Сладкое и несладкое

Дни шли, быстро, непринужденно и приятно. Людей в "Вечернем изумруде" было все больше, теперь тут уже нельзя так спокойно посидеть вечерком, болтая с белобрысым баристой-кассиром. Но зато прибыль увеличилась в два, а то и в три раза. Я рад за Ацуши и Кёку, уверен они это заслужили. То, что было для меня странным, по какой причине они не учатся? Мы не говорили на эту тему и так понятно, что им эта тема неприятна. Мы не говорили ни о семье, ни об учебе, не о том как их сюда занесло. Я не особо скрываю, большинство знают, что я сирота и живу с братом. Ничего сверхъестественного, однако я по себе знаю как иногда сложно об этом говорить, так что не наседал с расспросами.

***

Выходные - бесподобные дни. И Накаджима погулять позвал, отменное время препровождение. Возьму любимую книгу, посижу на лавочке в парке или на траве под тенью густых деревьев. В любом случае будет хорошо, еще и поговорить с тигром можно. Договорились встретится в 17:00. Вообще я хотел на 12, но у Ацуши какие-то дела. – Привет Акутагава! Извини за то, что так поздно встретились – лицо парня выглядело виноватым. – Ничего, мы же договаривались на пять, значит на пять, не стоит извиняться – Рюноске как всегда сдержан и тактичен. – Ах, раз ты не злишься, то все хорошо. Я тут захватил твоего любимого карамельного кофе! И покрывало, может посидим под звёздами? – Рюноске сразу оживился, всем своим телом (никто кроме Ацуши не понимал языка тела Акутагавы) показывая заинтересованность. – Звучит отлично, спасибо за кофе Пройдя в глубь парка, дойдя до поляны. Этот участок земли был со всех сторон окружен деревьями и образовывал своеобразный круг, через которой, как через линзу было видно небо и луну – величественно восседающую на звездном троне. Ацуши частенько рассказывал об этом месте и всегда обещал сводить сюда своего горячо любимого друга. Акутагава к слову, так и не показал свои чертежи и наброски из университета, так что сегодня в качестве извинения наконец-то их принес. – Я кстати принес свои чертежи – виновато говорил юноша, пока Накаджима расстилал цветастое покрывало. – М? Да ну ничего себе! Мерси – парень игриво улыбнулся, смотря прямо в глаза другу, пока тот как раз таки, безуспешно пытался их спрятать. Усевшись, Акутагава аккуратно достал листы из старого коричневого мессенджера, что бы не помялись, разложил их на покрывале, там, где было пустое место. Аметистово-цитриновые глаза сразу засветились восторгом. Парень, казалось даже застыл на пару секунд, устремив свой взгляд на десятки ровных линий, образовывавших цельную картину. Юноша долго разглядывал восемь принесенных рисунков и Рюноске посчитал, что не имеет право прерывать это созерцание. Пока друг увлеченно всматривался в каждую линию, Акутагава невольно устремил свой взгляд на небо. Оно всегда казалось ему недосягаемым, чем-то, на что можно только смотреть. Но ведь мы все знаем, что это неправда, небо есть в каждом из нас. У кого-то в глазах, у кого-то в руках, у кого-то в мышлении. И в Рюноске оно тоже было, конечно, он не знал где конкретно, но об этом может судить только смотрящий. Звёзды – они настолько великолепны, что слов описывающих их красоту не существует. Их может описать только сознание и собственное представление. Для кого-то они за пределами восприятия, а кто-то может их увидеть в смоли глаз ближнесидящего. Например как Ацуши, он уже давно закончил разглядывать искусство созданное рукой Рюноске. Повернув голову, что бы высловить свои впечатления, но обомлел еще больше. Картина перед ним в тысячи раз лучше, казалось бы бессмысленных линий. Этот человек перед ним и есть искусство, и есть совершенство для парня. В темных, как бездна глазах отражались миллионы блестящих звёзд. Акутагава застыл смотря на небосвод. Как же дивен этот момент. Сердце отбивало бешеный ритм, так и норовя вырваться из груди. Хотел бы Ацуши быть художником, чтобы сейчас запечатлеть эта превосходство на холсте. Однако момент не вечен, как жаль. Рюноске очнулся устремляя взор своей бездны на ни в чем неповинного Накаджиму, который еще так молод, для смерти. Смерти от этой красоты, разрыв миокарда ему обеспечен и он в этом уверен. – Извини, засмотрелся, ты уже все посмотрел? – как говорить Ацуши уже давным-давно забыл. Ему нужно было несколько секунд, чтобы переварить информацию. – ...А да! Я уже все посмотрел, мне очень понравилось. У тебя определенно талант Аку! – кое-как белобрысый парень натянул улыбку, дабы скрыть свое замешательство. – Спасибо, рад, что тебе понравилось. Я могу складывать обратно? Эх, наверное кофе уже остыл... – Накаджима медленно кивнул, все так же смотря на Рюноске, как на пришельца. Акутагава пытался не обращать на это внимания "Неужели ему так понравились мои чертежи?". Кофе и в правду остыл.

Акутагава ненавидит сладкое, но смотря на такого теплого и "сладкого" парня рядом с ним, появляется желание выпить даже остывших кофе.