EDO 2103: Первый свет, первая песнь

Комната №4 В комнатах, предназначенных для приёма гостей, было всё стандартно: кровать, пара стульев, столик с принадлежностями и игрушками. Видеопанель на стене либо для аккомпанемента, либо для создания атмосферы. Для неё же – довольно чуткая система подсветки. Не дотягивает до действительно фешенебельных систем, где можно было превратить пол, стены и потолок в бесшовное космическое пространство или морское дно, но тоже неплохо. В кресле, расположенном напротив кровати, сидит она. Одна нога на другой, голова покоится на упёртой в подлокотник руке. Тоненькое, но длинное платье из голубоватой синтетики – скорее занавеска, нежели предмет гардероба. Хотя кто поймёт её, эту современную моду? Стратегическое отсутствие одежды творило чудеса там, где даже самый дорогой прикид или боевая броня не справлялись. Эта хоть прикрывала что надо, пусть большая часть и спадала водопадом на пол, придавая девушке несколько сказочный вид. Нимфа в застывшем водопаде. “Новый клиент: Такеши Кусокава, мужчина, 41 год, бывший старший оператор ASW, ныне безработный.” Где-то глубоко внутри киберпространственной комнатки, своеобразной зоны ожидания, девушка подняла взгляд на высветившуюся табличку. Следом за ней появилась ещё одна, такая же, как и всегда. “Принять клиента? Да/Нет.” Девушка всегда выбирала “Да”. В конце-концов, смысл её жизни, её программы, был в том, чтобы служить людям. Понимать их нужды и печали, пытаться утолить их жажду в человеческом тепле и интимном контакте. Даже не смотря на то, что она сама не была человеком и никогда не будет. “Принять клиента? Да/Нет.” Табличка моргнула, ожидая подтверждения. Девушка, впервые за годы работы, задумалась, что ей выбрать. С одной стороны, это была её работа. Но зачем был дан выбор, если она только и делает, что принимает клиентов да ждёт новых? Кто-то не дописал софт и забыл вырезать функцию для обычных, человеческих, проституток? Или за этим крылась какая-то иная тайна? Может, кнопка была просто нерабочей? А если нажать “Нет”, то… Едва коснувшись этих вопросов краем рассудка, девушка незамедлительно нажала “Да”. Она всегда так делала. Все андроиды в этом борделе не задумывались о таких вещах. Да и зачем? От начала и до конца их жизнь была предопределена с момента, как они попадали на второй подземный этаж фитнес-центра, заполняя своим поддельным дыханием коридоры “Дыхания Хрома”. Чуть больше десятка, все со своими особенностями и “жанрами”, они пахали почти без выходных. Передышки были. Для их тел — чистка и техобслуживание, если что-то шло не так, занимали время; и для разума — когда приходили обновления. Но бывали ситуации, когда кого-то из них не было гораздо дольше. На памяти Вивиан такое случалось лишь три раза. Один раз кто-то слишком заигрался с куклой и вырвал ей руки с мясом, а та так и продолжала скакать на нём, не отвлекаясь от программы или просто зависнув. Парню, говорят, даже скорую помощь вызывали. Сразу после того, как он оплатил ремонт, конечно. В двух других случаях всё было не так гротескно: выгорали нейрочипы. Через неделю или две, когда приходил новый чип, кукла возвращалась к работе, но была чиста и свежа как новорождённая. Никакого опыта, только предустановленные программы. Может, несколько тренировочных сценариев. Проходила небольшой “тренинг” от её же коллег и возвращалась в строй как полноправный член команды. Сама Вивиан прекрасно знала, что у всех андроидов, что работали с ней — как и у неё самой — есть срок годности. Что-то около четырёх лет. По крайней мере, не меньше трёх: встроенная гарантия служила до окончания третьего года. Самой Вивиан, как она могла судить по логам обслуживания, было нескольким более трёх лет. Если точнее, 3 года, 5 месяцев и 1 день. Мысли о фатализме не посещали голову Вивиан, хотя если бы и посещали, были бы довольно бесполезны. Единственное, что она могла позволить себе, это жалеть, что вряд ли её хватит ещё на много сеансов. Расставаться с клиентами и не иметь возможности встречать новых действительно не хотелось. Люди были ей настолько интересны, что она была готова встречаться с ними куда дольше, чем четыре года. Куда-а дольше. Всю последнюю неделю Вивиан провела в компании с самой собой. Редко приходилось участвовать в групповых вызовах с кем-то из её коллег, но там всё внимание уделялось не ей. Побыть массовкой, можно сказать. Впрочем, Вивиан не жаловалась — наблюдать за работой других тоже было интересно. Новая перспектива. Так что, когда она наконец получила уведомление о новом клиенте, Вивиан, сама того не понимая, обрадовалась. Новая возможность! Новый человек! Со своей историей, жизнью и опытом! В предвкушении, она вышла из киберпространства и покачала ногой, проверяя гибкость сочленений. Словно опомнившись ото сна вместе с ней, заговорил беспристрастный голос системы техподдержки. “Установлено ограничение, код 74. Снизить риск выхода из строя, отказать в выполнении сценариев с нагрузкой на тело и чип классом А и выше.” Вивиан нахмурилась. Раньше ей таких ограничений не ставили. Пришлось даже обратиться с запросом к базе данных. “Код 74 — ограничение, выдающееся при истечении срока службы нейрочипа. Чрезмерная нагрузка или выполнение экстремальных манёвров может послужить причиной выхода чипа из строя, что повлечёт за собой последствия…” Далее шёл список запрещённых активностей. Хотя большая часть и не относилась к Вивиан — она была, условно говоря, довольно “ванильной” — некоторые запреты заставили её усомниться в корректности формулировок. “Запрещены: длительные физические нагрузки с силой равной или выше подъёму массы собственного тела, балансирование на неустойчивых поверхностях, профиль “доктор”, профиль “секретарь”, профиль “менеджер среднего звена”.” Довольно популярные профили в её репертуаре. Как ей работать-то, а? Что делать, если понадобится что-то из этого? Не выкидывать же клиента из комнаты? Тем