротит от этой крови. Ну я же столько раз пытался. Я и пары глотков не сделаю. А твоя такая, такая… Мх, не знаю. У нее привкус вовсе не металлический. Она сладковато-кислая. Графу не оставалось ничего, кроме как согласиться. Сильва довольно быстро нашел точки, на которые можно давить. Щенячий взгляд, виноватое лицо, поджатые губы и опущенные плечи. Наблюдать за столь грустной картиной сплошной кошмар. К тому же Крипто и сам стал понимать всю интимность этого процесса. — Ах, как же так? — досадно произнес Октавио, сидя на чужих коленях и присосавшись к уже знакомому месту. — Я только заметил. У тебя же были такие изящные ногти, словно подчеркивающие весь твой образ. А ты их красил или они сами по себе такие были? Блин, я ж тоже себе такие хотел, засмотревшись на тебя. — А кто сказал, что я не хочу удовлетворять твои хотелки? — Чегось? Сильва отстранился от чужого тела, слизывая остатки крови, и вопросительно уставился в глаза напротив. Пара секунд и в голове что-то щелкнуло. Он прикрыл рот рукой в изумлении. — До тебя не так быстро доходит, да? Парня слишком увлекли собственные мысли. Он даже никак не отреагировал на замечание графа, хоть то было и в шутливой форме. И тут же Сильве стало не сидеться на месте. Хотелось как можно быстрее добраться до занавешенной спальни, куда не проникает солнечный свет. Время почти утро. Практически второпях Октавио повел Крипто за собой, ничего не говоря, лишь иногда издавая тихие и странные возгласы. — Кстати, тебе идет этот образ не меньше моего. Весьма аутенично. Граф спокойно расположил голову на чужих плечах, руками оглаживая бока. Желание Сильвы поскорее избавиться от одежды заставило Крипто ненадолго остановиться у зеркала и сделать пару комплиментов чужому обаянию. — Когда ты только пришел ко мне в поместье, еще будучи человеком, ты был совсем другим. Быть может ты просто и не старался произвести впечатление, но сейчас ты явно очарователен. — Вообще-то, хотел. Но да неважно. Спасибо конечно, но мне бы хотелось перейти к чему-то более интересному. Октавио увлек за собой в страстный поцелуй, попутно избавляясь от одежды. Пара минут, и он оказался снизу, прижатым к простыням. Секундное затишье. Сильва разместил обе ладони на чужом лице и со странным спокойствием спросил: — Зачем ты посещал Псамат? Губы расплылись в чудаковатой улыбке, словно перед парнем лежал очередной наркотик, что так и норовит проникнуть в организм. На лице графа были схожие эмоции. Он тихо усмехнулся, не отводя взгляда. — Ты действительно хочешь поговорить об этом именно сейчас? Сильва лишь кивнул в ответ. — Ну хорошо. И как ты об этом догадался? Искренний интерес читался в глаза Крипто. Он не торопился. Тыльная сторона ладони плавно начала скользить по лицу Октавио. — Я с хакером живу. Чего ты еще ожидал? А потом новость о пожаре. Два плюс два и я способен сложить, тут особо гением не нужно быть. — Стоит ли мне в следующий раз ставить пароли, ха? — Эй, — тон Сильвы вдруг резко стал серьезным. — Ты не ответил. — Я лишь утолил свою жажду. Таких, как он, даже не жалко. Парень снизу нервно усмехнулся. — И что именно ты сделал? — Тебе хочется услышать в подробностях о его страданиях? Я думал, ты меня осудишь. — А я думал, ты высоких моральных принципов. Ахах, — Октавио вальяжно протянул раскатистый смех. — Я надеюсь, эта мразь осталась жива. Смерть слишком хорошая награда для него. В глазах Сильвы читалось безумие. Улыбка не сходила с лица. А глаза широко раскрылись, будто снова ощущая былой адреналин. — Ого, — низко протянул граф с нотками заигрывания. — Ты настолько хотел расплаты? Раскрываешься с новой стороны. — Блять, а ты правда вписал в свой график поездку туда. Я даже и представить себе не мог. Ты настолько мною одержим, что ли? — Я убью любого, кто посмеет тебя коснуться, — в глазах графа отразилась холодная сталь, словно лезвие ножа. — Ты же это уже видел. — Ах, честно говоря, мне было до лампочки. Все это время я даже не то, что бы вспоминал. Но блять, как же приятно сейчас это осознавать. Что хоть кто-то отплатил ему той же монетой. Ой, — парень усмехнулся, — надеюсь, не прям той же. А то я буду ревновать. — Все равно, говоришь? А ведь в прошлый раз тебе крышу снесло. Ты даже мне не дал сказать это слово. — Да пофиг, не копай так глубоко. Я был сам не свой, ты же знаешь. — Ты с этой болью жил все это время. И принимал ее как данность, — в словах графа начали проскальзывать нотки печали. — Тогда покажи мне, что такое жить без боли. Медленный поцелуй оборвал затянувшийся зрительный контакт. Руки Крипто уже давно начали оглаживать тело Сильвы, лаская его. Тихие стоны в чужие губы, что пока еще не разлетаются по холодным стенам. Парень настолько отдался всему происходящему и забылся, что даже не заметил некоторых телодвижений партнера. Что-то прохладное коснулось его кожи снизу. От