Любить - не преступление

Резко вскочив с кровати он метнулся к окну. Летом они всегда были открыты. После того злосчастного пожара у парня возникла боязнь замкнутого пространства. Прыгать с первого этажа невысоко, но он всё равно умудрился содрать колени. Плевать. Тут же свернув, он направился во двор. За ржавым забором начинались бесконечные ряды складских боксов. Мужчина бежал за ним. Не кричал, не звал, не пытался стрелять, лишь тихо, но уверенно преследовал, словно хищник свою жертву. Прежде чем он успел нагнать Чимина, тот нырнул в маленькую щель в заборе из металлической сетки и опять поранил ноги. Учитывая, что на нем лишь майка и боксеры, неудивительно. Но сталкер в эту щель наверняка не протиснется. Ему придется перелезать через забор. Чимин залез на крыши боксов, и побежал босыми ногами по железному настилу. Лишь на секунду обернувшись, Чимин увидел приближающегося хищника. Адреналин вскипел в крови, подогревая азарт. Свернув налево, он спрыгнул вниз, приземляясь на мусорные баки. Вот только не учел, что неподалеку обычно ошивается шайка диких псов. Твари так одичали, что бросались на всё, что движется. Заметив его издалека, они оскалились и кинулись по следу. Единственный способ спастись – опять залезть на крыши. Не оглядываясь, блондин перебежал на другую сторону, где тянулся новый ряд складов, и вскарабкался по выпирающим замкам железных роллет. Псины, хозяева местности, тоже знали, где можно подняться. Они пробежали чуть дальше, взобрались по бакам и начали преследовать его уже по крышам. Сил становилось все меньше, а псы уже догоняют. Но прежде чем ему опять пришлось прыгать, раздался выстрел, заставивший вжать голову в плечи. Один, затем другой, третий. Они звучали эхом над одичалой местностью, как и скулеж умирающих животных. – Стоять! – крикнул преследователь. Чимин лишь на секунду остановился, сделал вдох и снова помчался. Позади послышалось ругательство, но не выстрелы. Кажется его не хотели убивать. Блондин почти добрался до нужного места, чтобы спрыгнуть вниз и оторваться, но что-то резко дернуло его назад. Перекатившись, он оказался лежащим лицом вниз и тут же ощутил тяжелое тело на себе. Мужчина подкрался тихо, как зверь. Больно схватив за запястье перевернул блондина на спину, устраиваясь сверху между его разведенных ног. На целую секунду Чимин застыл, всматриваясь в его лицо. Жестоко красив. Брюнет, с темно-карими глазами и хищными чертами лица смотрел на него с нескрываемым превосходством. – Попался, – констатировал он. Чимин начал вырываться из крепкой хватки. Чонгук, как обратился к нему Киён, сжал его руки и поднял их над головой, склоняясь к самым губам. – Ты меня не получишь, – прошипел Чимин, подтверждая слова решительным взглядом. Он начал вырываться с новой силой, пуская в ход ноги. Чонгук потянулся рукой к своему поясу и, достав складной нож, приставил его к горлу блондина. Парень застыл. Пришлось. Ублюдку это понравилось, он ликовал и с удовольствием наблюдал за его беспомощностью. – Ш-ш-ш, – зашипел он, хищно улыбаясь. Опустив нож ниже, он провел им поверх майки и спустился к боксерам. Чимин задрожал. Подцепив лезвием боксеры, наглец резко дернул, разрезая ткань. Отбросив холодное оружие, словно оно раздражало, Чонгук провел пальцами по оголившимся бёдрам, подбираясь к дырочке. Чимин поймал себя на мысли, что с замиранием смотрит в эти темные омуты. В нем проснулись древние инстинкты. Загнанный в угол и пойманный, как жертва в когтях хищника, он трепетал в его руках. Не понимая реакции своего тела, пытался бороться с нахлынувшим возбуждением. Он уже чувствовал влагу своей смазки, что усиленно начала выделяться. Какая-то неведомая сила не позволяла сопротивляться незнакомцу, даже отвести взгляд казалось непосильной задачей. Сделав глубокий вдох, Чонгук втянул запах персиков и закатил глаза в блаженстве. Рукой он начал нагло ласкать дырочку, обводить ее по кругу, размазывая природную смазку и мягко проник внутрь одним пальцем. Этот парень был дико сексуален, беря без спросу. Упругие стеночки быстро поддавались его напору, внутри было уже два пальца. Он массировал, разглаживал их, большое количество смазки упрощало задачу. Когда он ввёл