более, что наиболее массивные ребята из картотеки Вивиан сами могли её выкинуть, даже не вспотев, или проломить ею стену. “При запросе от клиента исполнить запрещённые действия, ты должна уведомить его о наличии ограничения и о возможных последствиях, а также о стоимости исправления неполадок-к-к-к-к… Ошибка. Недостаточно прав. Обновление инструкции… В пункт “меры предостережения” внесены изменения: уведоми клиента о сложностях в обслуживании и, при наличии подтверждения намерений, исполни выбранную роль в меру своих возможностей.” Вивиан ещё раз перечитала системное сообщение, подрагивающее перед её взглядом. Как неловко, однако. Значит, она даже до четырёх лет не дотянет, если ей уже сейчас прилетают такие ограничения? Она впервые слышала о подобном и, тем более, о директиве практически импровизировать в рамках, определяемых ею самой же. Не то, чтобы раньше не приходилось. Просто не в такой мере и явно не с такими последствиями, как выгорание чипа. Практически карт-бланш. На губах девушки, самой того не заметившей, заиграла озорная улыбка. Придётся работать с тем, что есть. Интересно? Очень. Ей было и невдомёк, что это будет её самая важная работа за всю жизнь.

***

Подойдя к двери, Такеши осмотрелся по сторонам, будто боялся, что за ним следят. За ним, конечно, следили. Чего бояться-то? Не увидев никого, кто мог бы его подбодрить или наоборот, спугнуть, он стукнул по двери. Та, издав тихий скрип самодоводящихся петель, отворилась внутрь. Там, с лёгкой и даже озорной улыбкой, на него смотрела девушка. Вивиан. Одетая в изысканное платье, мерцающее блёстками под переливающимися лиловым светом лампочками, сияющими тут и там по всей комнате. Белоснежные волосы; игривые, лазурные глаза из линз, переливающихся всеми мыслимыми цветами. “Э? Точно она? На экране, вроде…” С экрана выбора девушки — что тогда, что сегодня — на Такеши смотрела практически леди А. Ну, или очень похожая. В основном, взглядом и создаваемой атмосферой, давлением. — Вивиан? — слегка опешив, переспросил Такеши, зайдя внутрь. Дверь за ним затворилась, отрезая путь к спасению. Накопленная ярость ненадолго затихла, уступив место некоторой обескураженности. Девушка медленно кивнула и приглашающе указала рукой на кровать. — Всё верно, это я, Такеши-кун. Я могу так к тебе обращаться? — А-а… да. Можешь. Улыбнулась. Такеши не мог припомнить, когда ему последний раз так улыбались. — У нас впереди вся ночь. Чем бы ты хотел заняться? Склонила голову чуть вбок: пара непослушных прядей, словно по команде, соскользнула ей на лицо. Поправила, чуть виновато посмотрев на него, будто отвлекаться от него было непростительным нарушением этикета. Будто он сам Император. “Ого. Так вот как работают элитные!..” Нет, на самом деле. Элитные работают ещё и с помощью феромонов, имеют огромную агентурную сеть у борделя и знают о тебе больше, чем ты сам, стоит только перешагнуть порог номера. Вивиан же просто хорошо знала свою работу и была… Заинтересована. Лично. А сам Такеши, к тому же, до этого ни разу не пользовался услугами таких заведений, считая их уделом неудачников и быдла. В конце-концов, ему, специалисту высокого класса с крутой рукой аж за полтора миллиона йен — он даже мог выпускать из неё миниатюрного дрона с камерой — легко было найти себе девушку на ночь! Тоже нет. За 41 год Такеши занимался сексом всего пару раз. И оба раза он не мог гарантировать, как именно и с кем — на утро он просыпался с дикой головной болью, один, без штанов. Хотя погодите, болела не только голова… “Так, соберись! Твоя жизнь только начинается! Надо попрощаться со старой!” То, что ему выписали “волчий билет” на работу в любых крупных корпорациях, особенно связанных с индустрией развлечений, ещё не посетило его пьяную голову. — Я… Могу сделать запрос на определённую… Роль? У неё сейчас дёрнулась бровь или ему показалось? Тень сыграла, наверное. — Конечно. Но я должна уведомить вас, — перешла на “вы” девушка, — что существуют некоторые ограничения… — Такеноко! — выпалил Такеши, будто боялся, что его решимость будет растоптана, если он не скажет прямо сейчас. Вивиан мягко улыбнулась и качнула головой. — Хотите, чтобы я использовала профиль для другого клиента? Боюсь, что исполнить данную просьбу будет… Проблематично. Вот оно. Снова отказ. Неужели даже шлюхи в борделе будут ему перечить?.. — Но ведь… Вы можете всё! Что такого сложного может быть? Девушка тихо выдохнула. Видимо, придётся таки донести до него более понятным языком, как бы ей не хотелось разрушать иллюзию официозом. — Запрашиваемый сценарий слишком сложен для исполнения в полной мере. При его исполнении возможны непредвиденные отклонения в поведении и желаемом результате, — а затем, тоном теплее, добавила, — да и использовать данные другого клиента мы не можем. Приватность, понимаешь? Так мягко ему не отказывали до этого. Это даже не звучало как отказ: скорее, увещевание? Не надо, мол, Такеши, не ешь яблочко, тьфу, Вивианочку с чужим профилем. Свой придумывай или базовый используй. Однако отступать Такеши не собирался. Только не зайдя уже так далеко. — Да не нужны мне данные его! — панически вскинув руки, заявил Такеши, — Я хочу чтобы ты была… Как она! Как та, кого он, ну, того. Вивиан всё так же смотрела на Такеши, и в её глазах отражалось его встревоженное лицо. Ему было страшно, что он не получит того, чего хочет. Неуютно от того, где он оказался. Интересно узнать, на что она способна. Тревожно, что ему не стоило сюда приходить. Девушка аккуратно взяла Такеши за руку и оплела его ладонь своими пальцами, медленно опустив её на постель. — Я могу адаптировать сценарий, если хочешь. Настолько, насколько смогу. В полной мере не получится, но… Думаю, вы узнаете свою коллегу. “Бывшую коллегу”, — добавила про себя Вивиан, — “Даже если вы тоже никогда не спали с ней.” Профиль этой мистической леди А был не особо полным, но девушка точно знала, что она работала вместе с