Сутки вместе

      Ночью штаб мафии чаще всего очень пустынен и молчалив. И если вы тут работаете не мало, то сможете прекрасно разглядеть разницу, между дневной мафией и ночной. В такое время суток тут остаются разве что босс и не успевшие доделать свои обязанности подчинённые. Но бывают и другие ситуации.       По тихим и одиноким коридорам, что освещали слегка мигающие лампы, быстро шагал рыжеволосый шляпник. Звон его низких каблуков, отдавался эхом, пока парень не остановился у нужной двери.       Наверное, стоило бы отметить то, как и без того взъерошенный Чуя, был взволнован, только ему сообщили о подрыве дома Дазая. Конечно, следом за этой новостью последовало то, что шатен жив и будет ждать Накахару в их кабинете. Поэтому он едва не бежал по длинным коридорам.       Одним резким движением руки, Чуя открывает дверь кабинета. Это место, эти мгновения, навевает свежие далеко не самые приятные воспоминания, которые рыжий пытался отогнать ещё со вчера.       В комнате царил полумрак, который рушился светом настольной лампы, на письменном столе, который по прежнему пустовал. Казалось, что если провести там пальцем, то можно собрать неплохой такой слой пыли. Тёплый свет лампы лишь слегка освещал кабинет, но этого было достаточно, чтобы помещение не впало в полный мрак, и чтобы в нём можно было читать документы, не включая свет люстры.       На диване расположился Дазай, который читал какие то бумаги, которыми похоже были отчёты. Эти же самые бумаги валялись на кофейном столике и находились в полном беспорядке. Но только дверь кабинета резко открывается, шатен оборачивается и заметив Накахару легко улыбается. – О, Чуя, а вот и ты. – бодро приветствует рыжего Дазай, пока тот восстанавливает былой ритм сердца. Чуя слышал пульсацию в своих ушах, что было неудивительно. Он не переживал, а просто немного забеспокоился таким резким поворотом. Ведь в конце концов, это было похоже на покушение на одного из исполнителей мафии. А это тебе не просто покушение на одного из гражданинов города, особенно для мафии. Тут на подобное, как и у гражданских реагируют бурно. В мафии много чего не прощается, особенно предательство, но и покушения тоже замечаются. И сейчас, возможно, это покажется странным, но такие вещи расследуются, самими мафиози, которые не желают чтобы одна подобная маленькая деталь стала проблемой по крупнее. – Блять... Дазай, объяснишь, какого хера? – Чуя вздыхает, закрывает за собой дверь, проходит к креслу, на против дивана, на котором расположился Дазай и садиться на сиденье. – Что "какого хера"? Я ведь ничего не сделал. – шатен ощущает, что на него сейчас начнут безпричинно нападать, поэтому сразу решает защититься. – Какого хера, если ты сам не можешь сдохнуть, то тебя пытаются убить. – устало отвечает Накахара, зарываясь пальцами в свои пряди волос. – Без понятия, Чиби. – слегка усмехается шатен, пожимая плечами. – Но слушай, у меня тут есть одно дельце и я буду рад, если ты мне поможешь. – Помочь с чем? – потирая висок и опустив голову спрашивает Чуя. – Узнаешь. Но оснавная моя задумка, это то, что ты у нас будешь приманкой. – спокойно провозглашает Дазай. Рыжий, только это услышав, медленно поднял голову и уставился своими синими глазами на Осаму. – Что прости? – тихо и явно устало интересуется Чуя. – Мне повторить или объяснить? – вопросом на вопрос отвечает шатен. В комнате ненадолго повисла тишина, пока оба смотрели друг на друга. И с Накахарой даже разговаривать долго не нужно, чтобы он смог понять хотя-бы поверхностно, чего от него хотят. Рыжий устало и громко вздыхает. – Ни то и не другое. – Чуя откидывается на спинку кресла, закидывая голову и безцельно устремляет взгляд в потолок. Что ж, Дазай понимает почему у Чуи сейчас такое состояние. В конце концов, они весь день гуляли и рыжий едва смог толком поспать. Конечно, сейчас даже шатен немного сонный и уставший. Потому что, что утром толком отоспаться не получилось, что днём они весь день ходили, что сейчас, ближе к часу ночи находятся в штабе только уже изрядно уставшие и сонные.       