Выжить и вернуться домой

Через неделю Дафна, Драко и Теодор перехватили меня в коридоре после Зелий и затащили в пустой класс. - Гермиона, выслушай. Даф поговорила с лордом Гринграссом, а тот связался и с нашими родителями, - заговорил Теодор. - Мы их предупредили, что одолжений ты не принимаешь и боишься влезать в долги, так что вот, - и Драко протянул мне сверток. В моих руках оказалась завернутая в пергаментную бумагу брошюра по окклюменции и конверт с тонким золотым колечком. На внутренней стороне серьги было всего несколько рун. Я непонимающе подняла глаза. - Этот артефакт работает не совсем так, как тот, что ты купила в Косом Переулке. Он тянет твою собственную магию и за счет этого обеспечивает тебя щитом, но только тогда, когда на тебя воздействуют легилименцией. Твоя защита сейчас пассивная, то есть артефакт держит средней силы щит на твоих мыслях все время, пока он на тебе. Для легилимента это как биться в стену. А это кольцо будет будто обрушивать тонну кирпичей на того, кто сунется слишком близко. Слишком настойчивому магу может, как ты выражаешься, «дать по мозгам», - улыбнулся Драко. - Papa очень понравилось выражение. - То есть это агрессивная защита, более мощная, которая тянет силу с меня? – звучало не очень хорошо. - Именно. Эта вещь защитит тебя от атаки любой силы и не даст воздействовать на тебя слишком долго, так что истощения ты не заработаешь, не бойся, - успокоил Теодор. - И все это – подарок. За информацию, которой ты поделилась, и за книги в семейные библиотеки. От наших семей, - вклинилась Дафна. - Они согласны, что подруга их детей должна быть под защитой. - О, так мы с вами друзья, высокородные сэры, леди? – ухмыльнулась я. Такая забота была приятна, хоть я и была уверена, что детки усиленно компостировали мозг старшему поколению на мой счет. - Для меня это огромная честь! - Что вы, иномирная мисс, - ухмыльнулся в ответ Теодор, - мы еще и члены секретного клуба по нахальной экспроприации магловских знаний! – мы рассмеялись. - А брошюрка хоть и тоненькая, но там много хороших техник по развитию окклюменции с нуля. Maman говорит, что тебе необходимо научиться чувствовать, откуда исходит угроза, и вовремя уходить. Артефакт хоть и хороший, но не панацея, - я была полностью согласна с миссис Малфой, тем более, что книг по окклюменции в школьных книгохранилищах не было, а в Выручай-комнату я снова сунуться боялась. Тварь я дрожащая, еще какая тварь. И даже не стыдно. Моей анимагической формой был бы чихуахуа*. - Мы поможем, если у тебя будут вопросы, Гермиона. Нас этому учили с детства, - ободряюще сказала Дафна. Серебряное колечко с потертыми рунами я убрала в косметичку и оставила на всякий случай, заменив его подарком слизеринцев. В тот же вечер я начала свое погружение в мир ментальных наук и быстро поняла, что поиски способов вернуться домой придется отложить на неопределенный срок – тренировки в окклюменции требовали полного погружения. У меня не получалось почти ничего. Больше месяца я потратила только на попытки войти в медитативное состояние и не продвинулась дальше четвертой страницы брошюры. Злилась я страшно, но упорствовать не переставала. - Мы же говорили, что тут нужна склонность. Не жди результата в ближайшие месяцы, - успокаивала меня подсевшая в библиотеке Дафна. На соседний стул упал Драко. - Люди, у нас на подходе скандал! – заявил он, - Кребб с Гойлом заметили что-то неладное с хижиной Хагрида, и я отправил их на разведку. Этот недоразвитый где-то добыл драконье яйцо и пытается его вывести, а Поттер с Уизли к нему как на работу ходят! – здравствуй, канон, давно не виделись. - Ого, - дернулась Дафна, - надо писать анонимку в Министерство. Эта тварь тут все пожрет! - Он же будет мелкий, может, просто сбежит? – удивилась я. - Драконы после рождения жутко ядовиты и плюются огнем во все стороны. Защитный механизм, пока не вырастут. Ну и «маленький» он разве что для Хагрида. Если это не какой-то экзотический вид, о котором я не читал в справочниках, то он после вылупления будет размером с большую собаку и будет заметно расти каждый день, - просветил Драко. Ничего себе, в каноне такого не было, Норберт был крошечным. Может, Хагрид