Вспышка

Шесть лет спустя       - Просто подойди к ней. И пригласи, - услышала Алина знакомый голос, сойдя с крыльца школы.       Стоял апрельский тёплый вечер - предвестник скорого лета. Высокое голубое небо постепенно темнело, а солнце клонилось к закату. Становилось сыро. Ночи были ещё совсем не летними.       - И как я это сделаю? - второй голос был полон мрачной нерешительности. Алине даже интересно стало, о чем речь. Она медленно двинулась вперёд.       Возвращаться в пустой дом не хотелось. Днем ещё можно было как-то отвлечься. Но ночью тоска наваливалась на неё удушливой волной, выворачивая кости наизнанку. И, как назло, Нина и Матиас уехали в Джерхольм два дня назад.       Подруга слала ей бесконечные фото, видео и голосовые сообщения, жалуясь на погоду, чопорных фьерданцев и родственников мужа, отношения с которыми ожидаемо не заладились с самого начала их с Матиасом семейной жизни.       - Ходить разучился? - Алина прямо видела, как Максим вскидывает бровь в том самом насмешливом жесте, присущем его крестному. Иногда казалось, что Макс больше сын Дарклинга и её, чем Ланцовых. Молчание, полное сомнений, разлилось в воздухе. Гомонили ученики, слышался заливистый смех. Ветер набирал силу, шурша нежно-зелёной листвой. - Если этого не сделаешь ты, сделаю я, - произнесенные небрежно слова походили на тщательно выверенный удар. - Что? - тут же встрепенулся Виталий, - нет! И быстрым шагом двинулся к группе хихикающих девчонок, останавливаясь возле Марьяны Скворцовой - красивой изящной проливной с осанкой балерины и горделивой посадкой белокурой головки. В глазах Макса мелькнула тщательно сдерживаемая тоска.       - Уступаешь? - вполголоса спросила Старкова, встав рядом. Парень едва заметно вздрогнул, пожал плечами. - Он влюблен, пусть. Виталий, разрумянившись, что-то быстро говорил Марьяне, глаза девчонки светились, она благосклонно кивала. - Тем более, что я... - Ланцов осекся, покачался с носка на пятку, покосился на Алину, - ухожу в этом году из школы, - выпалил. - Я знаю, - невозмутимо ответила Старкова. Повисла тишина, щебетали птицы, одурев от влажного тепла последней недели апреля, шумели едва зазеленевшие деревья, и воздух пах свободой, от которой кружилась голова. - Знаешь? - нахмурился парень, - но это же.. - Ваша с Александром тайна? - усмехнулась Алина. Ланцов недовольно поджал губы. - Максим, Александр ничего мне не рассказывал, - произнесла мягко, - я же завуч, пусть младших классов, но все же. Я знаю, кто получает аттестаты в этом году. Парень ещё раз нахмурился, а потом расслабился. - Осуждаешь? - спросил. Брови Алины взлетели вверх. - С чего бы? Если ты хочешь служить Равке, то это твой выбор. Морской кадетский корпус, - Алина передернула плечами, - что же, почему бы и нет. Парень просиял, став вдруг на мгновение тем застенчивым мальчишкой, который с восторгом смотрел, впервые шесть лет назад увидев Заклинательницу Солнца. Алина хмыкнула в ответ. - Спасибо,- выдохнул парень.       Алине захотелось обнять его. Или взъерошить волосы, как в далёком детстве. Она не смела, не хотела его смущать. Все же он уже такой взрослый. И в то же время ещё такой ребёнок.       Ребёнок, который большую часть времени пропадал в их с Морозовым доме. Александр был рад, да и Алина всегда была не против. Макс был их сын в той же степени, что и Зои с Николаем. Особенно часто Максим стал бывать у них, когда три года назад родилась маленькая Аглая. Девочка росла болезненной и слабенькой. Родители уделяли много внимания ей. Максим, вступивший в подростковую пору, отчаянно ревновал, злился и пропадал у Александра и Алины, порой демонстративно "забывая" предупредить родителей.       Наверное, это был единственный раз, когда Старкова сурово отчитала Макса. Он ходил хмурый и надутый, несколько дней у них не показывался. - Твой светлый образ, определённо, пошатнулся, - хмыкнул тогда Морозов. Алина пожала плечами. Пусть. Она была права. Поступать так с родителями было нельзя. Постепенно все пришло в норму. Максим успокоился, но пропадать у любимого крестного не перестал.       Конечно, влияние Морозова было несомненно. Максим хотел поступить в морской кадетский корпус, служить Равке, связать жизнь с войной и морем, отдавая дань и отцу, и своему дару.       Алина лишь надеялась, что Максим не разочаруется в своём выборе.       - Выучусь, отслужу, - мечтательно произнёс Максим, засунув руки в карманы синих форменных брюк, запрокинул голову к небу, - пойду к дяде Саше служить. Алина похолодела, поджала губы, мгновенно помрачнев, отвела взгляд. - Сердишься на него? - полюбопытствовал Максим. Что же, может, парень и был в большей степени их сын, но проницательность у него была поистине ланцовская, хитрого Лиса, железной рукой управляющего компанией отца.       