Психология лжи

Осознание слов пришло не сразу. Этого же не может быть. Как Данте мог уехать? Неужели бросил его?    Габриэль, словно в тумане, развернулся и пошёл прочь. Он пустым взглядом глядел себе под ноги и пытался принять новую информацию. Как такое вообще могло произойти? Данте же... Он должен был стажироваться ещё около месяца! Почему он не сказал? Они же друзья, Габриэль должен был знать. Или они никогда не были друзьями? А если Данте и вправду хотел заполучить доверие Габриэля? Но зачем? Ответ на этот вопрос Габриэль понял сразу. Он почувствовал, как его с ног до головы окутывает гнев. Вилл... Данте собирал информацию для него. Габриэль до боли стиснул зубы. Все переживания, все эмоции, все разговоры были пропитаны ложью. Каждое слово, каждое прикосновение для того, чтобы обмануть Габриэля. Ладони сами собой сжались в кулаки. Его обвели вокруг пальца! Каждый в этом чёртовом мире настроен против него! Каждый психиатр, каждый пациент и все за пределами этой проклятой больницы. Он остался один.    Габриэль подошёл к знакомой клумбе с анютиными глазками и поспешно сел на каменную ограду, уперевшись локтями в бёдра и зарыв пальцы в волосы. А ведь недавно именно на этой клумбе Данте предложил ему прогуляться. А ведь делал он это не из личных побуждений, а из желания получить часть его наследства. Предатель! Он доверился ему, первому человеку в своей жизни, и даже тот оказался против него. Гнев перерос в настоящую ярость, в порыве которой он с размаху ударил по камням. Ладонь пронзила острая боль. Не то, чтобы сильно больно, но не очень приятно. Габриэль инстинктивно отдёрнул руку от ограды и стал трясти кистью, дабы заглушить боль. Вдруг Габриэль случайно задел мизинцем несколько анютиных глазок. Один из лепестков не выдержал такого толчка и сорвался вниз. Габриэль потянулся к лепестку, чтобы рассмотреть его поближе и случайно наткнулся на кое-что необычное для клумбы. Недалеко от Габриэля лежал листок дерева. Пациент осмотрелся, дабы найти дерево, которому мог бы принадлежать этот лист, но таковых поблизости не оказалось. Он аккуратно поднял листок и приблизил к лицу. Почему то он был согнут по середине, образуя угол примерно в тридцать пять градусов. Лист асимметричный, зубчатые края, эллиптическая форма. Неужели это лист вяза? Но что он тут делает? Ведь вяз находится далеко отсюда. Да ещё и согнут.    –Данте, - шёпотом произнёс Габриэль.    Он широко открыл глаза, вскочил и бросился в запретную зону.