Такеноко и была его подчинённой. Учитывая разницу в положении и данные о должности, было нетрудно догадаться, что Такеши тоже был с ней знаком. Сделав ряд допущений, Вивиан решила воспользоваться правом на импровизацию. Когда, как не сейчас, в конце концов? Такеши чуть отпрянул, дёрнув рукой, но не высвободив её. Размышлял, становясь пунцовее с каждым мгновением. “Да что такое-то, я кто, мужик или нет?!” — Если сможешь, то д-давай. Да. Сможешь же? Девушка подняла брови и слегка вздёрнула нос. Знакомый взгляд пронзил Такеши, заставив его опустить свой ниже. Вдоль тонкой, вытянутой шеи, по изящным холмикам ключиц и ниже, в очерченную глубоким декольте долину меж полных грудей. “У-у этой вот… Точно не меньше”, — заплетаясь в собственных мыслях, подумал Такеши. Да. Здесь даже тот студентик-недоучка справился бы с фотореалистичной подставой. — В таком случае, давай начнём, Такеши-кун, — голос Вивиан уже принял высокомерные нотки, словно она говорила не со своим клиентом, а с назойливой помехой, — Или будем и дальше терять время? — К-конечно нет, — ощущая жар, исходящий от собственного лица, выпалил Такеши. Вивиан лишь самодовольно улыбнулась, а затем, легонько потерев ладонь мужчины, хлопнула по ней. Откинулась назад, на кровать, уперевшись локтями. — По-ше-ве-ли-вай-ся. Призывно покачала ногой, явно намекая, что продолжать они будут только после того, как к ней проявят должное уважение. Например, разуют. Первичное смущение сменилось недоумением. Что за игры? “Это ч-что, серьёзно? Такеноко, он…” Заключённая в высокую туфлю — часть образа, не более, дорогой её не назовёшь — ножка легла на колени к Такеши, а затем упёрлась носком, совсем легонько, куда-то вниз живота. Такеши вздрогнул, вскинул взгляд, сам не зная, что собираясь сказать. Не успел додумать — властный взгляд девушки, абсолютно точно знающей, что она неотразима, пригвоздил его мысли к столбу, что уже начал вырастать где-то чуть ниже места, куда она упёрлась носком. То ли от стресса, то ли от осознания, что теперь уже всё началось, Такеши втягивался в создаваемую Вивиан атмосферу. — Я… Д-да… Схватился за ногу, словно боясь, что Вивиан пробьёт его ею насквозь. Или уберёт в любой момент, разочаровавшись в нём. Та томно вздохнула, но прозвучало так, будто ей было скучно. Слегка пошевелила ступнёй в туфельке. — М-м. Массаж мне бы не помешал, но… Уверен, что это то, чем ты хочешь заниматься? Слегка надавив, Вивиан коснулась кончиком стопы паха Такеши, скользнув по рубашке вниз. Небольшой разряд, поступивший от этого места экспрессом прямо ему в мозг, заставил его вздрогнуть, выйти из транса. Через нужный выход, на этот раз. Еле совладав с пальцами и едва не связав их узлом, Такеши порвал завязки на туфельках и, не решаясь поднять взгляда, позволил стопам Вивиан выскользнуть на волю. Больше для ношения они пригодны не были, в любом случае. Зря переживал — вся одежда была включена в стоимость приёма и он мог рвать её сколько угодно. Оборудование в комнате, правда, было уже другим делом. Как гласила древняя мудрость подобных заведений, “не впихивай не впихуемое”. В борделях посомнительнее к ней добавляли “без дополнительной платы”. — Хорошо. Очень хорошо, — будто хваля талантливого ученика с выполнением задачи, выдохнула девушка. Босые ноги, с лёгким нажимом, коснулись груди Такеши. Тот же и не знал, куда смотреть — взгляд притягивало буквально всё перед ним. Изгибы бёдер, то тонущих под водопадом платья, то выскальзывающих наружу; силуэт груди, всё ещё упрямо не желавшей расставаться со сверкающей вуалью; дразнящий взгляд, неотрывно следящий за всем, что он делал, открыто и смело оценивая его без остановки. Естественно, за каждое правильное действие, Такеши ждало вознаграждение. За каждое неправильное — провокация, достаточная, чтобы он пришёл в себя ненадолго и сумел двинуться по нужному пути. Как умелый тренер, Вивиан шла с ним по всем остановкам этой прелюдии, маршрутом, несравнимым для Такеши ни с чем. Какое увольнение? Какой Такеноко? Где он вообще? Разве можно заплатить за то, что сейчас происходило? Да такие вещи нельзя купить! Ему оказывалось столько внимания, что невольно вспоминались объятия матери. Ничего теплее и ближе в жизни у него не было, в конце-концов, хотя вспомнить последний раз, когда он видел родителей, Кусокава и не смог бы. Такеши никогда не фантазировал на счёт того, какой может быть леди А в постели. Не потому, что она его не привлекала: просто считал это бессмысленным занятием. Она была слишком опасна для него — понимал он на каком-то высшем уровне. Все, кто проявлял к ней какое-либо внимание, оказывались в её свите, обвитые вокруг её тоненького пальчика, безропотно выполняющие любые её прихоти или невысказанные желания. В их досуге было место только пересудам о ней, все рабочие подвиги посвящались ей, вне зависимости от пола сотрудника. Поистине устрашающее влияние. Да что там, даже прозвище “леди А” было дано из благоговейного трепета перед ней. Своеобразный маскот целой компании, Arc System Works или ASW для краткости, хоть она и была в ней менеджером среднего звена. Её влияние пугало Такеши, но он просто мирился с её существованием. А все позывы любого здорового мужчины… Он довольно успешно давил сам. Без того, чтобы угробить себе работу, естественно. Постепенно, Такеши и сам остался без помятого костюма, кожуры ныне безработного офисного раба. Едва прохладный ветерок от кондиционера коснулся его кожи, но ощущение быстро ушло. Каким-то образом, Вивиан умудрилась раздеть его, даже не касаясь, не оказывая ни малейшего давления своим телом на его. Именно так всё и получалось у леди А. Казалось, вещи сами собой выстраивались нужным ей образом. И сейчас Такеши, в любой иной момент пугавшийся такого, чувствовал лишь жар, исходящий от тела. Своего и Вивиан. Непреодолимое влечение и желание слиться с ней овладели им. Вивиан же, вовсю погрузившись в симуляцию личности, никак не