В плену воспоминаний.

      — Хэй, Дилюк! Смотри, как я умею!       Боль.       — Дилю-ю-юк, пойдём скорее собирать виноград!       Слёзы.       — Дилюк, я не могу больше молчать…       Кровь.       — Оу, ты ещё хранишь ту вазу, что я подарил? Я польщён.       Отчаяние.       Ему пришлось отречься от самого светлого в его жизни. Предатель. Подлец. Бесчестный рыцарь, чтоб его!       Звоном в ушах отдался собственный крик, ладонь горела от столкновения с поверхностью стола. Сейчас можно было не сдерживаться. Он нарочно отпустил сегодня работников раньше положенного.       — В тот вечер тоже была гроза. — задумчиво отметил владелец винокурни, не спеша отпить виноградного сока.       Поставив стакан на стол, он поднялся с кресла, стоящего у камина, и начал бесцельно бродить по зданию, предаваясь воспоминаниям.

***

      Мальчик восьми лет с пронзительными бирюзовыми глазами, который уже тогда носил повязку, радостно машет брату с перил лестницы винокурни.       — Хэй, Дилюк! Смотри, как я умею!       — Кэйа, слезай. Это небезопасно.       — Вот вечно ты так! Ты старше меня всего на два года, а занудствуешь больше, чем Хильда!       Не послушав старшего брата, мальчик всё же скатывается вниз по перилам, но приземление выходит не самым удачным: он падает и растягивается спиной на ковре.       — Я же говорил. — Дилюк закатил глаза и помог младшему подняться. — Знаешь, сколько раз я вот так падал?       — Ты? Что-то не припомню, чтобы видел, как ты катаешься по перилам. — Кэйа недоверчиво глянул на него, скрестив руки на груди. — Покажи, и тогда поверю.       — Ха, делать мне больше нечего.       — Так я и знал. Ничегошеньки ты не умеешь.       Старший брат молча поднялся наверх и, к удивлению Кэйи, идеально скатился по перилам лестницы, ничего себе не повредив.       — Круто! Научи и меня так же! Научи, научи!       — В другой раз, ладно? Мне уже пора уходить. Рыцари вновь подкинули поручение.       Кэйа обиженно шмыгнул носом, а после подошёл вплотную и обнял Дилюка.       — У меня самый лучший брат на свете!       — Да? — тот потрепал его по голове и улыбнулся. — Странно. Мне казалось, что у меня.

***

      Подумать только: тогда они действительно были не разлей вода. Не то, что сейчас. У всего есть своя цена. Дилюк старался гнать желание вернуть всё назад как можно дальше. Он не может бороться с призраками прошлого, но с вполне настоящими людьми способен. Кэйа уже не тот маленький мальчик, который с распахнутыми глазами смотрит на мир. Уже не тот… Кто знает, возможно, уже тогда он притворялся, а старший попросту не замечал из-за обжигающего сердце счастья. В его жизни появился тот, кого он обязан был защищать. Тот, кто жестоко подорвал его веру в братские узы.

***

      — Дилю-ю-юк, пойдём скорее собирать виноград!       Кэйа радостно размахивает корзиной и тепло улыбается. Четырнадцатилетний юноша выглядит счастливым: его улыбка греет замотавшегося брата и тот, несмотря на свою усталость, протягивает ему руку, и теперь уже они вместе отправляются на виноградники.       — Отец занят, да?       — Да. Второй час не выходит из кабинета. — Дилюк последовал примеру брата и положил виноградинку в рот, отчего по его лицу ползёт довольная улыбка. — Сок в этом году выйдет превосходным.       — Ты говоришь это из года в год. Как по мне, вино куда лучше.       — Тебе ведь ещё нельзя пить. — заметил старший.       — Но это не помешало тебе втайне ото всех налить мне бокал на мой день рождения.       — Даже не надейся на то, что я рискну повторить свой «подвиг». Мне кажется, отец знает об этом.       — Знает и молчит. — Кэйа пожал плечами. — Значит, он не был против тогда.       — Совершенно верно. — раздался позади голос Крепуса. — И всё же не стоит тебе злоупотреблять моим доверием, сынок.       — Отец!.. Ну это, понимаешь…       — Ха-ха-ха, лучше не отвлекайся. У вас даже половины не набралось. Помните нашу традицию: Рагнвиндры сами собирают первую корзину винограда. Так что дерзайте. А я просто побуду рядом и, возможно, немного помогу. И, да, чем быстрее мы закончим, тем быстрее отправимся в лес на прогулку верхом.       — Отлично! — Кэйа хлопнул в ладоши и сорвал гроздь. — Дилюк, чего ты ждёшь? Скорее!       — Да знаю я. Между прочим, если бы ты так много не ел, у нас бы уже половина корзины набралась.       — Опять ты занудствуешь.       Младший брат коварно растёр сок между пальцев и нарисовал им две линии на краешках губ Дилюка.       — Улыбнись, а? Тебе не идёт излишняя серьёзность.       Рагнвиндр-младший послушал совета, а после толкнул Кэйю на землю.       — Будешь указывать — никуда не поедешь.       — Пфф, напугал! Однажды я стану капитаном кавалерии и буду кататься верхом столько, сколько захочу! Правда, отец?       — Конечно, Кэйа. У тебя всё получится.