Это был их с Александром камень преткновения. Как же сильно они поругались, когда зашла речь о частной военной компании. Святые! И сколько ни убеждал её Александр, что он не будет на передовой, он все равно ездил в зону боевых действий к своим ребятам, а Старкова переживала и злилась. Так сильно на него злилась, ещё и потому, что понимала: Александр не создан для мирной жизни. Глаза его горели, когда он говорил о своей компании. Он был счастлив.       Алина уходила. Это было их негласное правило. Когда с губ были готовы сорваться слова, о которых станешь позже жалеть, лучше уйти и остыть.       - Я переживаю, - бледно улыбнулась Алина, - и очень скучаю. Она смотрела на держащихся за руки Виталия и Марьяну и вспоминала, что они с Морозовым все же вновь страшно повздорили перед отъездом Александра. Это была его вторая командировка на передовую. Алине стоило бы привыкнуть. Но пока она не могла. - Я зайду вечером? - с непривычной робостью спросил Максим, тоже не отрывая взгляда от лучшего друга и девушки, в которую был влюблен, - почитаем вместе? Алина повернулась к парню и все же не удержалась - взъерошила светлые волосы. - Конечно, милый. Макс радостно улыбнулся и тут же принял невозмутимый вид, когда к ним подошёл совершенно счастливый и ошарашенный Виталий.       - Мисс Старкова! - Привет, дорогой, - Алина ласково улыбнулась парню, - ну а ты зайдёшь в гости? Ее второй названый сын смутился, неловко провел рукой по волосам. Алина понимающе хмыкнула. - Иди к ней, - сжала руки парню. Максим закатил глаза. Виталий отрывисто кивнул, а потом в порыве чувств обнял лучшего друга. - Спасибо! - услышала Алина. Ланцов только фыркнул насмешливо, а глаза оставались грустными. Он посмотрел вслед Виталию, вздохнул, повернулся к Алине. Старкова взяла его под руку, увлекая к выходу из школы. - Идём. Выпьем кофе. Флэт уайт, как любимый дядя. - Нет, - вдруг произнёс Ланцов, - хочу что-то необычное, как любимая тётя Алина. Женщина рассмеялась, крепче сжимая локоть парня.       Ее любимая машинка, купленная в кредит пару лет назад, приветливо моргнула фарами. Александр предлагал лучшую и более дорогую модель. Алина была непреклонна. Она купит сама то, на что у неё хватит денег. Морозов только глаза закатывал. Поворчал, но в итоге сдался. Хватало и того, что дом за городом был куплен на его деньги. Александр ни словом, ни делом никогда ей об этом не напоминал. А все же порой было некомфортно.       Они так и не оформили отношения официально. Инеж хмурилась и каждый раз задавала вопрос: "почему?" Ответ Алины: "зачем? Нам и так хорошо" подругу не устраивал. Впрочем, не стоило ждать тёплых отношений между Инеж и Александром, памятуя о том, кем был муж Призрака.       По дороге домой Максим был молчалив, лишь время от времени перелистывал джазовые композиции, выбирая то, что ему по душе. Алина не препятствовала и не навязывалась. В этой тишине было спокойствие, был уют. И доверие. - Завезешь меня домой? - спросил парень когда они миновали шлагбаум коттеджного посёлка. - Решил поговорить сегодня? - догадалась Алина.       Ланцов уставился в окно, Алина медленно двигалась по улицам между домами, вспоминая, как четыре года назад Александр угадал её желание жить за городом. И предложил дом через пару улиц от особняка Ланцовых. Макс был в восторге. Да и сама Алина сразу же влюбилась в небольшой одноэтажный особняк.       Тогда стояла поздняя весна, и яблони на участке цвели белым и розовым, и пряно и душно пахла акация.       На чердаке Алина оборудовала мастерскую. Запах краски смешивался с запахом травы, весенней листвы и ещё влажной земли. Голубое небо было так близко, и у Алины кружилась голова от счастья.       - Пора, - хмуро ответил Макс. Алина протянула руку, сжимая ладонь парня. - Всё получится, милый. В ответ он сжал её пальцы так крепко, что девушка едва не вскрикнула. Парень очень волновался.       Высадив Максима у дома, напомнив ему, что ждёт его, и пожелав удачи, Алина поехала дальше. Стало совсем одиноко. Разговор Макса с родителями наверняка затянется надолго, и все это время Алина будет одна в пустом и холодном тёмном доме. Стоило забыть глупую гордость и все же позвонить Александру. Если, конечно, там, где он сейчас, есть связь.       Женщина горестно вздохнула и вздрогнула, увидев свет в окнах дома. Бросив машину на подъездной дорожке, Алина рывком распахнула входную дверь, трясущимися руками стянула плащ и скинула туфли.       