Словно одна мысль о сне убаюкивала, поэтому шатен зевнул. Поняв, что сейчас полноценный разбор отчётов не закончиться ничем хорошим кроме простой отключки, Дазай решает, остаться на ночевку в штабе мафии. С этой мыслью, он, подымая своё уже отяжелевшее тело, подходит к шкафу, садиться на корточки, для удобства, и открывает нижний шкаф. Там, как шатен и ожидал, находился аккуратно сложенный плед. Он тут уже давно, если так считать. Ещё с тех дней, когда Чуя оставался в кабинете на ночь, выполняя разного рода бумажную работу. Просто, в один день когда Дазай зашёл в кабинет, он увидел как рыжего бережно укутали пледом и уложили на диван. Вероятнее всего, это была Коё, ибо только она может так проявлять заботу к Чуе. С того момента, оба напарника, когда оставались на ночь в кабинете, доставали этот плед. И вот, через немалое время, он вновь пригодился.       Когда шатен вернулся на диван, он уже слегка окутал себя пледом. Благо на диване были пара подушек, поэтому их добавление в нижний шкафчик (в котором, к слову лежал не только плед, но и чайник) было не обязательно. Дазай укутался в накрывающую тёплую ткань и только закрыл глаза, как сквозь едва не мгновенно подошедший сон, хрипло озвучивает. – Чуя, ляг со мной. – Дазай уверен, что даже сквозь усталость, рыжий способен отказать, чтобы оставить гордость при себе, но нет. Осаму слышит тяжёлые и медленные шаги в свою сторону и потом он ощущает как к нему аккуратно ложатся.       Дазай податливо двигается к стенке, чтобы дать напарнику больше места, но потом переворачивается к нему лицом и накрывает пледом. Вот и второй раз, когда они делят вместе одно место для сна. А ещё, это второй раз, когда они совсем позабыли о существовании их гордости перед друг другом, которой практически не осталось, и радиус держания друг друга на расстоянии. Теперь казалось что всего этого, в их, исключительно напарнических отношениях уже не существует. Всё что от этого осталось – раздражения, ссоры и споры между собой. Что было одним из самых привычных вещей для обоих. А вот что казалось необычным, новым, волнительным и даже трепечущем, на постоянной основе так это – прикосновения и близость, которая возникала в большинстве случаев спонтанно или же она была обязательно. Хоть Чуя довольно редко использовал порчу, Дазай всё равно часто его касался, как на заданиях, чтобы успокоить, так и в обычной жизни, чтобы просто побесить. Но прикосновение, это ещё не так непривычно и необычно. А вот близость вроде той, что сейчас, была чем-то очень приятным. Однако, что Дазай, что Чуя, испытывали эти эмоции только тогда когда просыпались, и то даже так, в поведении двоих не появлялось ничего необычного. По крайней мере для них двоих.       Лампа в комнате продолжала гореть и не у кого не было желания её выключать. Оба парня, что один, что второй, одинаково уставшие. И только они легли как тут же провалились в сон.       У Мори куча дел. Он не исключает ни одно. Но сейчас, Огай просто ненадолго решил покинуть кабинет, чтобы проверить, как работа идёт у двойного чёрного. И когда глава открыл дверь в кабинет Осаму и Накахары, он был... удивлён. И это правда, ведь такое увидеть можно не каждый день. Чтобы два парня, которые не могут жить с друг другом без ссор вот так вот мирно спали на одном диване... Это довольно необычная картина.       К сожалению, появление Мори выдал предательский тихий скрип двери. Он мог казаться тихим, но только не для человека с беспокойным сном, коим являлся шатен. Дазай мгновенно открыл свой единственный глаз и посмотрел на Огая. Тот ответил лёгкой улыбкой и махнув рукой, скрылся за дверью кабинета. А Дазай просто недовольно закатил глаза. Ему было от части плевать, что там про него или про них подумают. Разве это не норма, когда два парня, по неприятным стечением обстоятельств просто легли вместе? Они же не переспали в конце то концов, чтобы о них можно было что-то подумать. С такой мыслью, Дазай снова закрывает глаза и возвращается в царство снов. Правда ненадолго.       