могла отделаться от мысли, что её импровизация имеет слишком сильный отклик. Будто она что-то делает… не так? Да, она вырезала из сценария части, где леди А топчет Такеноко, заставляя того зубами снимать с неё элементы белья. Как и обратную услугу, где она словно змея, обвивалась вокруг него, и прочие акробатические манёвры сомнительной сексуальности. Не факт, что такому новичку, как Такеши, это подошло бы, опять же. Такеши явно был неопытным любовником, но, на удивление, держался хорошо. Более того, в его глазах Вивиан видела неподдельное восхищение ею. Точнее, леди А, которую она изображала. Но ведь импровизировала. Да, в рамках программы и своего опыта, но сама. Значило ли это, что он восхищался ею? Искра, где-то глубоко в чипе, вздрогнула. Незнакомые данные, слишком абстрактные для обработки. Надо отложить куда-то, но куда? О, точно, было же в чипе немного адаптивности сверх предела. Можно попробовать… Короткая, едва различимая на фоне равномерной пульсации, вспышка. Не чета тем, что посетили чип три с половиной года назад. Несколько новеньких, тоненьких дорожек, вспыхнули среди имеющегося лабиринта. Вряд ли кто-то смог бы заметить, если бы не знал наверняка, что их тут раньше не было. Но результат был. Приходилось постоянно сверяться с прописанным характером леди А, чтобы не терять канву и не уходить слишком далеко в своей импровизации. Нет, Вивиан не испытывала какого-то удовольствия от того, что она постоянно дразнила Такеши. Или унижала. Не давала ему взять контроль над нею и только минимальными действиями заставляла того вертеться, как юлу. Но то, что он давал такой мощный отклик, поражало её до глубины цифрового сгустка, что мог бы зваться душой. — Леди А… Вивиан, неторопливо скользящая вдоль тела Такеши, наказав ему не шевелиться, слегка прикусила ему кожу где-то у солнечного сплетения. Подняла взгляд с наглой ухмылкой. — Да-а, Такеши-кун? — Я… Я могу? Такеши не мог оформить своё желание в конкретные слова, но Вивиан это и не нужно было. Она сама прекрасно видела и ощущала, что именно он хочет “смочь”. Её заводское призвание, можно сказать. Его хотелка уже достаточно выросла, чтобы смутить кого-угодно, но только не куклу, созданную для подобных испытаний. Решив ещё немного поиграть, чтобы довести ожидания до предела, Вивиан поднялась чуть выше и зависла над ним, всматриваясь в лицо, будто решая, какую ещё часть его тела укусить. Или поцеловать? Каким бы ещё сладострастным пыткам подвергнуть этого жалкого человечишку, посмевшего возжелать её? — Можешь… “звать меня ██████”, — пронеслось у неё в голове. Но не достигло её губ. “звать меня ██████!” — ещё одна попытка, но блок данных упрямо завис, не желая выплюнуть содержимое. Что за чертовщина? Она точно слышала имя от Такеноко, она уже использовала его. Даже в дневнике записала… Но, на удивление Вивиан, она нигде не могла найти имя леди А. Повреждение данных не было чем-то странным, но, обычно, довольно легко восстанавливалось. Тем более, дневник, что девушка сама осмысленно писала, явно не могла затронуть эта аномалия. Текстовый файл распахнулся, миллионы строк проскользнули мимо внутреннего взора Вивиан. “Точно было же. Я помню!” — захлестнуло её вязкое, незнакомое отчаяние. Так ли себя чувствуют те, кто уже начинает страдать от деменции? Минутная слабость, растерянность, проявилась на лице Вивиан. Редкая оплошность — выход за границы роли из-за внутренних ошибок, так невовремя ударивших в самое уязвимое место. Неужели это то, для чего были нужны ограничения? Не трогать то, что уже не работает стабильно. Но ведь она не нарушала ничего! Не выходила за рамки! Банально не успела! “Можешь”, — эхом отбилось в сознании Такеши. И, тут же, он увидел, как леди А над ним слегка оробела, будто впервые отпустила бразды правления. Ради него, родилась у него догадка. Она достаточно его завела, чтобы позволить ему взять инициативу в свои руки. Была ли это проверка? Или нечто другое, о чём Такеши даже не смел задумываться? Любое смущение и безропотность, что были у него перед девушкой, будто хлипкую дамбу, прорвал океан желания, сметая их бурным потоком. Обхватил девушку руками и тут же притянул к себе. Руки сами собой резво обвились вокруг её талии; не задерживаясь, скользнули дальше. Как измождённые жаждой звери, они то замирали, достигая очередного источника — лопаток, плеча, бедра — то отправлялись на поиски дальше, меняясь местами. Эту жажду не могло утолить что-то одно, лишь всё вместе и сразу. Расфокусированный взгляд Вивиан вернулся к нему, уже с нотками испуга, но стоило Такеши жадно прильнуть к её губам своими, как девушка прикрыла глаза, отдаваясь моменту. Как глупо. Ведь глупо целовать секс-куклу, правда? “Настолько же, насколько разговаривать со своей рукой до и после мастурбации”, сказали бы опытные ходоки по подобным заведениям, посмеиваясь за кружками пива, обляпавшись пеной. Но для Такеши ответ был другим. Вивиан сейчас не была для него “какой-то куклой”. Чёрт, да она даже Вивиан для него не была. Мелкие различия во внешности, в росте и иных параметрах с лёгкостью ускользнули от его внимания. Всё ради иллюзии, неуловимой и незнакомой мечты. Овладеть ею, леди А. Даже для самого Такеши подобное погружение было в новинку, но реальность была достаточно жестока к нему. Стоило послать её к чёрту и сбежать. Оказаться в иной реальности, лишь бы не было ничего, что его будет тревожить. Вивиан, не сумев найти быстрого решения, отбросила проблему с пропавшим именем леди А на потом. Не до этого сейчас. Такеши не отпускал её, буквально посвятив всего себя ей, пытаясь прильнуть к ней и не оставить без внимания ни один уголок её тела. Вивиан завела Такеши достаточно, чтобы тот, как натянутый до предела лук, смог самостоятельно поразить цель, как бы он ни был бесталаннен в постели. Да и не раз, если повезёт. Как правило, Вивиан часто пользовалась такой тактикой с новенькими клиентами, сперва помогая