***

   Габриэль пулей нёсся сквозь деревья, до сих пор не веря в происходящее. Лист не мог оказаться так далеко от дерева. Значит его кто-то принёс. А раз лист вяза, значит это был Данте! Только Данте знал это дерево! Да и ещё согнут он был человеком, раз так изгиб был ровно по центру. Сжимая в руках листок, пациент ускорил свой темп ещё сильнее. Бегать в халате было жуть как неудобно, но, наплевав на свои неудобства, он продолжал нестись к вязу.    Внезапно он перешёл на быстрый шаг, затем шаг обычного темпа, затем замедлился ещё сильнее и остановился. Может он всё это делает на эмоциях? Просто хочет верить в то, что Данте хороший? Лист могло принести и ветром. Но как же изгиб? Да и Габриэль убежал достаточно далеко, поэтому развернуться сейчас стало бы ошибкой. Габриэль и сам не понимал, чего ждать от дерева. Что оно ему даст? Но интуиция будто гнала его к вязу сквозь все сомнения. Габриэль перешёл на шаг и отправился к дереву.    Впереди показался выступающий корень. Тот самый, об который Габриэль когда то споткнулся. Он быстрым шагом дошёл до вяза и окинул его взглядом. Всё как и было. Габриэль бросил беглый взгляд на листок. Странный изгиб по середине не давал покоя. Что же он значит?    –"Изгиб...Похоже на что-то треугольное, - Габриэль сощурился, - треугольное..."    Внезапно в голову ударило осознание. Габриэль, перешагивая массивные корни, обошёл дерево. Если ему не изменяет память, у подножия дерева был небольшой проход в форме треугольника. Что если Данте положил что-то туда? Габриэль присел на корточки около отверстия и постарался заглянуть внутрь. Ничего не видно. Дупло образрвалось настолько низко, что чтобы его рассмотреть полностью надо было лечь на землю. Габриэль сел на колени и опустил остальной корпус тела на землю, опираясь руками и щекой в немного влажную почву. Там и правда находилось что-то белое, от чего брови Габриэля поползли вверх. Он уже начал протягивать руку в отверстие, но внезапно отдёрнул и прижал к себе ладонь. Дело в том, что он вспомнил о возможности проживания здесь змей. А если они поползут по руке Габриэля? От таких фантазий парень скривился, но всё таки заставил себя быстрым, но плавным движением проникнуть в проход, двумя пальцами схватить бумагу и вытянуть её наружу. Лист бумаги местами покрывала грязь и паутина. Стряхнув соринки с бумаги, Габриэль раскрыл его. Это и взаправду было письмо от Данте! Трясущемися руками Габриэль взял бумагу поудобнее, опёрся на дерево и быстро стал пробегать взглядом по неровному от спешки подчерку:    "Габриэль, если ты читаешь это, значит разгадал шифр с листом. Не оставил нормальную подсказку, потому что по спешке вспомнил о твоём незнании в последний момент и пришлось выкрутиться листком. Но ты молодец, что понял. Нет времени распинаться, у меня мало времени. Мне было разрешено уехать на несколько дней в Германию к родственникам. Не сказал тебе, потому что не был точно уверен в разрешении Вилла. Я хотел, чтобы Вилл или кто-то ещё утром сказали тебе, что я приеду через пару дней. Этой ночью, когда я уже заканчивал собирать чемодан, Вилл мне сказал, что сегодня я заканчиваю стажировку и он даёт мне наивысший балл. Я пытался его убедить в том, что мне это не нужно и я готов отстажироваться полный срок, но было уже поздно что-то менять. Вилл просто напросто избавился от меня, почуяв неладное. Я не буду рядом с тобой, но я обещаю, что подам в суд и сделаю всё возможное для его победы. Главное не бойся, делай то, что посчитаешь нужным. Если будет надо, расскажи обо всём Вару. Письма друг другу мы писать не можем. Пока, береги себя."    Последнее предложение было написано ещё более неаккуратно, чем предыдущие. Габриэль сжал пальцами бумагу. По щекам катились слёзы. Как он мог подумать, что Данте бросит его? Но теперь это не важно. Если они больше не встретятся? Что если с Данте что-то случится? Габриэль об этом даже не узнает. Пациент спрятал лицо в ладонях и заплакал ещё сильнее. Он в полном информационном вакууме, он не знает что происходит с Данте. Не знает, что происходит с его другом. Лучшим другом. И даже после его отправления домой Данте продолжает ему помогать. Как Габриэль смел назвать его предателем? Он поднял взгляд в сторону корпусов.    –Надо возвращаться, - сам себе прошептал Габриэль, вытирая слёзы.    Он аккуратно сложил письмо в карман и быстрым шагом отправился к зданиям. Это письмо он не потеряет и не выбросит. Габриэлю так нравилось представлять, как тёплые ухоженные руки Данте прикасались к рукописям. Как прятали их в дупло. В этом листе заложена частичка души Данте, и Габриэль будет оберегать её и веру в их встречу.    Габриэль быстро миновал рощу и вышел на финишную прямую к корпусу. На пороге стояло несколько психиатров, что слегка насторожило Габриэля. Пробежав взглядом по лицам и не распознав Вилла Габриэль выдохнул, но напряжение не исчезло. Он быстрым шагом дошёл до входа и посмотрел на психиатров.    –Габриэль, ты знаешь что ходить в рощу запрещено? - строго спросила одна из психиатров.    –Знаю, но вы меня и не искали, - заводя руки за спину ответил Габриэль.    –Если бы ты задержался на несколько минут, то пошли бы искать, - вставил другой психиатр, оперевшийся на стену.    Габриэль быстро прошмыгнул сквозь людей и забежал в корпус.

