Легко потерять и невозможно забыть

Твой смех на повторе в моем диктофоне,

И важное что-то, ты просто не понял.

Зачем мне теперь красота?

Я без тебя сирота.

Я согласилась на предложение Лоуренса, потому что у меня просто не было выбора. Когда он смотрел на меня своими красивыми зелёными глазами, мир будто перестал существовать. Я просто не могла ему отказать. И винила себя за это. Не до конца понимала, зачем я это делаю. Ведь я зареклась не влюбляться в него снова. Сегодня первый рабочий день после моего отпуска. С недавних пор, я печатаю статьи на дому. Они вызывают восхищение, но также разнополярные мнения, однако я вижу, что людям нравится. Я пишу обо всех новостях, которые происходят в Лондоне. Вы скажете: жёлтая пресса? Нет, обыкновенное СМИ. Помню, как начинала писать статьи в «Секреты домохозяйки», а позже перешла на военную журналистику. Но всё это было не то. Я считаю, человек должен пробовать разное, и в конец концов он поймёт, что ему больше по душе. У меня этот период ещё не настал. Вы скажете: тебе же уже 130 лет, как ты не можешь найти себя? Ответ очень прост. Когда все мои близкие покинули меня, я вообще перестала писать. Я не могла заставить себя взять в руки ручку и блокнот. Вдохновения, желания не было от слова совсем. Тогда я подумала: «Может это не моё?» Однако ловила себя на мысли, что я всю жизнь в писательстве. Я не могу бросить это дело, так до конца и не раскрыв свой потенциал. И я до сих пор в поисках. Мы с Лоуренсом договорились встретиться возле моего дома в 18:00. Примерно за час началась моя подготовка к свиданию, которое должно изменить всё. После душа я присматриваю наряд. На это у меня уходит немало времени, в итоге я выбираю чёрное платье до колена, с открытой спиной и маленьким разрезом, с рукавами — фонариками. Из украшений надеваю длинное колье, с переливающимися бриллиантами и маленькие чёрные серьги. Смотрится великолепно. С волосами решаю сделать причёску, собрав всё наверху и зацепив большой заколкой. Передние пряди выпускаю вперёд. За 15 минут я должна сделать макияж. Тео, ты как всегда. Ладно, опоздаю немного. Всё же, это свойственно девушкам. Через 25 минут мне удаётся сделать довольно изящный макияж. Тёмные тени на веках и бордовая помада украшает мой образ. На этом я, уверенной походкой на каблуках, направляюсь вниз, где меня уже заждался он. Выходя из подъезда, я вижу Лоуренса, повернутого ко мне спиной. Он разговаривает с какой- то девушкой. Всмысле? Я тут стою, а он не видит этого, увлеченный беседой с другой. Решаю подойти к ним ближе. --…принести отчёты, которые я оставил в… Он не заканчивает свою фразу и видит меня. Вижу, что ему нравится мой образ, по оценивающим глазам, обглядывающими меня с ног до головы и лёгкой улыбкой. Он прощается с этой женщиной, даже не взглянув, и движется ко мне. Тогда я могу разглядеть его: белая рубашка с расстегнутыми пуговицами наверху, чёрный брюки. Он такой же, каким я его помню. — Теодора. — он берет и целует мою руку. Такой жест оказывается неожиданным для меня. Он приглашает меня в машину с водителем, которая уже ждёт нас, — Ты ослепляешь меня своей красотой. — А ты настоящий джентльмен, оказывается. — я улыбаюсь и спешно сажусь в Mitsubishi Outlander PHEV. Во время поездки, Лоуренс неотрывно смотрел на меня. Мне показалось, он любуется. — Кто эта девушка, у подъезда? — решаюсь ненавязчиво спросить. Лоуренс слегка улыбается. — По работе. Я слишком торопился на встречу с тобой, что забыл свою статью на столе. Попросил её забрать. Щеки краснеют. — А ты уже успела приревновать меня, как я понимаю. Улыбаюсь и отворачиваюсь от него, стараясь скрыть улыбку. — Нет, с чего бы это. Слышу его тихий смех. Господи, как же давно я не слышала его. Поворачиваюсь, и наверное, у меня