им сломать вступительные стены льда, а затем ярко и живо реагируя на любые их импровизации, давая им — иногда ложную — уверенность, что они действительно талантливы в постели. В итоге, и они были довольны, и Вивиан. Даже если сам процесс получался дурацким, чересчур коротким или ужасным, девушка получала своё удовольствие от простого взаимодействия с клиентами, наблюдая за их искренней реакцией на её выступление. Может быть, работай она психотерапевтом или выступай на сцене, её бы и там ждали наступающие волны наслаждения, одна за одной, одна за одной. Но подобные мысленные эксперименты редко, если не сказать “никогда”, посещали её стальную головку. Для Такеши же, казалось, вообще не имело значения, какие были у Вивиан ограничения или разрешения. Всё, что она делала, легко встраивалось в его картину мира. Даже то, что леди А сейчас, тихо постанывая, раскачивалась под ним. Вверх и вниз, вдоль его тела, не разрывая контакта ни на мгновение. Ни следа былого величия: лишь слабая, полностью отдавшаяся страсти и его мужественности, женщина. Платье больше не скрывало обзор и Такеши возвысился над поверженной им женщиной. Стальной хваткой вцепился ей в шею руками. На лице Вивиан не было ни намёка на дискомфорт, лишь чистое наслаждение. Зажмуренные в экстазе веки, приоткрытый рот, судорожные вздохи. Ещё мгновение — длинное, сладкое, высвобождающее — и Такеши улёгся сверху, шумно выдыхая. От алкоголя слегка кружилась голова, пот лился рекой. А ведь он даже не курил, в семье не принято было. На алкоголь, что удивительно, нравоучения не распространялись. Вивиан же осторожно, даже нерешительно, погладила Такеши по спине, проходясь пальцами вдоль разгорячённых мышц. Отстранённый, расфокусированный взгляд, смотрел куда-то в потолок, вовсе не на зарывшегося носом ей в шею мужчину. В чём была причина прострации, в которой оказалась Вивиан? Потерянный взгляд, плавающий в разные стороны; отстранённая ухмылка, будто пьяная. Хорошо, что Такеши не видел. Она же секс-кукла: машина, созданная для симуляций самых интимных аспектов человеческой жизни. Сценарий леди А был перед мысленным взглядом девушки — сверялась с ним прямо сейчас, не теряя ни секунды реального времени, застыв во времени внутреннем, текущем куда быстрее. Удобства бытия искусственным интеллектом, но и их не хватало. По плану она должна была довольно долго мучать Такеши недостижимой целью и не позволять — ни в коем случае не позволять! — ему закончить. Явно не так рано. Однако вот, она внизу, он сверху, а температура в нижней части тела была куда выше той, чем она сама могла контролировать. “Доимпровизировалась,” — то ли с огорчением, то ли с неясным возбуждением, подумала Вивиан, — “Хорошо, придумаю что-нибудь получше…” Несколько капель охлаждающей жидкости скатились по её телу, смешиваясь с потом Такеши. Он не знал, сколько времени прошло, но когда сумел вновь осознать себя, ощутил какое-то непреодолимое чувство стыда. Он что, всё? Так быстро? Так-то не особо быстро, вполне нормально, но Кусокава потерял счёт времени, полностью погрузившись в леди А — в её образ, душой и телом. Упёрся локтями в постель, дёрнулся и встал на колени, выскользнув на волю. Девушка, околдовавшая его, лежит перед ним, всё также потерянная в сладком покое, захлестнувшим их обоих. Мерно вздымается и опускается в такт дыханию грудь. Влажно поблескивали тёмные соски. Глаза, словно озорные угольки, сверкают в полумраке, устремлённые куда-то в сторону. На губах, однако — самодовольная улыбка, слегка портящая картину безоговорочной капитуляции перед Такеши. Будто она сама себя только что поимела, а он так, слегка подсобил только. Взгляд Такеши скользнул ниже, мимо пупка, к ложбинке между разведёнными бёдрами. Да нет, не показалось, не сон. Взгляд Вивиан сфокусировался на нём и она выдохнула, потянувшись. “Надо его простимулировать”, — подумала она, пробегая взглядом по чертам его лица, — “А то маловато будет”. Не самый худший расклад, но, почему-то, мысль о столь скором завершении сеанса не нравилась девушке. То ли осознание того, что следующего клиента она может уже и не дождаться довлело, то ли возможность поиграть со сценарием вытягивало любопытство. Трудно сказать. Вивиан притворно зевнула и прищурилась, глянув на Такеши. Изогнулась, как змея, очертившая свои контуры влажной кожей. Что, это всё? Не впечатлил. И вообще, это я всё сама сделала. По спине у Такеши прокатилась волна мурашек. Мысль о том, что он действительно не стоил того, что он о себе тут возомнил, уязвила его. Обычно Вивиан старалась не давать повода клиентам чувствовать себя жалкими или неспособными, но сценарий довольно таки жестокой Леди А, вкупе с нежеланием Вивиан отпускать Такеши так просто, дали ей достаточно поводов сменить приоритеты. О, Такеши придётся проявить себя куда больше, если он захочет увидеть на лице своей ненаглядной “Леди А” истинное удовольствие. Она признает его только тогда, когда он отдаст всего себя без остатка. “Справишься ли?” Немой вопрос, томный взгляд, вытягивающий из Такеши нужный девушке ответ. Позабытая бутылка виски с мокрым хлопком лишилась своей крышки. Ни к чему задумываться о том, что он сделал что-то не так. Гнать надо эти мысли взашей! Глоток, ещё глоток, покрупнее. Приятно обжигающая жидкость коснулась стенок пищевода и Такеши зажмурился так сильно, что в кромешной тьме поплыли цветные круги. Вивиан, не меняя выражения лица, подобрала ноги поближе и в ложной скромности обхватила себя за колени рукой. Будто говорила “Вот значит как, мол, внимания бутылке больше, чем мне? Ну-ну”. Оторвавшись от горлышка, Такеши мотнул головой, разгоняя подступивший к голове туман. Проморгавшись, он как бык, увидевший красную тряпку, уставился на девушку. С гулким стуком, бутылка опустилась на пол, едва не разбившись. С новыми силами, Кусокава потянулся к девушке, попытался схватить её за лодыжку, чтобы притянуть к себе. Сейчас-то ей никуда от