***

   Небо затягивали облака, на улицах становилось душно. Габриэль чувствовал, что на Хельсинки надвигается гроза, и через час-другой хлынет ливень. Он печальным взглядом смотрел в окно и мял пальцами края письма Данте. За эти несколько часов он перечитал его трижды. Он бросал беглые тревожные взгляды на часы и ужасался с каждой прошедшей минуты. Сегодня сеанс, снова. Скоро должны были раздаться стуки в дверь, и дороги назад тогда уже не будет. Габриэль аккуратно прибрал письмо в ящик и стал бездумно ходить вокруг комнаты, дабы успокоить себя. Через несколько секунд, а может минут, раздался тот самый стук, который Габриэль так не хотел слышать. Собрав всю силу воли в кулак, он подошёл к двери и плавным движением отворил её. На пороге стоял Эйл. Именно он должен отвести Габриэля в третий корпус.

***

   Дорогу Габриэль особо не запомнил, всё прошло как в тумане. Сейчас же он сидел на стуле и ждал, когда Эйл настроит телевизор. Красная лампочка погасла, телевизор стал показывать помехи. Внезапно Эйл подал голос:    –Теперь ты будешь ходить сюда каждый день.    Габриэль, разобрав смысл слов, изумлённо уставился в Эйла. Хотят испортить его психику как можно быстрее, чёртовы садисты... Избавились от Данте, теперь избавляются от Габриэля? Эйл жестом приказал надеть наушники, что Габриэль послушно выполнил задание, хоть и негодовал по поводу сказанного.

***

   Разум пуст. Лишь шёпот, шёпот, бесконечный шёпот напоминает ему о реальности. Хотя Габриэль бы предпочёл сейчас впасть в бессознательное состояние. Он бездумно смотрел на помехи, не пытаясь даже разобрать слова этого навязчивого шёпота.    –Разве ты не хочешь покоя? Бесконечный покой, окутывающий тебя с ног до головы. Путь в никуда и путь в вечность это же такие разные вещи, и сейчас ты стоишь на пути в никуда, не хочешь ли ты исправить это? - шептал пугающий голос.    Покой...Вечность...Как же Габриэль хотел обрести покой сейчас. Больше никогда не приходить сюда, не мучиться от неизвестности, что в последнее время витала вокруг него постоянно.

***

   Вену прорезала острая игла. Габриэль не сразу понял, что наушников на голове больше нет. Он продолжал пялится в выключенный телевизор и ожидать чего-то. А может...кого-то? Холодная материя резко схватила Габриэля за предплечье. Прикосновение было противным и ледянным. Человек потянул Габриэля на себя, вынуждая встать со стула и повёл прочь из кабинета.

***

   Это ощущение... Габриэль мёртвым взглядом смотрел в пол, не в силах даже подумать о чём-то, но сердце разрывала тоска и боль. Мягкая ладонь Данте, что аккуратно вела его сквозь сад, сменилась бесчуственной хваткой в районе кисти. Так холодно, так больно, так...пусто. Ни одна ладонь больше не ведёт его через темноту собственных мыслей. Ни один человек больше не позаботиться о его физическом и моральном состоянии. Он просто пешка, которой можно пожертвовавать в любой момент. Отчаяние залило все части тела. С щеки покатилась одинокая слеза. Один. Габриэль теперь один.    Человек вдруг резко бросил Габриэля вперёд и исчез. Габриэль в своей комнате. Интуитивно он подошёл к своей кровати, стянул обувь, снял халат и залез под одеяло. В голове вновь и вновь всплывали воспоминания, что казались такими далёкими. Он вспоминал, насколько аккуратно Данте вёл его через коридоры, насколько бережно помогал дойти до кровати. Последним воспоминанием стал солёный вкус на губах.