напортачит с условиями инкубации? - Я отправил Тео в совятню, у лорда Нотта хорошие отношения с Отделом по Контролю за Магическими Существами. Руквуд только его и слушает. - Этот мясник? Я думала, он ненавидит бывших "коллег", - задумчиво сказала Дафна. - Он хороший притворщик, дорогая, - к нам подошел Теодор. - Письмо я отправил с эльфом, от дракона нас избавят. Спасибо, Драко. Видимо, у Малфоев в крови забота о школе и учениках. - Как и способность вынюхивать что-то секретное, - похвастался Драко. Студентам никто ничего не сообщил, но через три дня в Большом Зале все обратили внимание на ушедший чуть ли не в минус по баллам красно-золотой факультет. Рядом с унылым краснолицым Роном Уизли сидел бледный как мел Мальчик Который Выжил и сверлил стол Слизерина ненавидящим взглядом. После завтрака я поймала Драко в коридоре. - Драко, ты видел выражение лица Поттера? Вы подставились? – зашептала я. - Нет, просто у Поттера всегда и во всем виноват я, - мотнул он головой. - Вчера в хижину лесника к их милой компании вломился отряд министерских, а там картина не оставляла простора для воображения – на столе треснувшее драконье яйцо, из которого пробивается крыло длиной с руку взрослого человека, и эта троица обсуждает имя для «малыша». Ну, министерские запихнули яйцо в стазис-камеру, вызвали директора и МакКошку. А лесник напал! В общем, Хагрид в школу больше не вернется, а вот Дамблдор выкрутился, - вздохнул блондин. Я кивнула и пошла на занятия, надеясь, что грифы узнали от великана всю ключевую информацию и канон все еще будет работать. Хотя в Запретный Лес их теперь вряд ли отправят. Май пролетел незамеченным и пришла пора экзаменов. Я заполнила все тесты для экстерната и отправила Грейнджерам, через две недели получив ответное письмо с поздравлениями и копией идеального табеля успеваемости. Хогвартская система обучения предполагала исключительно зубрежку, так что я заранее смирилась с несовпадением моих уровней обычной и магической образованности. В экзаменационную пору отличилась МакГонагалл, приставшая лично мне с требованием трансфигурировать выданный прутик не просто в медальон, а в точную копию предоставленного ей. У меня получилась более строгая версия, без тонны завитушек, и профессор злорадно влепила мне «Удовлетворительно» за практическую часть. Я не сдержалась: - Если вам от этого легче, профессор, - и вышла из кабинета. Вдогонку мне прилетело «Минус двадцать баллов с Рейвенкло». Вечером вся гостиная факультета крыла ведьму на чем свет стоит, а Драко предложил подлить ей валерьянки в кофе. Я отказалась – меня ее злопамятность совершенно не задела, но вот почему она так внезапно на мне сорвалась, я не понимала. Пятого июля мы отметили день рождения Драко скромным пикником у озера. Я понимала, что основное празднество имело место в гостиной Слизерина, и ребята организовали все только ради меня, и умилялась. Драко получил в подарок «Охотников за микробами»* и долго распинался, что такими темпами переплюнет отца в количестве книг, принесенных в библиотеку рода, еще до совершеннолетия. Слизеринцы вполне официально попросили дарить им книги еще весной, и я заранее заказала Грейнджерам несколько присмотренных ранее научно-популярных трудов – даты рождения своих новых друзей я не знала. Последняя неделя перед каникулами была ленивой: все экзамены были сданы, и мы бездельничали. Драко, как самый одаренный в ментальных науках, тренировал на мне свои навыки легилименции и пытался таким образом развить чувствительность. Получалось раз через три-четыре. - Понимаешь, я скорее чувствую, как серьга тянет из меня магию на защиту, чем твою атаку, - злилась я. - Гермиона, пойми, это не то. Игнорируй это, ты же игнорируешь, когда колдуешь? - Нет. Я же могу это контролировать. - В смысле?! – опешили все трое. - Ну, например, так… Я создала подряд три Люмоса, без контроля силы, придерживая ее и выдав максимум своих возможностей. Получилось три разных интенсивности света, а вот размер шарика был одинаковым. - То есть ты как бы держишь поток? – пришел в себя Теодор. - Ну да. Нас не просят этого делать, но я долго думала, что маглорожденные слабее других волшебников, потому старалась