Шатен, сквозь сон ощутил, как то, что он обнимал всю ночь пропало. Поэтому, он снова сам себя выдернул из царства морфея и открыв глаза заметил что рыжий уже сидел рядом с ним на диване. При виде чужой спины, которая похоже не собиралась ложиться сегодня обратно, почему то почувствовалась досада. Дазай хотел было дёрнуть напарника обратно к себе но быстро понял что такое делать лучше не надо. Ведь Чуя может отреагировать как угодно, как не отреагировать вовсе, так и избить Дазая полностью.       Шатен за спиной Накахары вздыхает и рыжий оборачивается. Ему казалось что напарник спит, но нет. Похоже что уже не спит. Дазай, моргая, смотрит на стенку, похоже точно так же пытаясь проснуться. Рыжий молчит, ничего не говоря, как и Осаму. Оба встречают утро с молчания.       Ещё несколько минут. Дазай продолжает валяться на диване пока Чуя уже поднялся с него и переместившись на кресло, стал изучать то, что вчера читал Осаму. В основном это были отчёты и новости о взрывах в Йокогаме. И в большинстве случаев это были недавние взрывы. Чуя быстро вспомнил, то что ему вчера говорил Дазай и несколько минут ушло на размышление, прежде чем он озвучил вывод. – Тоесть.. Ты считаешь, что взрыв твоего дома и моего связаны тем, что их подорвал один и тот же человек? – интересуется Накахара. Шатен, который уже повернулся спиной к Чуе, смотря в спинку дивана кивнул. – Угу. – Блять.. – рыжий раздражённо вздохнул – Может объяснишь, по какой логике ты работаешь? – М-м-м.. – тянет Дазай. – Не, не буду. Ты всё равно ничего не поймёшь. – Дазай. – Чуя собирается начать спорить. Он знает, что если Дазай как следует расспросить, он может нормально ответить. Но шатен резко подымается, поворачиваясь к рыжему и подойдя к нему, он слегка нагнулся. Рука Дазая потянулась к лицу Чуи и забинтованные пальцы коснулись подбородка Накахары, так чтобы рыжий смотрел наверх, на Дазая. – Чш-ш-ш.. – шипит Осаму, нагибаясь к Чуе так, что чёлка шатеновых волос касается прикрытого рыжими прядями лба Накахары. – Будет скучно, если я буду тебе всё разжёвывать. Я уверен, ты сможешь сам всё понять.       Синие глаза смотрят строго в лицо, возвышающееся над ними. Уши слушали тихий чарующий шёпот, издаваемый губами напротив. И в этом было опять какое-то замирающее чувство, которое словно кричал, что сейчас что-то произойдёт. Но опять же, ничего не произошло. Дазай отпустил Чую и выпрямившись отошёл от него.       И вновь это чувство раздражения. Словно рыжий действительно надеялся на хоть какое-то развитие событий, но только не такое. Было и до сих пор есть впечатление, словно с Накахарой играются, сначала заставляя замереть в каком-то предвкушении, а потом резко обрывают. И Чуя наверное был бы обижен, если бы этим человеком, что играется, не был бы Дазай. Кстати говоря. Когда рыжий смог вернуться в реальность, он заметил что в комнате кроме него уже нет никого. – "Блять, Дазай, чтоб тебя метеоритом уъебало по дороге." – раздражённо думает Накахара. Но сколько бы раздражения в нём не было, работа сама себя не выполнит. Чуя прекрасно знает у кого Дазай одолжил эти отчёты, и что этот кто-то не потерпит такого беспорядка в документах. Поэтому рыжий сквозь недовольные вздохи начинает перечитывать документы и аккуратно их складывать.       Сколько Чуя провёл времени, разбирая все эти отчёты, точно сказать слегка затруднительно. Но судя по настенным часам, рыжий покопался тут примерно 3 часа. Сейчас рыжий, наконец-то закончив, с наслаждением потягивается на кресле, до самого хруста костей. Затем, Чуя покопошился по карманам и достал заветную пачку сигарет и зажигалку. У Накахары мало способов успокоения, но сигареты были одним из них и являлись самыми частыми, а также эффективными.       