Отпусти меня

Настолько сильно к человеку привязываться нельзя. Но если бы у Кея спросили, жалеет ли он о встрече с Куроо, он бы точно ответил отрицательно. И горько усмехнулся. потому что то, что страшно потерять, необходимо потерять. Цукишима уверен: его гибель кроется в потере Тецуро. И это его ужасает. Но сомнений нет: Куроо Тецуро — его лучшая ошибка.

* * *

На сутки Кей запирается в квартире Куроо, доступ к которой ему предоставляет Киёко. Он не отвечает на телефонные звонки, лишь коротко отписывается Ямагучи: «со мной всё нормально». Ложь. Как объяснить начальнику повод пропущенных дней без уважительной причины, он не знает. В голове только один человек. Цукишима не может мыслить адекватно: факт того, что Куроо обвинён, полностью лишает его возможности сосредоточиться хоть на чём-то. Потеряв его, Кей лишится рассудка. он продолжает бороться. Квартира сводит его с ума, в каждом квадратном метре он видит хозяина. Целый этаж небоскрёба пуст, и эта тишина давит на уши, разрывая перепонки. Кей хочет казаться уверенным, хочет создать видимость, что у него всё под контролем. Но ему страшно. Настойчивая мысль «возможно, не убережёшь» жужжит целым роем, раскалывая черепную коробку. Он боится, что сдастся, если посмотрит в глаза Тецуро. Киёко самолично закрыла крышку его гроба, забив в неё несколько тысяч гвоздей своими словами и поступками. прошу, убей во мне эту зверскую тоску по тебе. умоляю. К Куроо он приходит на следующий день. И всё ещё без точного знания, что хочет сказать. А нужно ли вообще что-то говорить? В голове пусто, в теле непонятно легко, когда Цукишима стоит в уже знакомом кабинете, ожидая прихода Тецуро. Нет ни дрожи, ни волнения. Но когда он наконец видит Куроо, из груди словно выбивают весь воздух. Он сипит: — Тецуро, — и чувствует, что не может сделать вдох. Сил хватает на один маленький шаг. я ощущаю себя живым, лишь когда вижу тебя. — Кей, — звучит почти в то же время. Куроо преодолевает расстояние, разделяющее их, очень резко и впечатывается в Цукишиму. Он реагирует быстро, обнимая в ответ. Контраст двух встреч слишком очевиден. В первый раз им не хватало буйного жáра, исходящего друг от друга. Сейчас же они делятся спокойным теплом, закрыв глаза и перестав существовать в этом мире. — Ты пришёл, — шепчет Куроо, согревая чужую шею дыханием. Ему этого достаточно. Просто знать, что Кей в порядке. Цукишима зажмуривается, усиливая хватку, сжимает в кулаках ткань одежды. В голове — ничего, но уже не тёмное, нечто светлое, что раскрывается только рядом с одним человеком. И весь мир сейчас сужается до него, до запаха и тепла. От Куроо Тецуро сносит голову, но сейчас Кей ощущает только покой. — Зачем ты в это влез? — обречённо говорит Куроо, пряча лицо в чужом сгибе тела — месте между шеей и плечом. я не хотел тебя к себе привязывать. Цукишима вздыхает. — Я… — он кривит губы, — тебя вытащу. Продолжить «…люблю тебя» не находит сил. Выходит невпопад, но уже плевать. Тецуро качает головой. — Зачем тебе это? — выпытывает он. Кей боится сказать нужные слова вслух. им обоим не хватит смелости признаться. Цукишима игнорирует вопрос, вместо этого продолжая сжимать мужчину в своих объятиях. Куроо ничего больше не спрашивает, всё ещё прячась в чужих руках. В голове против воли мелькает собственничеством окрашенное «мой», и Тецуро этим очень сильно горд. Злость теперь мелькает где-то на фоне, заменяясь смутным удовлетворением. — Киёко рассказывала, что вы проводите расследование, — через несколько минут он рушит тишину. — И? Много нарыли, детективы? — в мыслях всплывают фразы Шимизу: «твой парень», «а мальчишка твой», «твой Цукишима», и очень сильно тешат самолюбие. не могу поверить, что было время, когда тебя в моей жизни не было. — Тебе хочется поговорить об этом? — спрашивает Кей, чуть отодвигаясь и устанавливая зрительный контакт. — Да, — кивает, — расскажи мне. В глазах — чистый интерес. — Твоя секретарша тебя подставила, — говорит Цукишима чуть погодя. — Алиса? — искренне удивляется Куроо. — Как? Она не могла, — словно пытаясь убедить не то себя, не то парня. В Кее начинает закипать ярость. Всё то, что он сдерживал и замалчивал, грозит вылиться в громкий скандал. — А ты мог?! — получается раздражённо и громко. Они отходят друг от друга, буквально отшатываются. Тецуро смотрит удивлённо, не смеет открыть рот. Цукишима смотрит зло, не может поверить. — Почему ты сам в себя не веришь?! Я не сплю нормально несколько дней, я потерял счёт времени, я забыл про свою работу! Я думаю только о тебе, я хочу, чтобы посадили виновного! — Кей переводит дыхание, активно жестикулируя. — Я вышел на Алису, мы столько нашли про неё, но у нас до сих пор нет вещественных доказательств! Я не знал, как доказать твою непричастность к этому делу, а теперь думаю, нужно ли это вообще, если ты сам не хочешь отсюда выйти?! Я… — громкая тирада так и не остаётся законченной, потому что Куроо в одну секунду уничтожает расстояние, что разделяет их. Рыкнув, он впечатывается в губы, кладя ладонь на чужой затылок, прижимает к столу. Цукишима в ответ мычит, но быстро сдаётся, обмякая в сильных руках. Он снова позволяет мужчине усадить себя на твёрдый предмет мебели. Тецуро тяжело дышит, когда отстраняется и начинает спускаться влажными поцелуями вдоль по лицу и по шее. мы привыкли сгорать от любви. Кей закидывает голову, прикрывая глаза. Они наслаждаются друг другом перед неминуемым расставанием. Куроо прерывается, и встаёт прямо, оглядывая точёное лицо, словно пытаясь запомнить всё. Цукишима поднимает веки и смотрит прямо в тёмно-карие глаза. Влюблённость читается в обоих многозначительных взглядах. Тецуро двигается чуть вперёд, прикасаясь лбом к чужому. В таком положении они молчат ещё несколько минут. наверное, мы не должны были встречаться. но я полюбил каждую минуту, проведённую рядом с тобой. Куроо поднимает руку, кладёт ладонь на худое плечо и немного нажимает. Кей послушно ложится на стол, теперь оглядывая его сверху вниз. Пальцы Тецуро начинают двигаться, оглаживая всё тело, Цукишима же просто внимательно следит за ним. — Но трахаться здесь мы не будем, — почти жёстко говорит, как отрезает, Кей, прерывая действия мужчины. И сцепляет щиколотки, закрывая его в кольцо. И прижимается бёдрами к паху, ощущая твёрдость. И притирается, заставляя Куроо нервно облизать губы. Тецуро ухмыляется, наблюдая за дьяволом в человеческом обличье, и упирается ладонями по обеим сторонам от него, нависая. и кто же кого поймал? Они снова целуются, но кто прижимается первый — никто не успевает понять. сколько бы я не старался убежать, я всегда возвращаюсь к тебе.