***

      Рагнвиндр шумно вздохнул и поднял алые глаза на огромный портрет, висящий на стене. На нём был изображён Крепус, статно восседающий на изящном стуле, а по обе стороны от него стояли его серьёзные сыновья. Эта картина была завершена за неделю до того, как Дилюк лишил отца жизни… его руки никогда не отмыть от крови… Тот миг представал перед его закрытыми глазами всё реже, но лучше от этого не становилось. Он чувствовал львиную долю ответственности и вины. Невольно взгляд задержался на смуглом лице брата. Да, день, когда он наконец получил Глаз Бога, Дилюк помнил так же отчётливо. Будто с тех пор не прошло столько времени. Тогда их тоже застала гроза…

***

      — Дилюк, я не могу больше молчать…       С волос капитана кавалерии стекали капли дождя, одежда промокла насквозь. Он стоял на пороге комнаты и сверлил взглядом старшего, что сидел на кровати и крутил бутылку вина, которую подарил ему Крепус на совершеннолетие, в руках.       — Почему ты не пришёл на его похороны? — в темноте комнаты не было видно его слёз, но хриплый голос предательски срывался. — Как ты мог его бросить, когда?.. Ты…       — Прошу, выслушай меня. — Кэйа взял его ладони в свои и прислонился к ним лбом. — Я не могу больше скрывать тягостную правду…       В момент узнавания страшной тайны Дилюк окончательно уверился: он потерял всё. Или ему только казалось, что он всё имел? Подставной брат, оказавшийся предателем, скрывающим свой секрет за семью замками. И как после такого можно довериться ему?       — Так ты лгал мне. А я, как дурак, слепо тебе верил. — он усмехнулся и сжал горлышко бутылки. — Какой же я болван.       — Я должен был рассказать тебе, ведь ты мой… — начал было Кэйа.       — Ни слова больше! Мы с тобой больше не братья. И никогда уже ими не станем. Я не поведусь на это снова, предатель!!!       Дилюк едва сдерживался, чтобы не разбить драгоценный подарок отца. Поставив бутыль на прикроватный столик, он поднялся с постели и направил острие меча на шпиона из Каэнри’ах.       — Решим всё здесь и сейчас.       Энергия ярким пламенем заплясала на лезвии. Кэйа уверенно вытащил клинок из ножен и приготовился к битве. Теперь уже нет смысла скрывать свою сущность и способности. Названый брат знает о его секрете.       Дилюк замахнулся, но Альберих умело блокировал удар.       «Прости… Прости меня!» — пронеслась мысль, и в ту же секунду яркая вспышка затмила всё вокруг. Парней раскидало в разны стороны мощным вихрем, образовавшимся при взаимодействием двух таких разных стихий — Пиро и Крио.       Кэйа схватился за голову, не выпускай оружие из рук. Рядом с ним лежал какой-то предмет, подозрительно напоминающий…       — Глаз Бога?.. — удивление в голосе нынешнего владельца винокурни отрезвило.       — Дилюк, я…       — Убирайся. — процедил он сквозь зубы, поднимаясь на ноги. — Проваливай.       — Тебе ведь не по силам оградиться от прошлого.       — Я и не собирался. Куда проще будет сжечь его дотла. Это у меня получается лучше всего.       Его голос был полон горечи. Кэйа молча покинул винокурню, даже не забрав свои вещи. Та ночь навсегда изменила Дилюка: тогда он открыто выражал свои чувства в самый последний раз…

***

      Парень тяжело вздохнул и спустился на первый этаж. Рассеянный взгляд алых глаз остановился на совершенно нелепой, не вписывающейся в интерьер аляповатой вазе. И почему он, несмотря на сказанные им когда-то слова, до сих пор цепляется за прошлое? Как будто это что-то изменит…

***

      — Оу, ты ещё хранишь ту вазу, что я подарил? Я польщён.       — Что привело капитана кавалерии Ордо Фавониус на винокурню «Рассвет» в его выходной? — протянул Дилюк, оторвавшись от кипы бумаг, лежащей на столе.       — Так ты не забыл, по каким дням я свободен? — довольная улыбка раздражала.       — Это не так важно. Ну так?..       — Я пришёл узнать, как у тебя идут дела. После трёх лет твоего отсутствия…       — Как видишь, всё нормально. Мне предстоит ещё много работы. Если это всё, что вы хотели узнать, капитан, то не смею больше вас задерживать.       — Да, ты действительно очень изменился. Верно Коннор подметил.       — Я ценю наблюдательность своих работников. — Рагнвиндр со вздохом отложил бумаги.       — Я просто хочу сказать, что скучаю по тебе, Дилюк.       Такими словами его было не пронять, сколь отчётливой не была бы искренность в голосе брата. Он избрал путь отчуждения и будет следовать ему, пока может. Пускай это и принесёт ему немало страданий…

***

      Настойчивый стук в дверь отвлёк его. Встряхнув головой, владелец винокурни подошёл к источнику звука. Он никак не ожидал увидеть промокшего насквозь капитана кавалерии с бутылкой вина в руках.       — Что ты здесь делаешь?       — Дилюк… давай выпьем?