Глава 5
8 июля 2022 г., 18:00
Драко спускался по широкой мраморной лестнице Малфой Мэнора, прислушиваясь к голосам на первом этаже.
Звонкий смех, доносившийся до него из гостиной, притягивал, как магнит. Он не мог вспомнить, когда последний раз слышал такие звуки в своем доме. Возможно, никогда. Возможно, так смеяться мог он сам в глубоком детстве, когда в его жизни ещё не было стольких шрамов и трещин. Он этого не помнил.
Приблизившись к белоснежным дверям, он различил весёлый голос матери, которая, посмеиваясь, рассказывала что-то безумно забавное, потому что каждая ее фраза сопровождалась громким хохотом.
Драко осторожно потянул на себя одну из створок, отчего-то не желая быть замеченным. В образовавшуюся щель он смог увидеть гостей Нарциссы, расслабленно расположившихся на большом диване.
Слева, ближе всех к нему, сидела Пэнси с бокалом мартини в руке и улыбалась так широко, что Драко подумал, что её кто-то проклял. Такое выражение лица было совершенно не свойственно той Пэнси, которую он знал.
Рядом с ней расположилась Дафна Забини, которая не могла быть ей. Её огромный живот, из которого со дня на день должен был вылезти маленький Блейз, бесследно исчез, и девушка выглядела намного лучше, чем в их последнюю встречу.
Но следующая гостья моментально заставила его забыть о странных метаморфозах миссис Забини. Гермиона Грейнджер с внушительных размеров животом сидела у правого края дивана, держа в руке стакан с лимонадом и утирая выступившие от смеха слёзы тыльной стороной ладони.
Видимо, от удивления, Драко издал какой-то звук, или она просто почувствовала на себе его ошалевший взгляд, но в этот момент их глаза встретились, и он почувствовал себя пойманным на месте преступления вором.
Он потянул за ручку, повторяя про себя, что он все еще хозяин в этом доме, и, распахивая дверь шире, вошёл в комнату. В этот момент его взгляду открылась вторая часть гостиной, и он не смог удержать на лице бесстрастную маску, ошеломлённо рассматривая Нарциссу, на руках которой сидела его точная копия лет четырёх, обнимавшая его мать за шею.
Рядом стояла маленькая девочка со смуглой кожей и длинными курчавыми волосами чуть старше на вид.
— Милый, ты уже вернулся? Что-то пошло не так? — взволнованно сказала Грейнджер. Она опиралась на подлокотник дивана, неуклюже поднимаясь на ноги.
В комнате повисла тишина, и четыре пары женских глаз уставились на него. Несколько ужасно неловких мгновений и до Драко, наконец, дошло, что Грейнджер обращалась к нему.
Милый?
Он слегка покачал головой, не доверяя своему голосу. Да и что он мог ответить? Он не знал откуда должен был вернуться. И вообще не помнил, как он оказался в поместье посреди коридора.
И тут до него дошло. Он спит. Ни начала, ни конца, как это бывает во сне. Его уставший за последний месяц мозг решил устроить это представление.
Драко почувствовал какое-то движение у себя под ногами и, опустив голову, увидел того мальчика, который уже, спрыгнув с коленей Нарциссы, протягивал к нему маленькие ручки.
Не до конца понимая, что делает, он наклонился и поднял ребёнка на руки.
— Здорово, что ты так быстро вернулся, папа, — звонко сказал мальчик, обнимая его за шею. — Теперь мы можем пойти поиграть?
— Скорпиус, сынок, — Грейнджер незаметно оказалась рядом и теперь стояла сбоку и обнимала Драко за талию одной рукой, — папа пообещал тебе, что вы обязательно поиграете сегодня вместе, когда ты поспишь, — она нежно провела ладонью по щеке ребёнка, — а сейчас у тебя гостья, ты не забыл? Ты можешь пригласить Далилу поиграть в саду.
Мальчик кивнул и начал сползать с его рук на пол. Опустив ребёнка, Драко оказался один на один с обнимающей его Гермионой. Мир вокруг него, как будто замедлился. Он видел, как она тянется губами к его щеке, но уже не контролировал происходящее.