***

   Габриэль не сразу понял, что проснулся. Оковы пережитого кошмара всё ещё сильно давили на сознание. Он слышал шёпот, шёпот Вилла. И слышал шёпот Данте. По лбу тёк пот, руки дрожали. Голоса давили на уши. Послышались приближающиеся шаги. Они казались бесконечными. Габриэль резко вскочил с кровати, открыл тумбочку, вынул первую попавшуюся под руку бумагу и выбежал из палаты.    Коридоры плохо освещенны, значит сейчас ночь. Голова Габриэля стала неимоверно кружится, от чего приходилось опираться то на одну, то на другую стену. Голос Вилла перекрывал шёпот Данте. Вилл шептал что-то про его сумасшествие. Шум в ушах усилился, пот лил рекой, а голова предательски заболела. Но внезапно Габриэль остановился и обернулся. Где то за поворотом послышались глухие медленные шаги. Всё было словно в том сне. Габриэль сорвался с места и помчался к туалету на столько быстро, насколько мог.    Ворвавшись в комнату, он подбежал к стенке, опёрся на неё и осел на пол. Руки продолжали трястись, голова болела, но стала кружится чуть меньше. Габриэль прислушивался к шагам, но они будто сквозь землю провалились. Зато шёпот лишь усилился. Габриэля могут выбросить в любой момент! В любой момент могут ворваться люди и убить его. Или привязать к дереву, чтобы он мучился от голода и жажды до конца жизни. Он один, никто ему не поможет! Сердце вырывалось из груди. К горлу подступила тошнота. Габриэль, испуганный собственным состоянием, встал на ноги и быстро забежал в одну из кабинок. Он сел на колени, через силу засунул два пальца глубоко в горло, резко надавил и всё содержимое желудка вылилось в унитаз. Стало немного легче. Габриэль смыл эту отвратительную картину и, продолжая трястись вышел из туалета и сел на пол. Он поднял перед глазами листок, что держал в левой руке всё это время и посмотрел на него. Данте... Пациент нежно прижал бумагу к груди. Глаза снова заполнились влагой. Он держал листок, представляя, как Данте его доставал, нёс, прятал. Представил самого Данте. Подумал, как было бы хорошо, будь он сейчас здесь, когда ему так плохо. Он бы его пожалел, обнял и сказал, что всё будет хорошо. Но он сейчас один. На этом холодном полу.    Пульс замедлился, возвращаясь в исходное положение, боль в голове потихоньку отступала. Дрожь в руках всё ещё чувствовалась, но теперь это было похоже на редкое содрогание. Габриэль выглянул в небольшое окошко сверху. В окно врезались капли ливня, разбиваясь в дребезги. Он аккуратно поднялся, подошёл к раковине и умылся тёплой водой. Лишний стресс ему сейчас не нужен. Габриэль обернулся к двери и прислушался. Ни шёпота, ни шагов. Видимо он был настолько под впечатлением ото сна, что подсознание не отпускали его ещё несколько минут после пробуждения. Габриэль мысленно промотал свой сон. Единственное, что он помнит, это шёпот. Неужели этот сон вызвал сеанс? Может Габриэль медленно, но верно сходит с ума? Это уже не важно, ему пора возвращаться, только сейчас пациент понял, как сильно его клонило в сон.

***

   Всё ещё держа свёрнутый лист в руке, Габриэль подходил к своей двери и думал о недванешем происшествии. Как же плохо ему тогда было. Так разбито, печально и тоскливо он никогда себя не чувствовал. Но стоило Габриэлю дёрнуть за ручку двери, как он вздрогнул от страха и издал испуганный писк.    –Вару?!    Прямо сейчас Вару сидел на своей кровати, свесив ноги, и презрительно смотрел на вошедшего. Он резко встал и подошёл к Габриэлю поближе.    –Где ты был? - укоризненно задал вопрос Вару.    –В туалет ходил.    –А чего испуганный такой? - резко возгласил Вару.    Вот чёрт, наверно Габриэль и правда выглядел ужасно. Мокрый, испуганный, лохматый, помятый, так ещё и держащий что-то в руке. Габриэль обошёл Вару и направился к своей кровати. Почему-то здесь стало холодно. Габриэль кинул взгляд на окно. Форточка и правда была слегка приоткрыта.    –Ты всё придумываешь, - бросил Габриэль, подходя к своей кровати, но не садясь на неё.    Вдруг Вару нахмурился, сжал зубы и быстрым резким шагом дошёл до Габриэля.    –Что в руке? - вспылил он.    Габриэль попытался незаметно открыть ящик, чтобы бросить туда письмо, но Вару его опередил. Он нагло схватил его левую руку, пытаясь передвинуть её вперёд. Габриэль оттолкнул Вару, но тот схватился за его футболку и попытался взглянуть на листок бумаги. Резким движением Вару схватил кулак Габриэля и стал выдирать бумагу из его руки.    –"Если он прочтёт письмо, то узнает о наследстве! Я просто не могу этого допустить!" - паниковал Габриэль.    Не думая, что он делает, Габриэль выдернул руку и, попытался поднять лист как можно выше, чтобы Вару его не достал. Тот внезапно поймал кисть соседа по комнате и сжал настолько сильно, что Габриэль рефлекторно разжал пальцы. Габриэль и Вару замерли. Письмо Данте, покачнувшись в воздухе, вылетело в открытую форточку. Последняя вещи оставленная Данте сейчас проживала свои последние секунды под дождём. Рукописи не горят, но утопают запросто, тем более в таком ливне.