Пока кабинет заполнялся дымом, Чуя, с зажатой сигаретой в губах просматривал сообщения в телефоне. И как же так вышло, что в момент, когда рыжий отдыхал от Дазая, ему написали. И это был никто иной, как Осаму.       –«Приветик, буду ждать тебя в парке через 20 минут. Прошу, не опаздывай.»       Чуя слегка усмехнулся. Что ж, это было весьма неожиданно, что его вот так приглашают в парк. Неожиданно и отчасти забавно. А ещё, отчасти непривычно. Ведь, если быть честным, Чуя практически никогда не ходил вот так вот на прогулки по парку. За исключением случайности и вчерашнего. А это происходит крайне редко.       Делать было нечего. Накахара быстро одел верхнюю одежду, собрал аккуратно документы на столе, решив что позже отнесёт их Мори, и поспешил из штаба. Решив что за байком во-первых долго возвращаться, а во-вторых придётся всю прогулку возиться (а если вспоминать непредсказуемый образ мышления Дазая, который может в любой момент пойти куда угодно), Чуя решил заказать авто. Быстро поговорив с водителем, рыжий уже ехал к нужному месту. И наверное, стоит отметить, что Чуя знал куда нужно ехать, ведь Дазай знал, что его напарник не телепат, поэтому решил лишь чуть позже, через пару минут, скинуть второе сообщение с геолокацией парка. И это был не просто парк, а парк аттракционов. Сказать что Чуя был удивлён.. Ну, в принципе да. А ещё он чувствовал волнение. Что уже принял как нечто понятное.       И Когда рыжий вышел из авто, ему пришлось несколько минут ждать Дазая. Потом пришлось начать искать его, потому что Чуе надоело ждать. Быстрый набор номера и типичное долгое не отвечание на звонки, как на том конце провода послышался щелчок. – Да-да? – голос из телефона был совсем невинным и непричастным. Казалось будто не он опоздал, а Чуя пришёл не туда. – Где ты, ёбанный в рот. – рычит рыжий. – Ну как где? – спокойно спрашивает Дазай – Я возле машины с ватой.       Чуя услышав этот ответ, со вздохом провёл рукой по лбу до глаз, потирая переносицу. – Ладно, жди меня там. – Угу. – буркнул Дазай и повесил трубку.       И следующие минуты занимали поход до того самого места с ватой и поисками Дазая. Благо шатен нашёлся довольно быстро. Ибо, если бы этого не случилось и Чуя искал бы в разы больше, он, по нахождению Дазая прибил бы его с первой же секунды.       А остаток дня составлял из себя выполнение капризов. При чём, это выглядело так: Дазай указывал на какой-то аттракцион, зовя Чую и затем, просто хватая рыжего за руку, шатен вёл его на желаемый аттракцион. Сказать, как Накахара мечтал об убийстве собственного напарника? Ну, рыжий просто молча погружался в свои размышления и потом, когда выбрался из них коротко говорил. – Дазай, подонок, я убью тебя.       И в ответ он получал весёлое хихиканье. Осаму получал удовольствие, когда слышал эти слова. В них было что-то, что Чуя едва не кричал во всё горло о том, что рыжий думает о Дазае. И как бы это не звучало, шатен находит в этих словах нечто приятно, привязывающее. Словно за этими словами есть совершенно иной смысл. А он был. Просто его сложно заметить. И в частности большинство окружающих или знакомых не понимают, почему забинтованный мальчик так довольствуется тем, что его убьет тот, кого он по сути ненавидит. А Дазай и Чуя понимают, и им этого достаточно.       После нескольких довольно скучных аттракционов Дазай каким-то волшебным образом смог устать и проголодаться. Поэтому он утянул Чую с собой куда то по тропам и дорогам. И пока рыжий сопротивлялся, Осаму не останавливался ни на шаг, несмотря на усталость. (Хотя следовало бы догадаться, что усталость это лишь прикрытие для истинной цели Дазая)       Когда они вышли к ресторану, Чуя выхватил свою руку из чужой и недовольно скрестив их на груди поинтересовался. – Какого хера?       