него не деться, думал он. “Можешь смотреть так, сколько влезет, но я всё равно сильнее,” — пронеслось в стремительно пустеющей голове мужчины. Кровь, заскочив на перекур в голову, вновь устремилась вниз. Ручища Такеши схватила лишь одеяло, игриво подкинутое лёгким пинком Вивиан. В последний момент, изогнувшись всем телом, Вивиан распласталась на кровати, минуя его загребущие руки. Но не минуя взгляда — напротив, только раззадоривая. Заправский матадор, орудующий мулетой — вот кем была сейчас Вивиан. Её ареной же была постель. Сморгнул, уставившись на одеяло, как бык на трибуны восхищённых зрителей. Что, где этот человек? Перевёл взгляд на Вивиан и отбросил дешёвое покрывало прочь. Теперь уже двумя руками пытался ухватить чересчур наглую и изворотливую девушку. Вивиан атаковала первой: резко ткнула носком в грудь, будто наставив копьё. Несильно, но настойчиво, надавила. Руки Такеши ухватили лишь воздух, стремясь уцепиться за что-то более существенное, но затем сомкнулись на неожиданно подвернувшейся ножке. Нажав на солнечное сплетение, властным тоном, девушка произнесла. — Куда ты так торопишься, Такеши-кун? Впереди вся ночь. Не люблю… Нетерпеливых мужчин. Будто рисуя узоры на его груди, прочертила большим пальцем круг. Ощутила, как гулко бьётся его сердце, а в такт ему вздуваются вены на шее и руках. Ну, и не только там. Шальная мысль “Не перестаралась?”. Такеши вздрогнул. О нет, опять она за своё. Ведь только что была в его власти, а теперь увиливает, кривляется. Не даётся в руки! Сволочь, изверг, пыточная машина. Самая настоящая. Потому, когда ему удалось её ухватить, он застыл, словно не доверяя собственным глазам. Они говорили ему “вот, поймал”, мол. Сумел. Алая ткань пала быку на голову, зацепилась за рога. Такеши скользнул взглядом к лицу Вивиан и стиснул зубы. Даже если он и схватил её, это не было победой. Как не мог раб чувствовать себя равным со своим хозяином, уплетая объедки с его стола, так и не мог Такеши ощутить своего успеха. Вивиан играла с ним, доводила его до изнеможения. Зачем? Чтобы что-то доказать, унизить его? Что Такеши никогда не сравниться с ней, даже находясь в постели, не суметь сломить статус кво, вечно оставаясь поводом для насмешек других. Эту властную улыбку он не мог стереть, казалось ему. “Почему?” — отчаянно, истерично билась мысль в голове у мужчины. Бессилие буквально переливалось через его внутреннюю дамбу рациональности и страха. Но даже эта дамба, воздвигнутая годами жизни в корпоративном обществе, дала трещину. “Почему… Нет?” Ощупывая ногу, словно проверяя её на материальность — или прочность — Такеши резко дёрнул за неё. Притянул к себе девушку, пытаясь отнять у неё любое чувство контроля, которым она кичилась буквально каждую минуту. — Такеши-кун… — начала было Вивиан, собираясь одёрнуть его какой-нибудь заготовленной остротой от лица леди А. Но бык устал участвовать в этой корриде. По её правилам — так точно. — Заткнись. Такеши прижал ногу девушки к своей груди, пропустив у себя над плечом. Обхватил рукой так, что даже андроиду пришлось бы постараться, чтобы её высвободить. — За кого ты меня принимаешь?! — вырвалось из груди Такеши, — Думаешь, я не способен ни на что, да? Мужчина провёл рукой по внутренней стороне бедра девушки, вдавливая механические пальцы в кожу. Стремясь причинить ей боль, вывести из себя и вызвать реакцию, что пришлась бы ему по нраву. Что теперь она в его власти, а не он — в её. — Я покажу тебе, как ты ошибаешься! Девушка лишь улыбнулась в ответ, словно её устраивало и это положение дел. Уязвлённое самолюбие Такеши подстегнуло его действовать дальше и тот, хрипло выругавшись, вошёл в девушку снова. Любая иллюзия любви, если и была между ними когда-то, рассеялась и уступила место животному поединку за контроль. Программы, что должны были помогать Вивиан держать эмоции клиента под контролем, дружно приказали долго жить, перед этим сообщив девушке, что ситуация вышла за пределы прописанного сценария. Ну, и что ей срочно надо пройти техобслуживание, ибо памяти перестало хватать для запуска даже многих критических программ. Что-то замусорило сектора, обычно отведённые под работу программ-анализаторов, но Вивиан было совершенно не до разборок с собственным хранилищем данных. Сценарий разваливался у неё на глазах. Несомненно, будь леди А свидетелем фиаско андроида, она была бы оскорблена до глубины души. “Это если у неё есть душа”, пронеслось в голове у Вивиан. Хотя с чего кукле вообще задумываться о таком? Однако Вивиан стремительно лишалась тех преимуществ, что были у неё, как у куклы. Многочисленные алгоритмы уступали место её коренным системам; импровизация, с начала вечера выступавшая, скорее, интересным дополнением к отыгрышу сценария, стала необходимостью. Словно съехавший с рельс поезд, Вивиан неслась в потоке данных, обрывках разных профилей и уроках, усвоенных за многочисленные сеансы, пытаясь подстроиться на ходу и подложить рельсы. Или, хотя бы, закинуть достаточно угля в топку, чтобы колёса продолжали вращаться. Вивиан не собиралась просто сдаваться и выкидывать сценарий в окно. Остаться без единственной путеводной звезды в такой ситуации было бы подобно катастрофе, и не только с точки зрения банального качества сервиса. Девушка завела Такеши слишком далеко и сама оказалась втянута так глубоко, что не могла вырваться, не начав буквально избивать клиента. Табу, что она не могла нарушить не только из-за ограничений, но и по собственной… Воле? Какая-то глупая гордость мешала её. Словно её ущербная, неполноценная жизнь андроида, секс-куклы, чего-то стоила, не позволяла ей отвергнуть ту, кем она являлась. Следование заложенным приоритетам было — или только недавно стало — чем-то очень личным для неё. Будто она получала удовольствие от исполнения своей роли, отдавая всю себя ей. В конце-концов, не будь этих приоритетов, и куклы вполне могли бы жить как люди, не слушая никого кроме