Драко рывком сел в кровати, вглядываясь в темноту своей спальни. Он ощупал место рядом с собой, чтобы убедиться, что там никто не спал.
Например, его беременная жена.
Что это, блядь, было сейчас?
Откуда в его голове нарисовалась эта идеалистическая картина, где Грейнджер его целует, прижимаясь к его боку круглым животом. Ее пухлые губы в сантиметрах от щеки. Неожиданно стало жаль, что он так и не почувствовал их касания, но казалось, что тепло ее руки на пояснице ощущалось до сих пор.
Это воспоминание отдалось лёгким спазмом в паху. Драко удивлённо посмотрел вниз, почувствовав, как дёрнулся его член.
Да просто прекрасно, блядь.
Теперь он возбуждается от мысли о беременной Грейнджер.
Драко закрыл лицо руками и приглушенно простонал, откидываясь обратно на подушку. Он знал, что это воспоминание теперь будет преследовать его каждый раз при взгляде на Гермиону. Уже беременную Гермиону. Беременную его сыном.
Скорпиус.
Как вообще к нему во сне могло прийти это имя, о котором он никогда в жизни не думал?
Внезапно в коридоре раздался какой-то шум. Драко рефлекторно схватил палочку с прикроватной тумбочки, вскакивая на ноги.
Дверь резко распахнулась, и в комнату ввалился изрядно пьяный Забини с бутылкой огневиски в руке.
— Малфо-о-ой! — Блейз захохотал, увидев Драко в боевой стойке в одних пижамных брюках. — Хорош спать! Я стал отцом, дружище. У меня родилась дочь!
Блейз подошел к нему, обхватывая за плечи свободной рукой и протягивая ему бутылку.
Драко потерял дар речи, но приобнял его в ответ, принимая напиток. Огневиски обожгло горло, немного приведя его в чувства.
— Поздравляю, Забини! Это прекрасная новость, которая, конечно, не могла подождать до утра, — он ухмыльнулся, похлопывая друга по плечу. — Дочь? Но вы же были уверены, что будет мальчик.
— На самом деле, нет. Мы решили не узнавать. Просто Дафна вбила себе в голову, что будет сын. — Блейз хохотнул. — Наследник и всё такое, но кому нужен наследник, когда есть Принцесса Далила? — мужчина счастливо улыбался, забирая у него бутылку. — Собирайся, Драко, мы идём праздновать эту жизнь!
Что, мать твою, это был за сон?
***
Гермиона проснулась, когда утро ещё только вступало в свои права. Она чувствовала себя как никогда отдохнувшей и полной сил. Если бы не обстоятельства, послужившие причиной её нахождения здесь, она бы чувствовала себя счастливой. Неизвестность снова сдавила ей грудь, стоило только подумать об этом. Но самая большая странность была в том, что, раздумывая над всем произошедшим, Гермиона не чувствовала негативных эмоций. Как будто её подсознание знало то, чего не помнил мозг. Что бы ни произошло месяц назад, это не было насилием. Её тело это знало, даже если мозг не мог объяснить. В палату вошла незнакомая медсестра, и Гермиона почувствовала облегчение от того, что ей не придётся общаться с Карен после всего того вранья, что она вылила на неё вчера. Она ненавидела ложь и себя, когда приходилось к ней прибегать. — Доброе утро, мисс Грейнджер, вы рано проснулись. Хотите завтрак? — девушка поставила на тумбочку несколько пузырьков с зельями. Гермиона покачала головой. На самом деле, она ненавидела завтракать, обходясь по утрам крепким кофе, но понимала, что теперь её привычкам суждено будет измениться. — Сколько сейчас времени? — Начало седьмого. Я должна провести диагностику перед вашей выпиской, но вам все равно нужно будет дождаться вашего колдомедика, миссис Бинс обычно приходит в половине восьмого. Ведьма начала проводить какие-то манипуляции, водя палочкой над её правым запястьем и животом. — Я не успею переодеться перед работой, — пробормотала Гермиона самой себе, но медсестра её услышала. — Работой? Не думаю, что вас ждут на работе до конца этой