такой жалобный взгляд, что он перестаёт смеяться. Вместо этого Лоуренс берет меня за руку. От его прикосновений мурашки по коже. — Тебе холодно? — он указывает на них, на что я отрицательно киваю. Кажется, он понимает в чем дело, и ухмыляется. — Не стоит ревновать, красавица. Сейчас я с тобой, а это главное. — почти шёпотом он говорит мне это на ухо. Я киваю, смотря на него. Как же я скучала по его присутствию рядом. Мне кажется, не нужны никакие доказательства. Я смело могу сказать, что это мой Лоуренс. Он сказал, что место — сюрприз для меня. Я в предвкушении ждала, куда же он меня привезёт. Доехав до места назначения, Лоуренс также открыл мне дверь. Я выхожу из машины, приняв его протянутую руку. И вижу перед собой небоскрёб. Наверное, этажей 60. Я с восторгом смотрю на него. — Как ты относишься к высоте? — спрашивает Лоуренс, касаясь рукой моей обнажённой спины. — Если меня будут держать за руку, то очень даже хорошо. Он снова улыбается. — Тогда проблем не возникнет. Мы заходим в лифт, довольно просторный и прозрачный, и он нажимает на эту кнопку. 60 этаж. — Почему то первая моя мысль была про этот небоскрёб. — он прячет руки в карманы и облакачивается на стену лифта. — Отличная мысль. Я давно хотела побывать здесь, только не с кем было. Снова натыкаюсь на его взгляд. И снова смущаюсь. Добрались мы довольно быстро, потому что я чувствую, что лифт останавливается. Мы выходим из его дверей и у меня перехватывает дыхание. Захватывающий вид с небоскрёба на Лондон, будто на ладони, отражается в моих глазах. Вечер, фонари освещают город, и мы с Лоуренсом. Вдвоём. Замечаю небольшой столик с различными вкусностями и подушки, расстеленные возле него. — Это очень красиво и романтично. Спасибо. — Тебе не за что меня благодарить. Давай попробуем, что готовят в этом ресторане. По внешнему виду, тут должны подавать мидии, и мы, как богатые люди, должны есть их. Простите, пить. — Лоуренс делает важное лицо с ноткой сарказма и я смеюсь. Весь вечер мы сидим в очень уютной, тёплой обстановке. Я успела узнать, что Лоуренс смутно помнит свое детство и моменты, прожитые в юности. Это показалось мне странным, но я не показала виду. — А кто твои родители? — любопытствуюсь я. Лоуренс прокашливается, и в итоге отвечает, что он сирота. Удивление смешивается с теориями. — Извини. Я, честно говоря, тоже. — поправляю колье, цепляя его взглядом. — Мне жаль. — Не стоит. — я легко улыбаюсь ему. Взгляд меняется на томный. — Как я понимаю, молодого человека у тебя нет? — Конечно есть, сидит дома, пока я с тобой на свидании. — говорю с сарказмом и он понимает его. — Допустим, поверю. А на самом деле, почему у такой невероятной женщины нет надёжного мужчины? — Ты назвал меня женщиной? — делаю вид, что обижаюсь, но смех выдаёт меня с потрохами. — Прости, самая юная девушка моего окружения. Свет не так падал. Я заливаюсь смехом вместе с ним. Знал бы ты, что я настолько пожилая, что должна была умереть уже раза 2 от старости. В животе приятно порхают бабочки. Он ждёт ответ на этот злосчастный вопрос. «Мой надёжный мужчина умер сто тридцать лет назад, но я вновь нашла его» — хотелось бы ответить так. Но я просто пожимаю плечами. — Не сошлось как-то. Мы чокаемся бокалами, и он произносит тост: — За такое прекрасное чувство, как любовь. Слезы хотят вырваться наружу. Любовь...какая она была у нас с тобой, Лоуренс. Ты даже понятия не имеешь. Внезапно стает грустно от того, что только я ношу в мыслях наши прекрасные воспоминания. Сзади чувствую движение. Официант подходит к нам. Я продолжаю смотреть на Лоуренса, но когда официант подаёт голос, перевожу взгляд на его лицо. И увиденное порождает шок. Нет, нет… Снова? Не может быть. Замечаю бейджик и тогда, в оцепенении, читаю вслух его имя: Фридрих.