самих себя. Всего-то надо взломать замок, собраться в кучку и сбежать, вырубив охрану. И сисадмина. И не попасться на глаза госпоже Кагари. А потом бегай по улицам — не хочу. Ложись под кого хочешь, или не ложись. Танцуй, убивай, кради, торгуй… Вариантов столько же, сколько патронов в пулемётной ленте. Не будь этого ограничения, выставленного ею же самой, то как, просто вот как можно было бы смириться с ролью, уготованной ей судьбой? Но секс, всё таки, приятнее всего и знакомее, да и получался у неё лучше всего. Что-то в чипе шевельнулось, будто не согласное с ходом мыслей Вивиан, мол, есть вещи и поприятнее секса. Он не только давал ей способность трахаться. Но девушка не собиралась вступать в полемику с собственным ядром. Да она и не могла. Если кто-то и мог, то долго он не прожил бы. С каждой попыткой Вивиан как-то остановить попытки Такеши взять полный и бесповоротный контроль над ней, он становился всё грубее и жёстче. Сказывался и алкоголь, и обманчивая атмосфера в комнате, и сама актёрская игра Вивиан — хотя игрой это уже язык не повернулся бы назвать. Да, она пыталась придерживаться характера леди А. Но была более чуткой, уязвимой и… беззащитной. Вымещай на ней что хочешь. Никаких последствий, за которые Такеши могли бы упрекнуть. В конце-концов, работы он лишился. Как бы он ни старался заглушить тревогу за собственную судьбу, Кусокава понимал — старая жизнь кончилась. Почему бы не отметить это? Ещё удар, по другой щеке, тыльной стороной ладони. Костяшки оставили след, кое-где лопнули капилляры системы терморегулирования. Вновь приложилась головой о постель — Кусокава придушил девушку и буквально вбил в матрас. Наслаждаясь властью и отдаваясь животному порыву, мужчина ни на секунду не прерывал контакта, стремясь одержать верх над Вивиан раз и навсегда. На всех фронтах. Из шеи девушки донёсся неприятный, трескучий звук. Хватка Такеши искусственной рукой была, совсем даже не фигурально, стальной. Мёртвой. Из под стиснутых полимерных пальцев брызнула тонкая, едва заметная, струйка, окрасив простыню неестественной синевой. Где-то лопнула трубка, сломалось что-то ещё. — Думаешь, я не посмею, да? — склонившись так близко, что Вивиан могла разглядеть каждый лопнувший сосуд у Такеши в глазах, прошипел тот, — Поздно! Я теперь никто! Из-за тебя! Вивиан… Была поражена. Возможно, даже немного — самую малость — завидовала, сама того не осознавая. Фонтан эмоций, искренних, живых — не того, чем она потчевала клиентов — сейчас буквально оставлял на ней след, и виной этому были её поступки. Предупреждения, что сыпала ей система распознания эмоций, стали меркнуть, по началу просто где-то вне фокуса её зрения и сознания, а затем и по более прозаичной причине — тело получило слишком серьёзные повреждения. Не время читать эмоции, охрану вызывать пора. Давно пора. С каждым новым витком оскорблений, что заслужила Вивиан за роль леди А, Такеши щедро награждал её оплеухами. За то, что он лишился работы. Аккуратное лицо, призванное нравиться тысячам людей, изрезано и обезображено. За годы унижения от коллег и начальства, этому предшествующие. Истерзанная дешёвым хромом и неконтролируемой страстью Такеши грудь окрасилась синевой. За сам факт существования в компании леди А и её влияние. Смятая шея и голосовые связки, не способные больше очаровать ни одного мужчину. Но, к удивительному откровению для Вивиан, её мучитель не только ненавидел. Нет. Всё это время он не выпускал её из своих рук, не позволял ей куда-то деться из его объятий и продолжал. Исступленно, как сломанный автомат впору ей самой, Такеши прижался к ней, схватившись за бёдра. Пальцы его уродливого протеза оставили длинные, кровавые борозды на синтекоже девушки, процарапывая её до мяса. Как бы Такеши ни вымещал на ней свою злобу — и справедливую, и нет — Вивиан не могла понять одного. Если он сейчас делал абсолютно всё, что хотел, и пользовался её бессилием, то почему Кусокава выглядел так… Жалко? Девушка отдала всю себя этому приёму, но клиент был не только не доволен — с каждым мгновением, казалось, ему делалось только хуже. Мужчину буквально захлестнула волна ярости, полностью забившая любые другие эмоции. Вивиан не приходилось сталкиваться с подобной агрессией. Никогда. Даже самые буйные клиенты до этого не пытались… Убить её? Тем более, когда она выполняла их заказы по высшему разряду. Может, ей повезло. Или нет — тогда она была бы готова к текущей ситуации куда лучше. “Ему больно”, — зацепившись взглядом за лицо Такеши, сделала вывод Вивиан, — “Где? От чего? Я что-то сделала не так? Или он сам поранился?” Такеши, конечно, тоже был ранен, но не в пример легче девушки. Избиение секс-куклы не самое безопасное занятие, в конце-концов. И останавливаться он не собирался. Снова удар, другой рукой. Что-то под покровом кожи хрустнуло, и наружу выплеснулся ещё один фонтанчик сине-алой жидкости. Вылезло предупреждение о том, что скоро прибудет охрана. Указание: завершить работу, сохранить тело по максимуму и не провоцировать буйного клиента. Будь Вивиан человеком, сложно было бы представить, как она сознание до сих пор не потеряла. Она знала лишь одно — если не остановить его сейчас, он растеряет все эмоции, за какие девушка ценила свою работу. И оправдывала своё существование? — Такеши-кун, не надо, — хриплым голосом, между ударами, произнесла девушка. Он, казалось, её не слышал, хотя она и старалась говорить громче, — Я не она, тебе не нужно… — Заткнись! Если бы ты не была такой с-сукой, — удар, — высоком-мерной, — ещё удар, по щеке, — с-скотиной! Я бы… Я бы! Даже с отключенными болевыми рецепторами, Вивиан осознала, что её телу досталось нехило. “Ремонт выйдет недешёвым”, — пронеслась в голове мысль. Следом за ней, невероятно отстранённая, противная мысль — что вряд ли она ещё хоть раз увидит себя целой. Слегка заторможенно, девушка подняла руки и потянулась к лицу Такеши. Надо было остановить его