Александр нашёлся на кухне. Пахло морепродуктами и кофе, тихо играла музыка, а Заклинатель готовил ужин. Алина прислонилась плечом к косяку, любуясь мужчиной, чувствуя, как распускается тугая пружина в груди, как проходит выматывающая тревога, и отступает едкая обида.       Старкова подошла и обняла, уткнулась лбом в спину, вдыхая знакомую полынную пьянящую горечь. Александр едва заметно вздрогнул, а потом взял её руку и поцеловал костяшки пальцев. - Так соскучилась, - пробормотала Алина. - Я тоже, - был простой ответ. Алина нервно выдохнула и обняла ещё крепче. Так хорошо было быть здесь, рядом, чувствовать жар чужого тела и дышать в унисон. И тёмное, глухое, холодное одиночество отступило. Алина так задумалась, погружаясь в ощущение тепла, что не сразу услышала вопрос. - Мальчишки будут на ужин? - Нет, - помотала головой, потерлась щекой о мягкую ткань, - у Макса разговор с родителями. Решил поделиться планами на жизнь. - Давно пора, - проворчал Александр. - Ты поощрял его в его тайне, - фыркнула Алина. - Ему нужно было время, - ничуть не смутился Заклинатель и спросил, - Виталий? Алина хихикнула. - У него свидание. Представляешь? - посетовала, - святые! Когда они успели так вырасти?       Александр промолчал. А потом повернулся к Алине. Она словно завороженная глядела на него, не размыкая объятий. Сколько бы лет ни прошло, она всегда будет вот так замирать под его горящим взглядом, обращенном на неё. Взглядом, полном нежности и безусловной любви. - Прости меня! - выпалили одновременно. И рассмеялись. Потом Александр посерьёзнел, погладил по щеке, Алина прильнула к его руке, прикрыв глаза. - Сядь, - произнёс Морозов, - есть разговор. Алина нахмурилась, вопросительно посмотрела на мужчину. Он казался решительным и в то же время явно не знал, как начать разговор.       Алина похолодела. Ничего хорошего такое его поведение не сулило. Покорно опустилась на стул. Молчание затягивалось. Тихо шипела сковорода с ризотто, в глубине дома тикали часы, и едва слышно мурлыкали колонки: Our love is here to stay Not fo a year But ever and a day       - Что случилось? - не выдержала Алина. Александр неловко провел рукой по волосам, опустился напротив. На Старкову он не смотрел. Заклинательница почувствовала, как пересохло в горле. В виски колотилась кровь. - Саша... Он взял её за руку, переплетая пальцы. - Я подумал, - начал и оборвал себя, покачал головой, - нет, не так. Я долго думал. Взвесил все "за" и "против". И понял, чего хочу. - Яснее не стало, - прошептала Алина, чувствуя, что не понимает ничего. И от этого в страхе сжалось сердце. Все эти шесть лет они были вместе и рядом. И ей было хорошо. Но что если... Все ведь заканчивается, правда? Нет ничего вечного, ей ли не знать. Что, если она больше не нужна? Что, если... - Я хочу, чтобы мы стали семьёй, - прервал её панические мысли Морозов. - Но мы и так, - начала Алина. - Хочу, чтобы у нас был ребёнок, - перебил её Заклинатель.       Алина почувствовала, как внутри все оборвалось. Побледневшая до серости, девушка тут же выдернула свою руку. Она тоже хотела. - Ты знаешь, что это невозможно, - холодно произнесла Старкова. На глаза навернулись слезы. Алина нервно выдохнула, отворачиваясь. Перед глазами все расплывалось. Девушка задыхалась от боли. Она всегда хотела детей. Но это было невозможно. И Александр знал об этом! Зачем же сейчас был так жесток? Зачем бил так больно? За что? - Почему же? - мягко спросил Александр. - Знаешь, - зло начала Алина, шмыгнув носом, разворачивать к Заклинателю, глядя возмущённо, - тебе не кажется, что это уже слишком?! Александр вздохнул, улыбнулся. Алине захотелось его придушить. - Однажды ты научишься слушать меня до конца, мой свет, - покачал головой и продолжил, - я хочу, чтобы мы усыновили ребёнка.       Алине показалось, что она ослышалась. Закончилась пластинка, и больше не шипело масло. Плита остывала. На кухне воцарилась тишина такая плотная, что закладывало уши. - Саша, - прошептала Старкова, - ты уверен? Это же будет... чужой ребёнок. Сама Алина никогда не видела в этом проблемы, но Морозов был человек иного склада. И хоть принял и Макса, и Виталия как своих, тем не менее, Алина и помыслить не могла, что он решится на такой шаг как усыновление. - Почему чужой? - приподнял бровь Заклинатель, - твой и мой. Наш. Алина растерянно моргала, все ещё не в силах уложить в голове то, что услышала. - Слушай, - торопливо произнёс Александр, - просто подумай над этим, ладно? Я все узнал, условия, документы. Все реально. И я... - Саша, - сжала его руку, прерывая торопливую речь, - ох, это... - на глаза вновь навернулись слезы. - Вот точно не хотел твоих слез, - мрачно произнёс Морозов и настороженно уточнил, - так это да или нет? - Да, - закивала Алина, улыбаясь сквозь слезы, - конечно, да!