Осаму просто обернулся и со своим совершенно непричастным лицом подошёл к Чуе, вновь беря его за руку. – Ну же, Чуя пойдё-ём. Обещаю, ты не пожалеешь. – Да? А я так не думаю. – запротестовал рыжий. Но и Дазай не собирался отступать. Он только крепче взял Чую за руку, не таща его никуда. – Прошу тебя, Чу. – в голосе Дазая был слышен приторно-сладкий тон, пока он просил Накахару. – С чего я вообще должен идти с тобой? – Ну.. Логического и конкретного объяснения тут нет. Я просто хочу чтобы ты поужинал со мной. Такой ответ сойдёт?       На это Чуя какое-то время молчал, а потом с раздражённым вздохом произнёс. – Какой же ты идиот, Дазай. Я действительно надеюсь, что ты когда-нибудь уже умрёшь.       И в ответ послышалось знакомое весёлое хихиканье. Эти слова значили то, что рыжий согласен на идею Осаму.       Если честно, в планах Дазая было действительно только поужинать. Но что то пошло не так, и вместе к паре тарелок с блюдами теперь на столе двух парней красовалась бутылка красного вина и два уже наполненный бакала. Столик оба решили взять в самом углу ресторана, чтобы и к себе внимание не привлекать и самим уединиться, только вдвоём. Официант сразу же удалился прочь, только он подал заказ на стол двух мафиози, поэтому им больше никто не мешал.       Алкоголь и непринуждённая атмосфера заставляла расслабиться и развязывала тугие узлы, служащие препятствием для желаний. Слова летели сами, тело практически не слушалось. Хотя кому его слушать, когда мозг сам расплывался от столь приторного удовольствия? От самого невзрачного угла в рестаране, возле балкончика, велась беседа наполненная смехом, ворчанием и прочим, прочим, прочим. Дазай казалось, даже позабыл о своей бесконечной осторожности и страхе. Он просто говорил, смеялся, смешил и всячески подыгрывал Чуе, пока тот либо тоже смеялся либо злился. Ах, это мгновение казалось невероятно блаженным. На дворе уже стемнело и на небо вышла луна, что слабо освещала землю. С открытого балкона дул лёгкий прохладный ветерок. Он едва-едва развевал пряди двух парней, что сидели друг напротив друга и с улыбками болтали о всяком.       Дазай немного переживал, как бы он случайно не дошутился и Чуя не впал в буйство из-за него. Ибо если пьяный рыжий впадёт в гнев, он практически не будет уступать своему трезвому яростному состоянию. Но похоже, что пока Дазай отделывался лишь громким рыком и оскорблениями, вслед за которыми они вновь могли спокойно продолжать разговаривать. И такие отношения были странными. Странными но в чём-то приятными. Дазаю казалось, будто перед ним сидел не его злой и вечно ворчащий маленький напарник, а простой юноша с очень красивой и яркой внешностью, а также с очень взрывным характером. И только едва трезвый разум попался на этой мысли, как шатен стал засматриваться на своего собеседника.       Дазай почти забыл, какой Чуя шикарный, когда он лишь на половине бутылки. Рыжий закинул одну руку за спинку стула, в другой же держал бокал вина. Правая нога Чуи была на самом краю сиденья, в то время как левая, находясь на полу позволяла своему обладатель балансировать на стуле. На щеках Накахары уже виднелся румянец, который был едва заметен. Рыжая чёлка слегка растрепалась, но она по-прежнему держалась так, что было легко увидеть синие, уже слегка затуманенные от алкоголя глаза. На губах Чуи играла весёлая улыбка, едва не до ушей, но Дазай почему то находил её красивой. – Эй, Дазай. – со слегка невнятной и варчливой речью окликнул шатена рыжий. И когда Накахара заметил, как в одно мгновение изменился в лице его собеседник он улыбнулся. – Ты опять на меня пялишся.       Дазай моргнул, задерживая несколько секунд молчание. Рыжий не давил на него. Он лишь с довольной улыбкой смотрел на шатена. – Ты звучал так, будто тебе это нравиться. – с лёгким напряжением в голосе пробубнил Осаму, поднося край своего бокала к губам. – Ну а почему бы и нет? – спокойно отвечает Чуя, точно так же поднося бокал к губам и делая один глаток. – Тебе нравится, когда я пялюсь на тебя? – с изумлением спрашивает Дазай, останавливаясь. – Ну.. Мне нравится подмечать, где ты оплашал, но и то как ты на меня смотришь мне тоже нравиться. – слегка неуверенно произносит Накахара. Дазай аж опешил, от такого ответа. Чтобы Чуя такое сказал? Нет, это что то точно не нормальное.       