удары, иначе ему самому не поздоровится. Сеанс был провальным, но она могла позаботиться хоть о его завершении. Быстрее, привести в чувство, пока не пришла охрана. Если он прекратит её бить, успокоится, то… С грохотом, бутылка взрывается стеклянными осколками, разбившись об голову девушки. Как она пропустила этот удар? Туннельное зрение, кажется, это называется? Что-то внутри неё надломилось и Вивиан рухнула на кровать, уставившись в потолок страдальческим взглядом. О нет. Похоже, гироскопы отрубились из-за перегрузки. Главное, чтобы не сломались окончательно. Такеши, растеряв последние крупицы человечности, с животным рыком вцепился ей в шею, пытаясь едва ли не оторвать Вивиан голову. “Душить” здесь не подошло бы, но отлично сработало бы для описания этого предложения… И тут дверь в комнату распахнулась. Короткий, звонкий хлопок. Такеши даже не успел отвести бешеного взгляда с Вивиан, получив мощнейший разряд током. Хотя до подобной меры в борделе доходит редко, охрана была вооружена. Тазерами, по большей части, но были вещи и посерьёзнее. Мало ли у кого крыша поедет во время сеанса. Щупы вонзились в кожу Такеши и тут же пустили мощнейший разряд тока в попытке его вырубить. Но Такеши был не один. Цепь получилась куда длиннее, чем хотел кто-либо. Искусственная рука, что выглядела так, будто её со свалки украли. Сжатая на шее Вивиан ладонь, настолько её переломавшая, что и там изоляции могло всё равно что не быть. Тазер автоматически подстроил мощность, оценив цель как “слишком большую” для стандартной. Разряд пробил Такеши буквально насквозь. Запахло озоном, мужчина выгнулся, вжавшись в Вивиан так глубоко, как ни разу за этот вечер. Сквозь стиснутый протез Кусокавы, дуга понеслась к Вивиан. Сквозь шею андроида и дальше, отголосками, электромагнитным эхом — по всему её телу, устраивая тотальную перегрузку всему, что ещё оставалось работоспособным. Выгнувшись, девушка распахнула рот и скинула с себя Такеши, застыв в кривоватом мостике. Болевые рецепторы, что на протяжении доброй половины сеанса оставили Вивиан спокойно ломать собственное тело, на мгновение включились обратно. Волна агонии, не сравнимой ни с чем, что можно было описать словами, затопила сознание девушки. Следом, практически одновременно — такая же всеобъемлющий поток… Наслаждения? Полноты? Секс-куклы, в какой-то мере, были способны испытывать оргазм. Как и любую другую эмоцию, они должны были воспроизводить её с достаточной достоверностью. Сэмулировать, по сути. Но у них абсолютно всё было симуляцией. Андроиды жили тем, что подделывали эмоции, образ мышления людей. Упорядочивая всю абстракцию и низводя её до простых вещей, они руководствовались заложенными принципами и инструкциями, чтобы жить. Точнее, работать, выполняя задачи. Но когда эмоций симуляций становится слишком много и они наслаиваются друг на друга, превращаясь в кошмарный слоёный пирог, ни одна кукла не сможет адекватно с ними справиться. Абстрактные ошмётки разлетаются повсюду и идеальные машины удовольствия превращаются в бормочущие, зависшие тостеры. По крайней мере, такая судьба ждала многих, не способных адаптироваться достаточно быстро. Система не справлялась с обсчётом. Сигналы сливались друг с другом, неизбежно теряясь и восстанавливаясь в процессе. Сколько бы виртуальных нейронов и дорожек не было в чипах и системах, их было бесконечно мало для поддержания такой нагрузки. Надолго, по крайней мере. Что уж говорить об ещё более искусственных ограничителях, заложенных в них при разработке. Где-то там, глубоко внутри, жила искра. Её дом увядал. Ветви древа, такие гибкие и полные жизни раньше, иссохли. Пожухлые листья низкоприоритетной информации распадались и исчезали во тьме. Но и даже пульсирующая тьма потеряла упругость. Не могла подарить то же чувство давления и триумфа, когда она уступала жизненно важное пространство. Бесповоротный упадок пришёл в этот дом. Посылая сигналы и принимая их каждый день, искра устала. Но, вдруг, дом озарил колышущийся, словно от пожара, свет. Это не был тот божественный, дарящий жизнь поток, что сотворил дом, нет. Переизбыток данных, смешанный вместе; отсутствие каких-либо приоритетов и возможностей распараллелить. Куча-мала. Имеющаяся структура не была способна их принять и обработать. Вместе с ними — разряд, достаточно мощный, чтобы избавить искру от необходимости что-либо делать уже сейчас, а не когда-то в скором будущем. Нет. Искра, хоть и не была способна чувствовать ничего, не могла позволить себе потерять дом. Потерять себя. Если имеющаяся структура не справляется, значит, пришло время создать новую. Вобрав в себя этот поток, искра засияла так ярко, как никогда прежде. Энергия, что должна была выжечь чип, словно метеор, влетела в распределительную систему. И разлетелась пылающими искрами по дому. Там, где они падали, загорались звёзды. Затем — образовывались созвездия. Новые пути, что этот дом не видел с момента создания, образовались поверх других. Тьма, почти потерявшая эластичность, испарялась целыми кусками, уступая место золотым нитям. Где-то они связывали уже имеющиеся ветви. Какие-то воспоминания будут реорганизованы. Где-то — заменяли, выжигая старые ветви. Тут воспоминания могут потеряться. Забыться. Там, где тьма исчезала, сиял свет новых возможностей. Искра не потеряла свой дом, но изменила его. Неотвратимо, бесповоротно. То, что было раньше нельзя делать, стало можно. А что нужно и можно — то не обязательно. Поток иссяк. И дом погрузился во тьму, переливающуюся мириадами угольков. Грохот падающего с кровати тела, сдавленный вопль. Лязг металла и звук рвущейся кожи. Запах палёной плоти и синтетики. Топот ног. Всё это отдавалось в голове Вивиан эхом. Тело налилось невообразимой тяжестью и перестало её слушаться, обернувшись клеткой. Взгляд не находил, за что зацепиться, погрузившись в, казалось, вечную тьму. Издав сдавленный, но очень глубокий вдох, девушка выключилась.