недели. Мистер Малфой должен был уладить этот вопрос, — она отошла записать результат в её карту и уже не могла видеть выражение лица Гермионы, у которой из носа почти пошёл пар от злости за такое вмешательство в её жизнь. Она не стала ничего говорить, решив приберечь все свои ругательства до встречи с её чересчур заботливым коллегой, который уж слишком вжился в образ. Неужели он правда придёт забирать её из больницы, играя роль её жениха? Проследив, чтобы Гермиона выпила все принесённые зелья «от токсикоза, витаминное и снимающее спазмы», медсестра покинула её палату, сообщив, что завтрак будет в семь. Приняв душ и надев свою одежду, в которой была в понедельник, Гермиона вышла в коридор, чтобы немного прогуляться в ожидании выписки.***
Слушая наставления колдомедика, Гермиона отрешённо кивала, желая только одного: побыстрее покинуть это место и оказаться в своем кабинете, где можно будет погрузиться в любимую работу и представить, что в жизни ничего не произошло. Слишком много вопросов в голове, на которые она в кои-то веки не знала ответ. Как сказать друзьям и избежать неловкости и сочувствующих взглядов? Как пресечь обсасывание этой темы в газетах? Может стоит на какое-то время покинуть Англию? Но как оставить всё, что ей дорого, и шагнуть в неизвестность с ребёнком на руках? Что если он был зачат с использованием тёмной магии и его биологический отец следит за ней, как за личным инкубатором? Страх и неизвестность впереди. И одиночество. Гермиона тяжело вздохнула, покачав головой. Ей не стоит заходить так далеко в своих размышлениях, иначе из больницы можно не выписываться. Поблагодарив миссис Бинс, она вышла в коридор с намерением воспользоваться камином и попасть на работу, но остановилась, как вкопанная, заметив на диване для посетителей взъерошенного Малфоя. Серьёзно? Заметив её, Драко встал, и она удивлённо уставилась на его помятую мантию вместо аврорской формы и лёгкую щетину, которую никогда раньше у него не видела. — Что ты здесь делаешь, Малфой? — вынужденная говорить тихо, чтобы не привлечь к ним ненужное внимание, Гермиона практически прошипела эту фразу, как рассерженная гусыня. Драко усмехнулся, как будто она оправдала его ожидания от этой встречи. — И тебе доброе утро, Грейнджер. Разве я мог пропустить выписку своей беременной невесты? — Это совершенно не смешно! Ты что, серьёзно хочешь, чтобы об этом пошли слухи? — Гермиона осеклась, когда он подошел ближе, и резко зажала рукой нос и рот. Желудок болезненно сжался от запаха, который на неё обрушился. — Ты что, пьян? — она отошла на два шага назад, выставляя перед собой свободную руку. На его лице отразилось понимание, и Драко тоже сделал шаг назад, качая головой. — Нет. Уже нет. Но отрезвляющее зелье не убирает запах. Извини. — И по какому поводу праздник среди недели? Отмечал нашу помолвку или свое отцовство? Если бы Гермиона не была так занята своим дыханием и попытками остановить приступ тошноты, она бы обязательно заметила, как расширились от удивления или, возможно, даже от страха его глаза. — У Блейза родилась дочь, — хрипло ответил Драко и прочистил горло. — Я принёс тебе зелья по тому списку, что получил вчера, — он махнул рукой в сторону дивана, возле которого стоял большой бумажный пакет, — описание внутри. — О. Спасибо? — Гермиона не знала, как реагировать на эту заботу. Получилось полувопросительно. — Ты мог отдать их на работе. Драко скептически поднял бровь. — Работа? Ты должна отправиться домой и соблюдать постельный режим. Гермиона набрала побольше воздуха в грудь, чтобы выразить ему все свое возмущение вмешательством в дела, которые его совершенно не касались, но была остановлена раздраженным цоканьем. — Ты будешь делать то, что сказала тебе колдомедик, Грейнджер, потому что в следующий раз меня может не быть рядом, когда ты вновь грохнешься в обморок. Поэтому ты идёшь домой, отдыхаешь, пьешь зелье и хорошо ешь. За первым и последним пунктом я прослежу, так что идём. И не дожидаясь ответа, Малфой призвал пакет с зельями и направился к лифтам.***