Пока шатен в шоке смотрел на своего собеседника, он услышал смех. – Ахах!.. Видел бы ты сейчас своё лицо! – это, был, Чуя. Он весело смеялся, глядя на Дазая. Шатен чуть смутился. Похоже у него сейчас было очень смешное выражение лица. Правда этого он узнать пока что не в состоянии. – У тебя тоже лицо не прелесть. Но я ведь ничего не говорю. – с наигранной обидой отвечает Дазай прикрывая свой единственный глаз и отпивая из своего бокала. – А вот это сейчас было ложью.       Такое спокойное заявление со стороны рыжего, заставляет Осаму едва не подавиться вином. Он опускает бокал и замерев смотрит на Чую. Между ними повисло молчание. – Почему? – через некоторое время спрашивает Дазай. Чуя выглядит совершенно невозмутимым. Он покручивает бокал в руке. – Ты не помнишь как говорил, что у меня красивая внешность? – спокойно интересуется Накахара. Дазай замолчал. – Нет. – открыто врёт Осаму. Чуя замолкает. Его синие глаза внимательно наблюдают за Дазаем, который ощущает подступающее волнение. Похоже Чуя действительно помнит тот вечер. Тот самый неловкий вечер. Поэтому обмануть его не выйдет. Но Дазай пытается, по-прежнему строя из себя дурочка. Рыжий тем временем просто хмыкнул, прекратив разглядывать шатена и снова пригубил напиток в руке. Осаму аж выдохнул.       Вот ещё несколько минут прошли за столом. Чуя старался поменьше пить, ибо даже в не самом трезвом состоянии понимал, как унизительно будет, когда его будут тащить до дома. И Дазай не настаивал, понимая своего напарника, поэтому тоже немного следовал его примеру. Но всё же, они так просидели не мало. Казалось, в один момент тарелки опустели, а вина оставалось мало. Рыжий уже не видел причин оставаться в этом рестаране и вскоре, достав из своего кошелька деньги, Чуя оставил их на столе. Там была купюра, стоящая в разы больше чем хотя бы половина ужина. Поэтому Дазай, быстро догадавшись что за него, по милостивой воле Накахары, заплатили, не стал оставлять деньги за свой счёт.       Чуя поднялся из-за стола, но в одно мгновение застыл, оборачиваясь на Осаму. Тот вопросительно взглянул на рыжика и в скорем он получил молчаливый приказ, следовать за шляпником. Затуманенный взгляд Накахары ничего не говорил Дазаю, поэтому он с интересом, всё же поднялся из-за стола и последовал за уже скрывшемся за входной дверью Чуей.       Рыжий стоял на крыльце ресторана и, судя по телефону в руках, вероятней всего заказывал авто, чтобы доехать до дома. Одна бутылка вина не сильно опьяняла, поэтому Чуя выглядел лишь слегка потрёпанным и его речь только маленько была невнятной. Как и у Дазая. Шатен тем временем подошёл к рыжему и молчаливо ждал, когда он договорит. Скоро Чуя сбросил трубку и, положив телефон в карман посмотрел на Осаму. – Какой же сегодня был странный день. – со вздохом говорит Накахара, подходя к перегородкам крыльца и опираясь на них локтями. – Почему ты так думаешь? – интересуется Дазай подходя к напарнику. – Тебе не понравилось? – Нет, почему же? – как то устало отзывается Чуя – Мне понравилось. – Да? Тогда в чём дело? – Просто... Просто всё прошло как-то быстро... Хотя чего это я удивляюсь?. Такое уже нередко бывало. – Ну вот. – Дазай слабо улыбается и подходит к Чуе ещё ближе. Он становиться так же у перегородок, слева от рыжего, смотря на его опущенную голову. – Если привык, то чего жалуешся? – Я не жалуюсь. – Накахару хмуриться поворачиваясь к Осаму. – Не-а. – Дазай улыбнулся ещё лукавей глядя в чужое лицо – Ты жалуешся, Чуя. – Как же я... – рыжий кривит губы, в его синих немного пьяных глазах появляется блеск. – ненавижу