третий палец Чимин дернулся, но ему не было больно. Он был в шоке от того как его тело быстро поддаётся этому монстру. Когда он был достаточно разработан Чонгук расстегнул ширинку джинсов одной рукой, продолжая удерживать запястья блондина над головой, не прерывая зрительного контакта. Когда он вогнал член, Чимин сжал губы, чтобы удержать стон. Это было так чертовски хорошо и так сладко. Чонгук начал быстро двигаться, заполняя изнутри. Этот мужчина заставлял чувствовать то, что ни у кого до него не получалось. Чимин сходил с ума от блаженства, но всеми возможными способами старался не подавать виду, что каждую секунду наслаждался его мощными движениями, дерзким взглядом, непроницаемым видом. В какой-то момент Чонгук сдался и с гортанным рыком впился в губы парня жестким поцелуем. Чимин отвечал с той же страстью, не желая понимать, что это гребаная реальность, а не плод его воображения. Ради нескольких мгновений кайфа он был готов отключить мозг, забыться, изменить собственным принципам и правилам. Оргазм пронзил все тело в то же мгновение, когда Чонгук сделал последний мощный толчок и полностью вышел. А затем взвыл в небо, возвышаясь к пику собственного наслаждения. Натурально взвыл, как животное. Чимин впервые кончил не прикасаясь к себе. Мускусный запах тела Чонгука витал в воздухе. Но зрительный контакт был утерян, а вместе с ним прошло и затмение разума. Бросив опасливый взгляд по сторонам, Чимин лишь сейчас осознал, что лежит полуобнаженный на крышах гаражей, неподалеку от трупов диких псов, и его только что изнасиловал маньяк, возомнивший себя волком. И самым противным в этой ситуации оказалось понимание, что насилия вовсе не было. Пребывая в полной растерянности и беспомощности, Чимин наткнулся взглядом на лежащий неподалеку нож и тут же поддался отчаянному порыву. Бросившись в сторону, схватил холодное оружие и, выставляя его вперед, начал отползать от ненормального подальше. Чонгук смотрел на него с удивлением, даже с насмешкой, а потом и вовсе расхохотался, словно безумец. Воспользовавшись заминкой, Чимин быстро поднялся и со всех ног рванул. Послышался грозный рык, и через мгновение этот псих буквально подлетел, Чимин повалился на жесткое покрытие и снова оказался придавленным. Руки, как и все тело, были плотно зафиксированы, без единого шанса вырваться. Отчаяние накатило с новой силой, когда он понял, что так и не успел воспользоваться ножом. Чонгук крепко сжал его руку с ножом, а затем резко вырвал его из захвата. – Это мое, – злобно процедил он, сложил нож и убрал на пояс джинс. Поднявшись на ноги, он резко дернул Чимина, снял с себя курку, завернул его в нее и потащил, словно бездушную куклу. Увидев черный джип, Чимин начал дергаться еще яростнее. Даже воспользовался выученным когда-то приемчиком, чтобы зарядить Чонгуку между ног, но опять не успел. В быстроте реакции ему с ним не тягаться. Впихнув Чимина на пассажирское сиденье и пристегнув, Чонгук уселся на водительское место, заблокировал двери и окна, завел двигатель и резко тронулся с места. – Что ты со мной сделаешь? Куда мы едем? Чонгук? Ты ведь Чонгук, так? Черт побери, ответь мне! Не молчи! Резко затормозив, он бросил на Чимина оценивающий взгляд, дольше положенного задерживаясь на оголенных ногах, куртка была до середины бедра, и плохо прикрывала наготу. – Я думал, ты не такая истеричка. – Ты с ума сошел? – Чимин задыхался от возмущения. – Ты похитил меня! И везешь неизвестно куда, неизвестно для чего! Я впервые тебя вижу, и ты еще смеешь обзывать меня истеричкой? Псих! – Мы уже знакомы, – нагло ухмыльнулся. – Я Чонгук, ты Чимин, мы оба получили оргазм пять минут назад. С этими словами он открыл бардачок и вытащил оттуда черный футляр для очков. Вот только модного аксессуара там не было, вместо этого маньяк достал тонкий шприц. – Ч-что это еще за дрянь? Отчаянью Чимина не было предела. – Ты слишком болтлив, – небрежно бросил мужчина и вогнал иглу в его бедро. – Поспи. Шелковистый голос звучал отстраненно, голова стала тяжелой, тело размякло. Взгляд зацепился за руку покрытую узорами татуировки, удерживающую руль, там и остался. Чимин медленно погружался в сон, и ему это совершенно не нравилось.