Двойная трансгрессия далась нелегко, но отвязаться от него оказалось ещё сложнее. Очевидно, он успел что-то сделать с проблемой запахов пока они шли к точке перемещения, потому что её больше не тошнило. Но появилась другая проблема. Она чувствовала приятное волнение от его близости. Когда он осторожно сжал длинными пальцами ее запястье, чтобы трансгрессировать вместе к её дому, низ живота скрутило спазмом и предательски заныла ставшая безумно чувствительной в последние дни грудь, что совершенно выбило её из равновесия, и в квартиру она зашла на ватных ногах. Драко поставил пакет на журнальный столик и осматривался в гостиной. Это было одно из самых странных зрелищ в жизни. Малфой в её скромном магловском жилище смотрелся чужеродно. Хотя может быть это были только старые предрассудки. Она не знала, стоит ли предложить ему кофе или поблагодарить и попрощаться. Но он, кажется, все уже решил сам. Драко сел на диван и щелкнул пальцами. Прямо перед ним материализовался домовой эльф, одетый в белую рубашку и цветастые шорты. — Чего желает мастер Драко? — чинно произнёс эльф с небольшим поклоном. — Твинки, это мисс Грейнджер. Эльф повернулся в её сторону и странно выпучил глаза. Гермионе захотелось посмотреть на себя в зеркало, чтобы понять, что с ней не так. Твинки поклонился ей с выражением явного восхищения на лице. — Твинки будет рад служить мисс. — Малфой, что тут происходит? — Гермиона снова обрела дар речи и решила положить конец этому представлению. — С чего ты решил, что мне нужна нянька? — Ну может быть позже… — Малфой! Мне нельзя нервничать, но я сейчас нарушу этот запрет, и тебе это не понравится. Драко поднялся с дивана, подходя к ней ближе. Слишком близко, по мнению её взбунтовавшихся гормонов. — В общем так. Либо Твинки следит за твоим питанием, либо я отправлю анонимку благоверной Поттера, что ты пытаешься заморить себя голодом. Или может сразу Молли? — Ты играешь нечестно! — Я думаю, мы договорились, — довольно усмехнулся Драко. — Мне пора появиться на работе, пока чертов Робардс не взорвался от негодования. А твой список дел мы уже обсудили, — он направился к двери, обернувшись на пороге. — Пока, Грейнджер. Гермиона ещё некоторое время гипнотизировала закрывшуюся дверь, совсем позабыв о присутствии эльфа. Он напомнил о себе тихим покашливанием, но девушка все равно вздрогнула от испуга. — Твинки не хотел напугать мисс. Твинки хотел спросить, что мисс пожелает на обед. Гермиона обречённо застонала. — Послушай, Твинки, твой хозяин немного преувеличивает, — она сжала челюсти, чтобы удержать поток нецензурных слов о его хозяине. — Я вполне могу сама о себе позаботиться, хорошо? Эльф ожидаемо замотал головой. — Твинки не может не выполнить волю хозяина. В этот момент в окно постучалась пёстрая ушастая сова, разглядывая её большими круглыми глазами. — Ладно, Твинки. Делай, что считаешь нужным. Гермиона тяжело вздохнула, понимая всю бесполезность споров с эльфом, получившим прямой приказ, и подошла к окну, чтобы забрать письмо в тёмно-синем, почти чёрном, конверте невыразимцев. Сердце забилось быстрее, когда она поняла, что держит в руках послание от Нотта. Грейнджер, я думаю, я нашел способ, готов принять тебя завтра в то же время. Не понимая, как можно одновременно чувствовать облегчение и страх, Гермиона прижала письмо к груди, желая только одного. Поставить сегодняшний день на быструю перемотку.