столь плавных движений Октавио не сразу понял, что в него вошли пальцами. Его тело хоть уже и не брал тремор, однако оно все еще отказывалось покорно лежать без действий. Извиваясь, словно змея, он лишь оставлял следы на кровати. А руки — следы на чужой спине. Не хотелось отпускать Крипто хоть на мгновение, открывать глаза и возвращаться в реальность, словно там Сильва сможет в миг это все потерять. Но жажда взглянуть на столь чарующий лик была сильнее страха и непонятной тревоги. Хватило одного лишь взгляда, чтобы успокоиться. Поцелуи стали более умеренными. Уже можно было не держаться за них, словно за ниточку, что связывала реальность и фантазии. Все проходило плавно. Впервые Сильве не хотелось торопиться. Графу пришлось спуститься ниже. Аккуратными поцелуями, что тянулись от подбородка до самого паха. Октавио все это время прикрывал глаза, в предвкушении. Он внезапно их открыл, вместе с одним из первых раскатистых стонов. — И давно ты так умеешь? — его глаза быстро опустились. Крипто пришлось полностью извлечь член изо рта и горла. — Весьма. Я бы и в прошлый раз так сделал, да ты и без этого кончил. — Ах, продержись я чуть дольше, ммм, — парень вновь прикрыл глаза, явно уходя куда-то в мечтания. Касания пальцев не казались грубыми и чем-то, что нужно сделать в обязательном порядке. Словно граф ласкал ими, а вовсе не подготавливал. А размеренный минет лишь способствовал еще большему раскрепощению. Сильва сбился со счету времени. Нигде поблизости не висело часов, а посему сказать, сколько точно прошло, было трудно. Да он и не хотел придаваться чему-то настолько мелочному. Сейчас это было не главное. Зарываться в шелковистые пряди было невообразимо приятно. Не хотелось ничего контролировать самому, а лишь отдаться соблазнителю. Когда Крипто начал постепенно подниматься выше, Октавио блаженно открыл глаза, следя за каждым действием. Внутри ощущался приятный холодок. Доверие к партнеру — то, что впервые испытал Сильва. Абсолютное и полное. Не было напряжения, а что самое главное — боли. Ни на одном из этапов. А потому лишь сладостные стоны были ответной реакцией на вход члена внутрь. Казалось, секс теперь стало чем-то другим. Незримым, волшебным, но все еще таким плотским. И странный контраст прохладных тел и еле разгоряченного дыхания создавал иллюзию остроты. — Тебе приятно? — Безумно, — отозвался парень, прогибаясь все больше в спине. — Точно? — Эй, откуда такая неуверенность? — Сильва открыл глаза и начал сверлить взглядом Крипто. Пара секунд и он расплылся в улыбке. — Не уверен, потому что я у тебя первый парень? — Это так очевидно? — Боже, ты просто душка. Ах, ну и как же ты оказался куда опытнее меня? Что-то я совсем много упустил. Нам обязательно стоит махнуться ролями. Ты мне вроде показал, как оно надо, я постараюсь быть таким же учтивым. Зато ты поймешь, каково это, хе-хе. — Хорошо. На миг Сильва оцепенел. Словно что-то вспомнил. — Ты правда не против попробовать иначе? — с некой неуверенностью в собственных словах спросил он. — Мне все равно. То, что я совершаю физически — не главное. Тем более, я думаю, что принимающая роль мне больше подойдет. — А по-моему, ты и актив замечательный, — Октавио снова расплылся в улыбке. — Нет, я скорее к другому. — А? О чем ты? — У молодых вампиров так и хлещет энергия. Слишком уж вы живые для наполовину мертвецов. Я же говорил, что у меня низкое либидо. Со временем и у тебя станет. — Ах, вот оно что, — парень рассмеялся. — Так значит, я буду тебя заебывать. Буквально. Отказов я не приемлю. Различные беседы так и вклинивались в процесс соития. Ненапряженные, такие непринужденные. Но Сильва был и не против — он хотел разговаривать с Крипто, ловя каждое его слово. И как бы сильно оба не отдавались процессу, на удивление Октавио, ему хватило лишь одного раза. Но прошло целое утро. — Ого, как много времени прошло. Это был мой самый долгий секс, хоть я и кончил единожды, — непонятные интонации сменялись одна за одной. — Нет, ну ты точно волшебник. Сильва залез на чужое тело, прижимаясь к нему. Руки плавно начали гулять по груди, вовсе не стараясь вновь склонить к интиму. — Думаю, подобного можно было подождать пять лет, хе-хе. Ты был так нежен, но в нужное время груб со мной. И я благодарен, что ты мне это все показал. Ты… и правда так заботишься обо мне. Все эти пять лет, а потом еще, и еще. Мне… приятно чувствовать, что я особенный для тебя. Именно для тебя. — Теперь ты не жалеешь о том, что я тебя обратил? — Эй, — юноша усмехнулся, — так это ты что ли все это время пытался подмазаться ко мне, а? Кто еще из нас чувство вины испытывает. — Не копай так глубоко, — Крипто лишь вторил чужим словам. Раздался еле слышный смешок, что перерос в полноценный смех. — Te amo, mi alma, — тихо шептал Сильва, пока не провалился в сон, крепко сжимая чужие плечи.