придерживать поток, чтобы не остаться с истощением, - объяснила я. Друзья засмеялись. - Да, я знаю, что это неправда, но мне потребовалось время, чтобы найти подтверждение. А экономлю силу я по привычке. - Как ты это делаешь? Я чувствую отток силы, но не могу ничего с ним сделать, - пожаловался Драко, тряся палочкой с ярким Люмосом на конце. - Так я же не сразу научилась! Попробуй его сначала перекрыть полностью, - шарик на его палочке замигал и погас, - вот! Потом попробуй научиться вызывать этот поток без произнесения заклинания. Просто направь палочку на что-то, что не жалко, и, не думая о заклинании, попробуй вызвать это чувство. Может получиться не сразу, - учила я. - Вау, это… Не так, как когда колдуешь, но похоже, - прошептал Теодор. - У вас все лето впереди, тренируйтесь, - пожала я плечами. - На Люмосе нагляднее всего, но в теории так чем угодно можно управлять. То же Секо может и надрезать кожицу яблока, и отрубить голову. Обычно говорят, что дело в желании, но что если дело в приложенной силе? - Я поищу что-нибудь об этом в библиотеке, - сказал Теодор. - Я раньше думал, что это палочка контролирует силу. - Может, и так. Но ты – источник силы, ты тоже можешь, - ободрила я. - Кстати, можете поискать в библиотеках еще и об этом, - и я рассказала слизеринцам легенду об аквитанской заклинательнице. - Впервые слышу, чтобы во Франции была школа кроме Шармбатона, - задумчиво протянула Дафна, - но ты права, это не может быть он. Его основали в пятнадцатом веке*, это новейшая волшебная школа континента. - Может, сейчас ее и нет, но мне интересна эта легенда, - делано равнодушно пожала плечами я. - История из ее детства очень странная. Ни одна известная болезнь не дает таких эффектов, - сказал Теодор. - Драко, помнишь, ты упоминал сказку от портретов на старофранцузском? Это не могла быть она? - Я спрошу у них, но не очень похоже, честно говоря. Малфои пришли из Франции как раз в раннем средневековье и долго не теряли связи с аристократией. Я выспрошу и про сказку, и про эту легенду. Грейнджер, покупай чертову сову, как мы будем связь поддерживать? - Куплю, конечно, но неизвестно, когда. И мы с родителями поедем в отпуск в августе, так что переписываться может быть неудобно. - Кто-то из нас все равно пришлет тебе сову. Будет здорово пойти за покупками к школе вместе! - Драко, ты уверен? Это же… - замялся Теодор. - Представить Гермиону родители нас все равно заставят, - пожала плечами Дафна и поправила волосы, глядя на меня. - Лучше так, чем заставлять ее делать выбор между семьями, - она пояснила. - Будет иметь большое значение, в чей дом ты придешь первой, потому что предложения, скорее всего, пришлют одновременно. - Я ничего не понимаю в правилах поведения магической аристократии, Дафна. Меня учили этикету, но современному и магловскому. Так что я точно куплю сову, хотя бы затем, чтобы обращаться к вам за консультациями, - я улыбнулась. Подвох на подвохе! - Без проблем, Гермиона. Не пугайся, если все же получишь приглашение от лордов наших Домов, только пиши ответ пером и на пергаменте, - Теодор обожал припоминать мне картонные подарочные карточки, которые все трое получили на Рождество. За два дня до нашего отъезда Дамблдор с помпой свинтил из Хогвартса. Я старалась ни на минуту не оставаться одна вне факультетских помещений и не приближаться к гриффиндорскому дуэту суицидников, которые разве что не таскали с собой мигающий транспарант «Мы что-то задумали!». Собирая в сумку вещи в свой предпоследний вечер в школе я с облегчением думала, что, согласно канону, Квиррелл камень достать не сможет, как бы ни хотел, значит, появления третьего легилимента в этом мире ночью не произойдет. На следующий день за завтраком я осматривала Большой Зал на предмет изменений. Отсутствовала как парочка грифов, так и профессор ЗОТИ, но траурных полотен не наблюдалось. Я вздохнула с облегчением. Все идет по плану. День прошел в предвкушении праздничного пира и вручения Кубка Школы декану Слизерина, а на ужине канон взял дело в свои руки. Судя по речи прямо-таки сияющего Светлейшего, Невилл Лонгботтом все так же попался Поттеру и Уизли на пути, но был остановлен не заклинанием, а ударом