тебя, Дазай... – Хи-хи. Да-а-а? А я думал ты сейчас скажешь "люблю". – в шутку смеётся Осаму. Наверное только потому, что у Чуи и так был румянец, он не заметил, как лицо напарника покраснело ещё сильней. И то, даже если бы Дазай всё же заметил, это списалось бы на алкоголь. Рыжий тем временем фыркает и отворачивается. – Любить тебя можно только тогда когда ты полезный, а ты, Дазай, бесполезный. Абсолютно. – Хм-м-м? Уверен? – интересуется шатен, подходя к Чуе на довольно маленькое расстояние. Они едва не соприкасаются друг с другом. И Чуя это замечает. Он оборачивается к Дазаю и смотрит на него. Слова, которые рыжий хотел произнести не вылетают изо рта, а остаются там. Рыжий ловит себя на том, что начинает едва заметно покусывать нижнюю губу, смотря на это проклятое вечно улыбающееся лицо. Он глубоко вздыхает и ощущает как его сердце вновь быстро стучит.       Дазай с наслаждением смотрит на напарника, на его смятение. Он ощущает как Чуя старательно пытается что-то обдумать, но пока шатен не может понять, что в голове этого синеглазого шляпника. Затем Накахара вздыхает и опускает взгляд. – Ненавижу.. – шепчет рыжий и вновь смотрит на Осаму. Губы Дазая продолжают улыбаться, пока его внезапно не дёргают на себя. Сердце опять непривычно заколотилось, когда шатен ощутил на своих губах вновь губы Чуи. В разуме застыл восторг, пока Дазай по-неудобному пытался хоть как-то понять происходящее. Но смысла уже не было. Ощущая, что это единственный шанс, Осаму обхватывает тело Накахары. Тот в свою очередь не сопротивляться, но и не идёт на встречу, он просто замирает лишь до того, пока его пальцы с силой не хватаются за талию Дазая. Это было даже немного больно, но всё же терпимо. Чуя на секунду вздыхает, приоткрыв рот и Осаму ловит этот идеальный момент. Он даже немного резко вновь целует Накахару, сначала прикусывая его нижнюю губу, затем с лёгкостью впускает язык в дёсна рыжего. В ответ раздаётся что-то тихое, напоминающее то-ли стон, то-ли возглас.       В голове столько глупых мыслей, что они все перемешиваются, связываются и исчезают. Исчезают, потому что Дазай сам их старательно убирает. Единственное, что он никак не может выкинуть, так это тёмный силуэт Чуи, его запах, его тело, его губы. Всё это так кружит голову, что кажется приятным. Где-то на уровне наркотиков, но всё равно другое. Дазай мог быть знаком со многими женщинами и обращался он с ними по-разному, но никто в этом мире ему не казался сейчас более привлекательней, чем Чуя.       Их губы были липкими от алкоголя. На языках так же оставался этот сладкий привкус вина, который оба передавали друг другу. В один момент Дазай провёл языком по дёснам Накахары, тот опять выдал стон. Голова так кружилась, что казалось, будто весь мир исчез, превратился в пустоту и в этой пустоте останутся только они. Но Дазай боялся открыть глаза, будто только он это сделает, Чуя исчезнет. Исчезнет и это блаженное ощущение, и шатен не мог этого позволить, не тогда, когда он находится на пике своего удовольствия.       Но вот... Всё в один момент оборвалось. Осаму ощутил, как чужие тёплые губы отстраняются от него, и только в это мгновение он осмелился открыть глаза. Чуя по-прежнему был рядом, на его губах почему-то играла улыбка, а синие глаза как-то по хитрому блестели. Сейчас, Накахара напоминал лису из-за его довольной ухмылки с рыжими кудрявыми волосами, что падали на лицо. – Око за око. – в губы прошептал Чуя. Отстранившись, он обернулся к уже подъехавшему автомобилю и поспешил к нему. У Дазая по-прежнему сильно колотилось сердце, а на его щеках горел румянец. Он взглядом провожал Накахару, когда тот спустился к машине и скрылся в её кабине за дверью.       Осаму только сейчас понял, что это было, что сказал Чуя, и почему всё так обернулось. С губ вновь сорвался тихий смех. Рыжий просто оплачивал ему за тот вечер. – "Так ты всё таки... Ах, Чуя.. Какой же ты.... Невыносимый..."