в челюсть от Шестого, за что ему начислили чуть ли не сотню баллов. Поттер и младший Уизли также получили свою награду и Гриффиндор победил с минимальным отрывом в три балла. Слизеринцы все как один сидели с выражением «мы окружены буйнопомешанными» на лицах, как и несколько студентов старших курсов с Хаффлпаффа и Рейвенкло, остальные ученики радостно хлопали в ладоши и улюлюкали. Кажется, я слышала «Так и надо этим слизням!» Шестого в этом гвалте, но точно сказать не могла. - Я не понимаю, что он хотел этим сказать, - пожаловался Теодор, когда мы вышли из Большого Зала. - Будь я грифом, мне показалось бы такое покровительство мерзким. - Будь ты грифом, ты орал бы про слизней вместе со всеми. Туда по коэффициенту интеллекта отбирают, всех, кто умнее домовика, разворачивают, - веселился Драко. - Я согласна, - Дафна скептически посмотрела на толпу радостных гриффиндорцев в конце коридора. - Этот кубок не дает привилегий, он просто кочует из гостиной в гостиную. Система баллов просто смешна! А наш декан потворствует. Мне было нечего им сказать. Я думала не о баллах, а о радостном лице Гарри Поттера, мальчика, менее суток назад совершившего свое первое убийство. На следующий день сразу после завтрака колонна карет со студентами потянулась в сторону Хогсмида. Мы привычно заняли пустое купе в третьем вагоне поезда и занимались проверкой припасов от Тикки, когда в дверь постучали. - Заходите, - сказал Теодор и снял свое фирменное запирающее заклинание. - Привет. Можно я поеду в купе с вами? Мои одноклассники... - Невилл Лонгботтом поморщился. Далеко же он шел! Первокурсники ехали в четырех вагонах от нас. Скорее всего, именно нас он и искал, но спросить было некого. На лицах моих друзей были те же подозрительные взгляды, что и у меня, но с точки зрения вежливости выбора у нас не было, и все это понимали. - Проходи, - наконец сказал Теодор и запер дверь за спиной у гриффиндорца. - Думаю, в нашей ситуации будет уместно еще раз обсудить экзамены, - с вежливой улыбкой начала Дафна. О, богиня пассивной агрессии, преклоняюсь перед тобой! Хотя наследник Лонгботтом вряд ли понял. - С удовольствием. Помните, я вскользь упоминал зелье определения сути, которое мне попалось на экзамене? Так вот, там в ингредиентах… - понятливо подхватил Драко. Пару часов мы переливали из пустого в порожнее, обсуждая экзамены. Слизеринцы не тянули Невилла в разговор, и тот просто разглядывал нас. Я мысленно морщилась: либо Гриффиндор отбил у чистокровного волшебника память о манерах, либо бабушка не слишком занималась его воспитанием. Сэндвичами я поделилась со всеми, и Лонгботтом немного оттаял, спросив, не задумывались ли мы о предметах, которые предстояло выбрать на третьем курсе. Вопрос вызвал вполне пристойную дискуссию, в итоге сведенную к мысли о пользе рун и нумерологии. Я продемонстрировала справочник, из которого перерисовывала рунные цепочки в начале года. - Хорошая книга, добротный труд, но ничего особенного тут нет, - резюмировал Драко. - У Ноттов в библиотеке, по слухам, великолепная подборка исследований по рунам. Тео, пустишь нас к себе на третьем курсе? - Ну да, так отцу и скажу: «Папа, мои друзья хотят покопаться в бесценных фолиантах седьмого века, чтобы сделать домашку по рунам обогрева помещения», - рассмеялся Теодор. Лонгботтом нервно ерзал на сидении. Ну да, должно быть сложно осознавать, что «отец» и «жуткий Пожиратель Смерти, психопат и убийца» - один и тот же человек. Я вообще не понимала, как он нас выдерживает. В итоге он смылся из купе еще до того, как поезд сбавил ход, бросив короткое «Пока!» и даже не обернувшись. Слизеринцы снова поморщились. На вокзале Кингс Кросс мы кивнули друг другу на прощанье и разошлись. Я почти бегом вышла через проход на магловскую сторону вокзала: пересекаться с встречающими отпрысков чистокровными лордами у меня не было желания. Грейнджеры при встрече заобнимали меня до полусмерти и всю дорогу до дома спрашивали о школе, повторяя некоторые вопросы из своих писем, еще и по нескольку раз. Я смиренно принимала амплуа двенадцатилетней девочки, вернувшейся в любимую семью. Впереди меня ждали два месяца лета и, если верить канону, поездка во Францию.